Impulse

Radiohead – Creep

Начало осени. Приятный, прохладный утренний ветерок гулял по моей тёмной, прокуренной насквозь комнате. Её давно никто не облагораживал, да и мебель уже слишком старая. Я отключил свой назойливый будильник уже в сотый раз, но никак не мог заставить себя открыть глаза. Слишком мало спал, потому тело просто отказывалось подчиняться. И даже родительские вопли, доносившиеся с первого этажа, никак не могут пробудить меня ото сна. Сквозь сон и шум родителей я услышал посторонние голоса. Женские крики. Один из них способен вытащить из могилы, не то что поднять с постели. Это наши новые соседи, снова ругаются. Через открытые настежь окна слышно практически дословно. Меня не удивить бытовой руганью, ведь я сам из той ещё семейки, но я не мог себе позволить упустить шанс снова увидеть её. Мою новую соседку. Любопытство взяло верх надо мной, и я лениво встал с постели. Подойдя к окну, все было как на ладони: полупустая комната, юная девушка и ухоженная блондинка лет сорока-сорока пяти. Мать и дочь, вероятно. Не знаю почему, но женщина казалась мне не особо приятным и адекватным человеком. Наверное, потому что орала во всю глотку. И так происходило каждое утро с момента их переезда. Комната девушки находилась прямо напротив моей, и я мог хорошо рассмотреть всё, что там происходит. В любое время. Нет, я не грёбаный маньяк, но интересно же! Девушка очень милая, но всегда грустная. Я уселся у окна на своей тумбе, которая всегда служила подставкой для бутылки и пепельницы, подкурил и продолжил слушать их ссору, отвернувшись в сторону, делая вид, будто ничего не вижу и не слышу. Из их разговора я понял, что мать винит дочь во всех своих бедах. Она похожа на человека, который любит делать из мухи слона. Никаких серьёзных аргументов я не услышал. Это мне ещё повезло, что они не заметили третью пару ушей в соседнем окне. От происходящего меня отвлек голос, доносящийся с первого этажа моего дома. Отец, очевидно, снова пьян и снова цепляется к матери. Как же он достал... Нервно затушив сигарету, я снова посмотрел в заветное окно. Девушка была уже одна. Из-за криков отца я пропустил всё самое интересное. Вдруг она повернулась в мою сторону, и я заметил, как округлились её глаза. Что это? Испуг? Она не похожа на пугливую птичку. В это мгновенье я смог наконец-то рассмотреть её лицо. Большие глаза, тоненький острый нос, аккуратные тонкие губы и красивые вьющиеся волосы до плеч, чёрные, как и у меня. Девушка точно не ожидала увидеть наблюдающего за ней мужчину в трусах. И всё, что мне пришло в голову, это помахать ей рукой. Улыбка у меня была дурацкой, на сто процентов, ведь я был растерян не менее её. Реакция соседки, это... Я даже не понял, что произошло. Она то ли нагнулась, то ли присела, то ли вообще упала на пол. Я не понял. Девушка исчезла из поля зрения, и я почувствовал стыд. Боже, что я наделал! Кажется, я напугал её до чёртиков. Надо сматываться и быстрее забыть об этой нелепой ситуации. Я быстро поднял с пола старые джинсы с толстовкой и помчался в ванную, чтобы привести себя в порядок. Стыд не отпускал и щёки, кажется, стали горячими. Хорошо, что не побрился, будет не так заметно по пути на работу. Закончив сборы, я спустился вниз, где за нашим "семейным" столом восседал пьяный урод. Мама, как обычно, что-то готовила ему на закуску. В воздухе витал запах сигарет и перегара. По комнате валялись пустые бутылки, а кое-где и окурки. Я мечтал пройти мимо и остаться незамеченным, но... – О, Рейн! Хорошо, что ты здесь, – еле внятно протянул отец, и меня это мгновенно взбесило так, что я сжал кулаки, ведь я точно знал, что сейчас будет. – Подкинь деньжат, а? – А больше тебе ничего не дать? Я чувствовал, что начинаю терять самообладание. Он моя красная тряпка. – Ты, позорник, я тебя всю жизнь растил, кормил со своего стола, а ты пару баксов зажал отцу родному, – злобно промямлил отец. Он был настолько пьян, что не мог держать глаза открытыми. Сколько себя помню, он пил всегда и с каждым годом становится хуже. Я просил маму, умолял её уехать, но ей, почему-то, жалко его или она просто боится другой жизни. И я остаюсь здесь лишь для того, чтобы защищать её, хотя давно должен строить свою жизнь отдельно. Не здесь, не в этом гнилом городе. – Мне стыдно, что ты мой отец! – выплюнул я со всей ненавистью, что испытывал к нему все эти годы, – я не дам тебе ни цента! В миг его черное от выпивки лицо искривилось. Он что-то говорил, но я не разобрал, да и не хотел разбирать. Может это плохо, может я чудовище, но где-то, глубоко в сердце, я дико желал, чтобы он сдох. У моей матери не было ни светлой молодости, ни женского счастья, а у меня – детства. Всё, что мы имели, это пьянки, нищету и побои. Он не достоин даже дышать с нами одним воздухом. – Рейн, ну что ты начинаешь! Ты же видишь, он пьян, – взмолилась мать. Она всегда боялась наших с ним ссор, но я ничего не могу с собой поделать. Уж слишком ненавижу отца. – Почему ты это терпишь? Сколько можно? – Я кричал на неё, я злился и не понимал. Отец, видимо, хотел сразиться со мной на кулаках, но форма подкачала, и он рухнул на пол, не успев толком встать со стула. Мама подбежала к нему, засуетилась, и я понял, что здесь бессилен. Я не могу заставить её бросить его. – Будь осторожнее с ним и не давай денег. Ему уже хватит на сегодня, – с этими словами я вышел из дома, оставив их. Отец, скорее всего, проспит до вечера, а потом снова свалит к своим друзьям, у которых всегда найдутся деньги на бутылку. Моя работа находилась всего в паре кварталов от дома. Я всегда шёл туда с охотой. Занятие делом вытаскивало меня из всего домашнего дерьма. Физический труд ставит мозги на место. Проходя мимо соседского дома, я невольно вспомнил утренний инцидент. Это заставило улыбнуться. Идиот. Надеюсь, вечером, после работы, я смогу снова увидеть её. Хотя обычно в это время свет в её комнате уже не горит. Интересно, что она обо мне подумала... Их дом был в точности как наш. На этой улице все здания были приблизительно одинаковыми. Маленькими и тесными. Но у них внутри уж точно не такой гадюшник, как в моём доме. Я волновался, когда представлял, как новые соседи придут к нам с пирогом, чтобы познакомиться. Это точно плохая идея. Мама этой девушки не показалась мне дружелюбной. Если это так, то к лучшему. Придя на работу, я быстро переоделся и взялся за новый заказ. Ничего особенного, просто работа в автомастерской, где ты всегда грязный, руки не отмываются, и воняешь как старая машина. Но мне нравилось. Иногда клиенты платили дополнительно за скорость, потому я весь в работе до заката. Но сегодня что-то явно было не так. Всё из рук валилось, то и дело бегал покурить. Курил я много, а сегодня ещё больше. Всё время вспоминал свою "кудряшку" соседку. Смешно, стыдно и интересно. На что я вообще надеялся? Такой как я уж точно ей не пара. У меня за плечами только тёмное прошлое. Я не хотел ломать кому-то жизнь. Мои мысли зашли слишком далеко и это уже начало бесить. Вдруг, из-за спины я услышал знакомый, задорный голос. – Ну, что, кипит работа? – сказал Фин, мой лучший друг. Когда-то здесь мы начинали вместе, но он ушёл. Не устроила зарплата. Кажется, мы не виделись целых сто лет. Русые кудрявые волосы, как всегда, небрежно торчали из-под его шапки, которую он постоянно носил. Оттопыренные уши, осунувшееся лицо и больной вид. В нём ничего не изменилось с нашей последней встречи. – Фин, здорова! Какими судьбами? – радостно ответил я, пожав ему руку. – Мимо проезжал, подумал, дай загляну. – Я рад. Давно не виделись, – я, правда, был рад. Отчасти за то, что он вывел меня из этих абсурдных мыслей. – Нашел новую работу? – Да. Платят хорошо, – замялся друг.  – Как у вас дела? – Всё по-старому. Не хочешь вернуться? – Нет-нет, – рассмеялся Фин, - Эта работа больше не по мне. – Вот как... И чем ты теперь занимаешься? Фин что-то сказал себе под нос. Я ничего не понял. И он опустил глаза. Что это, мать его, значило? – Что ты делаешь? – настойчиво переспросил, давая понять, что от ответа ему не ускользнуть. Я догадывался, но надеялся, что его не занесёт, куда не следует. – Я в банде, Рейн. Толкаю наркоту, – неуверенно ответил друг. Он что, боится? И правильно! Он знает моё отношение к этому. Я молчал и просто смотрел на него в недоумении. Мне это не послышалось? – Что, осуждаешь?  Фину точно было стыдно, ведь когда-то он говорил, что ни за что и никогда не свяжется с наркотиками. Ещё и сам меня порицал, а сейчас... – Не думал, что у тебя хватит ума вляпаться в это дерьмо. Я не осуждал его, нет. В какой-то степени даже понимал, но дико злился. – Да всё путём. У нас надежная крыша, всё схвачено. Главное, деньги хорошие, – воодушевлённо начал Фин, пытаясь сменить ауру вокруг нас. Я просто развернулся и продолжил работу под капотом. Мне было нечего сказать. – Мой босс ищет толковых парней... – осторожно продолжил друг. И вот это меня уже взбесило. – Так вот зачем ты приехал! – повернувшись к нему лицом, я выпалил. – Ты просто дослушай... – Мне больше не нужны проблемы, ясно? Если ты приехал только за этим, то лучше уезжай, – я высказался в жёстком тоне. Скорее всего, он понял, что я зол. Фин не из робких парней. У него точно есть яйца, но меня он побаивался, когда я не в себе. – Разве ты не хочешь нормально зарабатывать? – продолжил настаивать друг. – Я не хочу иметь дело с наркотиками! На этом точка. Я пообещал матери, что больше не свяжусь с этим. – Ладно, я понял. Нет, так нет, – Фин пожал плечами и сдался. – Извини, мне нужно работать. Я хотел, чтобы он уехал. Продолжив возиться под капотом, я делал вид, будто максимально занят. Хотя, какая теперь, к чёрту, работа! Еще какое-то время Фин постоял за моей спиной, а потом ушёл к своей машине. Оно и к лучшему. Вообще не стоило приезжать. Всю оставшуюся смену я думал только об этом и ничего не успел. В конце дня я запер гараж и поплёлся домой. Всю дорогу думал о своём друге. Мне известно, что такое "Банды". Здесь, в Детройте их очень много. Из них сложно выйти и в них ещё нужно умудриться выжить. Перестрелки банд на улицах города давно не удивляют местных. Я волновался за него, как бы чего не случилось. Приближаясь к дому, я предвкушал, как снова буду смотреть в окно соседки, потягивая сигарету. Только в этот раз осторожно и в одежде, разумеется. Пройдя несколько метров, я замер как вкопанный. Она была там. Незнакомка сидела на старых качелях, между нашими домами. Её голова угрюмо была опущена вниз. Она слегка расскачивалась, не отрывая ног от земли. Снова грустит, да что-же такое!  Не решаясь идти дальше, я задумался о том, что сейчас будет. Испугается меня? Накинется? Убежит? Я понимал, что без последствий мне точно не зайти домой. Придётся сделать серьёзное лицо, будто это не я, а кто то другой и пройти мимо как ни в чём не бывало. Позорище! Я так и сделал. Взял себя в руки, набрал побольше воздуха и пошёл какой-то неестественно-дибильной походкой. И всё шло по плану, пока она не подняла голову и не увидела меня. – Эй, сосед! – окликнула меня черноволосая девушка. Я замялся от растерянности, а она выжидающе смотрела. На её лице я не увидел ни злобы, ни испуга. Оно не выражало ничего. Я решил подойти. Мне стоит извиниться за свою выходку. Приблизившись, я сел на соседнюю качель, и она заскрипела на всю улицу. Было неловко. Девушка продолжала пристально смотреть, а я не знал что делать, поэтому тупо достал пачку и закурил. Последний раз я испытывал подобное в школе, когда мне нравилась одна девчонка. Но сейчас-то я взрослый мужчина, что происходит? Мгновение, мы, молча, смотрели друг на друга, затем она нарушила тишину. – Почему молчишь? – спросила девушка. Её голос был звонким и уверенным, но не грубым, не таким как я слышал его утром. – Ты позвала меня. Я думал, ты хотела что-то сказать? – я выпустил столб дыма в сторону. – Я заметила, что ты второй день за мной подглядываешь, а познакомиться так и не решаешься, – такого я точно не ожидал и опешил. Она была слишком уверенной. Я ощущал это кожей. Теперь я мог рассмотреть её глаза. Они были серыми и холодными, будто никогда не видели радости. Они были пустыми. Никогда не замечал подобного в людях. Что с ней такое? – Рейн, – я протянул ей руку, расплываясь в дружелюбной улыбке. – Чарли, – она ответила взаимно на мой жест. Я не желал её отпускать. Рука была такой холодной. Видимо, она долго просидела здесь. – Откуда приехали? – спросил я, и меня действительно интересовал этот вопрос. Где угодно лучше, чем в Детройте. Почему именно сюда? Или может они переехал из другого района... – Из Плимута. Только переехали, а я уже ищу куда сбежать, – иронично рассмеялась девчонка. Её улыбка была красивой, я не мог этого не отметить. Но почему она всегда такая грустная?! – Так ты бунтарка? –я решил подначить, чтобы на мгновенье задержать улыбку на ее лице. – Ну даа, – девушка продолжала хихикать, смущённо отворачиваясь. Да она та ещё стесняшка! Так бунтарка или стесняшка? Непонятно. – У нас с мамой взаимный вынос мозга. Ну, знаешь, она любит меня пилить из-за школы и всё такое, – продолжила Чарли. И тут меня словно кипятком обдало. Она школьница! Я и подумать не мог. Девушка выглядила явно старше. Лет на девятнадцать или двадцать. – Школы? Сколько тебе лет? – Семнадцать, а тебе? – Столько, что меня могут посадить за неосторожный разговор с тобой, – рассмеялся я. Конечно, это была шутка, но я всё еще не мог поверить, что она школьница. – А если без шуток? – Серьёзно, мне двадцать пять. Было неловко из-за своего возраста. Ведь я как старый пень для нее. – Ого, – протянула Чарли. – Что, слишком стар? – Да нет, почему... - ее телефон завибрировал, не дав договорить. Она отвлеклась на него, и какое-то время сидела, уставившись в экран. Я отвернулся, чтобы не смущать, хотя мне очень хотелось рассматривать ее. Чарли явно в моём вкусе. Объёмные волосы, аккуратные черты лица. Сейчас я мог разглядеть, что у неё обветренные губы. Бледная кожа, тонкие длинные пальцы с чёрным, коротким маникюром. Макияжа на ней я не заметил. Ещё Чарли была очень худенькая. Но весь её образ не был несуразным, я бы даже сказал, что наоборот. Это явно какой-то стиль. Убрав телефон в карман, девушка снова посмотрела на меня: – Это мама, – возмущённо выпалила она, – Мне нужно домой. Иначе будет скандал, – лицо Чарли снова изменилось, оно больше не сияло в улыбке. Медленно, но верно до меня начинало доходить. – Опять? У вас всё нормально? Извини, что лезу, но мне слышно как вы ругаетесь, – я переживал за нее. Очевидно, ей плохо из-за семейных ссор. Я её понимал. – Да, все в порядке. Такие уж у нас отношения, – улыбаясь, ответила Чарли. Но эта улыбка не была такой, как пару минут назад. Она была фальшивой. – Ну ладно. Было приятно познакомиться. Мы же ещё увидимся? – спросил я. – Конечно, моя комната прямо напротив твоего окна. – Я не про это. Мы могли бы познакомиться поближе. Мне хотелось побольше пообщаться с ней. Что-то в этой хмурой девушке меня привлекало. – Может быть... - ответила Чарли, вставая с качели. Она направилась к дому, а я взглядом провожал её. Мне не хотелось уходить. Я был рад, что она не злится на меня и не считает извращенцем. Подойдя к двери, она замешкалась и повернулась ко мне: – Вообще-то, я не против того, что ты подглядываешь за мной, – игриво улыбнулась Чарли. Она что, флиртует? Что это значит? Я невольно усмехнулся. – Принято, – ответил я. Даже подумать не мог, что всё так закончится. Чарли скрылась за дверью, и мне ничего не оставалось, как тоже направиться к своему дому. Поднявшись на крыльцо, я услышал крики, доносящиеся из-за двери. Но всё было не так, как обычно. Кричал не отец... Мама истошно звала на помощь, и я поспешил открыть дверь, но грёбаный ключ в старом замке подвёл, и пришлось повозиться прежде, чем я увидел то, что было за дверью. Мама лежала на диване в нашей гостиной. Отец стоял над ней, держа одной рукой за шею, а второй замахиваясь на неё. Он что-то кричал про деньги. Я тут же поспешил оттолкнуть его, но было уже поздно. Я видел, как мама схватилась за грудь, её губы посинели, а глаза неестественно закатились. Это зрелище навсегда врезалось в мою память. Она захрипела, словно пытаясь сказать что-то напоследок, глотая жадно воздух. Это был очень страшный хрип. Отзвук смерти. Мне хотелось как-то помочь ей, хоть что-нибудь сделать, но паника сковала моё тело. Мне стало нечем дышать и у самого в груди всё до боли сжалось комом. Тогда ко мне пришло осознание, как ничтожна грань между жизнью и смертью. Я посмотрел на отца, который забился в углу комнаты, вцепившись руками в свои сальные волосы. Хотелось убить этого монстра, но сейчас это было не главным. Папаша начал выть, что он не виноват ни в чём. Мои уши заложило от стресса, я понимал, что мама вот-вот умрет. Реально ли её спасти? Я не знал. Мне казалось, будто моя жизнь сейчас закончится. Я достал телефон и набрал номер скорой помощи. Хоть бы успеть...