。・°・* ☆`・Zzz・・* ^・・☆ 。+ ° • `
2 октября 2024 г., 16:00
Примечания:
Чтобы вы понимали, фанфик начинал писаться в начале лета, когда ещё не вышла "ночь". Так что забейте гайс, читайте типо вы ещё в лете. Надеюсь когда фф выйдет, кукинга с Дрейком ещё не будет, потому что пишем мы его ещё до него...
Солнце только-только начало прятаться за горизонтом, а Даня уже закончил со всеми своими делами. Вещи практически все разобраны, уборка была проведена, а готовая еда из доставки стояла на столе. Можно отдыхать! С особым наслаждением он приземляется на как никогда мягкий диван, включает телевизор и сразу попадает на какой-то интересный сериал-детектив. Кашин улыбается тому, как всё хорошо идёт, при этом наматывая на вилку спагетти.
Однако этот прекрасный момент прерывается звонком в дверь. Даня ставит на паузу происходящее на экране, возвращая обратно на стол еду. С вопросом смотрит в коридор, ведущий к двери, будто ищет там ответ. Звонок повторяется, поэтому Кашин подскакивает с насиженного места, направляясь в сторону шума.
Он смотрит в глазок, в котором нет людей, но есть пакет. Большой непонятный пакет. Данила отлипает от двери, пытаясь вспомнить, не заказывал ли он ещё чего-то. Пожав плечами, открывает как ни в чем не бывало, выглядывая только головой, но та быстро пропадает обратно из-за испуга.
С двух сторон от двери выскочили девочки, на вид лет одиннадцать, кричащие что-то вроде «сюрприз!». Кашин быстро дышит, выходя теперь полностью и злобно смотря на пришедших. Дети сразу поникли, прижавшись друг к другу, будто монстра увидели. Даня осматривает их с ног до головы, а затем переводит взгляд на пакет.
— Это чë такое, малышня, блять?! — Он кивает на вещь рядом с девочками. Одна сразу хватает пакет, прижимая его к себе.
— Простите, мы, кажется, дверью ошиблись… — Говорит вторая, утягивая подругу к соседней двери.
— Хуйнëй не майтесь, домой идите, уроки учите, — Кашин пальцем указывает на лифт, затем сразу удалясь в квартиру, закрыв дверь.
Однако он не уходит обратно на диван, чтобы продолжить смотреть сериал и есть, а стоит, прислушиваясь к звукам в парадной. Интуиция ему подсказывает, что стоит подождать. Время от времени поглядывает через глазок, проверяя обстановку. И, — наконец-то, — слышится громко сказанное «сюрприз!», как и Даниле, а затем радостые возгласы детей. Кашин прислушивается, стараясь разобрать слова среди непонятных звуков.
— …только одну, пожалуйста-пожалуйста! — Просит, видимо, самая смелая из этой парочки девочка, что вела подругу к Даниным соседям.
— Нет, простите, — До боли знакомый голос звучал уставше, но без намека на раздражение. — Сейчас я не фоткаюсь.
— Ну Брайн! Мы же старались, собирали тебе подарок! — Вопит уже вторая, будто маленький ребенок, которому мама отказала купить игрушку. — Вон, шоколадки положили…
— Так, блять, малышня, я чë-т не понял, — Кашин резко выходит из своей квартиры, грубо закрывая за собой дверь. Он с угрюмым лицом подходит к детям, слегка нависая над ними. — Я вам сказал уходить, вы почему ещё здесь?
Девочки замолчали, испуганно смотря на большого злого дядю, у которого чуть ли не слюни летели на них самих, пока он говорил.
— Туда! — Даня вновь указывает на лифт, куда тут же, чуть ли не бегом, удаляются дети. — Боже, блять, детский сад — трусы на лямках, — Кашин наконец выдохнул и поднял опечаленый взгляд на Брайна.
— Даня? — Максим благодарно смотрел на своего спасителя, вместе с этим удивляясь внезапной встрече, — Что ты тут делаешь?
— Даня, Даня… — Подтвердил он, — И тебе привет, — Парень в последний раз обернулся на лифт, где только что были невоспитанные детишки. — Я сюда вот переехал недавно. А ты тут что делаешь, если не секрет?
— Я так-то недавно квартиру тут купил… — Макс тихо хохотнул, — Вот только-только заехал. Видимо, соседи теперь?
— Похоже на то, — Данила опёрся спиной о стену, — Они сначала ко мне долбились. Мол, дверью ошиблись.
— Пиздец, — Парень трëт переносицу. — Прости за это.
— Да тут не ты извиняться должен, а пиздюшня эта, — Кашин в очередной раз зло глянул в сторону лифтов, — Надо было их за уши схватить, да к родителям отвести. Невоспитанные.
Со стороны Макса послышался смешок.
— Ты прав. По другому они и не поймут, наверное, — Парень глянул на разноцветный пакет, оставшийся стоять посреди коридора. Он был полон различных сладостей, так что Максим, недолго думая, заговорил. — Может на чай? Не выкидывать ведь всё это. Всё что уплочено — должно быть проглочено.
Кашин хихикнул.
— Я не против, — Даня улыбнулся, но проходя в квартиру Макса, не мог не удивиться беспорядку, вызванному процессом переезда. У стен стояли коробки всех размеров, некоторые открытые, другие ещё заклеены скотчем.
Макс, завидев удивлённый взгляд парня, усмехнулся и смущённо пожал плечами.
— Извини за это, — Сказал он, подходя к чайнику и указывая пальцем на диван. — В конце-концов я только заехал.
— Да ничего такого, — Даня сел на предложенное место, продолжая оглядывать помещение. Ещё не до конца собранный стул лежал посередине комнаты, на столе лежала отвёртка и дрель, а в одной из открытых коробок виделся какой-то чайный сервиз.
— Есть только чай, поэтому будем пить его. Ничего такого, надеюсь? — Макс добродушно улыбнулся, разливая ароматный напиток по стаканам.
— Нет-нет, всё нормально, — Даня печально вздохнул, грея руки о горячую посуду, — Не устал хоть от таких «гостей»?
— Они не так уж и часто сюда ходят, не переживай. Просто иногда мешают, — Максим указал на ранее упомянутый, ещё не собранный стул. — Сложно пока. Но скоро ко мне родители приедут и помогут, так что всё, в целом отлично. А у тебя что там?
— Да у меня тоже всё отлично. Вот недавно начал ту квартиру снимать, — Парень расслабился и откинул голову на спинку дивана, — Даже почти обустраиваться не пришлось. Мебель там уже была. Поэтому… — Даня неловко почесал затылок, — Помочь тебе может? — Зачем он это предлагает? Кашин и сам не знает. Жалко ему Брайна стало. Совсем один обустраивается тут, так ещё и всякая малышня к нему ходит, а это наверняка сильно мешает и раздражает.
Максим снисходительно улыбнулся.
— Лишние руки никогда не помешают.
Даня на это хмыкнул, отпивая чуть остывший напиток, а Тарасенко последовал его примеру. Они вели непринужденную беседу, бегая от одной темы к другой, и лишь редко замолкая, чтобы глотнуть сладкого чая, что так любезно заварил им Максим.
Поставив кружки в раковину, они вновь ушли в коридор, где Тарасенко остановился, заставляя Кашина сделать так же.
— Мне нужно принести сюда оставшиеся коробки, хорошо?
— Без проблем, — Даня начал натягивать на ноги вансы, почти сразу выскакивая в парадную, вслед за Максимом. Они пошли к лифту, ожидая, когда тот приедет.
Повисла неловкая пауза. А неловкой она была потому, что парням хотелось что-то обсудить — все-таки давненько не виделись, а теперь жить рядом. Но вот как начать этот разговор, они не знали. И хоть они поговорили ещё за столом в квартире Тарасенко, продолжить беседу хотелось, чтобы узнать друг друга лучше. В лифте Кашин без конца трепал свои рыжие волосы, что лезли в лицо, хотя скорее он делал это из-за нервозности. Максим, конечно же, не мог не обратить на это внимание:
— А ты подстричься не хочешь? — Он слегка смахивает чужие пряди с лица, как ни в чем не бывало.
— Да вот всë никак не дойду. Не до этого было как-то, — Даня непринужденно пожимает плечами, выходя из душной кабины. Взгляд голубых глаз тут же цепляется за две знакомые фигуры, что хоть и были небольшими, но легко заметными.
Тарасенко на это поджимает губы, переводя взгляд с одной девочки на другую, которые шептались ровно до того момента, пока не увидели второго человека.
— Вы, блять, глухие, что ли?! — Максим резко переводит боязливый взгляд на вмиг осверепшего Кашина, что, будто грозный медведь, подошел к детям. — Вон отсюда нахуй!
Дети выбегают из парадной, чуть ли не крича от страха, из-за чего Тарасенко прыскает в кулак.
— Боже, блять, что за дебилы у тебя в подписчиках?
— Самому бы знать, — Максим грустно вздыхает, идя к двери, откуда только что вышли. — Пошли, коробки на улице.
Они вышли под палящее солнце, что старалось продержаться на небе как можно дольше, однако ветерок, что несильно обдувал открытые участки тела и ерошил волосы, не давал ему вновь дать людям задохнуться от жары, стоящей ещё пару часов назад. В глаза сразу бросаются две башни из картона, к которым и подходит Тарасенко, призывая Даню идти за ним. Тот первый хватается за одну из верхних, недолго держа на руках.
— Она, вроде, легкая. Может, ты её возьмёшь, а я – другую? — Максим одобрительно кивает, забирая коробку, невесомо касаясь своими пальцами чужих. Кашин, не обращая на это внимания, подхватывает вторую, уходя в парадную, дверь которой они специально оставили открытой.
Они быстро справляются с этой задачей. Носят то поодиночке, то вместе перетащат тяжелую длинную коробку. Даня победно отряхивает руки, довольно смотря на проделанную работу.
— Господи, Дань, спасибо, — Тарасенко громко и глубоко дышит, вытирая пот со лба. — Что бы я без тебя делал.
— Да ничего, обращайся, — Кашин улыбается во все тридцать два, собираясь уходить. — Ну, я пошел.
— Подожди, — Максим убегает в другую комнату, быстро возвращаясь в прихожую. — Спасибо.
Даня смотрит на протянутую шоколадку, видимо, ту, которую подарили те надоедливые девочки. Он улыбается, принимая подарок, и выходит в парадную.
— Всегда пожалуйста.
И они разошлись. Ненадолго, конечно, потому что они в конце-концов стали соседями. Они просто обречены на постоянные встречи и диалоги. Но плохо ли это? Скорее всего нет.
Всё же удобно жить рядом с человеком, которого ты, во-первых, неплохо знаешь, ну и во-вторых, который хорошо к тебе относится. Это работало в обе стороны, особенно после последней ситуации, которая быстро помогла им сблизиться.
Никто их них не брезговал одалживать или просить друг у друга что-то, и давать пять при встрече. И это не удивительно. Всё же двери друг на против друга стоят. Нежелание общаться со своим соседом в этом случае — просто выстрел себе в ногу.
Кашин надеется на это.
Баран Мапс:
Я переслал им это сообщение. Они тебя убьют, это сто процентов.
Данила усмехнулся, уже начиная печатать новый ответ. Но телефон разрядился ещё до того, как он нажал на кнопку «отправить».
Глаза парня ненадолго округлились, а сам он на секунду завис. Но через мгновение послышался крик:
— Да блять! — Стример ударил кулаком стену, возвращая телефон на своё законное место, а то есть, на прикроватную тумбу, — Почему именно сейчас?!
День окончательно заслужил звание «самый херовый день в жизни Данилы Светлановича Кашина», а сам музыкант упал лицом в подушку, вновь теряя всякий настрой на хоть какую-то продуктивность.
Теперь телефон даже не включится. Потому что повербанк Даня проебал ещё пару месяцев назад на чьём-то дне рождения.
Единственный выход — одолжить его у кого-то.
Но у кого?
Вариантов, по сути-то и не было. Буквально в минуте ходьбы от Дани был только один его друг. Максим. Может у него повербанк есть. Может он его на ужин пригласит, а там они уже и беседу могут продолжить. Такое развитие событий Дане нравится.
Короче говоря, Кашин мог либо гнить дома на кровати, либо попытать удачу в соседской квартире.
Второй вариант казался наиболее привлекательным.
Быстро собравшись с силами и вскочив с кровати, Даня направился к двери, предварительно привёв себя хоть в какой-то порядок. Почему-то хотелось выглядеть хорошо рядом с Тарасенко. Хотелось впечатлить.
Как не удивительно, Макс встретил Кашина распростёртыми объятьями.
— Проходи, конечно… Наверняка тебе дома без света и воды делать нехер, да? — Блогер провёл Даню в гостиную, где, о ужас, сидел великий и ужасный… Денис. Он, в свою очередь, увидев рыжую макушку в дверях, тут же выгнул бровь и закатил глаза, утыкаясь обратно в телефон.
Даня лишь закусил нижнюю губу, вместо этого обращая внимание на обстановку в доме.
А квартирка-то потихоньку начинала выглядеть обжитой. Вся мебель собрана, а декор, расставленый по дому со всей душой вызывал чувство комфорта и уюта. Приглушённый свет, исходящий от свечей только добавлял атмосферы.
Заметив любопытство Дани, блогер заметил:
— Без тебя я, скорее всего, обустраивался бы намного дольше, так что… — Макс, поняв, что как и задумывал привлёк внимание обоих парней, продолжил, — Спасибо, дружище, — Похлопав Кашина по плечу, парень удалился на кухню, что отделялась от гостиной только барной стойкой.
Денис напрягся, когда опешенный от внезапной благодарности Даня сел рядом.
Полушёпотом он спросил:
— Ты ему помогал? — Парень, изредка поглядывая на своего младшего брата наклонился к Дане, стараясь не сильно шуметь.
— Да. Мы же в конце-концов с ним друзья. Поэтому я и насторожился, когда в его дверь начал кто-то долбиться, — Кашин слегка нахмурился, припоминая Денису о его проёбе. Не, ну а чё? Мог бы сразу сказать про свои родственные связи с Максом. А то из-за той ситуации они сейчас так смотрят друг на друга как две злые псины, не поделившие косточку.
— Вот как… — Денис почесал бороду, на секунду отводя взгляд, — Тогда, ну, прости что так про тебя говорил. Ты ведь всё слышал, да?
Даня кивнул.
— В таком случае, теперь я уверен, что Максим не ошибается в людях. Я бы тоже наехал на чела, который долбится в дверь моего брата… — Старший Тарасенко добро улыбнулся, когда его брат пришёл с кухни с тремя чашками чая. Он наверняка всё слышал, хитрый лис.
И в компании Макса.
Со временем атмосфера становилась более сонливой. Все начали зевать, а глаза слипались. У Дениса в частности. Так что первый кто отправился на боковую — это именно Денис. Максим с Данилой же продолжали веселиться. Карточные игры и разговоры за чашечкой чая — пожалуй, отдельный вид искусства. Особенно когда ты наедине с наидобрейшим человеком в мире.
Время перевалило за полночь, и Дане на телефон пришло уведомление, что доставщик уже пришёл.
— Я совсем забыл про еду. Ещё утром заказывал, — Кашин вскочил с дивана и тут же пошёл к двери встречать курьера.
Макс же терпеливо ждал на диване.
В конце-концов они оба сегодня практически ничего не ели. Ужин будет как раз кстати.
***
Послышался стук. Макс сразу понял кто к нему пришёл. Данила Светланович Кашин собственной персоной! У него есть какой-то свой особый стук, который Брайн уже успел выучить. Два длинных удара, пауза и три коротких. Вставая с уже насиженного места на кресле, Максим, добро улыбаясь, открыл дверь. И там, как он и ожидал, стоял его любимый соседушка. — Здорóво! — Данила потянул руку к Максиму, который тут же ответил ему, хлопнув своей ладонью по его. — Привет. Что-то нужно? — Брайн ненароком глянул в щель двери Дани и, заметив в квартире постороннего человека, тихо вздохнул. Видимо, ведёт стрим. Видимо, тот самый кукинг с Дрейком, шутки о котором он часто слышит на стримах Кашина. В последнее время он начал часто их посматривать, и он сам не знает почему. Уже привык видимо к его компании. — Да-а-а… У тебя не найдётся немного муки, а? Грамм пятьсот… У нас тут не хватает «немного», — Парень почесал затылок, взъерошивая рыжие волосы, — Кое-кто, — Даня помотал головой в сторону двери, — Решил что нам мука нахуй не нужна и просыпал почти всю… Макс прыснул, представляя эту картину. — Сейчас дам, не переживай, — На своих максимальных скоростях Брайн рванул на кухню, отмерил нужное количество продукта и, вернувшись к двери, передал стеклянную миску с содержимым Дане. — Спасибо, чувак, ты нас просто выручил, — Данила приложил руку к сердцу, уходя к себе. Брайн в ответ на это добродушно кивнул, скрываясь в дверях. Стало интересно. Что они готовят? О чём говорят? Усевшись обратно на кресло, Максим быстро открыл приложение «Twitch» и так же быстро зашёл на канал «Dkinc». Не успев даже понять что происходит, парень сразу же увидел как чат спамит сообщениями из серии:«Это Брайн был?»
«Почему на фоне голос Брайна?!»
«Ого, не знала что сосед Дани Какашина — Брайн Мапс»
Из динамика неожиданно послышался голос Дрейка: « — Тут в чате спрашивают, почему ты живёшь по соседству с Брайном, — Денис в привычной для себя манере рассмеялся, прикрыв рот рукой, пока Даня закатывал глаза. — Да какой нахуй Брайн?! Чат, вы, блять, в уши долбитесь? Что вы вообще слушали? Голос моего соседа или Дрейка? — Закатив глаза, артист отправился обратно на кухню, к их кулинарному «шедевру». Денис последовал за ним, произнося: — Так всё-таки твой сосед — Брайн, да?.. » На этом моменте Тарасенко выключил стрим. Стало даже приятно, что Кашин не стал лишний раз разбалтывать аудитории ненужную им информацию.***
Прошло уже часов пять с момента этой «передачи» муки. Максим благополучно готовил себе салат, собираясь сегодня лечь пораньше. Но его планы были нагло оборваны уже привычным для ушей стуком. Снова Даня. Парень направился к двери, но открыв её, он встретил не только Кашина, но и неожиданно его друга… Дениса. Приподняв брови в немом вопросе, Макс ожидал объяснений. Они даже миску не вернули! Даня, неловко переглянувшись с Денисом, заговорил: — Здорóво. Мы тут сидели-сидели и решили пиво попить. А втроём ведь веселее, чем вдвоём, и, короче… — …Короче решили позвать тебя, – Неловко продолжил Дрейк, разведя руки в стороны Максим даже не знал как ему на это отвечать. Два огромных бугая буквально нависли над ним, зазывая выпить. И делали они это с максимально невинными глазами. Брайн просто не мог устоять. Сам не зная почему и зачем, он ответил: — Ну, я, честно говоря, не против… — Словив облегчённые улыбки стримеров, Макс улыбнулся, следуя за ними в соседскую квартиру. Она была действительно «неебически огромной», как и говорил Даня у себя на трансляциях. На прозрачном столике возле довольно массивного дивана стоял ранее приготовленный стримерами торт, пиво в банках и закуски к нему. Максим, увидев этот наборчик, присвистнул: — И где вы всё это достали? Ну, всё это, за исключением торта, неужели для меня готовились? — Блогер глянул на парней, тихонько хохотнув. — Да-а… Думали как тебя впечатлить, соседушка, — Даня плюхнулся на диван, похлопывая по местам с разных сторон от себя. Сев по бокам от Кашина, Денис и Максим переглянулись. Дрейк неловко отвёл взгляд, прежде чем заговорить. — Я совсем не ожидал, что вы правда соседи. Думал зрилы всё себе надумали. В этот раз переглянулись и расхохотались уже Максим и Даня. Так и завязалась беседа. Враньё — не враньё, соседи — не соседи, они говорили обо всём. Приятная компания расслабляла, а неловкость со временем спала, оставив после себя только комфорт и уют. Громкий синхронный смех практически каждую минуту разрывал квартиру. Они рассказывали друг другу самые разные истории, не забывая попивать пиво, а Даня и курить сигаретку. Кашин и Денис наверняка спустя пару недель будут рассказывать на стриме о том, как же хорошо они затусили. Но дату называть не будут. А то надумают себе всякого.***
Даня потягивается на диване, широко зевая. Еле как находит пульт среди подушек, включая очередную ебанину в телевизоре. Ковыляет на кухню, выбрасывая в мусорку пустые контейнеры, где ранее находились вкусные блюда. Кашин морщится, уходя обратно в коридор, чтобы через него вернуться на сладкий диван. Да уж, ленивый выходной проходит отлично. Однако, не успев завернуть в нужную комнату, его останавливает резкий стук, доносившийся из парадной. Настолько громкий, что могло показаться, будто стучатся в его квартиру. Но его дверь сделана из другого материала, а вот стук к любимому соседушке он узнает из тысячи. Данила медленно подходит к двери, хмурясь, заглядывает в глазок. И правда: напротив чужой двери стоит парень, роста примерно как сам Кашин, недовольно оглядываясь по сторонам. Вновь долбится в дверь, но устало выдыхает, не получив ответа. Даня наблюдает за тем, как незнакомец, убедившись в том, что никого нет начинает лезть под коврик — видимо надеется, что ключ может быть там. Но попытка оборачивается поражением, поэтому он продолжает тарабанить по двери. — Эу, дядя, ты чë тут? — Кашин выходит из своей квартиры, недоброжелательно смотря на человека, что подпрыгнул от неожиданности, — Нахуя в хату чужую долбишься? — Зайти надо, — Парень раздражённо закатывает глаза, оборачиваясь обратно к двери, теряя весь интерес к новоиспеченной фигуре. — А кем будешь? — Даня осматривает неизвестного полностью, заостряя внимание на вновь повернувшемся к нему лице, мысленно отмечает про себя небольшие сходства с Максимом. — Ебëт? — Он уже раздражается, что слышно в его голосе, но тем самым только больше бесит Кашина. — А ты не охуел ли, случаем? — Даня наклоняет голову в бок, подходя ближе. — Я, блять, тебя спрашиваю: ты, сука, кто? — Не твоего ума дело, быдло, — У Кашина в глазах разжигается огонь, из-за чего парень сглатывает. А Даня наступает, нависая, тем самым подминая неизвестного под себя. Он уже готовится нанести первый удар по наглой физиономии, что посмела потревожить его отдых от всех дел, так ещё и нагло пытается зайти в чужую квартиру, но вдруг двери лифта открываются, а за ними следует хорошо знакомый им обоим голос. — Вы чë, нахуй, устроили? — Тарасенко с пакетами в руках подходит к своей двери, где молодые люди чуть ли не подрались. — Этот додик в твою квартиру вламывался. — Эта горилла мне чуть не треснул, — Говорят в унисон, из-за чего Максим слабо хмыкает. — Так. Даня, это Денис, мой брат, — Он смотрит на Кашина, а затем переводит взгляд на второго Тарасенко. — Денис, это Даня, мой… друг. Друг? Да, точно друг. Даня прищуривается, повторно осматривая Дениса, и хмыкает чему-то своему. Тот лишь вдëргивает бровь, не понимая настроение рыжего амбала. — Ты давно приехал? — Максим смотрит на брата, получая утвердительный кивок. — А что, блять, не позвонил? — Ты был недоступен, — Денис скрещивает руки на груди, недовольно смотря на брата. — Наверное, телефон сел. Извини тогда. — Тебе помочь? — Вклинивается в разговор Кашин. Конечно же за тем, чтобы показать свое превосходство над прибывшим неизвестным братом, только ради этого. — Было бы неплохо, — Тарасенко отдает тяжелые пакеты в сильные руки. — Спасибо. Сам достаёт ключи от квартиры, отворяя дверь и впуская туда первым Даню под пристальный взгляд старшего Тарасенко. Кашин быстро разувается, унося груз на кухню, краем уха слыша, что братья разговаривают. –…не нравится мне он, — Говорил уже порядком бесивший голос. — Он явно лучше, чем может показаться на первый взгляд. На самом деле, он очень добрый и весёлый, просто вы не с того начали, — От таких теплых слов со стороны Максима в груди разлилось прятное греющее чувство окрыленности, заставляя щëки слегка поалеть, а на лице образовалась легкая улыбка. Даня, как только понял, что откровенно поплыл, одернул себя, возвращая каменное выражение лица. Поставив пакеты на пол рядом со столешницей, он направился в коридор, собираясь вернутся в свою квартиру. Там его встретили два брата, что резко замолчали, увидев прошедшего. Теперь Кашин мог видеть сходства на лицо, но должного внимания им не уделил. — Я пойду, — Даня принялся завязывать вансы как можно скорее, смущенно поджимая губы. — Даже на чай не останешься? — Макс грустно взглянул на спину Кашина, что уже выходил из квартиры. — Нет, спасибо, — Он мягко улыбнулся, помахав рукой. — До встречи. И закрыл за собой дверь, стараясь как можно скорее добраться до своего родненького дивана и обдумать все за чашкой чая. А обдумать надо было многое: в голове кавардак, и даже после тщательной уборки обстоятельства лучше не станут. Почему он так разозлился на Дениса? Потому, что он грубо отвечал? Или потому, что он ломился к Максиму? А зачем тогда Даня вообще полез туда? Будь это дверь какого-то другого соседа — он бы даже в их сторону не взглянул. Тарасенко друг. Хороший друг. А друзьям принято помогать. Кто знает, вдруг это был бы не брат, а вор? Этим Кашин старался успокоить себя и свои внутренние мысли, что были сродне извержению вулкана: неожиданно, быстро, много, пагубно. Чтобы отвлечься, он включил стрим своего знакомого, дабы мешающий голос в голове окончательно заткнулся. И, слава всем существующим богам, это случилось.***
Утро было недобрым. Взявшись спросонья за телефон, Данила сразу громко цокнул, закатив глаза. Вечером он, видимо, не до конца вставил вилку в розетку, поэтому процентов оставалось совсем немного. А желая всё же зарядить своё устройство, Кашин осознал, что электричества-то нет. И почему об этом не предупреждают заранее? Даня несколько раз понажимал на выключатель. Лампочка не горела. Всё же отключили. Сукины дети. Желание вновь уснуть возросло в пять, а то и в десять раз. Не хочется вставать и еле-еле пытаться сделать себе завтрак. Лень. Да и настроения нет. Без энтузиазма скинув с себя тяжёлое одеяло, Даня тут же ощутил, как по его телу пробежала орда мурашек. И только сейчас, полностью проснувшись, Кашин увидел, как в открытое окно льёт как из ведра. На полу даже образовалась лужа. Впопыхах закрыв окно, что было довольно проблематично из-за сильного ветра, Даня вздохнул. А ведь ещё воду вытирать надо будет. День предстоял быть долгим и трудным. Водить тряпкой по мокрому полу — так себе занятие, особенно тогда, когда глаза нереально слипаются, делая голову тяжелее в тысячу раз. Хотелось просто лечь и сладко отоспаться, ведь такая мрачная погода других мыслей не предоставляла. У Кашина внутри погано, снаружи — не лучше, если судить по растрепанным отросшим волосам, выцвевшим глазам, синякам под ними и опухшему лицу. Ему бы умыться, да только воду тоже отключили. Совсем ебанутые. Через пару часов ничего не изменилось, только местоположение Дани: теперь тот сидел на стуле, глазами сверля телефон. Девять процентов долго не потянут, поэтому он слишком грубо его хватает, включая мобильный интернет и заходя в приложение для доставки еды. Ну, хотя бы с голоду не помрет. Курьер приедет не скоро, ведь Кашин заказал еду сразу на вечер, а значит можно, наконец-то, вздремнуть, уйдя от этого ужасного дня, от которого хотелось блевать, плакать и кричать. Всë равно никаких дел не сделаешь без электричества и воды, а значит, можно со спокойной душой укрыться тёплым одеялом и с чистой душой окунуться в мир грёз. И, к сожалению, тик токи перед сном посмотреть не получится.Почти.
Из дрёма Данилу вывел раздражающий, слишком громкий звук уведомления, доносившийся из его телефона. И кому он сейчас нужен?! Зло схватив в руки бедный гаджет, Кашин посмотрел на отправителя. «Баран Мапс» Парень вздохнул. Раздражение резко спало. Потерев глаза, Даня открыл мессенджер и включил видео, которое ему отправил его горе-соседушка. На нём две неизвестных ему девочки снимают пародийный клип на «Не сей любовь». Забавные подъёбки в определённых моментах песни действительно улыбнули недовольного Кашина. Настроение улучшилось, а увидев новое сообщение от Макса, парень и вовсе расхохотался. Баран Мапс: Это мои двоюродные сёстры:)Вы:
Серьёзно? Бля, чувак, у них определённо есть вкус. И чувство юмора.
Баран Мапс: Они тебя смотрят. Говорят чтобы я поторопил тебя с выходом «Ночи». Вот. Поторапливаю. Даня вновь улыбнулся. Максим будто сам по себе излучал только доброту и тепло, что разливалось по всему телу, сильнее всего отдавая в сердце и затягивая странный узел в животе. Как говорят влюблённые школьницы: «бабочки в животе». Но Кашин, в отличии от них не влюблён. Никак нет.Вы:
Передай им что скоро выйдет. Ну вот скоро выйдет. Вот щас-щас. Щас доделаю. Вот скоро вот будет. Вот уже почти готово. Ну вот почти уже почти готово.
Специально повторяясь в каждом предложении, Даня ответил другу. И это наверняка рассмешило Макса. Ну, хотя бы улыбнуло.***
Прошло пару часов. Парни спокойно играли в настольные игры при приглушённом свете, слушая как дождь продолжает стучаться в окно. Время медленно приближалось к ночи, но спать совсем не хотелось. Поборов маленькую взаимную неприязнь с Денисом, Кашин действительно начал чувствовать себя невероятно комфортно в его компании.***
— Это так по-пидорски, — Даня нервно хихикнул, понимая как это всё выглядит. Два парня ужинают, сидя друг на против друга при свечах. И при этом как минимум один из них действительно пидор. Но признать это, конечно, тяжело. — А ты не пидор? Я-то думал у нас свидание, — Максим саркастично улыбнулся. А спустя пару секунд недолгого молчания он расслаблено продолжил жевать свою порцию, кажется, уже позабыв о своих словах. А вот Кашин поистине запаниковал. Рука, держащая вилку, слегка затряслась, поэтому он вылупил на неё свои глаза. Кажется, по его лбу поползла капелька пота. Или он уже бредит? Реакция на слова про свидание — странная, и Даня это понимает. Но ничего не может с собой поделать, как и с необъяснимой паникой, что сравнима с той, когда школьник разбил любимую мамину вазу или двойку получил. Страх быть пойманным за тем, за чем следует наказание. Только вот если у школьника это наказание — отобрать телефон, то у Кашина намного хуже, а именно то, что Максим его не поймет. Отвернется, начнёт игнорировать и будет испытывать самое настоящее отвращение. А если он уже догадался, и это был такой тонкий намëк? — Дань? – Испуганные голубые глаза уставились на Тарасенко, всë ещё находясь в какой-то прострации. — Ты в порядке? — А? Да-да, всë хорошо, конечно… Кашин сглотул огромный ком в горле, вновь смотря на тарелку. Аппетит вмиг пропал, из-за чего он слегка разочарованно вздохнул. — Сорян, задумался. Ты это… извини, мне идти надо. Я только что вспомнил, что ко мне мама должна скоро приехать, — Даня быстро поднялся из-за стола, убирая за собой. Оставшееся на тарелке он смахнул в мусорное ведро, а саму её поставил в раковину. — Так поздно? — Да… — Кашин замялся, придумывая отмазку. — У неë поздний самолёт. — Понял, — Максим резко развернулся, пару секунд смотря перед собой, а затем вновь уставился на тарелку. — Пока. Даня буквально выскочил из чужой квартиры, будто та горела или ещё что похуже. Похоже, огонь там действительно был, и им являлся Тарасенко, ибо по-другому объяснить резкий жар в висках Кашин не мог.***
Даня наконец-то осознал весь пиздец ситуации, когда скозь незакрытые шторы начали пробираться назойливые лучи ослепляющего солнца. Он слегка зажмурился, отворачиваясь на другой бок, ведь сил встать и сдвинуть шторы не было. Голова раскалывалась, оглушающе гудела и больно пульсировала. Глаза не смыкались никак, хотя спать хотелось безумно. Но как заснуть, пока в голове нескончаемый поток мыслей? Всю ночь он провëл за размышлениями о том, что это была за хуйня, когда они ужинали с Максом. Точнее нет, он пришёл к тому, что эта хуйня началась ещё раньше, даже, он бы сказал, намного. А имя этой хуйне — любовь. Даже не симпатия или влюблённость. Поэтому он даже не удивился, стоило ему в зеркале увидить вместо обычного Данилы Кашина какого-то отбитого наркомана, у которого после марафона обвисло все лицо. Под выцвевшими глазами красовались огромные круги, а короткие волосы растрепались, из-за чего он выглядел как общипанный голубь. Да и чувствал он себя точно так же. А всё из-за того, что Даня всей душой ненавидит это чувство. Чувство, когда зависишь от кого-то, делаешь всë для кого-то, бесконечно скучаешь по кому-то, ревнуешь кого-то. В общем, любишь кого-то. Это ужасно. Ещё хуже — отношения. Бесконечное высасывание всех эмоций, нужда находиться рядом, боязнь предательства… Кашин мог бы составлять список отрицательных качеств отношений бесконечно. Но никто не в праве его винить, ведь как он может надеяться на хорошую жизнь с любимым человеком, когда в его жизни отец бросил мать с маленьким Даней, променяв их на бутылку бухла? А ведь он тоже любил еë. Наверное. Кашину не хотелось ничего. Вроде бы надо поесть, но стоит ему положить хоть крошку в рот — он сразу побежит в туалет. Срочно надо было поспать, ведь Даня выглядел как самый настоящий зомби, но глаз не сомкнуть, как бы не хотелось. По-хорошему надо бы привести себя в порядок, но сил нет, как и желания, а значит остается тупо пялить в телефон. Ох, блять. Он сел. Ну хотя бы свет вернули, и на том спасибо.***
За эту неделю Кашин открыл для себя новый талант — тухнуть дома. Не, правда. Навряд ли кто-то может это делать так же круто, как это делает он. Сидеть в четырёх стенах и даже не выходить за продуктам, а заказывать доставку — сильно. Но у него была причина, по которой он себя так вëл. И даже когда внутри него самого происходили «конфликты» между двумя сторонами, — затворнической и той, которая рвалась наружу и к Максиму, у него был главный аргумент — он влюбился. Этого достаточно, чтобы полностью окунуться в жизнь хиккана в пледике с чашкой чего-то горячего, никуда не выходя. Тарасенко ему писал. Интересовался, как у Данилы дела, как самочувствие и куда пропал. Кашин не решился врать насчëт здоровья, поэтому отвечал, что пишет новый трек и придумывает сценарий для клипа, на что Максим его хвалил. Дане было приятно такое общение. На душе сразу становилось лучше, когда Тарасенко интересовался им, даже беспокоился. Он пару раз хотел прийти в гости, но Кашин под корень обрубал эту идею, не давая даже приближаться к своему дому. А почему?Боялся.
Боялся, что Максим всë узнает, прекратит общение, начнёт смотреть с неприязнью… Даня неуютно вздрогнул, не желая думать о таком.***
— Алло, Дань? — Раздался в трубке неожиданно знакомый голос. Кашин спросонья не посмотрел на то, кто звонил, ведь даже не открыл глаза. Что ж, теперь они были на грани того, чтобы выпасть. — Э… Да-да, доброе утро, Макс, — Даня широко зевнул, перестав насиловать глаза ярким светом и резким пробуждением. — Уже вечереет, — Тарасенко по-доброму посмеялся, из-за чего сердце Кашина начало биться быстрее, а в груди растеклось приятное тепло. Он скучал по этому смеху, который нельзя было услышать по переписке. — М-да. В последнее время поздно ложусь и поздно просыпаюсь, — Нет, Даня ложиться рано, но даже поспав четырнадцать часов он не высыпается. Но Максиму это знать необязательно. — Ужас, — Тарасенко вздохнул. — Сегодня тоже работаешь или выходной? — Сегодня хотел отдохнуть, а то девять дней подряд работать не круто. — Не хочешь прийти ко мне? Посмотрим что-то. Я как раз всякой вредяты купил… — Да, давай, — Кашин сказал это раньше, чем успел подумать. Ещё минус один балл к любви. — Отлично, — По интонации было ясно, что Максим улыбается. — Приходи, как сможешь. — Да, хорошо, — Даня сглотнул огромный ком, когда из трубки послышались гудки. Блять. Почему он не может подумать, прежде чем говорить? Можно было вновь как-то отмазаться, найти нелепую причину отказа. Хотя, с другой стороны, возможно Максим не оценил бы постоянные оправдания Дани. Кашин на все сто процентов уверен, что такой, как Макс легко считывает эмоции других людей. А значит и легко считывает ложь… Чёрт! Выхода совсем нет. Тревожность в голове музыканта твердила, что при любом исходе его ненаглядный будет испытывать к нему только отвращение. Казалось, от этого Даня буквально разлагается изнутри. Оттого и хотелось залечь на кровать пластом, будто он скат или сом. Хотелось укрыться тёплым одеялом и скрыться от всего мира. От своих чувств. Но уже не получится. Даня уже пообещал Максиму встречу. Да и в глубине души, маленький влюблённый школьник молил взрослого и осознанного мужчину пойти и постучаться в эту злочастную дверь напротив. «Взрослый и осознанный мужчина» всё же услышал эти детские просьбы и сломался. Пойдёт он туда, так уж и быть.***
— Привет… — Даня, неосознанно поджидающий чего-то оглядел квартиру. Денис давно уехал, так что теперь дом в их распоряжении. От этой мысли даже стал стыдно, ведь наглый мозг неосознанно начал рисовать самые разные картины в голове. — Привет-привет, — Максим, проходя на кухню, тут же схватил поднос со снэками, — Ты знаешь, недавно вышел один комедийный фильм, который высмеивает дешёвые романтические фильмы и ужастики одновременно… — И ты, как я понимаю, решил посмотреть его? — Ну, вообще, я таких много видел, и… Короче один я бы вряд ли его смотрел, но это произведение самое новое из всех фильмов с высоким рейтингом. Почти девять звёзд! — Макс развёл руки в стороны, показывая свое недоумение, — Даже не знаю что от него ожидать. Надеюсь на лучшее… — Ого. Я тоже… Ох, опять это чёртово покалывание внизу живота. Тот самый влюблённый школьник внутри Кашина орал. «То есть он смотрит этот фильм из-за меня?!», а «взрослый осознанный мужчина» старался успокоить этого балбесика и откинуть все мысли прочь. Но не получалось. Как бы он не старался, наглый пацан кусал затыкающую рот татуированную руку и продолжал взволнованно вопить о своей вечной любви. — Ты ведь не против фильма? Всё равно скучно, делать нечего… — Всё нормально! — Ответил Данила слишком громко. Громче нужного. О божечки. Парень сейчас готов дать себе самый сильный лещ из всех, а когда это рыжее, неуверенное в себе создание создание упадёт на пол, то Даня будет изо всех сил пинать его ногами, — Я люблю комедии, — А про страх перед ужастиками Максиму лучше не знать. — Ха-ха, тогда хорошо, — Тарасенко уселся на уже до боли знакомый диван, похлопывая по месту возле себя. На телевизоре на паузе уже стояла концовка надоедливой заставки. Видимо, блогер действительно готовился, даже интро промотал. Даня присел рядом, выключая настольную лампу. Нужно всё-таки создать атмосферу.Киновечер начинается!
***
— Да ты конченная, куда ты прёшь?! — Даня эмоционально ударил кулаками по столу, громко вскрикивая и слыша приглушённое хихиканье за спиной. — Не злись так, это же просто фильм, — Максим же, реагировавший на всё происходящее нечто в фильме более спокойно, с усмешкой наблюдая за эмоционально переживавшим весь сюжет Даней, — Да и к тому же это главная героиня, она вряд ли умрёт. — Умрёт или нет — неважно, сюжет всё равно долбоёбский! Кто это придумал?! Кому в руки нассать?! — Кашин опустил ладонь в светло-голубую миску, где должны были лежать чипсы. Но их там не было. Переведя взгляд на миску, артист тихо вздохнул. — Боже. Неужели мы уже всё сожрали? — Макс поставил фильм на паузу, удивлённо глядя на поднос. Действительно, только в стаканах осталось небольшое количество колы. — Похоже на то, роднулькин. Тарасенко на секунду призадумался, открывая время в телефоне. — Можем в магазин сгонять, который прямо под домом. — Ты про «гостинцы от тёти Любы»? Я в это адское пекло не очень хочу заходить, если честно, — Даня поёжился, вспоминая как когда-то, в три часа ночи, ему пришлось идти в этот «прекрасный» двадцати четырёх часовой магазин, — Меня там эта тётя Люба чуть не загрызла не пойми за что. — Серьёзно? Со мной она была довольно вежлива, — Парень хихикнул, почёсывая затылок, — Думаю ты просто не нашёл к ней подход. — Подход? Мне просто чипсы нужны были… Парни ненадолго замолчали, вслушиваясь в тишину комнаты. Даня задумался. А разве у них есть выбор? Остальные магазины наверняка уже закрыты. — Ладно, пойдём. А я только начал проникаться героями этого фильма, — Кашин драматично вздохнул и смахнул невидимую слезу с щеки. Макс усмехнулся. — Тогда пошли.***
Парни вошли в кабину не очень просторного лифта, нажимая на кнопку первого этажа. Кашин вздохнул. Гробовую тишину нарушала лишь тихая, столь привычная и даже заезженная для лифта мелодия. Но артист был благодарен даже этому. Вновь погружаться в неловкое молчание ему не очень-то и хотелось. Макс ритмично постукивал носком кроссовка по полу, но резко дёрнулся. Даня не сразу понял что случилось, но спустя мгновение тоже неожиданно качнулся. Лампочка начала мигать, но всё же переборов перепадки электричества, продолжила гореть. Музыка оборвалась, а кабина пару раз тряхнулась, вслед за собой заставляя парней подскакивать. А после лифт и вовсе остановился, между пятым и шестым этажом. Парни синхронно вздохнули, оседая на пол. — Мы застряли, — Данила закрыл лицо руками, потирая виски. В замкнутом пространстве с человеком, который тебе нравится. Просто чудесно. Но ничего не изменить, так что главное — сохранять спокойствие. — Да уж… Дела, — Максим обеспокоенно глянул на Кашина, — Надеюсь у тебя нет клаустрофобии. Никогда не было. Но сейчас, рядом с Максом, она появилась. Потому что краснючие щёки, головокружение и узел в животе, который так романтично зовётся «бабочками» — скорее всего, признаки тревожности при клаустрофобии. — К счастью нет… — Ну, по сути-то он прав. Потому что тревожность эта далеко не от фобии. Интуиция буквально орала Дане: «Что-то будет! Готовься!» Сердце билось с бешеной скоростью. И от внутреннего голоса, и от неожиданного наплыва страха при сотрясении лифта, и от человека рядом. Данила вышел из своего транса, только когда услышал размеренный голос Тарасенко, который звонил лифтеру. — Он приедет только через полчаса, — Макс потёр глаза кончиками пальцев, — Наверняка вместо того, чтобы приехать к нам сразу, они там своей командой лифтёров сидят и тоже какой-то фильм смотрят под крепкое пивко. — Точно! Фильм! Может досмотрим его здесь?! — Стример воодушевлённо вскочил с пола, положив руки в боки. Отличный шанс не сидеть в тишине. — Фильм? Ну да, он есть у меня на телефоне… — Макс в подтверждение своих слов разблокировал устройство и зашёл в загрузки, — На какой мы там минуте остановились? — На моменте где эта ебанашка убегает от пацана в лес. Боже, ну кто так делает?! — Даня разочарованно вздохнул, вспоминая глупость сюжета. Даже из него сценарист получше будет. — Так не делают даже главные герои фильмов ужаса. Это же пародия, братан. — Максим хитро улыбнулся, оглядывая парня возле него. Странно это всё. Вроде они шесть лет не общались, вроде и не планировали, а тут раз — и они уже соседи и от того лучшие друзья, как в типичных американских сериалах. А ещё в таких сериалах именно с помощью таких глупых сюжетных поворотах сводят главных героев. И Тарасенко действительно чувствует себя главным героем американского сериала. Потому что все те чувства, которые заставляли его постоянно звонить, писать, стучать и как-либо взаимодействовать со своим соседом — что-то новое. Удивительное. Странное. Но манящее. — У тебя есть наушники? А то из лифта же будет звук разноситься на этажи, — Максим выжидающе смотрел, как Данила похлопывал по всем карманам. Оба уже планировали разочароваться из-за отсутствия устройства, но Кашин всё-таки нашёл в заднем кармане проводные наушники. Он неловко улыбнулся, доставая их. Придётся сидеть в паре миллиметрах друг от друга, чтобы нормально смотреть фильм. Даня не против. Да и Максим тоже. Кашин протянул парню один наушник, второй засунув себе в ухо. Они облокотились друг на друга, смотря в экран телефона, где Тарасенко уже перематывал фильм на тот момент, где остановились. Кашин уже не может отрицать свои чувства. В такой атмосфере в этом уже нет смысла. Фильм продолжает идти, но парень даже не следит за сюжетом, как то было в квартире. Сколько уже времени прошло? Минут пятнадцать? Он не знает, ведь все его мысли заняты только парнем, который сидел под боком и время от времени комментировал происходящее на экране. Непозволительная близость! Данила мельком глянул на Тарасенко, который увлеченно наблюдал за героями фильма. Какой же он, блять, красивый!.. Кашин точно никогда не думал о том, что ему нравятся бородатые мужики в очках. Нет, они ему точно не нравятся. Макс просто исключение. Даня бегал глазами от одной родинки до другой. Их у Тарасенко не так много, но Кашин так часто изучал его лицо на фотографиях, что не мог их пропустить. Осматривает ямочки на щеках, когда Максим улыбается, нос, который был идеальным и только дополнял весь внешний вид, переходит к карим глазам, что…Смотрят на него.
Данины щëки вспыхивают, когда он понимает это. Чувство, будто его поймали за кражей, или за чем хуже. Кашин сглатывает, томно дышит и не может пошевелиться. Неотрывно глядит, ведь не может глаз отвести, будто совесть не позволяет. Или просто не хочет? Он даже не моргает. Ровно до того момента, пока не чувствует чужие мягкие губы на своих. Даня вообще не понял, что случилось. Он просто был в ступоре, из-за чего не смог хоть как-то отреагировать на поцелуй. В голове лишь бились мысли, кричащие что-то вроде «SOS», пульс больно отбивался в ушах, дыхание участились. Что происходит? Максим же, не почувствовавший ответа, оторвался от тонких Даниных губ. Он неловко оглядел (сильно охуевшего) Кашина. — Прости, — Тарасенко прокашлялся, отворачиваясь обратно к телефону. Даня уже тысячу раз проклял себя в своей голове. Сука! Ну почему ты не можешь действовать быстрее, Кашин?! Нет. Нет, это не всë. Он аккуратно ведëт ладони к чужому лицу и, обхватив Макса за щëки, тянет обратно к себе, на этот раз целуя самостоятельно, выливая всю любовь через эти нежные прикосновения. Раз ему дали зеленый свет — он помчится, набрав скорость. (Не сразу конечно.) Да уж, острая щетина — не то, что артист привык чувствовать при поцелуе. Отрываться от столь желанных губ не хотелось. Этот момент длится будто всего пять минут, и одновременно с этим целую вечность. Но Макс прервал эту вечность. Точнее говоря, её прервал громкий хлопающий звук. Даня сначала даже не услышал его, и понял что случилось, только когда увидел в приоткрывшихся дверях лифта сильно пьяного мужчину. — Вы че тут это… Того… — Мужик прикрыл рот рукой, сдерживая рвотные позывы. Видимо, лифтёр действительно много выпил, как и предполагал Макс, — Застряли да? Парни переглянулись, чувствуя облегчение. Хорошо что лифтёр не заметил, что буквально пару минут назад два парня целовались. Старик явно бы не одобрил такое. — Вроде того… — Решив не ругаться на слишком долгое время ожидания, парни начали вылезать из лифта. Им явно будет что обсудить.***
— Нет у тебя такой информации! Не слушай этого паридурка, Максим. — Парень сразу начал клоуничать в привычной для себя манере, энергично реагируя на своё собственное вступление. Чат просто взрывался от сообщений. О стриме с самим Брайном Мапсом он сообщил буквально за пару минут до него. Так сказать, устроил сюрприз для любимой аудитории. — Честно говоря этому «паридурку» я верю больше чем тебе, — Максим хитро ухмыльнулся, читая чат. Он всегда говорил что ни за что не будет стримить с кем-то. Что не создан он для такого. Но ради Дани он всё же может пойти на уступки. Это и контент, и возможность провести время вместе, и возможность Дане поторговать лицом возле Брайна Мапса. Тик токерские, даже не подозревающие об их старом коллабе, явно взорвутся от такого и побегут на стримы того, кого раньше называли «изгоем». — Слыш… Скажи спасибо что вообще тебя в комнату пустил, а то сидел бы в туалете весь стрим, как Куплинов… Максим прыснул. Наверняка после этого стрима будет куча глупых эдитов и фанфиков, появится толпа маленьких девочек, придумывающих очередной пейринг. И в целом они будут правы. Ведь часто пролетающие гейские шуточки на самом деле и не являются шутками вовсе. С недавнего времени.***
— Какой-то додик реально снял про нас видео… «Что между Брайном Мапсом и ДК» — Данила взъерошил волосы, усмехаясь. Вспомнилась его лихая молодость и конченные фанаты, сводящие его со всеми подряд. Максим, лежащий под боком, усмехнулся. — Я даже не удивлён, честно. И знаешь, мне даже нравится. — Серьёзно? Что же, ха-ха… Я могу только сказать, что мне будет что посмотреть на стриме… — Артист уже представляет количество нарезок в тик токе и фанфиков, которые преданные фанаты будут писать. Весело жить. — Как думаешь, те девочки, которых ты пару месяцев назад прогнал, уже дали слезливое интервью..?
