***
«Мегуми.» Казалось, что кто-то его звал, но смотреть не хотелось. И только тогда до Фушигуро дошло, что он задремал. «Мегуми!» - ещё раз и громче. Он открывает глаза и размыто видит справа от себя Рёмена. Если бы он не сидел с краю, то наверняка директор его бы и не заметил. — Вставай давай, - мужчина не хотел терять время, — немного за нашим столом посидишь. Фушигуро отправляет команды в мозг, говорит своему тело подняться, но оно не слушается. И только через силу парень наконец ставит ноги на пол, начинает вставать, но сделав шаг, проваливается в бездну и чуть не падает, успевая зацепиться руками о Сукуну. Это напомнило Мегуми те дни, когда у него был низкий гемоглобин, вследствие чего нередко происходили такие полуобморочные состояния. — Вы чё с ним сделали? - директор грубо тянет парня за руку вверх, но тот всё равно не может держать равновесие. — Это приветственный напиток! Все должны попробовать "Апельсинку", - оправдывается Кирара, прижавшись к спинке дивана. — Говорят, что пьяные люди говорят правду, вот и было интересно послушать его. И кстати, Фушигуро допил до конца, что случается крайне редко, - поддержал его Сугуру. — Акари! - розоволосый злобно посмотрел на своего менеджера. — Я же просил тебя следить. Девушка, которая осталась теперь без защиты в виде тела Мегуми, устремила взгляд на свои карамельные брюки. — Я же не могу пойти против этих двоих… тем более они не заставляли, - она посмотрела на директора, — Раз вы уходите, я могу пойти к Кугисаки? Рёмен сжал руку в кулак, и глубоко выдохнув, глянул на трезвого Махито. И только после того, как голубовласый кивнул, мужчина разрешил девушке идти. Должен же быть кто-то, кто останется здесь, чтобы не пропустить важную информацию и не дать им посплетничать. — Передайте Сатору, что мы уходим. Можете уточнить из-за кого, - его глаза горели от гнева. Понимая, что парень, который не может устоять на одном месте, ходить точно не сможет, Сукуна со вздохом поднял его и закинул себе на плечо. Под заинтересованные взгляды он дошёл до выхода и направился к машине. На улице было прохладно. Мегуми и так почувствовал непривычно сильный холод, когда оторвался от мягкого дивана. Открыв заднюю дверь иномарки, Рёмен взял парня за талию, желая положить его на сиденье, но тот сразу начал сопротивляться, обвив свои руки вокруг его шеи. — Отцепись, - рявкнул директор. — Не хочу, мне холодно, - жалобно протянул он. — Я включу подогрев. — Тогда мне будет холодно полминуты, - зелёные глаза закрылись, — не хочу. Сукуна попытался ещё несколько раз, но понял, что это бесполезно. Фушигуро от него отцепляться не хотел и только прижимался ещё сильнее, когда мужчина сел за руль. — А Вы не пили? - спросил парень, дёргаясь от звука радио, которое директор тут же выключил. — Как Вы поведёте? — Пил, - он вставил в вилку замка специальную штуку, которую автомобиль воспринимал как ремень безопасности, — но для кого создавали режим автопилота? Мегуми открыл глаза, но голова назад не поворачивалась, и руль ему увидеть не удавалось. — Где ты живёшь? - мужчина включил навигатор и был готов вбить нужный адрес. Но парень его вспомнить и выдавить так и не смог, поэтому пришлось ехать на работу. Конечно, есть отели, мотели и другие гостиницы, но оставлять там такого Фушигуро было рискованно. И безопаснее всего везти его в свой кабинет. — А руль правда сам крутится? — Если хочешь увидеть, то отцепись от меня и сядь на переднее сиденье. — Нет, - он уткнулся лицом в его плечо. Рёмен сжал зубы и почувствовал аромат цитрусовых. Он должен был помнить об этой "Апельсинке" и осознавать, что Акари против Сугуру не пойдёт. И последний, если захочет, всё равно доведёт дело до конца. Мужчина был чертовски зол, но взгляд на Мегуми, у которого даже в пьяном состоянии были такие чарующие затуманенные глаза, разбил его ярость на мелкие осколки. Он не понимал, как ему было удобно так сидеть, и надеялся, что парня не вырвет. От этого ему вряд ли бы стало лучше, наверняка все нехорошие вещества успели впитаться. — Мы приехали, - розоволосый осторожно потряс его, потому что не знал, спит тот или нет, — скатись немного на сиденье. — Не хочу. — Не беси меня и делай, что я говорю, - процедил сквозь раздражение Сукуна, — мне нужно встать. — А Вы меня не бросите, директор? — Я убью Годжо, - прошептал он и через силу ответил, — не брошу, если ты будешь слушаться. Рёмен дивился тому, как парню удаётся висеть на его шее без всякой поддержки. В здании была охрана, благодаря чему утруждать себя открывать все входные двери не приходилось. — Директор… - Мегуми дождался мычания, — это же хорошо, что Гето, Кирара, Утахимэ и остальные остались в хорошем от меня впечатлении, верно? — Верно. - он поднимался по лестнице и придерживал парня за бёдра. — Тогда я заслужаю вознаграждение? Сукуна вставил ключ в дверной замок, и прокрутив, открыл дверь и включил свет в кабинете. — Ты хочешь, чтобы я сейчас выплатил тебе часть зарплаты? — Нет, я хочу, чтобы мы поцеловались, директор. Это то, чего Рёмен не ожидал услышать вообще. Опешив, он посмотрел на слегка приоткрытые пухлые губы Мегуми и отвёл взгляд. — То есть деньги тебе не нужны? — Прямо сейчас - нет. Мужчина убирал с дивана все бумаги, принадлежности, ткани и случайно встретился с хлопающими глазами парня, напоминающими о его предложении. — Успокойся. — Не зря же я выслушивал все грязные сплетни и шутил с ними! - предъявил Фушигуро, и оперевшись о плечи директора, проговорил ему на ухо. — Если Вы хотите, я могу вас трахнуть. Рёмен не мог поверить, что это говорит Мегуми. Тот самый парень, который всех удостаивал страшно ледяным взглядом, сжатыми губами и полной безразличностью. Тот самый парень, который не подавал ни единого признака сексуальной заинтересованности и того, что он не фригиден вообще. Фушигуро же нравился ему, но не в романтическом смысле, а эстетическом. Он видел в нём источник вдохновения и больших денег. Но внутренний голос подсказал, что от поцелуя ничего не случится. От секса - да, трахаться с пьяными людьми строго запрещено, а особенно, когда они на тебя работают (про принцип не спать с подчинёнными директор помнил). Он понимал, что если воспользуется таким состоянием Мегуми, то парень, вспомнив всё на утро, сбежит и не вернётся. Возьмёт кредит, чтобы выплатить деньги за досрочное расторжение контракта, - в этом мужчина уверен. Хоть и знает он парня немного, но в его упрямости он не сомневается. Сукуна не против поцеловаться. Во-первых, Фушигуро вряд ли отстанет (этот пункт больше как оправдание), во-вторых, таким способом можно будет переложить парня на диван, а в-третьих, сам Рёмен нетрезв, а значит, хоть он и осознавал всё происходящее, так как пил мало, мужчина всё сможет списать на пьяную голову. — Хорошо, мы поцелу- Не успел он договорить, как Мегуми, резко оказавшись возле его лица, впился в его губы, его язык смело и бесцеремонно проник в его рот, и, поддавшись его напору, Рёмен всё же отдался во власть опьяняющего искушения и более не противился. Оторвавшись от чужих губ, Сукуна увидел пылающий зелёный огонёк в чужих глазах: он горел как одержимый. Возможно, ради такого взгляда и стоило целоваться. Фушигуро пододвинулся для ещё одного поцелуя, но Рёмен решил взять инициативу свои руки. Он не мог больше подчиняться: не по его природе. Сукуна сначала прикусил его губу, а затем прошёлся по ней кончиком языка, зализывая боль. И только когда Мегуми, сожалеющий о том, что его руки заняты, провёл стопой по ноге мужчины, тот вспомнил о своём "плане". Рёмен продолжал углублять их поцелуй и осторожно наклонился, медленно кладя парня на диван. Усадив Фушигуро, он оторвался от его мягких покрасневших от долгих ласк губ. Мегуми выглядел ещё очаровательнее. Возможно, Сукуна всё-таки не убьёт Сатору. Возможно, даже скажет ему, что организовать такое мероприятие - идея неплохая. Возможно, он похвалит Хакари и Кирару, которые изобрели такой напиток и Сугуру, который придумал дурацкую проверку. Бог любит троицу. Ryomen Sukuna любит троицу. А ещё любит доводить всё до идеала. И целовать Фушигуро ему тоже нравится. И именно поэтому он касается его губ в третий раз, проникает языком в рот, проводит им по дёснам. Рёмен замечает, что парень не так активен, как раньше, и понимает, что тот устал. Он валит Мегуми на спину, и разъединив поцелуй, поднимается. Резко хватает лежащий рядом плед и накрывает юношу до головы. Им всегда пользовался Сукуна, который предпочитал ночевать на работе, и одеяло должно было пропитаться его запахом, чтобы Фушигуро не запел новую песню о том, как ему плохо и холодно. Мужчина сел за стол, включил компьютер, поставил яркость на минимум и открыл приложение, где он бы смог смоделировать новый дизайн. Мегуми не реагировал на регулярные пощёлкивания мышкой: значит, уснул.***
Сукуна слышит противный звон будильника. Не своего. Поднимает голову с жёсткой поверхности стола и видит пялющегося в экран телефона Фушигуро, а затем его полный непонимания взгляд. — Я вчера немного перебрал, да? - он положил ладонь на лоб. — Тебя просто напоили, - ответил ему Рёмен, — ты помнишь? — Если честно, то нет. Я всегда ничего не помню, когда пью слишком много. Мужчине показалось, что этот факт его огорчил. Но наверное, это только к лучшему: он предполагал, как парень мог отреагировать на прошлый вечер. — И часто ты так? — В последний раз я пил полтора года назад, но не так сильно, - хмуро посмотрел Мегуми, — извините, мне нужно идти домой и сразу на учёбу. Встав из-за стола, директор подошёл к дивану. — И сегодня учишься? Отвратно. В качестве компенсации за вчерашний вечер я тебя довезу. Фушигуро отказываться не стал: это было куда лучше, чем узнавать расписание здешних автобусов или тратиться на такси. Он обратил внимание на иномарку Рёмена вчера вечером и не желал упускать шанс прокатиться на такой машине. А Сукуна думал, что при взаимодействии с автомобилем, услыша характерные звуки, Мегуми вспомнит вчерашний вечер, но вместо этого мужчина наблюдал за тем, как парень отводит-возвращает взгляд к самостоятельно поворачивающему рулю. Занимательно. И ещё Рёмен теперь знает, где его муза живёт. Правда, только номер дома и подъезд, но он удовлетворён и этим. Если захочет, сможет узнать и квартиру.***
Осенний ливень бил по машине, капли стекали по стеклам и превращали мир за окном в размытую картину. Небо было затянуто тёмными грозовыми тучами, которые будто бы давили на землю, грозясь пролиться еще сильнее. Сукуна проехал мимо места, где он оставил Мегуми. Ему просто было по пути.***
Сукуна сидел за монитором, где мигали строчки кода и мерцали изображения. Его длинные пальцы летали по клавиатуре, ловко переключаясь между различными вкладками в дизайнерской программе. Он начал конструировать платье, выбрав шёлковую ткань тёмного цвета, и добавил несколько складок, подчеркивающих линии силуэта. Его бренд показывал женскую одежду не так часто, однако логично, что большинство фанатов были именно девушками. Рёмен компенсировал это бижутерией. Не сказать, что ему легче было создавать наряд для мужчин, просто ему это нравилось больше, потому что он сам мог надевать то, что производит, подтверждая качество и красоту одежды. Пальцы мужчины автоматически кликали на мышку, и поглядывая на Цумики, которая приоткрыла от перевозбуждения губы, он думал, какой фасон платья подошёл бы ей. Это было баловство: работать серьёзно перед ней модельер не собирался. Девочка, сидевшая напротив, наблюдала за ним, завороженная. Она не могла оторвать взгляд от идущих на экране серых манекенов, от плавно скользящих тканей и от профессиональных движений рук Сукуны, создающего что-то невероятное из простых пикселей. Фушигуро, во-первых, никогда не видела такой компьютер, во-вторых, следила за Ryomen Sukuna ещё до переезда, а в-третьих, никогда его не видела и не предполагала, что такое может произойти, а тем более в таком юном возрасте. Они с Нобарой с самого детства разговаривали и обсуждали всё на свете, и так как старшая была просто без ума от моды, Цумики тоже начала этим интересоваться. И когда Мегуми сказал ей, что устроился на работу к самому Рёмену Сукуне, так ещё и не каким-то там уборщиком, помощником, а моделью, то девушка решила, что он шутит. — Это очень круто, Господин Рёмен! - выпалила Фушигуро, и поняв, что это слово слишком простое, не подходящее для творчества великого дизайнера, она исправилась, — То есть, невероятно… я, кстати, рисовать люблю. Мужчина сдержал смешок. Распознать эмоции девочки было проще простого. Стеснение сковывало её движения, когда она сидела рядом с Сукуной, держась за край стола, будто боялась нарушить его личное пространство. — Рисовать - это хорошо. И что же ты рисуешь? Общаться с детьми Рёмен любил, хоть и не всегда делал это правильно, однако тут было всё ясно - нужно поддержать диалог и похвалить девчонку. Так она растает, и, следовательно, частенько будет вспоминать эту встречу. — Я рисую животных: котиков, то есть кошек, собак, хомяков или морских свино… свиней. Меге присылает их со своей работы, а я рисую. — Это хорошо. Он тебя учил рисовать или ты ходила на секцию? — Сама училась, брат только и умеет говорить, что у меня с анатомией всё плохо. Заставлял меня рисовать скелеты - это было ужасное время, но всё-таки, наверное, теперь я рисую лучше. Но людей не умею. Сукуна, открыв шкафчик, вытащил оттуда чистые белые листы и точёные карандаши. Он подумал, что будет неплохо установить более дружеский контакт, чтобы девочка перестала так явно стесняться. Румянец на щеках и неловкая улыбка всё выдавали. — М-м… - парень понял, что в его галерее нет животных, а в интернете фотографии слишком неживые, — может, ты нарисуешь своего брата в виде животного, а я, как человека? — Правда? - увидев кивок, её рука легонько коснулась карандаша, словно не веря, — Хорошо! Цумики сидела, уткнувшись в лист бумаги, и сконцентрированно водила карандашом. Было видно, что она пыталась вести себя как можно тише. Рёмен наблюдал за ней и умилялся. Рисуя, он вспоминал черты лица Мегуми: пышные ресницы, острые скулы, тонкий нос, хмурые брови. Он не прикладывал усилий, но всё равно выходило красиво. Мужчине казалось, что девчонка нарисует своего брата более живым, настоящим, реальным - таким, каким она видит его в повседневности, поэтому сам он старался не делать Мегуми слишком угрюмым. — Я закончила, Господин Рёмен, - чуть ли не шёпотом произнесла Фушигуро, пододвинув свой рисунок к мужчине. — Отлично, и я, - он сделал то же самое. Сукуна был удивлён. Девочка нарисовала своего брата тёмно-серым котом, с лёгкой пушистостью, с такими холодными зелёными глазами, что они будто принадлежали мёртвому животному, и, конечно же, недовольной мордой. Это совсем не то, что он ожидал увидеть. — У вас очень красиво вышло, Господин Рёмен! - восхитилась Цумики, искренне улыбаясь. Девчушка для своего возраста рисовала вправду неплохо. Несмотря на неуверенные линии (наверняка она волновалась), неровные глаза и не совсем правильные штрихи, Сукуна видел потенциал. Было куда стремиться, и если Цумики не забросит это дело, то из неё может получиться неплохая художница. — У тебя тоже, - он усмехнулся, — твой брат всегда такой мрачный? — Я хотела нарисовать его с виляющим хвостом, но не умею передавать движения, - она, вспомнив о приличиях, перестала вертеть карандаш, — и Меге говорит, что у него просто такое лицо. Рёмен, немного подумав, решил, что делать с девочкой ему больше нечего. Показывать слишком многого не хотелось: у той может просто упасть интерес к его бренду. Больше идей в его голове не было, и глянув в монитор, чтобы узнать время, он спросил. — Думаю, ты успеешь к предпоследним урокам, а ещё ты полностью высохла. Могу отвезти. — Нет, - она чуть погрустнела, — в лицей меня не пустят. Там всё строго. — Серьёзно? Я-то думал, они за деньги в любое время пропускать будут. - он резко вспомнил, что их семья явно не относится к богатым, и что такую школу позволить не могла точно, — А. Ты, наверное, прошла по экзаменам? Это сильно. — Нет, - девочка сжала губы, — я провалила экзамены и написала так плохо, что даже скидку не сделали. А он-то думал, что у них хорошая генетика. Сукуна понял: Фушигуро-старший явно копил деньги на учёбу в университете, и поступив на бюджет, решил оплатить сестре элитную школу. В голову пришла очень хорошая мысль: завести разговор о лицее. — Блин, я забыла телефон с беззвучки убрать, а Мегуми семь раз звонил! - её глаза распахнулись. — И сейчас звонит! Ему точно доложили, вот блин… что же теперь делать… Цумики паниковала. Вероятно, мнение брата имело сильное влияние, и совершив спонтанный и, возможно, бездумный поступок, девочка полностью осознала свою вину. И раз Мегуми вряд ли смог давать взятки учителям, то лицей не мог не скрывать её прогул. Сукуна видел, как экран телефона загорается и загорается, что, наверное, отображало всю ярость парня. Но нельзя же просто так стоять и не помочь бедной девчонке. — Возьми трубку и либо признайся, либо выдумай историю. Тебе придётся выдумать её в любом случае: сама понимаешь, что если он узнает, что ты была у меня, это вызовет подозрения. — Хорошо… - Фушигуро, хоть и не хотела это делать, не могла не послушать такого известного человека, — Да, Меге? Да, я в школе. Что? Что случилось? В смысле? Рёмен выключил компьютер и посмотрел в окно. У его музы что-то случилось, раз Цумики обеспокоенным голосом задаёт бесчисленное количество вопросов, но бежать спасать его желания не было. В конце концов, девчонка созналась, что не в лицее, - какая скука. — Господин Рёмен… - она посмотрела на него стеклянными глазами, — мою школу подорвали. Брат попросил не заходить в новости, но сказал, что основной удар пришёлся на мой класс. Я должна была умереть, да? Вы можете посмотреть, что пишут в интернете, и сказать мне? Такого поворота Сукуна не ожидал. — Теракты в школах - это не редкость, но новости читать тебе я не буду, уж лучше послушай своего братца. — Это Вы мне, получается, жизнь спасли? Я бы до лицея дошла даже с обеими сломанными ногами. Кивнув, Рёмен вздохнул: да уж, таким героем его ещё не выставляли. Он не видел в этом спасения, то, что он уберег девчонку от теракта, - обычное совпадение. Однако мужчина всё равно испытывал странные, смешанные чувства. Как будто судьба сама так распорядилась, как будто она так и хотела, чтобы Сукуна подобрал именно сестрёнку Фушигуро, чтобы именно она стояла мокрой на остановке. Необычно. Мегуми наверняка любит Цумики, и если бы она погибла, то парень со стопроцентной вероятностью уволился бы с работы, и потеря близкого человека с сексом по-пьяне, о котором мужчина размышлял раннее, не сравнится. То есть Вселенная намекает, что Рёмен делает правильный выбор? Интересно. Раньше такого не было. Уберёг источник своего вдохновения. Как профессионально. — Твой брат сильно испугался за тебя, да? — Он сейчас возле лицея, искал меня среди трупов, но, наверное, опознать там никак. Я побегу домой, хорошо? — Иди. Постучись в кабинет справа и попроси Урауме тебя провести. Пока-пока. Мужчина всучил ей свой рисунок, сказав, что это обмен. Пусть у Цумики будет что-то получше автографа. — До свидания, Господин Рёмен! Большое Вам спасибо! - она светилась от счастья, несмотря на недавнее происшествие. Сукуна не стал предлагать отвезти её обратно. Подумав, он решил, что если девчонке суждено умереть, то сейчас это должно случится. Если нет, то Рёмен реально делает правильные решения. Услышав шум открывающейся двери, он надеялся, что это не резко набравшаяся смелости Цумики. На пороге стояла Нитта с удивительно заинтересованным выражением лица. И давно это в Ryomen Sukuna стали работать такие живые люди? Или с приходом хмурого Фушигуро Мегуми все вдруг стали веселее? Что за идиотская мысль, Сукуна? — Директо-ор, а вы за Мегуми ухаживаете что ли? — Чего? - таким прямым вопросом он был ошарашен. — Если я привёл сюда его младшую сестру, это не значит, что к её старшему брату у меня симпатия. Я всего лишь хочу вырастить будущих специалистов. — А вчера ничего не было? Нобара рассказала, что Фушигуро, когда пьёт, начинает ко всем приставать! Он сам это объяснил очень интересно, даже Кугисаки наизусть не помнит, я, как она, в заметки тоже записала. - она включила телефон, — алкоголь нарушает гармонию в нейросетях! Вот. М-да. Что это? Разочарование? — Он не мог назвать свой адрес, поэтому ночевал здесь. Никаких приставаний не было, по крайней мере он сразу вырубился из-за "Апельсинки", - не подставлять же Рёмену себя. — А мы с Нобарой уже такую последовательность выстроили, такую связь уже нашли, - Акари хотела продолжить, но директор её перебил. — Нитта, ты меня бесишь в последнее время. Займись делом, пожалуйста. Девушка скрестила руки на груди. — Продажи идут полным ходом, директор, я еле успеваю отвечать на директ, так что я выполняю свои обязанности в полной мере! Вы не найдёте сотрудника терпеливее меня. — Хорошо, но не стоит распускать ложные слухи. Этот парень даже не помнил, что я его подвозил. — Нобара и сказала, что он на утро ничего не помнит, типа особенности какие-то. Прикольно, да? Поэтому у Вас я и спрашиваю. У меня вот такого нет. Хотя нет, напьёшься так, а потом две полоски на тесте. Такое и врагу не пожелаешь. Хотя нет, я пожелаю! Сукуна устало потёр переносицу. То, что они не устраивали и не будут устраивать идиотский допрос Фушигуро, не могло не радовать. Нельзя создавать условия, при которых может произойти служебный роман. — Я понял, Нитта. Если больше ничего нет, можешь идти. — Не-не, ещё не всё. Школу ж взорвали сейчас, погибших много. Это Вы знали о взрыве и решили спасти Цумики? — Ничего я не знал. Я не такой изверг, чтобы подрывать учебное заведение. Ты меня напрягаешь, Акари. — Это Нобара попросила спросить, я не при чём. Просто она сказала, что у Цуми там проблемы в школе были, и типа как месть какая-то. Да дура она, подставить меня решила перед Вами, - до менеджера начало доходить, что несёт она ненужную, лишённую смысла пургу, — извините, пойду работать. Мужчина ей ничего не ответил и молча проводил взглядом. Он вернулся за стол и вновь включил компьютер. Рёмен знал точно: свою музу сегодня он тревожить не будет. Есть время для доделывания новых эскизов и корректировки дизайна. Насыщенной выдалась эта неделя.