Диагноз-любовь

Кас услышал, что сказал Дин, и он расправил крылья за спиной, при этом великолепно, от него ни на дюйм. Только в этот раз крылья были в этой плоскости и они явно очень даже материальны, можно даже потрогать, стоит руку протянуть. Чудесные, огромные, красивые чёрные с синими переливами крылья раскрылись и встряхнулись, будто уже очень долгое время ими не пользовались. Несколько пёрышков отлетели от основания и легонько опустились вниз. Глаза Дина в один момент распахнулись от неожиданности, и вид крыльев Каса прямо перед ним очаровывало. Он в немом восхищении наблюдал за тем, как крылья, шурша перьями, распахивались и закрывались несколько раз, будто разминая затёкшие конечности. Но если вспомнить книгу про Ангелов, которую Дин прочитал от корки до корки несколько раз, то крылья — это и есть отдельные конечностями. Как крылья птиц — под перьями была абсолютно такая же конструкция обтянутая кожей, мышцами и связками. Поэтому крылья так важны как для Ангелов так и для птиц. Для птицы лишиться крыльев — значит лишиться жизни, ведь они теряют способность летать. А потерять крылья для ангела — это тоже своего рода конец. Без крыльев нет могущества, нет благодати, нет возможности летать. Тем более терять крылья очень больно, мучительно больно, по словам одного из ангелов, которого в наказание лишили крыльев, отрезав их прямо у основания. Размяв затёкшие мышцы, Кас взмахнул крыльями и в один момент перенёс их на кухню. К слову, Дин даже пошатнулся, и он бы обязательно упал, если бы не опора, внезапно оказавшаяся за спиной в виде чего-то очень мягкого и тёплого. Кас немного отстранился от шеи Дина и сейчас смотрел прямо на него, чуть нахмурившись из-за выражения лица охотника. То выражало то ли шок, то ли восхищение, то ли страх. Но даже в таком состоянии Дин не сместил руки, а крепко держал. И даже если бы он упал, то его ноша приземлилась бы на него, а не на пол. Когда Дин пришёл в себя, он немного тряхнул головой, скидывая с себя ощущение невесомости. — Вау, — выдохнул Дин. — Но в следующий раз предупреждай о полётах, а то это может закончиться плачевно для нас обоих. — Ладно, — просто ответил Кас и снова уткнулся лицом в шею охотника. Он вздохнул и, развернувшись, открыл холодильник, принимаясь вынимать всё то, что было заготовлено. Дин принялся за готовку, пока Кас надёжно удерживался за него руками, ногами и крыльями. Но спустя час он всё-таки слез с Дина и сел за стол, принимая наблюдательную позицию. Ему нравилось смотреть, как ловко Дин справляется с кухонными принадлежностями и как у него это всё классно получается. Спустя час индейка, фаршированная яблоками, уже стояла в духовке и уже была почти готова. Также уже был сварен конфитюр для пирога, и тесто уже достаточно поднялось. Дин так умело и так быстро всё это сделал, чем не мог не вызывать восхищения у Ангела, который, к слову, яичницу запарол на днях. Тогда его обнаружил Сэм, и они решились не говорить об этом происшествии Дину. И хорошо, ведь он очень сильно хранил кухню как свою территорию — он знал где что лежит, и если что-то помянет своë расположение — он будет сильно не доволен. Поэтому Сэм и Кас решили оставить это в секрете, и им повезло, что дым успел выветриться ещё до того как охотник проснулся. Иначе их ждала бы огромная лекция на тему того, почему не стоит даже суваться на кухню с задачей что-то приготовить. — Ну что? Осталось только поставить пирог в духовку и всё готово, — сказал Дин. Он уже вынимал сочную, сильно пахнущую индейку из духового шкафа, наслаждаясь её ароматом. Гарнир в виде пюре с жареным луком тоже был готов и выложен в красивую миску, украшенный свежими веточками укропа и петрушки, специально для Сэма. — Индейка будет идеально смотреться в центре стола, правда? Смотри, какая она очаровательная, — Дин повернулся с противнем в руках, демонстрируя её Касу, будто это очередной шедевр кулинарии. — А? Ну посмотри, какая красота, разве нет? — Да, Дин, она очаровательная, ты молодец. И она определено будет шедеврально смотреться на столе, — Кас улыбнулся ему и сделал глоток кофе из чашки, стоящей перед ним. Дин улыбнулся широкой улыбкой и развернулся обратно, ставя противень на плиту, чтобы она немного остыла. После этого он принялся укладывать тесто в форму, придавливая по краям и делая маленькие дырочки на дне, чтобы тесто не прилипло в процессе запекания. После этого он щедро выложил начинку и смазал края яичным желтком. Нарезая тонкие полосочки раскатанного теста для шапки на пирог, он задумался, не будет ли это слишком скучно и обыденно для Рождественского ужина? И, приняв решение, что это определённо скучно, начал вырезать фигурные полоски, и из остатка сделать несколько еловых веточек для украшения. Смазав их так же яйцом, Дин, удовлетворённый своим творением, взял форму и отправил в духовку, засекая время, чтобы не спалить его любимый и обожаемый вишнёвый пирог. В планах ещё был тыквенный пирог, но него теста не хватало, поэтому Диг соорудил тыквенные мини-пироги и остался в диком восторге, когда они были готовы, и он увидел результат. Взглянув на часы, он понял, что прошло уже три часа с момента начала его подвигов на кухне. Дин выдохнул и сел на стул, впервые за эти часы. Кружка с кофе тут же опустилась перед ним, за что он был безумно благодарен Касу. Он улыбнулся ему и принялся за кофе, ожидая, пока мышцы немного придут в норму. *** Настроение Каса значительно улучшилось, когда Дин попросил его о помощи вынести готовые блюда к столу в библиотеке. Сам же стол был уже накрыт белоснежной скатертью (где Сэм её такую откопал, Дин понятия не имел, но факт в том, что она была), свет приглушённый, гирлянды горят по периметру помещения, и на самой ëлке. А в центре стола, лежит традиционный рождественский венок, внутри венка стоит канделябр на высокой ножке в виде трезубца, куда вставляются три свечи. И свечи тоже уже были на месте — их осталось только зажечь, но этим они займутся только когда сядут. Также на столе стояли красивые бокалы под шампанское и недалеко от них обычные стаканы для пива, ведь шампанское они пригубляют только ради традиции, не более. Красивые, ажурные салфетки выглядывали из-под обычных тарелок, и рядом в сложенной салфетке лежало столовое серебро для ужина. Осталось только расставить еду, и будет всё готово для празднования. Кас вместе с Дином подошли к столу, когда у них отошёл шок от увиденного. Сэм постарался на славу, пока они пропадали на кухне; он успел так замечательно украсить стол. В воздухе витал запах праздника, Дину даже показалось, что в камине потрескивали поленья, но загвоздка в том, что камина у них нет и не было никогда. Ель до сих пор дарила чудесный лесной аромат, а в совокупности со всеми украшениями и столом, приходило и чувство семейного уюта, которого у братьев не было. Если не считать того самого рождества в комнате мотеля очень много лет назад, тогда Дин был действительно счастлив, попивая Гоголь-моголь с братом. Но сейчас все было по-другому: у него есть дом, огромная красавица ëлка, замечательно украшенный стол и родные люди рядом. Сэм и Кастиэль с ним. Двое самых любимых и самый дорогих ему человека. Дин поставил индейку в центр стола, а Кас расставил пироги. Из-за угла вышел Сэм с бутылкой шампанского и тоже водрузил её на стол. До начала у них ещё оставалось некоторое время, судя по часам на стене. Дин, Кас и Сэм удалились в свои комнаты, чтобы переодеться. Сэм вышел первый с фотоаппаратом в руках. На нём была тёмно-зелёная рубашка и обычные тёмные джинсы; затем вышел Кас, в его обычном стиле. Единственное, что отличалось — это то, что вместо классических штанов были джинсы, но белая рубашка осталась на нём. Ждали только Дина, который, видимо, и не спешил выходить из комнаты. Сэм и Кас сидя за столом, разговорились о природе. Кас узнал, что в детстве Сэм очень увлекался ботаникой, изучал разные растения, знал множество различных видов и их свойства. Также он рассказал, почему именно ель является символом Рождества, какой посыл и смысл скрывает в себе это растение и почему именно из еловых веток плетётся Рождественский венок. Сэм рассказывал, что: формирование современного рождественского ритуала произошло в немецкой традиции уже в конце Средневековья и начале Нового времени. Рождественская ель восходит к «райскому дереву» предрождественской мистерии — театрализованной постановки, посвящённой истории грехопадения, поскольку 24 декабря западными христианами отмечалась память Адама и Евы. В качестве декорации, учитывая зимнее время, использовали хвойное дерево, которое украшали яблоками (символ запретного плода) и вафлями или печеньем (символ гостии — причастия и искупления). Реквизит и образы этой мистерии, аналогично рождественскому вертепу, внедрились в домашний обрядовый обиход. Также Сэм поделился с Касом информацией о поцелуях под омелой, которую он сейчас вешал над входом в зал. — Понимаешь, считается, что люди, встретившиеся под омелой перед Рождеством, обязаны поцеловаться, — объяснял Сэм, старательно прикрепляя венок омелы над проходом. — Сам этот поцелуй должен стать залогом счастья и вечной любви. Раньше считалось, что отказ от такого поцелуя сулил девушке весь следующий год остаться незамужней, — добавил Сэм уже после того как венок успешно держался на своем месте. Кас очень воодушевился этой историей и ещё сильнее стал ждать Дина, чтобы поймать его под омелой перед Рождеством. И он, естественно, очень надеялся на то, что охотник знает придания. Ведь если он знает и откажет — это будет очень неприятно. Но вдруг он не знает? Кас ему сообщит об этом, перед поцелуем. Сэма уже можно не стесняться, ведь видимо именно для них он и повесил эту шутку. Больше же не для кого. Спустя ещё пять минут Дин наконец-то соизволил выйти и уже подходил к проходу в зал, когда Кас подскочил на месте: — Дин, стой! — Нет, Кас, это не так работает, — попытался остановить его Сэм, но очевидно, что у него ничего не вышло. Кас уже приближался к Дину, его глаза горели радостью и счастьем, и Сэм решил оставить его в покое. Он был бы полным придурком, если бы разрушил эту детскую радость на лице его лучшего друга, глаза которого горят от любви к его брату. Он улыбнулся и заткнулся. — Что? Что тут происходит? — спросил Дин и послушно остановился в дверях, даже не подозревая об омеле над его головой. Сейчас к нему приближался тайфун по имени Кастиэль, и Дин не стал возражать тому, что его остановили. Он и так достаточно задержался, пока приводил себя в порядок: мылся, брился, подбирал одежду. Всё-таки в обычных шмотках они и так каждый день проводят, а тут всё-таки праздник, нужно выглядеть соответственно. Он выглядел хорошо, ему нравилось своё отражение в зеркале, но Кас выглядел просто бесподобно, хотя ничего особенного на нём не было. Классическая белая рубашка, расстëгнутая на две верхние пуговицы, рукава закатаны до локтей, обычные старые джинсы Дина и ботинки. Всё как всегда (почти), но при этом зелёные глаза Дина загорелись ярче, наполнились любовью и лаской по отношению к нему, такое тепло распространялось по всему его телу и он улыбался, непроизвольно. Раньше его бы напрягало это, но сейчас ему было абсолютно плевать на то, как он выглядит, а он уверен, что выглядит точно так же как девчонка, которую пригласил на бал её предмет воздыхания. — Что такое, Кас? — ласково спросил Дин, когда ангел приблизился к нему. Дин приобнял ангела за талию, притягивая его к себе, с любовью заглядывая в его глаза, ища там ответ на свой вопрос. Но Кас старался никак не выражать своих эмоций, дабы не выдать ещё и волнение. Кас немного смутился такому порыву Дина и взгляда его волшебных глаза, но виду не показал, устраивая свои руки на его плечах. Сейчас был важный для него момент, который он хотел разделить с Дином, ведь стрелки часов уже почти дошли до полночи. Но он прочитал ранее в интернете, что под бой курантов нужно загадывать желание и пить шампанское, а не целоваться под омелой. Но он хотел сделать это именно перед наступлением Рождества, как сказал Сэм, это нужно делать на кануне. — Да, Дин, всë хорошо. Скажи мне, — Кас сделал небольшую паузу. — Ты веришь в Рождественские предания? Ты знаешь, что значит встретиться под омелой? — Да, знаю, а что? — Дин не понимал посыла ангела, он точно помнил, что они не вешали ни венки из омелы, ни веточки. Тогда откуда такие вопросы? — Сэм, что ты опять наплёл Касу? Сэм лишь пожал плечами и развёл руки в стороны, якобы он тут не при чём. Кинув мимолётный взгляд на парочку, он принялся дальше листать ленту новостей. — Не отвлекайся! — пригрозил Кас. — Это важно. Значит, ты должен знать, что значит поцелуй под омелой, — проговорил Кас и потянулся губами к губам Дина. Охотник, же так до конца и не въехав в суть этого диалога, с превеликим удовольствием встретил губы Каса, затягивая в прекрасный поцелуй. Мягкие губы ангела на губах Дина ощущались великолепно. Они нежно ласкали губы друг друга, пока Дин не захотел углубить этот самый поцелуй. Руки сильнее сжались на талии Каса, сильнее притянули к себе, и Дин на пробу, аккуратно провёл языком по губам ангела. Это произвело эффект: Кас тихо простонал и приоткрыл губы, пуская юркий язык Дина внутрь; руки ангела сильнее обняли охотника за шею и получилось так, что он практически висел на нём. Но кого это сейчас заботит? Дин активно исследовал его рот своим языком и сплетался с языком Каса. Поцелуй из нежного плавно перетекал в страстный, затуманивая мозг обоих мужчин. Они уже давно забыли про Рождество, утопая в диком танце страсти. — Хей, парни? Подождите немного, скоро уже всё начнётся, — Сэм решил прервать их, иначе они начнут снимать с друг друга одежду прямо тут. Кас открыл глаза и тихонько отстранился от Дина, опуская руки с его шеи. Он смущённо улыбнулся и, схватив Дина за руку потащил к столу. Всё-таки он сделал то, что хотел. Дин отмер от сногшибательного поцелуя, когда его тащили к столу и обернулся, обнаруживая венок омелы прямо над входом в зал. — «Сам этот поцелуй должен стать залогом счастья и вечной любви», — пронеслось у Дина в голове. Это ему говорил брат, ещё очень давно, в той самой комнатке мотеля. Когда они отмечали Рождество в компании друг друга. Так вот, что хотел от него Кас и почему спрашивал, знает ли он предания. Вот же хитрый жук. Охотник сел на стул напротив Сэма и рядом с Касом. Он глянул на ангела и отметил для себя то, что он понял, о чём думает Дин и явно очень доволен собой. Он лукаво улыбнулся и облизывал свои губы. Негодник. — «Он явно провоцирует меня!» — понял Дин, и получил подтверждение этому, когда ладонь Каса легла ему на бедро и плавно поплыла вверх, прямо к паху. Глаза Дина распахнулись, а щёки покрылись румянцем. Кас остался доволен эффектом и убрал руку, сосредотачивая своё внимание на Сэме, который говорил что-то о том, что нужно было бы приготовить Гоголь-моголь следующим утром. Мысленно Дин поддержал брата, но вслух он это об не сказал. Вместо этого он решил отвлечься и взял бутылку шампанского, чтобы открыть её и разлить эту шипучку по бокалам. Надо же соблюдать традиции. Он как раз открутил проволоку с пробки, когда часы начали бить полночь. — О, ура, с Рождеством! — закричал Кас чуть ли не подпрыгивая на стуле. — С Рождеством! — сказал Дин и хлопнул пробкой шампанского. — С Рождеством, — с широкой улыбкой сказал Сэм. Под весёлый смех и лёгкие аплодисменты брата и ангела Дин наполнил бокалы шипучкой и встал, держа бокал в руках. Остальные последовали его примеру и поднялись со своих мест. Они стояли молча и ждали, когда стихнет бой часов. — Три… Два… Один! Всё! — крикнул Дин и, чокнувшись с остальными, осушил свой бокал. Кас не спешил. Он только под последний стук мысленно проговорил своё желание и уже после Дина и Сэма выпил залпом полный бокал шампанского. После того как все выпили, Дин разлил по стаканам пиво и положил всем порцию их Рожественского ужина. Он проходил тихо, но весело, парни шутили и смеялись, забывая на мгновение о том, кем они являются. Охотникам на нечисть не до праздников, но они позволили себе хотя бы Рождество. Грех не отмечать такой праздник, когда с тобой живёт самый-настоящий-живой-в-прямом-смысле-слова Ангел, с большой буквы. Перед тем как Дин с Касом сели за стол, Сэм зажёг свечи, и теперь по залу витал и запах мандаринов. Эти свечи были ароматизированные, поэтому запах пошёл лишь после зажжения, да и делали их специально для этого праздника. Парни после ужина и разговоров ни о чём решили обменяться подарками, которые они тогда очень старательно выбирали в торговом центре. Первым вызвался Сэм. Он с гордым видом прошагал к ëлке и достал из-под неё две небольшие коробочки, упакованные в красивую и яркую упаковочную бумагу. С таким же видом он вернулся к дивану, на который они переместились после сытного ужина. — Дин и Кас, я знаю, что абсолютно не умею выбирать подарки, но это, — он замялся, смущённо опустив глаза в пол. Будто девушке в любви признается, ей-богу. — Короче, вот, — он без дальнейших объявлений вручил каждому по коробке и сел в кресло, ожидая реакции. Дин открыл свой подарок. Им оказался кулон, который Сэм когда-то в детстве подарил ему, и который в последствии был потерян. Сэм предпочитал не вспоминать о том, что Дин демонстративно выбросил его. Кулон и мягкий зелёный свитер. — Спасибо, Сэм, — тепло поблагодарил его Дин и поднялся, чтобы обнять брата. Сэм принял и вернул объятия. Дальше был Кас. Он предельно аккуратно пытался раскрыть подарок, чтобы не порвать бумагу, и у него это почти получилось — в конце она всё-таки немного порвалась. Открыв коробку, он увидел там новые наушники для его телефона, чехол и абонемент в магазин одежды, чтобы Ангел смог купить себе своих вещей. Кас светился таким счастьем, что Дин подумал о том, что переплюнуть брата он не сможет. — Сэм, — Кас поднял глаза на друга и улыбнулся. — Спасибо. Сейчас моя очередь, — сказав это, он встал и отошёл к ëлке. Он вернулся с двумя свёртками, которые не очень-то были похожи на подарки. — Я. Эм. Проиграл в битве с упаковочной бумагой, — признался Кас, и Дин с Сэмом засмеялись. — Поэтому вот, — он сунул подарки в руки братьям. Дин получил в подарок от Каса небольшой фотоальбом, заполненный совместными фотографиями, где он с Сэмом, Касом, Импалой. Несколько снимков, которые там находились, были сделаны без его ведома и они были настолько «живыми», что Кас даже распечатал их больше форматом, так они занимала целую страницу альбома. Но сам по себе он был действительно не большой — всего страниц на десять и размером с обычную тетрадь. Удобно. А Сэм получил абонемент в продуктовый магазин и несколько футболок с смешным цитатами. — Ха-ха, Кас, у нас с тобой мысли схожи, — Сэм потряс абонементом. — Спасибо, приятель, это прикольно, — заключил Сэм и обнял ангела, который тоже остался доволен тем, что подарок Сэму понравился. — Кас? — обратил на себя внимание Дин. Кас обернулся и подошёл к нему, выглядя при этом крайне взволнованно. — Не напрягайся так, — улыбнулся он. — Мне нравится, очень. Спасибо, — сказал Дин и прикоснулся рукой к щеке Каса, который сразу же прикрыл глаза от такой ласки и растянул губы в улыбке. — Ну что ж? Теперь моя очередь, получается? Дин встал и направился к ëлке, при этом очень сильно волнуясь. Он собирался сделать что-то безумно важное. В отношении Каса, конечно же. Насчёт подарка для брата он даже не волновался, и не думал особо долго, но вот Кас... Это уже другой вопрос. Дин себе всю голову сломал, но всё-таки выбрал. И сейчас ему предстоит этот подарок вручить.