Не мой идеал

Антон Сергеевич вовсе не был идеалом для Анастасии: в нём её раздражала излишняя бережливость, постоянная ухоженность, когда попросту не к чему придраться. Девушка знала, что у каждого есть слабости, но он никогда не демонстрировал их. В какой-то мере она чувствовала себя обнажённой перед ним: под его взглядом казалось, что он уже читает все её мысли, хотя это, конечно, лишь казалось. Этот человек убирал прядь тёмно-каштановых волос со лба и мягко улыбался, касаясь её ладони через стол: их разделяли свечи и два острых блюда, которые она вроде бы ненавидит, но в его компании те приобретают другой вкус… Вроде бы ненавидит. Антон не сделал ничего плохого по отношению к ней, однако, они оба знали о неправильности происходящего. И их встречи могли иметь последствия для них обоих. На самом деле, она не знает, что её спутник сам готовит стейки и все мясные блюда. Кроме того, ей неоткуда знать о том, что он имеет огромное влияние в бизнесе её дяди, которого она ненавидит уже давно. Антон… знал о ней больше, чем она думала. Молодая девушка, которой нет и двадцати, она учится на первом курсе института, демонстрируя большие успехи, которые ей приходится зарабатывать ночными зубрёжками и недосыпом. Ему хотелось улучшить её жизнь, и он не задумывался о причинах этого. Мужчина всегда делал то, что хотел, и если его желание было таково, оно являлось единственно верным. Он не был из тех, кто стремится к справедливости всегда, однако, она — именно тот случай, когда иного пути и не видел. Он знал, что у неё нет средств на оплату учёбы второго курса и был тем, кто уже внёс оплату без её ведома. Не считая свои действия неправильными. Они из разных обществ. Если бы люди из его круга увидели бы их вместе, скандала не избежать. Но мужчина готов был обеспечить безопасность этой девушки, что, впрочем, вряд ли бы понравилось ей — своенравная, желающая добиться всего сама, она никогда не желала принять чужую помощь и предпочитала выбираться из любой передряги самостоятельно. Может, это и привлекало внимание мужчины? Находясь в мире, где деньги решали половину проблем и влияние было основным, к чему стремились те, кто, как и он, был взращён в мире капитализма, такое своенравие и непримиримость учитывая её статус были… притягательными. Когда первые капли дождя ударили по стеклу, она обратила внимание в темно-серое небо Петербурга. Антон запечатлел в памяти её восторженный взгляд: особенное удовольствие заставило уголки губ чуть приподняться, и именно в этот момент она отдалась ощущению покоя. 　— Я хочу, чтобы наши встречи не заканчивались. Её удивлённый взгляд вызвал лёгкую усмешку: неужели она считала, что он неспособен на откровения? Антон был достаточно опытен, чтобы понимать простое правило — озвучивание чувств и желаний должно быть, иначе тому, кто имеет для тебя значение, будет незачем оставаться рядом.       — Это неправильно, — тихий голос он слушал с замиранием. — Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня. Какую цель ты преследуешь, продолжая оставаться рядом? Ты никогда не делаешь ничего просто так, каждое действие имеет причину. Я хочу знать её. Антон тянется за сигаретами. Она замечает это и усмехается:       — Я не глупа, Тони. Поговори со мной откровенно. Кстати, привычка курить, когда тебе не хочется давать откровенный и честный ответ, у тебя уже давно. Мужчина сжал челюсти. Рука остановилась, и он не стал доставать губительное, а сложил кисти рук и посмотрел девушке в глаза, откидываясь на спинку дивана:       — Ты знаешь меня достаточно, чтобы понимать, что причины моих действий есть всегда. Причина может быть проста: я хочу быть с тобой, потому что наши встречи дают мне то, в чём я нуждаюсь. Я знаю, что ты другая, не такая, как я. Однако, вместо того, чтобы уйти, ты сейчас здесь, говоришь со мной. Если бы это не интересовало тебя, ты бы давно дала мне понять это.       — Ты не ответил.       — Тогда и ты ответь мне. Почему ты продолжаешь соглашаться на встречи, когда я прихожу, если ты считаешь наш контакт неправильным? Она сжала кулаки. Антон знает, почему. Боится. Она не хочет проблем. Не желает быть должной. Всю жизнь жила, будучи уверенной, что за все блага придётся платить, и если мужчина не просит плату за то, что делает, то по её логике вполне разумным будет ожидать подвоха.       — Я чувствую что-то к тебе. Но ты. Зачем тебе это? Взгляд мужчины похолодел. Пак знал себя и понимал, что иногда нужно что-то больше, чем деньги. Тепло, поддержка. Что-то, от чего будет трепетать что-то внутри. Он был другим человеком. Знал, что можно сделать, чтобы помочь материально. Знал, когда надо просто быть рядом, чтобы человек ощутил поддержку. Но реальную любовь, привязанность он отрицал. И чувства к ней — другие. Антон не был научен этому в детстве и позже. Его семья, друзья, коллеги, весь мир… это было совсем другим, и она не представляла, контакты с какими акулами сделали его тем, кто он есть сейчас. Знает только свои желания и потребности, и знать реальные причины не желает — если он хочет сделать её счастливой и помочь материально, значит, так нужно.       – Ты… другая, — ответил иначе. И это… другой голос, не такой, как обычно. Сам мужчина себя не слышит, и он не может знать, что в голосе есть какая-то искренняя теплота. Или может, она сама надумала себе это? В его глазах видела своё отражение: растерянный взгляд был слишком очевидным. — И это притягивает меня. Девушка сделала глоток из бокала, чувствуя, как горчит вино. Поставив бокал, посмотрела на вкусное блюдо, но желания притронуться к еде так и не появилось. Она не получила ответ, который ей был нужен. Может, его просто не существует на самом деле. Но девушка не готова жить в тайнах и бесконечном ожидании, пользоваться благами просто так — это не для неё. Девушка посмотрела в его глаза, но Антон ничего не сказал. Поднявшись следом, он оплатил счёт и проводил спутницу до машины. То, что она позволила подвезти её до дома — уже знак, что не всё кончено для них. Девушка не ждала никакого ответа больше. И не подала виду, что услышала слова, выходя из машины: «Я не отпущу тебя». Закрыв за собой дверь, она прикрыла глаза ладонями, чувствуя, что хочет закончить всё это, чтобы не мучить себя. Ведь ясности вряд ли дождётся, даже если слышит такие громкие слова вслед. Проводив её взглядом, нажал на газ и сказал себе, что докажет искренность намерений. И когда она в этот же вечер проверила почтовый ящик, то обомлела. На него пришло письмо об оплате учёбы на дальнейший год. Антон не умеет иначе. Если имеет возможность, то воспользуется ею, чтобы достичь желаемого. Чувства и причины его бережного отношения отходят на второй план, потому что ему важен результат: улучшение чужой жизни и возможность для неё стать тем, кем она желает. Когда её голос прозвучал в трубке, он молчал, позволяя продолжить. Она прошептала благодарность, и та не была пропитана презрением или ненавистью: нет, она не считала, что он её жалеет. Сердце Антона потеплело. «Позволь мне быть рядом, чтобы помочь».

«Я поняла всё по твоему взгляду.

Надеюсь, когда-нибудь ты скажешь мне те самые слова, потому что ты для меня, похоже, весь мир».