You're my only one.

Феликс по своей натуре не любил различные взаимодействия с людьми, ведь как только он замечал, что начинает привязываться к человеку, то начинал также косвенно требовать от него большего внимания, что в последствии всего его начали сторониться, обходить стороной и игнорировать, ведь такое поведение жутко пугало его когда-то там бывалых друзей. И ведь все началось не с простой измены любимого, не из-за сплетен лучшего друга за спиной, а из-за ночных, жутких до мурашек по коже и болючих покалываний в груди криков родителей друг на друга в соседней комнате, либо на первом этаже, думая, что так их чадо точно не услышит их споры и нецензурные слова. Как же они чертовски ошибались по этому поводу. Ким всегда был готов отдать всего себя своему ребенку, и хотя бы пытался делать вид, что все еще влюблен в Ли старшую, делая из этого пленку некрасивого вранья, на фоне всей картины которой мелькали поломанные многоэтажные дома из выдуманных слов о рассказах их любви друг к другу. Каждый раз после их ссор, которые длятся порядком долго, бывало доходило до четырех утра, пока женщина не выдерживала и не уходила из дома вся красная, оставляя Сынмина остывать дома. Феликс выходил из своего маленького укрытия в виде шкафчика в уголке комнаты и бежал к отцу, каждый раз выпрыгивая из-за угла и спрашивая, как тот себя чувствует и почему они поссорились. "твоя мама просто болеет, вот и психует", "она ничего не успевает, вот и срывается на меня", "Все в порядке, Ликси, не обращай на это внимание, хорошо?" и остальные его отговорки звучали как упавшая на горячую плитку и испраившаяся на нем же капелька надежды, что это все правда. А испарилась она просто потому что Сынмин не умел врать, быть точнее на его вранье его же собственная жена не отвечала взаимностью. Мужчина каждый раз водил своего сына по разным паркам и кафе, тянул время до комендантского часа, когда такое маленькое дитя должна спать дома, а не хихикать от того, насколько сильно ее отец катает на качелях, представляя себя космонавтом. Каждый раз Сынмин засиживался на остановке, говоря, что это не их автобус. А после, шипя под нос и давая себе по лбу, говорит, что все еще путает номера автобусов, и им приходится еще около часа сидеть на далекой одинокой автобусной остановке, вспомина разные смешные истории или выдумывая различные сказки и рассказывая друг другу. А все это делалось только для того, чтобы Ли навеселилась вдоволь со своим дрянным любовником и наконец-то этот незнакомый для него мужчина освободил их дом, впуская семью. Все это делалось только для того, чтобы у Феликса не сложилось плохое отношение к мисс Ли, пока же сама она делала все с точностью да наоборот: грубила отцу при малыше, "защищала" свое чадо от него, наговаривая всякого и пытаясь внедрить в молодой мозг, что такие мужчины, как его отец — самые отвратительные люди в мире, и что если сам Феликс будет его копией, то может смело прощаться со своим кормилицей, ведь та не собиралась жить в доме с двумя "Ким". Сейчас же, когда Феликс не может пробыть в отношениях даже неделю, он пытается особо не контактировать с людьми, чтобы не привязаться к нему и не вбивать в свою голову разные противоречивые мысли. Он уже знает, какие у него мысли, какое у него отношение к другим людям, поэтому единственный контроль, который он может себе позволить, так это держать дистанцию с людьми. И ведь срабатывало. Люди приходят и уходят, наговорят нежностей, а после в привычной для Ликса манере кидали его в самые тяжелые моменты. Он больше не верил кому-либо, оставаясь с самим собой. Но при появлении одной бестии в его жизни все стало порядком тише и легче. Минхо... Одно это имя заставляло Феликса светиться, улыбаться как дурачок, ведь знал, что Минхо — человек, который его не предаст, любит его настолько сильно, что готов сбежать с важных для него пар прямиком в общежитии Ли, чтобы просто в тишине по обниматься. Их любви можно позавидовать: в начале отношений дальше аккуратных, еле чувствительных прикосновений губ к щеке они не переходили. Даже не так. Минхо спрашивал каждый раз о разрешении оставить невидимый след его маленькой любви на веснушчатой щеке, либо обнять, чтобы согреть и подарить любовь и поддержку. Со временем Феликс даже начал открываться Минхо. Плакал, когда было плохо, смеялся, если было весело и просто находил себя, пока Минхо рядом. Пока. Время от времени у Феликса все же мелькали эти « бзики » в виде психозов и разговоров на повышенных тонах с Минхо, а тот понимал, что это все происходит на почве произошедшего с ним в детстве. Он принимал все эти обвинения в его сторону, а после того, как младший выговорится, давал поплакать в свое плечо и обнять себя, говоря утешительные слова и что все понимает. Он все терпел, что также напрягало Феликса. Любой другой уважающий себя партнер уже давно бросил бы такого нытика как Ли младший, но не Минхо. Минхо всегда был рядом.    - почему... - внезапно прошептал Феликс. Они сидели в тишине комнаты Минхо, пока старший делает свои проекты, Феликс сидел в телефоне и время от времени любовался видом занятого старшего, пока вдруг вновь не стал прислушиваться к этим чертовым словам, которые мелькают у него в голове достаточно часто, даже можно было бы сказать на постоянной основе. После недоговоренного вопроса старший понял, что свой проект придется отложить на пару часиков позже и прислушаться, о чем там бормочет его любовь  - почему ты всегда терпишь меня, Минхо? - глядя уже на самого старшего спросил напрямую он. Феликс всегда держал этот вопрос в голове. Всегда. С самого начала их отношений - скажи честно... ᅠ- потому что я люблю тебя - в привычном спокойном тоне сказал Минхо, глядя прямо в устремленные глаза боязливого Феликса - по твоему, из-за твоего нытья я должен был давно бросить тебя и самому страдать и скучать по тебе? - не получив ответа, тот лишь с тяжестью в легких выдыхает и подходит к кровати, на котором как раз и лежал его парень - Ликс, теперь скажи ты мне честно... - от начала его слов сердце веснушчатого забилось в бедствующем беге, будто бы пытаясь убежать от вопроса. - я тебе правда нравлюсь? - спросил Феликс быстро, выключая экран телефона, на котором он пару секунд назад смотрел тренды в инстаграме - у тебя же нет никого за моей спиной, правда? - не успел Минхо сказать свой ответ, как вдруг Феликс выдает еще одно: - докажи мне, Минхо. - и вновь этот усталый вздох. Можно было понять, что парень и вправду изрядно устал от таких случаев Феликса. Время идет, а он все еще спрашивает однотипные вопросы, будто бы проверяет его на терпеливость. Вместе того, чтобы ответить как-то, старший лишь наклонился к лицу младшего, тихо проговорив - ты у меня единственный и неповторимый, Ликси - после чего аккуратно, чтобы не напугать, накрыл своими губами уже давно полюбившиеся губы лежащего солнышки. Феликс воспринял это как некий знак, что все и вправду в порядке, что Минхо не врет ему, как когда-то врала своему мужу его мама. Руки ложатся на шею Минхо, а пальцы стремительно зарываются в волосы, немного сжимая из у корней. Феликс срывается, углубляя поцелуй и тихо проговаривая между миллисекундными перерывами « люблю ». Объятия Минхо; пальцы, которые залезают под футболку младшего, оглаживая исхудавшее от стресса тело;губы, которые по собственнически сминают губы напротив, весь Минхо — как наркотик для Феликса, который при употреблении такого необходимого ему вещества сдает тормоза и все заканчивается на том, что оба парня лежат на кровати, пыхтя и глотая воздух, тратя последние капельки силы на опьяняющие косые поцелуи... И так каждый раз, где бы они не были. Единственное успокоительное, которо действовало положительно на Феликса — поцелуи Минхо. Ли старший буквально затыкал ими младшего, приводя того в умиротворенное состояние, а после они в спокойном тоне обсуждали то, что не могли обсудить из-за кричащего и мечущего со слезами на глазах веснушчатого. Такая терапия привела Феликса к тому, что он и вправду более менее пришел в себя, и таких случаев становилось с каждым годом меньше и меньше. Сейчас, когда им двоим за тридцать, они после работы находят время лишь понежиться под одеялом либо поболтать о произошедшем за день. Но двоих устраивало всё это. Главное спят вместе и время от времени, даже во время работы, говорят друг другу « люблю тебя » будто бы напоминая о том, что чувства не угасли, а наоборот возрастают. ᅠНо двоих устраивало все это, пока Минхо не стал все позднее и позднее возвращаться домой. Сначала на пару минут, потом час, три, пять... Феликса нервировало это, хотя можно подумать почему? Он же пришел в норму, и спасибо за это Минхо, но внутри Ли младший чувствовал что-то, что ему как в былые времена говорило « проверь », « узнай » и « выведи его на чистую воду и заставь заплатить за свои слова ». И каждый раз, чтобы его не доводило это до еще более отвратительного состояния он звонил своему другу и выговаривался, после чего они разговаривали о своем, чтобы не киснуть: у одного проблема с работой, у другого с отношениями. В один из таких дней, когда ветер обнимает всех своими большими холодными руками, пока возлюбленные обнимают друг друга и говорят очередные слова любви. Когда все люди бегали по разным магазинам, чтобы купить подарки друг другу, Феликс накрывал на стол, пока Минхо пропадал на работе. Время с каждым разом приближался к двенадцати ночи. К ночи, когда все желают всякое: нужное и ненужное, когда все сидят радостные. Но видимо не он. Поздравление со днем всех влюбленных прозвучало по телевизору он выпивает шампанское, корча рожицу из-за непривычки пить что-то алкогольное. Тяжко вздохнув, он выключает телевизор и начинает убирать все со стола, понимая, что его полюбившегося когда-то там кота сегодня не будет. Кроме как лечь спать и ждать его возвращение больше ничего не остается. Желание оставлять все украшения и закуски совсем не осталось, когда Минхо не возвращается домой и в три часа следующего дня. Вся приготовленная закуска летит в мусорку, алкоголь оставляет на черный день, а украшения срываются со стен и полов, также направляясь с ужасом к еде. И тут же звучит звонок в дверь, на что Феликс не реагирует, продолжая заниматься своим делом. Даже после соскучившегося голоса с его радостным « день добрый, любовь моя », Феликс не оборачивается, соскребая железной губкой жирную еду. ᅠ- прости, что я не пришел вчера, так еще и сегодня поздно вернулся... родители позвали к себе, а предупредить тебя совсем из головы вылетело... - подойдя ближе, мужчина оставляет мягкий поцелуй на щеке, после чего шепчет на ухо - ты сильно обиделся? Посмотри на меня, дорогой - с мягкой улыбкой проговорил он, после чего он отстраняется, чтобы протянуть маленький букет цветов. А феликс поворачивается, устремляясь взглядом в цветы, а после в глаза испуганного Минхо, ведь помимо взгляда и самого Феликса нож устремился прижаться к его шее острым концом - Л... Ликс? ᅠ- ты где был? ᅠ- у семьи, говорю же, я же не мог сказать что дома муж ждет. С-сам знаешь как они относятся к таким отношениям - голос сам предательски дрожит. ᅠ- я спрашиваю еще раз - более грубым голосом проговаривает младший - где ты, блять, был? Опять у любовницы засиживаешься, да?! Думаешь, я не знаю?! ᅠ- какая любовница, Ликс, ты себя слышишь?! - в ответ на повышенном тоне говорит Минхо - убери нож, Ликс... я люблю только тебя.... Тебя, тебя и еще раз тебя. ᅠ- правда? - хмыкнув спрашивает он - ты мне не врешь? ᅠ- да!!! Ты у меня единственный! - воскликнул он, после чего смех Феликса разрастается по всему дому, а нож с размаху врезается в мягкую шею Минхо аж несколько раз, чтобы избавиться от такого противного человека, как он, раз и навсегда. ᅠ"Ты у меня единственный" — мелькает в голове Феликса вместе с переписками Минхо с неизвестной женщиной. Единственный...