Знаешь, мне приснился сон..

      — Эвтида! — грозный голос издался за спиной девушки, заставляя шезму дрогнуть. — Старайся больше, а-то предки даже буквы не поймут. Буквы, слова, предложения, смысл.. С твоими стараниями можно забыть про это. Голос принадлежал Амену — эпистат, охотник на черномагов. Шезму закатила глаза на упрёк эпистата, ведь без него знала, что почерк у неё не самый лучший. Девушка пыталась выводить буквы, но от усталости и нервов у неё ничего не выходило. Она понятие не имела сколько провела времени в библиотеке за папирусами, и за практикой, но спина ныла прося перерыв, а зрение плыло, усугубляя ситуацию. — Вот писари пошли, писать даже не умеют.. — выплюнул альбинос, перед тем как покинуть девушку оставляя её в одиночестве. Эва глубоко вздохнула, откидываясь на спинку стула. "Ага, писарь, как же.. Попросите проникнуть сон, и это сделаю так, как эпистату и не снилось!" — возмущалась та в мыслях. Шезму рассматривала свой почерк, пытаясь прочитать текст, что она написала за вечер. Но усталость давала про себя знать, и Эвтида не смогла напрячь глаза, и задача прочтение она перенесла на завтра. Зевнув, девушка хотела встать за стола, но вдруг услышала, что в библиотеку кто-то зашёл. "Исфет! Снова он? Ему не надоело?" Но на удивление, Эва услышала не грозный, строгий голос охотника, а спокойный голос друга. "Рэймсс". — Эва? Что ты тут делаешь в такой поздний час? Снова Амен сказал больше практиковаться? — вскинул бровь темноволосый. — Да ты прям всё знаешь. Конечно Амен! Когда ты видал меня в библиотеке по-собственному желанию? — немного раздраженно спросила Эвтида. "Что за вопросы?" Рэймсс поднял руки вверх, и с раскрытыми глазами кивнул. — Я понял. День тяжелый выдался, не так ли? — Не то слово! После такого дня, мне поможет только кружка, настоящего, египетского пива! — вскинула руками та. На эти слова друг хитро усмехнулся, что вызвало у девушки недоразумение. — Говоришь пиво поможет.. — доставая из сумки небольшой кувшин и две кружки, тот сел на против. — Ну что ж, пусть помогает. Недоразумение сменилось на радость. Перед ней стоял напиток который поможет её расслабиться, быстрее уснуть и почувствовать себя лучше после тяжелого дня за практикой. — Рэймсс! С каких пор ты умеешь так приятно удивлять? — С каких пор? Ну.. Начиная с момента, как я начал доставать кувшин с заветным напитком. Эва на это усмехнулась и пригласила сесть на стул на против её. ...       После того как напиток был разлит по кружкам, шезму спросила то, что хотела спросить ещё с прихода друга: — Слушай, а что ты забыл в библиотеке так поздно? — вскинув бровь, Эвтида тёмными глазами взглянула на Рэймсса. — Меня Тизиан отправил, чтоб я тебя предупредил о том, что завтра ты с Дией едете с охотниками и с лекарем в Фивы, будете что-то важное записывать. У меня вопрос только почему об этом тебе Амен не сообщил который был тут чуть ли не весь вечер, вместо этого отправляя меня идти через всё поселение.. Но всё-таки самое главное, что ты предупреждена. Отпивая глоток пиво, Эва внимательно слушала черномага. — С лекарем..? — Ливий Пеллийский. Девушка тут же улыбнулась. В голове возникли воспоминание о том вечере как сегодня, как они пили пиво с Рэймссом , а на следующий день она "впервые" встретилась с Ливием. "Молчуньей он тогда меня назвал. Уверенна, он об этом пожалел уже сотый раз.. — Задумалась Эвтида. —"А ещё, он сказал, что изрядно выпила и чтоб не дышала на него.. Но если для него я тогда изрядно выпила, то интересно каким словом можно охарактеризовать, как они выпили с Феонией?" На лице девушки расплылась улыбка от воспоминаний, и конечно это не ускользнуло от внимание друга. — У тебя мысли о лекаре вызывают настолько позитивные мысли? — Рэймсс усмехнулся, смотря на подругу. Эвтида немного покраснела, и попыталась скрыть лицо , что, к сожалению для неё, получалось очень плохо. Черномаг искренне засмеялся от такой реакции подруги, но шезму явно не разделяла веселье друга. — Да ну тебя! — девушка наигранно закатила глаза и скрестила руки на груди. — Да ладно тебе... Может, ещё по кружечке?

***

      Эвтида была права первое время — пиво помогло ей расслабиться, но после третий чаши, та почувствовала, что тело возвращается в то состояние, что было вовремя письма. Шезму почувстовала слабость тела и потребность во сне. Пытаясь сосредоточиться на словах Рэймсса, девушка понимала, что ещё немного и уснёт. "Хочу спать.. Но завтра, я уверенна, что проснусь с ужасной головной болью, и ехать в Фивы, записывать записи.. Я когда трезва, получаю издёвки от Амена из-за почерка, а из-за похмелья, мой почерк будут скорее проходить на каракули. Мне надо что-то от головы. Надо что-то.. Ливий!" Эва раскрыла глаза, понимая, что решение найдено. "Ливий, он же лекарь, не думаю, что он только масла создаёт, у него явно есть какой-то отвар от головной боли.. или какая-то там настойка.." — Эвтида, тебе плохо? Или устала и сон клонит? — друг видел как глаза Эвы закрывались, и сомневался, что последние его фразы вообще были услышаны. — Что? А, да.. Устала. "На самом деле весь набор, что ты перечислил, описывает меня здесь и сейчас". Рэймсс кивнул и начал убирать посуду в свою суму, и немного привёл порядок рабочий стол. Девушка последовала примеру друга, и прибрала свои приспособление для письма, и проверила не забыла ли она что-то. Встав, Эвтида почувствовала лёгкое головокружение, из-за чего чуть ли не упала. Рэймсс немного придержал подругу, чтоб та не упала. — Сможешь дойти сама? Мне надо ещё к брату зайти, а это в другой стороне от поселение. Не спрашивай где он бродит. Девушка уверенна кивнула, давая понять, что дойдёт. ...       Несколько мгновений и черномаг оставил деву в одиночестве. Эвтида ощущала головную боль, которая давила её, не давая идти ровно и прямо. "Как бы я не любила бы пиво, но последствие после него мне абсолютно не нравиться.." Выйдя из библиотеки она направилась к Ливию, чтоб получить отвар, который облегчит её похмелье. Эва чувствовала как её качает с стороны в сторону, а ноги стают ватными. "Исфет! Я дойду сегодня до поселение, или меня с утра найдут в кустах с запахом египетского пива?" Эва ускорила шаг, пытаясь забыть о слабости в теле. Девушка увидела яркие огоньки, которые горели в окне, крича о том, что несколько шагов и она в поселение, несколько шагов и "возможное" лекарство в её руках. Шезму вовсе забыла про её состояние, и начала бежать, что было ошибкой. От неосторожности, Эвтида упала на дорогу которая ввела в поселение. "Думала про кусты, но ошиблась. На дороге меня найдут с утра.. Встать надо. Иуч!" Отрывая руки от пола, из уст послышалось шипение. Грязь с кровью и небольшие царапины, немного пекли, чем приносили деве дискомфорт. "Да уж, попила пиво, до такой степени, что не могу дойти "домой"." Приложив усилии у шезму получилось встать. К сожалению, пострадали не только ладошки, но и колени были разбиты в мясо. Эва приняла решение не бежать, а просто идти, если она хотела дойти живой. Задача дойти здоровой, уже была провалена. ...       Несколько минут, и Эвтида всё-таки смогла дойти до дома Пеллийского. На счастье, в доме лекаря горел свет, который говорил о том, что Ливий ещё не пошёл спать и был занят работой. Тяжело вздохнув, девушка постучала в дверь до которой так долго добиралась. Опустив голову та принялась ждать. Некоторое время ей никто не отвечал, что заставило Эву нервничать. Но через несколько секунд за дверью послышались звуки и дверь отворилась. Перед Эвтидой восстала фигура лекаря, держащий папирус в своей руке, с вскинутой бровью. Но увидев, что перед ним Эва, тот усмехнулся. — Эва? Какими судьбами? — Ливий хотел ещё что-то сказать, но взгляд упал на тунику, которая была запачкана кровью в перемешку с грязью. Пеллийский понял без лишних слов, и кивая, пропустил деву в дом. Проходя мимо лекаря, до того дошёл аромат алкоголя, давая ответ, что случилось с милой госпожой. Присев на диванчик, Эвтида начала рассматривать комнату Ливия, в которой он жил с Исманом. Мысль о названном брате, заставил шезму поникнуть, вспоминая тот день, когда его нашли в Ниле: мёртвым и бездыханным. Из мыслей её отвлёк голос Пеллийского: — Могу предположить, что ты упала, что привело к ранам на коленях. Или не только колени..? "Колени, ладони, ну голова.. Но не из-за падение". Девушка не издала не звука, лишь показала ладони. На это, признанный лекарь кивнув, доставая бинты, воду и вино для того, чтоб обезобразить раны. ...       Сев напротив Эвтиды, лекарь начал с ладонь: слегка вымыв рану водой, чтоб избавиться от грязи, он заботливо пропитав бинты вином, чтоб не произошло заражение крови. Перед тем как Ливий принялся за бинты, чтоб приложить их на ладони, он тихо произнёс: — Сейчас будет больновато, стоит потерпеть.. После слов, тот аккуратно приложил бинты на ладонь Эвтиды. Вскоре из уст шезму выдалось шипение. — Тсс,— принялся успокаивать Пеллийский. — ещё немного. Закусив губу, Эва начала следить за действиями лекаря, который был сосредоточен своим ремеслом. "Как Ливий может держать грань между весёлым, харизматичнным, шутливым другом, и заботливым, серьёзным лекарем?" Девушка сама не заметила как засмотрелась на Ливия. Это конечно не ускользнуло от внимание Пеллийского: — Эва, настолько красивый? — усмехнулся тот фирменной улыбкой. Эвтида отвела взгляд, чувствуя, как лекарь заставил её краснеть. "Они сегодня с Реймссом сговорились? Я смотрела на тебя, чтоб отвлечься от боли, а не потому что очень красивый.." Ливия позабавила реакция госпожи, но он как прилежный лекарь продолжал своё дело. Шезму продолжала наблюдать за своим другом, смотреть на его улыбку. "Чтоб отвлечься от боли.. Или нет?" Закончив с ладонями, Ливий обратился к Эвтиде: — Жива? — самодовольно усмехнулся тот. — Ну как видишь ещё дышу и разговариваю. — Первый этап пройден, ладони забинтованы, но ещё колени.. — И голова. Лекарь скинув бровь не понимая, что имеет ввиду Эва. — Ты ещё и головой ударилась? Шезму покачала головой, отрицая предположение Пеллийского. — С пивом немного перебрала.. Голова раскалывается. Я изначально к тебе шла за отваром или настойкой, которая сможет смягчить головную боль, но по пути, ещё и упала. И теперь ты ещё обрабатываешь руки и колени, вместо того, чтоб просто дать лекарство. — отводя взгляд в сторону рассказывала она. — Я вижу, перед поездкой в Фивы, напиться — традиция. — продолжал разговор тот, пока принимался за колени девушки, и пропитывал бинты вином. Эвтида закатила глаза, пропуская слова Ливия мимо ушей. "Даже если традиция, то что?" — Не злись, милая госпожа, я не в коем случае не упрекаю тебя. Просто сказал. — тихо произнёс лекарь, приложив бинты на колено девушки. На этот раз, та успела прикусить губу, прежде чем зашипеть. — Быстро привыкаешь к боли. — взглянув янтарными глазами на девушку, которая продолжала наблюдать за действиями лекаря. "Он это называет болью?" — нахмурила брови шезму. Второе колено было забинтовано уже в тишине. Эвтиду ужасно клонило в сон, но голова продолжало раскалываться, а головная боль не собиралась отступать. — Милая госпожа, ещё голова ты говорила.. Тебя что мучает? Головная боль, головокружение или что-то ещё? — Всё. Ещё голова раскалывается. Ливий тяжко вздохнул, и направился к полке, где хранились отвари и настойки. Через несколько мгновений, лекарь уже оказался возле Эвтиды, протягивая небольшой бутыль с светло-зелёной жидкостью. — Ромашковая настойка с лимоном. Завтра должно стать легче. Эва улыбнулась и кивнула в знак благодарности. Открыв бутыль, в нос впился запах ромашки, что заставило деву поморщиться. — Пей залпом, и не думай о запахе. Можешь закрыть нос для лучшего эффекта. Шезму последовала совету Пеллийского, и с закрытым носом, выпила настойку залпом. — Гадость! — нахмурив брови, Эвтида протягивая пустой флакон, в котором минуту назад было лекарство. — Извини, милая госпожа, но иногда надо пострадать, чтоб потом чувствовать себя лучше. — усмехнулся лекарь. — Не сомневаюсь. — шепотом произнесла та. Смотря в янтарные глаза Ливия Пеллийского, Эвтида всё-таки признала, что лекарь и вправду очень красив и симпатичный. "Он так заботливо перематывал мои ладони и колени. И вправду лекарь". — Ну что ж, уже поздно, и думаю тебе стоит поспать, тяжелый день у тебя выдался, не так ли? — Так ли. "Если бы день был лёгкий, поверь мне, я бы не сидела тут". — Давай я тебя проведу. А то, вдруг что-то ещё случиться. — Не случиться. — закатила глаза шезму. "Я что маленькое дитё? Что Рэймсс, спрашивал, смогу дойти, что он.. Но, может, всё-таки.." Немного задумавшись, она взглянула на Ливия который протягивал ей руку помощи, помогая ей встать. Ещё немного свесив "за" и "против", Эвтида приняла помощь и приглашение провести её домой. — Принимаешь моё приглашение? — усмехнулся тот. — Представляешь.. — Ну что ж, посмотрим, случиться что-то или нет. — Если случиться, то только Амен, который выйдет из угла с Тизианом гуляющие за ручку, карауля поселение. Ливий не смог сдержать смех, и мягкий хохот распространился по комнате. Эва подхватила эту волну, и также заразилась хихиканьем лекаря. "У него такой заразительным смех". — Пошли, милая госпожа, несколько мгновений и ты дома. ... Ливий и Эвтида шли не спеша, обсуждая завтрашнюю поездку в Фивы. Лекарь рассказал о том, что завтра они едут в больницу, описывать симптомы хвори. — Ну это так, для уверенности. Писари уже записывали эту информацию, но как сказал Амен: "Лучше несколько раз записать, чем потом быть неуверенным в старой информации". И думаю, я с ним впервые согласен за долгое время, хоть что-то дельное он сказал. — Я, пожалуй, соглашусь. Тут и вправду есть смысл. Идя, Эва не заметила камень под ногами, и полетела бы вниз, но Пеллийский, стоявший рядом с шезму успел удержать её за руку, что спасло её от падение. — Эва, осторожно! Девушке понадобилась некоторое время, чтоб уверенно встать на две ноги. — Спасибо.. — тихо произнесла она. Ливий кивнув, продолжая держать деву за руку. — Так будет безопаснее. Эвтиду заставило это усмехнуться, заставляя вспомнить их спуск в гробницу. "Слышал, лучше держаться вместе.." — пронеслась эта фраза в голове шезмы. — " Тогда я предлагала держаться за руки, в гробнице, а сейчас он, чтоб я не упала..". Почему-то, эти мысли вызвали у Эвы смущению улыбку, заставляя краснеть её уже в который раз за день. "Ливий, что ты творишь со мной?" ... Несколько мгновений и вот он: "дом" Эвтиды. — Ну всё мы дошли. — Да.. Как бы этого не хотела признавать Эва, но она расстроилась, что они так быстро дошли до места назначение. Время провождение с Ливием, ей правда понравилось. — Значит до завтра, милая госпожа. Лекарь собирался уже уходить, но внутри Эвы что-то кричало, что она должна ещё немного времени провести с ним. — Подожди! — крикнула шезму, останавливая этим лекаря. Развернувшись, Ливий со вскинутой бровью посмотрел на Эву, которая была в замешательстве. Будто не зная, что она творит. — Н-да? Делая шаг приближаясь к лекарю, у Эвтиды было одно в голове: "Поцеловать". Смотря на янтарные глаза, и нежные губы лекаря напротив, у девушки появлялось больше желание примкнуть к губам Пеллийского. То ли от алкоголя, шезму стала более смелее, то ли от желание. Но через несколько мгновений, девушка прильнула к устам Ливия. Лекарь явно такого не ожидал от подруги, и некоторое время не отстранялся. Но вспомнив, о Феонеи, и что у них было подтдействием алкоголя, лекарь отстранился, не давая деве увлечься. Держа Эвтиду за плечи, лекарь заботливо произнёс: — Эва, тебе стоит отдохнуть. Завтра тяжелый день, и надо выспаться. Прикоснувшись к своим губам, Эва произнесла: — И вправду. Отпустив взгляд, Эвтиде стало стыдно, что при таких обстоятельствах, случился её первый поцелуй. "Что я вообще сделала? И как я потом буду смотреть в глаза Ливию?" Пеллийский как будто прочитал мысли девушки на лице, и перед тем как уйти, слегка её обнял, и словами дал понять, что всё в порядке, и ей не стоит беспокоиться: — Эва, надо поспать. Ты и я просто забудем про это, хорошо? Девушка кивнула, принимая слова друга. Перед тем как уйти, лекарь выплеснул: — Спокойной ночи, милая госпожа. "Спокойной ночи, милый господин". — мысленно пожелала та.

***

      Небольшая группа людей ехали в Фивы под палящим, египетским солнцем, которое не щадило никого. Держась за карету, чтоб не вывалиться, Эва пыталась восстановить воспоминание о вчерашнем дне. Единственное, что та помнила, это то, как много времени она провела в библиотеке за практикой письма, и как пришёл Рэймсс с новостью о Фивах и с кувшином пива. "Исфет! Я точно перепила пива. Я даже не помню откуда у меня бинты на коленях и на ладонях. Когда я успела упасть?" Но вдруг событие вчерашнего вечера, сменился на сладкий сон. " Ливий.. Интересно, он целуется в реальной жизни также как и во сне?" Вдруг за спиной она услышала того, о ком сейчас были заполнены её мысли. — Добрый день, милая госпожа, как ты себя чувствуешь? Как самочувствие? Эва не могла отрицать, что внимание Пеллийского с утра ей импонировало, но в тоже время не совсем понимала, почему лекарь спрашивает про состояние здоровье, ведь вроде бы ничего такого не случилось. — Добрый, неплохо. Но если бы не жара.. — Эвтида хотела что-то ещё сказать, но Пеллийский её перебил. — Я не совсем про это.. Как колени, ладони и голова? Эва задумалась, опустив взгляд на ладони, которые были перебинтованы бинтами. "Я ничего не помню.. Он мне их перебинтовал?" Вскинув бровь, девушка сказала лишь: — Нормально. Ливий усмехнулся. Он был не совсем уверен в своём предположение, но предположил, что госпожа ничего не помнила. — Головная боль ушла? С утра, девушка проснулась, на удивление, бодрой. И головную боль как рукой сняло. — Головная боль? Ушла. Не мучила. А должна? — вскинула бровь шезму. Пеллийский кивнул головой, понимая, что Эва забыла всё, что было вчера. А значит и поцелуй она вовсе позабыла. Но через несколько мгновений на лице Эвтиде появилась хитрая улыбка, заставляя Ливия вскинуть бровь. — Знаешь, мне сегодня приснился сон, — начала Эва. — не поверишь. Мне приснился наш поцелуй. Лекарь криво улыбнулся. — И как? Понравилось? — С усмешкой спросил тот. Но та не успела ответить, ведь карета остановилась, и раздался грозный голос эпистата: — Выходим. Мы на месте. Бросив взгляд на Амена, Пеллийский произнёс: — Потом как-нибудь расскажешь.