Интернетный дом

Представь табуретку. Потёртую, с тремя ножками, но крепко стоящую на полу. Полу из белой плитки. Никаких узоров, зайчиков, завитушек. Плитка. Белая. А вокруг пустота. Чёрная, страшная, в которой неизвестно, что прячется. Ты стоишь на этой табуретке. У тебя в руках пачка листочков, карандаш. И ты пишешь. Пишешь, пишешь, пишешь, а потом бросаешь листики на пол. Так проходят дни, месяцы, годы. Вдруг из темноты появляется человек. Белый, как плитка, но с чёрными, как пустота, глазами. Нет ни волос, ни губ, ни одежды. Две руки, две ноги, голова, и только по этому ты знаешь, что это человек. Он останавливается напротив тебя. Поднимает один из листиков, читает, поднимает на тебя взгляд. Его глаза на секунду закрываются, человек показывает тебе большой палец и уходит туда, откуда пришёл, снова оставляя листик на полу. В чёрную пустоту. Лайк. Потом из неё появляется другой человек. Или тот же? Ты не знаешь. Он тоже подходит, тоже берёт листик — тот же? другой? не ясно, — тоже читает. Потом кладёт его обратно на пол и тянется к себе в карман. У него тоже есть блокнот и карандаш, но поменьше. Он что-то пишет. А может это она? Ты не успеваешь подумать, потому что человек тянет тебя за штанину широких джинс, и ты понимаешь, что у этих людей есть когти. Острые, цепкие когти, которые оставляют глубокие порезы не только на одежде, но и на твоих ногах, а человек тянется всё выше. Наконец вырванная бумажка оказывается у тебя в кармане, и он уходит вслед за предыдущим. После утомительного дня ты возвращаешься в свою телеграммную однушку и достаёшь бумажку. Отзыв. Всего лишь три слова, но тебе так невероятно приятно. Ты читаешь их, радуешься, делаешь себе чай, в этот раз не считая ложки сахара, и наконец закусываешь их любимыми пироженками, потому что это праздник. Нет повода не выпить, и ты пьёшь. Постепенно чай превращается в вино. Красное полусладкое, и даже не потому, что в магазине под домом было только это. Ты ложишься спать под утро, потому что у тебя нет графика работы — ты сам себе его назначил. И к семи вечера, медленно потягивая шоколадный коктейль, ты снова приезжаешь в коричнево-бежевое здание. В этот раз людей становится больше. Они приходят со всех сторон, читают по несколько листиков за раз, чтобы потом, снова царапая тебя своими когтями, положить тебе в карман свой листик с отзывом. Один человек тянет тебе три листка, а дома ты понимаешь — развёрнутый отзыв. Со всеми мыслями, переживаниями, теориями, и тебе на секунду кажется, что у этих людей есть личность, эмоции. Но не лицо. Они ведь все одинаковые, думаешь ты, может это всё один и тот же человек? Но в какой-то момент появляется Она. У Неё всё такие же чёрные глаза, белая кожа, нет носа, губ или бровей, но у Неё светлое каре. И ты видишь Её всё чаще и чаще, Её когти постепенно превращаются в аккуратные ногти, и вот Она уже не царапает твои ноги, когда кладёт очередной листочек в твой карман. И ты засовываешь свой блокнот под мышку, достаёшь этот листок и читаешь его прямо там, стоя на табуретке. Берёшь карандаш, пишешь ответ и успеваешь отдать его до того, как Она уйдёт в темноту. Она улыбается. Ты начинаешь видеть улыбку на Её губах, сами губы. Потом ямочки на щеках, и вот Её кожа уже не белая, а со слабым телесным оттенком. Но глаза всё такие же чёрные, в них не видно ничего, кроме твоего отражения. Она уходит, оставляя тебя с кучей других людей. Её нет день, два, три… Ты делаешь вид, что не волнуешься, но от мыслей отвлекает кто-то ещё. Он. Он не пишет бумажку; у Него чёрная рубашка, и из-за пазухи Он достаёт маленький кубок и ставит на твою табуретку. Ты думал, она крепкая, надёжная, но от маленького кубка её качает, как корабль на волнах, но ты рад. Это выше, чем отзыв. Награда. Через время их становится больше и больше, и ты чувствуешь, как после того, как их число переваливает за десять, тебе становится всё неудобнее стоять. Негде. Раньше, с самого начала, ты мог позволить себе даже сидеть, но потом появились когтистые руки, и ты стал стоять. Теперь снова изменения: ты уже балансируешь на одной ноге. Одно неверное движение — и награда летит на пол, разбиваясь в дребезги. Люди такое не любят, им такое не нравится. На место, где лежат осколки, они больше не наступают, а когда осколки буквально растворяются в воздухе, ты замечаешь, что на твоих руках остаются еле видные шрамы. От каждого проступка — всё больше и больше. Людей стало меньше, Он больше никогда не приходит. Но возвращается Она. Становится в зоне твоей видимости, иногда подходит, поднимает листики, читает, а потом снова отходит назад. Но уже не исчезает, ты всегда как будто чувствуешь взгляд Её чёрных глаз на себе. А когда один раз оборачиваешься, понимаешь — они больше не чёрные. Они ярко-голубые, Она смотрит ими на тебя, и ты видишь Её эмоции, Её радость, грусть, жалость, измотанность. Постоянный читатель. И ты пишешь, стараешься бросать листики в Её сторону, пока не замечаешь, что с другой стороны стоит Он. У Него тоже есть глаза: зелёные как изумруды. И ярко рыжие волосы как огонь. Он тоже улыбается, и ты понимаешь, что кубок осколками разлетелся уже очень давно. Так ты учишься на своих ошибках. И так проходит день за днём. Вот за тобой уже наблюдают десять человек, двадцать, пятьдесят… Сто. Ты узнаёшь их, знаешь их голос, имя. Любимое животное или краша. Чисто белых безликих всё ещё достаточно, но ты перестаёшь их бояться, опасаться. Да, они всё ещё царапают тебе ноги, но постоянные всегда с тобой. Они погладят, продезинфицируют раны, некоторые даже принесут с собой разноцветные пластыри. И ты чувствуешь самое главное: это твоё место. Ты там, где ты должен быть, и как больно бы не было, ты не отступишь. Как много пустоты бы не было, ты заполнишь всю её историями. Потому что можешь; потому что хочешь. Потому что видишь Её светлые волосы и Его зелёные глаза, читаешь их улыбки и слышишь разговоры. А стопка твоих листиков неумолимо быстро становится всё тоньше и тоньше…