Pain

Тэхен продолжает посещать приемы у психиатра и приём таблеток. Он уже около двух недель не видит силуэта Юнги, чему очень даже рад. Ким не забывает привозить на кладбище любимые цветы друга, но и об его визитах не мечтает. Новый год прошёл словно в его местах. Чонгук взял отпуск и они целые дни проводили вместе: Гуляли на свежем воздухе, ходили за продуктами, устраивали романтичные свидания, ездили на приемы и многое другое. За это время они сблизились настолько сильно, насколько это возможно. Чон буквально стал его кислородом и жизнью. Вот только появилась одна странность, о которой Тэхен упорно молчит. Чонгук внезапно исчезал. Он мог резко уйти за продуктами, даже когда холодильник был полон. Рано уходил на работу и поздно возвращался, хотя раньше такого не было. В один момент мог стоять позади, а затем оказывалось, что он всё это время был в другом месте. Сев за стол, Ким выпил очередную порцию таблеток и подпёр голову рукой. - Чонгук-а, дорогой.- Зовёт он.- Иди сюда, нам нужно поговорить. Спустя пол минуты, Чон уже сидит рядом с ним и внимательно слушает. Он знал что этот разговор рано или поздно состоится. - О чём ты хотел поговорить?- Видя, что Тэхен замкнулся, он решает слегка подбодрить. - Я не знаю с чего начать.- Растерянно отвечает Ким, сверля взглядом стол. Сердце начинает стучать в висках, не давая возможности нормально мыслить. - Подумай о том, что тебя беспокоит. - Совон...- Вздохнув, начинает Тэхен. Он вспоминает последние слова своего психиатра.- она говорит, что мои показатели улучшились. - Это прекрасно, Тэхен-а.- Погладив его по спине, говорит Чонгук. - Но я чувствую, что это не так.- Ким боится своих следующих слов и собственных догадок, но и закапываться во враньё он больше не собирается.- Галлюцинации в виде Юнги пропали, но... Тэхен поднимает взволнованный взгляд и кладёт руку ему на плечо с силой сжимая. Боясь потерять. - С ними начал пропадать и ты.- Обречённо говорит он, сильнее сжимая футболку Чона в кулаке. Чонгук молчит. Это самое худшее, что могло произойти. Он пару минут молча всматривается в кукольное лицо напротив, а затем приподнимает уголки губ. - Тэхен, просто знай, что я очень сильно тебя люблю.- Со слезящимися глазами и улыбкой на губах, говорит он.- Чтобы не случилось. Что-то внутри Кима с грохотом разбивается, рассыпаясь на осколки. Может быть это он сам. - Что ты имеешь ввиду? - Тебе не казалась странной наша встреча?- Озвучивает он самую страшную догадку Тэхена.- Ты не хотел умирать, но набрав номер службы поддержки, тебе никто не ответил.- По лице Кима стекает холодная слеза, разбиваясь где-то на полу.-Я ответил на твой звонок и приехал на помощь.- Стерев пальцем мокрую дорожку на щеках, Чонгук решает рассказать всю правду. Такую горькую и нечестную, что хочется выть.- Затем оказалось, что Юнги- мой брат. В конечном итоге ты решил начать лечение и мой силуэт стал пропадать. - Нет...- Задыхаясь произносит Тэхен. - Ты нуждался в помощи, которую тебе дать никто не мог.- Слова выбивают весь кислород из лёгких.- Галлюцинации начались с моим появлением, любимый. Меня никогда не существовало, ты пытался найти оправдание смерти Юнги, но не смог. Построив идеальный сценарий у себя в голове, ты решил плыть по течению, врезавшись в камни. Ким начинает рыдать в голос, распадаясь на множество маленьких осколков. Родные руки обнимающие его, кажутся совсем невесомыми. - Я люблю тебя, просто знай это и живи дальше. Произносит Чонгук, а затем наступает звонкая тишина. Открыв глаза, Тэхен оказывается совершенно один. Выбежав в спальню, он не замечает никах следов Чона. Проверив ключи,Ким больше не обнаруживает ключ от его квартиры. В телефоне не оказывается переписок и номера Чонгука.Ничего нет, словно его никогда не существовало. - Я тоже тебя люблю.- Шёпотом говорит Тэхен. Его слова эхом прокатываются по стенам, а ответа как и ожидалось, не поступает. Свернувшись калачиком на кровати, он достаёт сигарету. Это последняя вещь, связывающая его и Чонгука. Затянувшись, Ким мешает дым и слезы, громко всхлипывая. Больно, больно, больно... Больно дышать. Больно думать. Больно двигаться. И речь идёт не о физической боли, а о той самой, которая сжирает изнутри.