straight to your heart

"i know that you're hurting

i know you still care"

      он просыпается, окутанный морем.         ещё не до конца придя в себя, ему кажется, что он слышит шум волн и чувствует дуновение морского ветра, который окутывает его с головы до ног. кажется, что во сне он перенесся куда-то на солнечное побережье, где волны приятно щекочут ноги, а над головой кричат чайки. однако, наконец открыв глаза, хонджун видит перед собой ёсана, который тут же расплывается в улыбке.         – с днём рождения, хён, – шепчет он, словно боясь разрушить умиротворенную атмосферу.         погода слишком солнечная для начала ноября, и ослепительные лучи позади обрамляют ёсана так, что он становится похожим на ангела. возможно, он и есть. хонджун раскрывает руки для объятий и охотно прижимает омегу к себе, вдыхает его запах, весьма редкий и специфичный, моментально уносящий его куда-то далеко-далеко, туда, где тепло. и ему так хочется свозить ёсана на настоящее море, чтобы сравнить запахи.         – чем хочешь заняться сегодня? – бубнит ёсан, уткнувшись в его шею. он делает глубокий вдох, наполняя свои лёгкие ароматом апельсинов, и вдоль позвоночника хонджуна пробегают мурашки.         – ничем, – хриплым ото сна голосом отвечает он, – хочу весь день провести так.         – значит, ты ничего не планировал? – ким отрицательно мычит в ответ. он был слишком занят другими делами, чтобы думать о своем дне рождения. он не придавал этому празднику должного значения, начиная с подросткового возраста. – но зато запланировал я.         он чуть отстраняется, чтобы посмотреть на ёсана, который еле сдерживает безумную улыбку, явно довольный собой и тем, что подготовил сюрприз. альфа зарывает пальцы в его спутанных ото сна волосах и притягивает к себе для поцелуя. в любой другой ситуации ёсан бы начал ворчать насчет утреннего дыхания, но сегодня он, должно быть, делает исключение и позволяет себя целовать.         – ты обязательно покажешь мне всё, что запланировал, но немного позже, да? – шепчет ким, поцелуями спускаясь по линии челюсти прямо к шее. дыхание ёсана заметно сбивается и от этого, и от того, что горячие руки лезут под его футболку.         – да, – выдыхает он, – да, конечно.         и это, кажется, один из лучших дней рождения на памяти хонджуна, потому что ёсан, как оказалось, подготовил всё для скромного пикника. они проводят день в городском парке, где места достаточно для того, чтобы устроиться подальше от чужих глаз. несмотря на солнечную погоду, глубокая осень даёт о себе знать резкими порывами ветра, которые то и дело треплют их волосы и пытаются унести кепку хонджуна как можно дальше.          он чувствует себя невероятно счастливым, когда ёсан кормит его с рук кимбапом, который приготовил сам; когда ёсан смеётся над ним, когда кусок его сэндвича утаскивает неизвестная им обоим птица; когда они лежат на покрывале, глядя на чистое небо, голова ёсана на его груди, прямо там, где бьется сердце.          это ощущается как кошмар, когда он просыпается, хотя воспоминание это одно из самых тёплых и драгоценных. на мгновение ему даже кажется, что ёсан действительно лежит в его руках, однако реальность дает о себе знать холодной половиной постели. сердце гулко бьется, готовое вырваться оттуда, за собой оставив дыру в грудной клетке. ему больно, и винить некого, кроме самого себя.          из года в год незадолго до своего дня рождения хонджун чувствует себя не самым лучшим образом. настроение всегда ни к черту, а праздновать желания нет никакого. в этот раз после такого сна ему хочется перемотать время вперед, когда его день рождения уже пройдет.          он ничего не планирует. наверное, они с братом наведаются в гости к родителям, чтобы провести уютный вечер всей семьей, но не более. естественно, на работе, как и полагается, он угостит коллег чем-нибудь. и его вовсе не беспокоит тот факт, что среди них будет его бывший, по которому он ужасно скучает, с которым он проводил свои самые лучшие дни. не только рождения, но и вообще все.         потому что даже тогда, когда хонджуну казалось, что всё плохо настолько, насколько вообще можно себе представить, ёсан знал, что сделать, чтобы его успокоить, чтобы заставить чувствовать себя хотя бы капельку лучше. иногда он просто молча обнимал, даря комфорт своим теплом и запахом, а иногда говорил что-то ободряющее, глупо шутил, вызывая даже если крошечную, но улыбку.          интересно, ёсан помнит, когда его день рождения, или ему об этом напомнит кто-то из коллег? и почему хонджун вообще об этом думает?         после случая во время празднования хэллоуина они больше не разговаривали. всё их общение ограничено приветствиями в начале рабочего дня и, если они уходят в одно время, то прощаниями в конце. но изо дня в день ким прокручивает в голове те события. то, как ёсан сам к нему подошел и заговорил, как очевидно залип на него, как позволил отвести его в уборную и помочь отстирать пятно. то, что рубашка на нём была его, хонджуна, и то, как до его обоняния донеслись слабые, но такие родные нотки морского запаха.          хонджуну мало. ему катастрофически мало ёсана, особенно после того, как вновь почувствовал его запах. нечеловеческие усилия он приложил, чтобы не нарушить личное пространство омеги ещё больше, чтобы не попытаться глубже вдохнуть запах, чтобы отпустить, позволить ему уйти. если его не убьет боль, то это сделает внутренний альфа, страдающий от того, что ёсан больше не их.          он пялится в потолок, а видит образ омеги, уже не своего. видит его тёмные волосы, которые за последнее время успели отрасти; видит его очаровательное родимое пятно, которое так любил целовать; видит его улыбку, что способна осветить буквально всю вселенную, и которая больше никогда не будет предназначена ким хонджуну.          совершив огромную ошибку, он тонет в горечи и сожалении, и моментами кажется, что он не имеет права испытывать нечто подобное. хонджун не имеет ни единого права страдать, но всё равно продолжает это делать.         он отдал бы всё, чтобы ёсан хотя бы раз посмотрел на него так же, как годы назад: с радостью, нежностью, восхищением.          с любовью.  

***

        даже если бы под рукой не было календаря, кольцо на цепочке, то и дело обжигающее кожу, всё равно бы напомнило о том, какое скоро число. седьмое ноября, четверг. ёсан ни за что не забудет, что это за день, как бы он ни старался.         (правда в том, что он даже не пытался забыть).          близится день рождения хонджуна, он уже скинулся на подарок от коллектива – ёсан делает это всегда, даже если тот или иной коллега ему не особо нравится. обычно дарят что-то практичное – сертификат в какой-либо магазин, ассортимент которого мог бы быть интересным имениннику или имениннице. те, кто за месяцы работы смог поближе узнать хонджуна, помогали с выбором. ёсану, честно, не особо интересно, что конкретно ему будут дарить, но это вовсе никак не связано с его отношением к киму.         его мучает кое-что другое: стоит ли ему сделать подарок от себя лично? он абсолютно не хочет думать, откуда вообще это желание взялось, потому что оно уже здесь, так что остается лишь решить, что с ним делать. советоваться с уёном он не намерен, потому что ничего хорошего он не скажет, и к тому же может ещё и отговорить от этой задумки.          ёсану почему-то не хочется, чтобы его отговаривали. желание сделать подарок уже слишком сильно разгорелось, чтобы попытаться его потушить.          когда они были вместе, каждый из них составлял небольшой виш-лист, состоящий из того, что бы им хотелось получить на тот или иной праздник. интрига всё равно сохранялась, ведь ёсан не мог знать, что конкретно ему подарит хонджун, и наоборот, но в то же время была стопроцентная гарантия, что подарок понравится. учитывая креативный подход хонджуна ко всему, что касалось праздников и подарков, ёсан не мог не быть в восторге от каждого, но и сам он никогда не отставал.          вновь вспоминает о кольце, что носит близко к сердцу, и в груди всё сжимается, а остальные органы словно переворачиваются. интересно, был бы его альфа рад получить его? судя по тому, что незадолго до этого они расстались, кажется, что очень вряд ли, он ведь наверняка не за пять минут принял решение прекратить их отношения. становится ещё хуже от мыслей о том, что хонджун обнимал и целовал его, в голове держа то, что скоро всему этому конец. ёсан не сразу замечает, как в уголках глаз собираются слёзы, и быстро стирает их, чтобы не дать скатиться по щекам.          пять лет. он чувствует себя страшно жалким, что даже спустя такое количество времени всё ещё крайне эмоционально воспринимает всё это, что позволяет себе чувствовать тоску, боль и… нечто похожее на любовь. та самая, что не смогла покинуть его сердце и разум, но которую он так старательно прятал.         за месяцы, что они работают вместе, хонджун сделал достаточно, чтобы заставить ёсана вспомнить всё былое, заставить раскроить свой мир, что он так тщательно собирал по кусочкам и сшивал в одно целое, то и дело укалывая пальцы острой иглой. рукоделец из него не самый лучший, но он сделал всё, что было в его силах, чтобы сдвинуться с той точки, где его сердце бесцеремонно разбили.         и теперь может сложиться ощущение, что всё было зря: литры пролитых слёз, звонкие истерики и попытки отвлечься, найти себя заново и исцелиться. однако сейчас ёсан сильнее, сейчас он будто бы готов встретиться с ким хонджуном лицом к лицу вновь. сейчас он держится увереннее, может дать отпор, чтобы постоять за себя. сейчас он даже не против докопаться до истины, узнать, почему же ничего не вышло, почему ким просто ушёл. как будто бы теперь, когда он сильнее, он готов к этому и не только.          однако, возвращаясь в нынешний момент, проблема с подарком всё ещё остаётся актуальной, а времени с каждым днём, как ни странно, становится всё меньше.         почему-то ёсан считает это своей миссией – подарить нечто, что заденет хонджуна до глубины души.   

***

        ёсан явно что-то замышляет, хонджун в этом уверен на все сто процентов. возможно, даже на двести из возможных ста, потому что он знает его привычки и повадки, всё ещё прекрасно помнит мимику и язык тела, чтобы определить это.         омега то и дело кидает на него быстрые взгляды, которые не всегда удается поймать. раз – случайность, два – совпадение, три – хонджун явно сходит с ума.         это неспроста – он знает. вряд ли у него постоянно что-то на лице, или там, где находится он, также есть нечто, на что понадобилось бы посмотреть ёсану. нет, это всё бред, потому что из раза в раз он смотрит четко на него.         он явно пребывает в неких раздумьях – лицо сосредоточено, брови нахмурены, а губы самую малость надуты, и когда-то у хонджуна была привилегия эти губы целовать в такие моменты. да и вообще в любые моменты, раз уж на то пошло. ему стоит перестать уделять столько внимания губам, что уже давно стали чужими.         также кан то и дело записывает что-то, что-то вычеркивает, а записки тщательно прячет, чтобы никто не увидел. хонджуну бы не составило труда подойти к его рабочему месту и заглянуть в красный блокнот, что лежит на столе, однако ему совершенно не хочется делать ничего, что потенциально могло бы ухудшить их взаимоотношения. он уже достаточное количество раз облажался, чтобы вытворять нечто эдакое. ему совершенно не хочется разочаровывать ёсана ещё больше.          любопытство всё никак не угасает, и ким прикладывает нечеловеческие усилия, чтобы не выпрыгнуть из офисных брюк от того, как сильно хочется узнать, что так тщательно готовит ёсан. наверное, не следует быть таким воодушевленным, потому что это вполне может оказаться планом мести или планом по уничтожению ким хонджуна. в обоих случаях ёсан был бы абсолютно прав, если вдруг кому-то интересно мнение самого хонджуна, однако он также знает, что тот не способен ни на что из вышеперечисленного.          остаётся только ждать – либо ему суждено узнать, что это, либо его это ни в коем случае не касается, и он просто себе всё придумал.          мир ёсана всё-таки не крутится вокруг хонджуна, к превеликому сожалению последнего.  

***

        четверг наступает слишком быстро. вставать с кровати совсем не хочется, а идти на работу тем более, но взрослая жизнь редко даёт поблажки. хонджун немного скучает по школьным временам, когда мама разрешала пропускать школу в день рождения; или по студенческим годам, когда совсем не имело значения, в какой день отрываться в баре – при любом раскладе наутро откуда-то были силы на то, чтобы пойти на пары.          теперь же, будучи взрослым, каждая минута сна ценна, а в особенно тяжелые дни мама уже не напишет записку, чтобы никуда не идти. хонджун может лишь молиться, чтобы этот день прошел как можно быстрее.          судя по всему, его молитвы были услышаны, потому что по пути в офис он даже не попадает в пробку, а коллеги не устраивают никаких больно уж вычурных сюрпризов – лишь украшают его рабочее место и даже дарят букет цветов. хонджун даже не помнит, когда в последний раз получал цветы.         курьер не теряется по дороге, что не может не радовать, и ким ровно в обеденное время накрывает праздничный стол. всё и впрямь идёт как по маслу, и ему даже страшно сглазить. умиротворенная атмосфера, разговоры и смех, что заставляют весь коллектив на время забыть о том, что сегодня четверг, и работы ещё очень и очень много.         во время того, как все наслаждаются обедом, он со стороны наблюдает за тем, как ёсан стоит рядом с их боссом, ведя очевидно непринужденную беседу, во время которой очаровательно смеётся, прикрывая рот ладонью. хонджун впервые за всё время видит ёсана таким, и становится так жаль, что почти все их предыдущие взаимодействия оказывали ровно противоположный эффект. ему бы хотелось быть причиной его улыбки вновь, он бы отдал всё, чтобы забрать ту боль, что причинил ему.          и вдруг его ловят с поличным.          ёсан поднимает свой взгляд и смотрит в ответ, хонджун даже не сразу понимает, что это происходит. никто из них не разрывает зрительный контакт, не улыбается, но и не хмурится – выражения их лиц совершенно нейтральны. ким без зазрения совести пялится на него, позволяет себе внимательно изучить каждую мелочь, и ощущает, как изнывает внутренний альфа от того, как хочется к каждой из мелочей прикоснуться. он жаждет накрыть его щеку своей ладонью, поцеловать в лоб, в кончик носа, родимое пятно у левого глаза; очертить контур его губ и мягко поцеловать, вдохнув в лёгкие запах морского бриза.          неосознанно он облизывает губы, и это, должно быть, слишком вызывающе, слишком неприемлемо, и оттого ёсан отводит взгляд. он очевидно прячет своё смущение в стакане сока, а хонджун немедленно отворачивается – и так уже позволил себе слишком много.         вместе с обеденным перерывом заканчивается и скромное празднование, и потому приходится вернуться к выполнению задач и обязанностей. обычно вторая половина рабочего дня тянется отвратительно медленно, потому что, как правило, все самые важные и мозговыносящие проблемы решаются с утра. сегодняшний день – исключение, потому что хонджун даже не замечает, как стрелки часов уже приближаются к пяти часам, и народ потихоньку готовится к тому, чтобы наконец-то покинуть офис. скорее всего, если бы он отпросился у директора уйти пораньше, тот бы не отказал, но дело в том, что спешить хонджуну особо некуда, так что он остается до конца дня.         на этаже становится совсем тихо, когда он отключает ноутбук и закрывает его, и вместе с тем слышатся чьи-то шаги, которые становятся всё громче по мере приближения. должно быть, кто-то что-то забыл на своем столе, или особенно тревожный коллега решил проверить, все ли окна закрыты. но хонджун ошибается – перед ним стоит ёсан.          снова встречаются глазами, снова никто не разрывает контакт, снова по телу бегут мурашки. хонджун мысленно хвалит себя за то, что теперь он пользуется куда более сильными блокаторами, ведь в противном случае его запах заполнил бы пространство между ними за считанные секунды. он неловко прокашливается и всё же отводит взгляд.         – ёсан-щи, ты что-то хотел? – спрашивает он.         – можно сказать и так.         кан старается звучать уверенно, но всё-таки некое волнение проскальзывает – хонджун не может не уловить это. он окидывает омегу взглядом и замечает в его руке подарочный пакет. ничего яркого и вычурного, никаких блесток и надписей – лаконичный чёрный пакет с белыми ручками-лентами и небольшим бантиком.         – это…         – тебе, – перебивает ёсан и со слегка покрасневшими щеками протягивает ему пакет, – с днём рождения… хён.         на мгновение альфа перестает дышать. принимает из чужих рук подарок и вновь заглядывает в глаза напротив. он не может прочитать эмоции ёсана, попросту не в состоянии, потому что он действительно ошеломлен.         – спасибо, – выходит с придыханием и абсолютно искренне.          – надеюсь, понравится, – с ноткой застенчивости говорит ёсан, и хонджун буквально чувствует, как тает.         – обязательно.         и это чистейшая правда. он не имеет ни малейшего понятия, что это за подарок, внутрь он заглядывать не решается, но ёсан и не настаивает на том, чтобы он открывал именно сейчас. возможно, ему это и не нужно.         – хорошего вечера, – разрушает омега тишину и, коротко кивнув на прощание, уходит.         – и тебе, – едва слышно вторит ему вслед хонджун, всё ещё пытающийся переварить произошедшее.         правильно ли ким понимает, что его бывший, которого он бесцеремонно бросил несколько лет назад, толком не объяснившись, о котором не мог не думать на протяжении всего времени, с которым они теперь работают в одной фирме, которого он не единожды расстроил за последние месяцы, который всё ещё носит его старую рубашку, сделал ему подарок на день рождения?         зачем? почему? в честь чего? что всё это значит? что на ёсана нашло? это какой-то аукцион невиданной щедрости? или он такой со всеми своими коллегами? нет, это вряд ли, потому что в прошлом месяце день рождения был у их юриста, джонхана, и ему ёсан ничего не дарил. значит ли это… нет, хонджун не знает, что это может значить.         обо всём этом он думает по дороге домой. машину ведет на автопилоте, совершенно не задумываясь, где свернуть, а где остановиться, потому что того требует знак “уступи дорогу”.          уже припарковавшись у дома и всё ещё сидя в машине, хонджун решает посмотреть, что внутри. тянется на заднее, чтобы взять в руки пакет, и, не глядя, просто засовывает руку внутрь, чтобы достать оттуда… виниловую пластинку. это альбом майкла джексона “thriller”, тот самый, где песня про билли джин, которую хонджун так сильно любит.          на глазах наворачиваются слёзы, потому что он чувствует себя видимым ёсаном; потому что ёсан помнит.         в голове всплывают воспоминания, как они, ещё юные и ужасно влюбленные, распивали соджу с пивом в общежитии; как ким, достигнув определенной кондиции, включал песни майкла джексона так громко, что соседи жаловались, и танцевал, спотыкаясь о собственные конечности, пока ёсан смеялся, наблюдая за ним.         это – нечто бесценное, то, что хонджун хранит в своём сердце по сей день. и так больше не будет, оттого плакать хочется лишь сильнее.         он достает из кармана пиджака телефон, печатает сообщение и отправляет, пока не передумал, пока сентиментальность никуда не испарилась.  

хонджун

спасибо за подарок

это действительно много значит для меня

 

прочитано