Под звёздами

「僕たち二人で？」 「これ以上必要か」

4年前は同じ空の下で向かい合っていました。今は同じ星を二人で見上げて。

      На тёмном ночном небе рассыпались яркие звёзды. Они были совсем крохотными, но их всё ещё можно разглядеть человеческим глазом. Сегодня погода не облачная, отсутствие облаков открывает чудесный вид на звёзды и созвездия, которые создают сами же звёзды. Вот там на небе видно всем известную Большую Медведецу, недалеко от неё, после созвездия Дракона, находится Малая Медведица, а по другим бокам созвездия Гончих псов, Льва, Рыси и остальные уникальные созвездия, что и не выучить на память их количество…       Йокогама уже спит, хотя даже ночью этот город весьма оживлённый, и не только из-за преступной деятельности. Безусловно, ночные улицы этого города не были такими оживлёнными как днем, но это не отменяет того факта, что люди всё ещё передвигаются ими по своим делам. Приятный ветерок покачивал листья на деревьях и воду в реке, на набережной которой стояли два парня, между ними царила тишина.       Ацуши с восхищением рассматривал звёздное небо, так, как будто впервые видит столько звёзд. Его глаза внимательно изучали каждую звёздочку, каждое созвездие, как будто пытаясь запечатлеть в памяти сегодняшнюю ночь. Со стороны он выглядел как маленький ребёнок из-за того, как горели его глаза от интереса и восторга. Кажется, Накаджима всегда умел видеть красоту даже в обычных вещах, как звёзды, которые можно рассматривать хоть каждую ночь при условии хорошей погоды. Тем не менее его взгляд был заинтересован не только на звёздах, но и на того, кто сидел рядом с ним. Он иногда кидал взгляд на своего молчаливого собеседника, чтобы хотя бы понять что тот чувствует в этот необычный для них двоих момент.       Рядом с Ацуши стоял Рюноскэ, собственной персоной. Он сам не понимал как согласился на такую, по его мнению, глупость, как наблюдения за звёздами вместе с этим глупцом. Но судя по его выражению лица и собранному положению, он не был не доволен тем, что проводил время с ним таким образом. Наоборот, он чувствовал умиротворение и что-то ещё приятное, но не описать словами, что именно. Даже если лицо Акутагавы было нейтральным, это не значит, что он проявлял неприязнь или другие негативные эмоции по отношению к Ацуши и всей ситуации на данный момент. Он лишь молча смотрел своими тёмно-серыми глазами то на тёмное небо, то на воду, но не на парня, что стоял рядом, пока лёгкий ветерок слегка трепал белые кончики его волос. — Звёзды сегодня красивые, не так ли? Такие тёплые и яркие… — Ацуши первым нарушил молчание, отводя свой взгляд от неба к Рюноскэ и слегка улыбаясь, чувствуя как волосы щекочут его лицо из-за теплого ветра, пробуя начать какой-то диалог и ожидая хоть какой-то реакции. Хотя тишина между ними тоже его устраивала.       Тихий и мягкий голос Ацуши вырвал Акутагаву от собственных мыслей, его взгляд на какую-то секунду переместился с воды к юноше, а после на звёзды, будто ищя подтверждения его словам. Но в ответ он ничего не сказал, лишь слабо хмыкнул, и из-за этого не было понятно согласен он с его словами или нет. Накаджиму такая реакция слегка озадачила, хоть это и было ожидаемо, так что он отвернулся, чувствуя некую неловкость, будто он говорил сам с собой. Но надежда на ответ всё ещё была. -… Не вижу ничего необычного. Звёзды как звёзды, их можна увидеть хоть каждую ночь. — сухой и безэмоциональный голос прозвучал справа от Ацуши, из-за чего его взгляд снова метнулся туда, где стоял Акутагава. Улыбка на его устах стала шире, когда он решил ответить. — Наверное, ты прав. Но я всё равно считаю, что эта ночь особенная, и не только из-за количества звёзд на небе. — мечтательно ответил он, снова поднимая свой взгляд на бескрайнее небо, которое усыпано сверкающими звёздами. — И почему же ты считаешь эту ночь особенной? — поинтересовался Рюноскэ в ответ, снова мельком глянув на своего собеседника, чтобы узнать, в чём особенность этой ночи.       Ацуши сначала не ответил, как будто задумался над ответом, только вот и думать не нужно было, когда всё и так было яснее белого дня. — Ну, что ж… Сегодня ровно четыре года от нашей первый встречи и знакомства в целом, если ту битву, конечно, можно назвать знакомством… Наверное, для тебя эта дата не имеет особого значения, но сейчас для меня этот день имеет не малый вес. Просто, это так не обычно… Не обычно то, что всего лишь за четыре года мы так изменились по отношению друг к другу. — Хм. И поэтому ты позвал меня на встречу?.. — Можно и так сказать. Мне просто хотелось провести с тобой время, и я был очень рад когда ты пришёл. — Накаджима сделал паузу между своими словами, чтобы вздохнуть с каким-то облегчением, как будто тяжёлый груз упал с его плеч после всего сказанного, но ещё рано было вздыхать от облегчения. Почесав затылок, юноша отвёл свой взгляд на воду, прежде чем продолжить. — Знаешь, на самом деле мне приятен тот факт, что мы можем вот так просто встретиться и спокойно провести время вместе, что давно уже не враги друг другу, не соперники, что сейчас мы… Напарники. Да, мы самые обычные напарники… — его последние слова вышли неуверенным и тихими, будто вместо них он хотел сказать что-то иное, но в последний момент передумал. Акутагава, который всё это время слушал его и улавливал каждое сказанное слово, сразу заметил что что-то не так. — Ты что-то недоговариваешь, тигр. И я это явно вижу. Если ты пытаешься что-то скрыть от меня, то у тебя это очень плохо получается. — Нет-нет, всё в порядке! — взволнованным голосом ответил Ацуши, чувствуя как кровь приливает к его бледным щекам, создавая лёгкий румянец. — Просто… Забудь. — Нет. Ты всегда краснеешь, когда врёшь. Если уже начал говорить, то говори всё как есть. В ином случае, надо было бы тебе молчать и вовсе не начинать этот диалог. — слегка суворым тоном произнес Рюноскэ, теперь его взгляд был прикован лишь к тому глупцу, что решил ему соврать.       Ацуши вздохнул, собираясь с силами чтобы как-то ответить. Ему совсем не хотелось врать Акутагаве, только не сейчас, но он не мог так легко сказать о том, что так волнует его душу, боясь быть не просто отвергнутым, а боясь того, что его возненавидят за искренние чувства. Ему казалось, что сердце такого человека как Рюноскэ навсегда недоступно для романтических чувств, и это всё в разы усложняло для него, даже если всё могло оказаться совсем наоборот, он никогда не был уверен в этом.       Вместо ответа, Накаджима аккуратно взял его за руку, жест был неуверенным, но довольно нежным и не нёс в себе угрозы. От неожиданного физического контакта, глаза Акутагавы расширились и тело напряглось, он уже готов был призвать Расёмон, чтобы лишь отпугнуть от себя этого наглеца, но в последний момент он передумал делать подобные резкие действия. Вместо этого, сам не понимая почему, он лишь отвёл взгляд и ничего не сказал по этому поводу. Ощущение, как чужая теплая рука соприкасается с его собственной рукой не было не приятным, наоборот, его тело понемногу расслабилось, привыкая к контакту и лишь слегка сжимая руку в ответ. Может потому что эта рука и не была ему чужой? Но они никогда прежде не держались за руки. Между ними снова воцарилась напряжённая тишина, с губ Ацуши лишь слетело тихое «Прости», будто он извинялся за резкий физический контакт или же за свою неуверенность.       Акутагава не понимал в чём сложность просто сказать ему всё как есть, как обычно, делал он, даже если его прямолинейность могла быть жестокой и откровенной. Не долго думая, свободной рукой он хватает Ацуши за его белую рубашку поближе к себе, чтобы видеть его лицо, которое было в нескольких сантиметрах от его собственного лица. Он смотрит в его жёлтые с фиолетовым оттенком глаза, чтобы парень напротив смотрел только на него. Накаджима остаётся в недоумении, отпуская его руку и вместо этого, как по рефлексу, обхватывает обеими руками ту руку, что держала его за рубашку, но не пытается вырваться или сопротивляться. Такой резкий поворот событий вырвал его из мыслей про собственные чувства и избавил от ощущения неуверенности, заставив лишь сосредоточиться на глазах другого парня, пытаясь понять, что происходит. — Либо ты сейчас рассказываешь мне то, о чём недоговариваешь, либо я выброшу тебя в реку. — проговорил Рюноскэ угрожающим тоном. Ацуши нервно сглотнул от услышанного, не желая быть выброшенным в воду как несчастный котёнок. — Кхм… Ладно-ладно, только отпусти. — ответил юноша, чувствуя как хватка на его рубашке ослабевает и он наконец-то не под угрозой оказаться в реке. С облегчением, он поправляет свою рубашку, чувство неуверенности снова пробуждается в нём, но он собирается с мыслями, чтобы признаться в том, что очень повлияет на их подальше взаимоотношения друг с другом. -… В общем, как я уже говорил, сегодня ровно четыре года нашего знакомства и моё отношение к тебе очень изменилось с нашей первой встречи… Сначала мы были врагами и я терпеть тебя не мог, потом стали напарниками и когда уже начали работать вместе, я понял, что ещё мог терпеть тебя время от времени. Но позже, сам не знаю как, я перестал считать тебя обычным напарником, осознание этого пришло слишком поздно. Хотя, даже если бы я и понял это раньше, вряд-ли бы я смог так просто отпустить все эти чувства к тебе…       Ацуши остановился, отводя свой взгляд куда-то в сторону. Казалось бы, он должен был быть рад тому, что больше не должен молчать о своих чувствах, но всё это признание казалось ему неудачным ещё с самого начала. Даже не зная ответа Акутагавы, он будто сам себя настроил на то что получит отказ, а может и нечто хуже. — Если коротко говорить, то ты мне нравишься… Нравишься в романтическом плане, но я пойму и приму если это не взаимно. Мне кажется, тут и так всё очевидно и сейчас в твоих глазах я выгляжу как влюбленный идиот. Мне жаль. — под конец его голос стал тише, ему хотелось просто провалиться под землю от такого нелепого признания, и наверное не нужно было так много говорить, а сразу сказать всё как есть, или вообще молчать всю встречу как рыба в воде…       Выслушав признание, Акутагава, кажется не ожидал, что от него скрывали такое, но не подал виду, что это ввело его в замешательство. Он отвёл взгляд, задумываясь об услышанных словах и как на них ответить. Но искренность и неуверенность Ацуши будто что-то пробудило в нём, что-то неведомое и теплое, что сжимало его грудную клетку и усложняло дыхание. К сожалению, он был плох в словах и поэтому… Рюноскэ наконец-то глянул на парня напротив, пытаясь словить его взгляд на себе. Без особого труда, он снова схватил его, но в этот раз за его чёрный галстук, притягивая к себе ближе чем в прошлый раз, пока Ацуши в недоумении поднимает на него свой удивленный взгляд, пытаясь снова понять в чём подвох. — Какой же ты… Глупец. — сказал Акутагава, сжимая галстук и смотрит то на его глаза, то на губы. А дальше всё было как в тумане.       Ацуши хотел возразить, но не смог от того, что чужие губы накрыли его собственные. Он замер на месте, боясь сделать одно неверное действие, будто от этого сладкая реальность растает и он проснется. Кажется, он даже забыл как дышать, сердцебиение участилось, по телу будто прошёлся электрический ток, а бабочки в животе порхали с новой силой. Именно то чувство, как губы человека, к которому он питает самые теплые и нежные чувства, прикасаются к его собственным губам, так слегка неуверенно и неумело, было опьяняющие. Румянец на щеках стал сильнее, мир вокруг остановился, пока в нём были только они, ночная набережная и звёздное небо. Но чувство эйфории длилось не долго.       Акутагава не задерживался и быстро отстранился, больше не нарушая чужое личное пространство и сразу же отворачиваясь, будто то, что он сам же сделал, очень смутило и его самого. Он прочистил горло, ощущая жар на своих ушах, надеясь что никто этого не заметит. По его собранному виду даже и не скажешь, что это он первым полез целоваться и сейчас ведёт себя так будто ничего особенного не случилось. Но на самом деле под собранным видом кипели тёплые чувства, о которых ему было тяжело говорить даже несмотря на свою прямолинейность. — Кхм… Можно было бы и не спешить так с поцелуями… Можно было бы и просто сказать что всё взаимно. — пробормотал Накаджима, собираясь с мыслями после пережитых эмоций. -… Извини. Я плох в словах. Да и мало ли, вдруг бы ты не поверил мне. — ответил он, мельком глянув на небо, которое всё ещё было усыпано яркими звёздами. — Всё в порядке! Я просто не ожидал что всё так сразу произойдёт… Но мне понравилось, честно. Может, даже слишком… — немного растерянно сказал Ацуши, всё ещё ощущая на своих губах тот самый сладкий привкус от поцелуя. Он подошёл ближе к другому парню, остановившись рядом и слабо улыбнулся. — По твоей реакции сразу видно, что понравилось. Только в следующий раз не забудь дышать. — Ах, да, это точно…       Между ними снова запала тишина, но в этот раз она казалась намного комфортнее, чем ранее. Теперь, когда всё что нужно было сказано и сделано, можно и с облегчением вздохнуть. Через некоторое время Ацуши лишь снова взял Рюноскэ за руку, наслаждаясь таким маленьким й нежным физическим контактом, и не чувствуя никакого сопротивления со стороны другого парня, лишь крепче сжал его руку, чувствуя то же самое действие в ответ.       Кажется, они оба сейчас думают про то, что между ними, об своих чувствах друг к другу и мыслях в тот уютный и нежный момент.       И кажется, оба смотрят на одну звезду.