Strangers

      «Надеюсь, хотя бы из новостей я узнаю твое настоящее имя». Прошло уже больше пяти часов с момента, как Мэй приехала домой, а эти слова Уильяма все еще звучали в голове. И страшно было не потому, что он знал. Страшно было, что, раз уж знает он, знают все. Наверняка и Мартин давным-давно обо все догадался. Мэй больше нельзя было ни секунды оставаться в Лос-Анджелесе. Ей нужно было бежать, да как можно скорее. Снова в Мексику. А еще лучше вообще в Европу.       К счастью, у Мэй было не так много вещей. Она смогла быстро собрать все самое нужное в свою сумку и спустить ее вниз. Некоторые вещи, которые она купила уже после того, как стала работать с группой, пришлось оставить, так как таскаться всюду с сумками было бы крайне неудобно. Особенно, если придется бежать.       Мэй собрала минимум косметики, снова надела маску и капюшон с кепкой, и пошла на выход, грустно вздохнув, оглядывая дом, который уже успел стать родным. Ей оставалось пройти всего несколько шагов, чтобы оказаться снаружи. Она никак не ожидала, что Итан вернется так рано. Дверь открылась, и мужчина, разговаривая с кем-то по телефону, вошел в дом. Мэй выругалась, но прятаться было уже поздно. Итан заметил ее с сумкой в руках и тут же бросил трубку, даже не попрощавшись. — Что происходит? — спросил он обеспокоенно. — Ничего не происходит. — холодно ответила Мэй. — Я выполнила условия контракта. Теперь мне пора. — Постой-постой. Что все это значит? — Я ухожу, Итан. Спасибо за то, что дали возможность раскрыть себя, но мне правда пора. — Ты никуда не пойдешь, Мэй. — Будете держать меня силой? — Что? Нет. Просто давай сядем и спокойно поговорим, хорошо? Мы ведь так хорошо сработались, Мэй. Я не могу так просто взять и отпустить такой талант. Если ты не хочешь работать с группой, то будешь сольно. Я знаю, я не такой влиятельный продюсер, но и не самый плохой. Я все тебе дам. Поверь, меня интересуют вовсе не деньги. Я просто занимаюсь тем, что люблю. А ты вдохновила меня на многие вещи, которые я хочу реализовать. Без тебя у меня не получится. Давай попробуем, хорошо? Я на любые условия согласен.       Мэй и без того еле держалась, а когда Итан стал говорить о том, сколько проектов у него в голове, которые они вместе могли реализовать, сил совсем не осталось. Она ведь вовсе не хотела уходить, не хотела снова бродить по миру без какой-либо цели. Она хотела остаться с группой, хотела подружиться с Томасом, хотела помирить их с Лиамом, хотела стать хорошей подругой для Гарри, хотела и дальше работать с Мартином, который был так хорош, что это доставляло только удовольствие, и она хотела ближе узнать Уильяма. Она правда хотела, чтобы Итан, такой простой и добрый человек, стал ее продюсером и менеджером. Ей ведь тоже не важны были деньги. Она тоже хотела делать то, что так обожает. И она готова была отдать все. Но Габриэля она боялась слишком сильно, чтобы согласиться отдать ему свою жизнь в обмен на все это.       Мэй не сдержалась и заплакала. Сил держаться больше правда не было. Уже столько времени она держит все в себе, прячется, скрывает свое лицо под маской. Это правда выматывает. Она больше не могла делать вид, что все хорошо, не могла больше убеждать себя в этом. Жизнь была с ней слишком несправедлива. Почему она не может просто делать то, что хочет? Почему она должна жить так, как живет? Это несправедливо! — Мэй? — тихо позвал Итан сел перед девушкой, которая выронила сумку из руки и упала на колени, разрыдавшись в голос. — Мэй, скажи, что происходит. Кто-то из парней обидел тебя? Или, ты устала из-за репортеров и всего остального? Поговори со мной… — Я больше так не могу. — сквозь слезы проговорила Мэй и бросилась к Итану в объятия.       В этот момент дверь открылась и в дом вошел Уильям с сигаретой в руках. Он хотел узнать, почему Итан так долго, так как он сказал, что ему только нужно взять ключи, а сам застрял в доме уже на минут десять. Но увидев эту картину, парень не смог выдавить и слова. Он решил, что ему стоит выйти и не мешать, но любопытство было сильнее него. Он тихо встал у двери и стал ждать. — Так, Мэй, успокойся, хорошо? — проговорил тем временем Итан, игнорируя присутствие кого-то еще. — Пойдем в гостиную, я налью тебе чай, а ты спокойно мне все расскажешь. Я никуда не отпущу тебя в таком состоянии еще и так поздно.       Спорить Мэй не стала. Она постаралась взять себя в руки и перестать плакать. Вот только она слишком долго держалась, так что теперь остановить поток эмоций, которые копились так долго, было не так просто. Итан же набрался терпения и не торопил ее. Он аккуратно помог ей подняться с пола и повел в просторную гостиную на диван. — Ты, приготовь ей чай. — обратился Итан к Уильяму, который, несмотря на тысячу подзатыльников и оплеух, докурил сигарету прямо внутри дома. — Или кофе, не важно. Что-нибудь принеси.       Уильям молча прошел на кухню и стал рыться в холодильнике. Мэй же, наконец, успокоилась. Пусть слезы все еще текли из ее глаз, она теперь могла говорить. Итан же не задавал больше никаких вопросов. Он терпеливо ждал, пока Мэй заговорит сама. — Я сбежала из дома пару лет назад. — начала она, слегка заикаясь. — Нельзя, чтобы меня нашли. Родители очень влиятельные. Меня убьют, если найдут. Простите… Я правда не думала, что все зайдет настолько далеко. Я не хотела и вас втягивать. Не хотела… — голос дрогнул. Мэй глубоко вздохнула, чтобы снова не расплакаться, и продолжила. — Я очень люблю заниматься музыкой. И я правда хотела бы работать именно с вами. Но я не могу. — Так ты поэтому прячешь лицо? -спросил Итан. — Я не хочу, чтобы меня нашли… — Хорошо. — Итан тяжело вздохнул. — Эй ты, хватит стоять в дверях, тащи сюда, что приготовил. — обратился он к Уильяму, который все это время стоял у входа в гостиную. — Я все понял. — посмотрел Итан на Мэй. — Прекращай плакать. Я все решу, хорошо? Я обо всем позабочусь, а ты главное оставайся здесь и больше не пытайся сбежать. Договорились, Мэй?       Мэй неуверенно кивнула. Она правда больше не хотела прятаться. А раз Итан сам решил взять ее под свое крыло, она может хоть ненадолго побыть в безопасности. Все это время она была совсем одна, так что она не смогла взять и отказаться от помощи. Сил бегать не оставалось. Может потом, когда все узнают, кто она, она и попытается сбежать. Но до этого момента может она ненадолго обнаглеть и расслабиться, прячась за спину Итана? — Отлично. — кивнул Итан. — Я пойду сделаю пару звонков. Никуда не уходи.       Мэй снова кивнула, а Итан вышел из дома. Уильям же только сейчас вошел в гостиную и поставил перед Мэй чашку ромашкового чая, которого у Итана было очень много. Если алкоголь не помогал, он пил именно чай. — Это ведь ты сделал так, чтобы он вернулся домой раньше. — с упреком обратилась Мэй к Уильяму, снимая маску, чтобы выпить чай. Волосы, кепка и капюшон все еще скрывали большую часть ее лица, да и глаза и губы были опухшими от слез, так что понять, кто это, было довольно непросто. — Мне это не нужно. — ответил Уильям. — Мне нет дела, останешься ты или уйдешь. Хотя… мне все же было интересно, как ты будешь оправдываться перед Итаном. — Ты придурок. — А ты хорошая актриса. Такую истерику устроила, я даже поверил. — Ага…       Спорить Мэй не стала. Она была на грани новой истерики, а потому решила пока молчать. Уильям же внимательно рассматривал ее лицо и пытался понять, где он его видел. В голове крутилась такая знакомая картинка, но вспомнить все никак не удавалось. И тут в его голову словно ударило молнией. Он достал из кармана свой телефон и стал рыться в галерее. Там было не так много фотографий, так что нужную он нашел очень быстро. События на фотографии произошли не так давно. Уильям и его семья отправились на концерт одной очень популярной в то время певицы. Им даже удалось встретить ее после концерта и сделать фотографию. Эту фотографию Уильям знал так хорошо, как не знал никакую другую. Он смотрел на нее почти каждый день в течение года после смерти близких. На ней его семья была такой счастливой. И он тогда тоже был счастлив. А насчет певицы Уильям теперь не был уверен. Пусть она и улыбалась на фотографии, теперь перед ним она сидела вся опухшая от слез. — А ты намного красивее, когда не уродуешь свое лицо косметикой. — сказал Уильям, убрав телефон обратно в карман.       Мэй подняла голову. Намек был ясен как солнечный день. Прятаться смысла больше не было. Тем не менее Мэй не хотела, чтобы о ее настоящей личности знал кто-то еще. Даже Итану сказать она пока не была готова. — Не смотри на меня так. — сказал Уильям. — Я никому ничего не скажу. Но они и сами не тупые. Ты права, все скоро все равно узнают. Но, если ты останешься, по крайней мере тебе будет за кого спрятаться. Итан, может, и кажется раздолбаем, он имеет хороших друзей. Он достаточно влиятельный, поверь.       На собрании через два дня Итан рассказал обо всем остальным ребятам. Он попросил их нев коем случае не публиковать фотографии с Мэй, не раскрывать о ней никакую информацию репортера, а если они будут нападать на нее, то по возможности спасать. Парни, конечно, приняли это и пообещали помогать Мэй, а вот Мартин взъелся. Его такой расклад не устроил.Он был очень зол. — Ты совсем своей головой не думаешь, что делаешь? — закричал он, как только дослушал рассказ. — Ты хоть понимаешь, что не только себя ставишь в неудобное положение? Если будет скандал, пострадает вся группа, в которой ты, на минуточку, даже не состоишь. Тебе ничего не будет. А мы пострадаем.       Мэй ничего не могла ответить. Она стояла перед Мартином с опущенной головой, словно маленький ребенок перед родителем, который отчитывает его за какую-то пакость. Она прекрасно все понимала, но пересилить себя и отказаться от своего наркотика, разве это так просто? — Никакого скандала быть не должно. — вмешался Итан. — Она будет продолжать носить маску как часть своего образа. К тому же она не маленькая девочка, она имеет полное право уйти из дома, какими бы влиятельными не были ее родители. Да и клип не настолько популярен, чтобы взрослые люди обратили на него внимание. Все будет в порядке. Лишь бы вы не трепались. — Вот именно. — заступился за Мэй Томас. — Чего ты так взъелся? Побег из дома не может стать причиной скандала.       Мартин хотел было что-то сказать, но передумал. Он лишь тихо выругался и отошел от Мэй. Та тоже сделала несколько шагов назад и спряталась за спиной Итана, который в данной ситуации казался ей самым надежным и взрослым. — Я уже начал работать над подготовкой к бесплатным концертам. — сказал он. — Отвлечем людей датой первого концерта. А вы пока готовьтесь и больше отдыхайте. Скоро придется очень много поработать. На этом собрание окончено. Можете идти.       Разошлись по домам не все. Итан продолжил делать то, что не закончил вчерашним вечером, Томас и Гарри же остались немного поработать. У них была пара идей, которые они скорее хотели воплотить в жизнь. Мартин был зол, а потому он решил пока побыть дома и остыть, не видя лица Итана и Мэй. — Я возьму машину. — сказал Итану Уильям перед тем, как выйти из студии. Итан кивнул, не поднимая головы, а Уильям взял ключи и глянул на Мэй, которая сидела как раз рядом с выходом с пустым взглядом. — Отвезти домой? — спросил он.       Мэй не отреагировала. Она даже не поняла, что вопрос задают ей. Мыслями она была очень далеко. Только когда Уильям назойливо не пощелкал перед глазами девушки, та смогла прийти в себя и поднять взгляд на него. — Домой едешь? — снова спросил Уильям. — Итан не скоро освободится.       Мэй глянула на Итана, который сосредоточенно печатал что-то на своем компьютере, а потом снова посмотрела на Уильяма. С минуту она думала над ответом, а в итоге просто встала и молча вышла из студии, не попрощавшись со своим «приемным отцом».       Как только девушка оказалась в машине, она сняла маску, так как провела в ней уже пару часов, и дышать было трудновато. Уильям уже видел ее без маски, так что его она не стеснялась, как бы не выглядела. Если подумать, он видел еев любом состоянии. — Собираешься и дальше прятаться? — спросил Уильям, сев за руль. — Заяви о себе. Или тебе есть что скрывать? От кого ты прячешься? Почему сбежала? — Сегодня не твоя очередь задавать вопросы. — отмахнулась Мэй, немного придя в себя. — Ладно. — усмехнулся Уильям. — Но теперь ты знаешь, что я задам тебе завтра. — Копания, на которую я работала, не такая хорошая, как кажется. — после долгой паузы проговорила Мэй, решив не откладывать ответ, если вопрос все равно будет тем же. — Там мне было несладко. Такой ответ устроит? — Вполне.