Принц-бастард

      В этот день вдовствующая королева вспоминала самое тяжёлое испытание в своей жизни. Восемь лет назад её любимый внук Деймон бесследно исчез. Она винила себя в том, что не смогла уберечь его от интриг и козней, которые разгорелись в Королевской Гавани не без участия дома Мартеллов. Мартеллы всегда подчёркивали сомнительность происхождения Деймона. Они не упускали ни одной возможности напомнить об этом. Например, Оберин при каждом удобном случае называл внука королевы Сендом, а герольды, представляя членов королевской семьи, также использовали эту бастардную фамилию детей Дорна. Из-за этого за Деймоном закрепилось прозвище «принц-бастард». Особенно печально было то, что Рейгар не замечал подобного отношения к Деймону. Порой Рейле казалось, что Рейгар даже не замечает самого Деймона. Она отчётливо помнит, как её сын посмотрел на своего ребёнка, когда лорд Старк вернулся из Дорна с телом своей почившей сестры и младенцем в руках. В этом взгляде не было любви, а скорее ненависть и непринятие. Он смотрел на него как на убийцу своей возлюбленной, а не как на их общего сына. Деймон всеми силами старался привлечь внимание отца. Он был лучшим в фехтовании, истории, литературе, живописи и музыке. Он трудился день и ночь, не зная отдыха. Но в ответ получал лишь холодное безразличие. Рейгар был слишком опечален и погружён в свою скорбь по возлюбленной. Он не понимал, что не только он потерял Лианну, но и Деймон лишился матери, которую он никогда не сможет узнать. С каждым годом пропасть непонимания между Рейгаром и Деймоном становилась всё больше, и она будет расти до тех пор, пока один из них не падёт в эту бездну окончательно. Но было и то, что заставляло старую королеву радоваться, когда она видела, как Деймон играет с Рейнис — единственным светлым пятном в его мрачном мире. Она поддерживала его с раннего детства, когда все остальные от него отвернулись. Их связь была крепкой, как сталь. Рейла с надеждой смотрела, как они вместе исследуют королевский сад, смеются и играют, будто никакие беды их не коснулись. Иногда Рейла думала, что Рейнис любит Деймона не только как брата. Но она говорила себе, что они ещё слишком малы для любви. Бедная Рейнис! Она помнила, как её бедная внучка плакала днями и ночами, когда узнала об исчезновении Деймона. Во дворце говорили, что в то время принцесса Рейнис выплакала все слёзы, и теперь ничто не может ранить её холодное сердце. Из раздумий бывшую королеву вырвал вероломный стук в дверь. Рейла вздрогнула от неожиданности, её мысли, полные воспоминаний и горечи, были прерваны резким звуком. — Кто там? — спросила Рейла, не ожидая увидеть кого-либо в такой поздний час. — Это я, моя королева, — ответил Барристан. — Что вам понадобилось в такой час, сир Барристан? — спросила Рейла в недоумении. Барристан Сэлми был не из тех, кто стал бы беспокоить её по пустякам. — Будет проще показать, чем объяснить, — ответил Барристан. Рейла хотела отчитать рыцаря королевской гвардии, но её внимание привлёк юноша, который вошёл вместе с Барристаном. Это был высокий молодой человек, не старше двадцати лет, с длинными вьющимися серебристыми волосами и серебряными глазами. Вглядевшись в них, она поняла, кто перед ней. — Этого не может быть, Деймон, это и вправду ты, это не сон, — сказала Рейла, положив руку на его щёку. — Это я, бабушка, — ответил Деймон, взяв Рейлу за руку. — И это не сон, я вернулся. — Хвала семи, ты вернулся! Но где ты был все эти годы? — спросила Рейла с беспокойством в голосе. — Я обязательно тебе всё расскажу, где я был и что делал. Но для начала я хочу тебя кое с кем познакомить, — сказал Деймон, отступив чуть в сторону. Сейчас перед бывшей королевой Семи королевств стояла маленькая четырёхлетняя девочка. Она была одета в роскошное платье красного и черного цветов, а её длинные вьющиеся волосы были скорее золотистыми, чем серебристыми. У неё были большие и выразительные серебряные глаза. Она держала за руку Деймона, будто боялась его потерять. — Не бойся, принцесса, — сказал Деймон девочке. — Бабушка Рейла может показаться строгой, но на самом деле она очень добрая. Девочка отпустила его руку и подошла к Рейле. — Меня зовут Алисанна Таргариен, я дочь принца Деймона, — представилась она, сделав лёгкий реверанс. Несмотря на волнение в голосе, она говорила величественно, как и подобает настоящей принцессе из рода драконов. — Сир Барристан, это не галлюцинации старухи, это всё происходит на самом деле, — сказала Рейла . — Если это сон, то я не хочу просыпаться. — Это не сон, моя королева, и не галлюцинации, — ответил Барристан, посмотрев сначала на Деймона, а затем на Алисанну. — То, о чём вы просили семерых, наконец-то произошло и даже больше. — Значит так, молодой человек, без моего ведома вы не покинете стен этого замка, — сказала Рейла, посмотрев на Деймона грозным взглядом, но на её лице сейчас играла улыбка. — Не после того как я встретилась с этим маленьким дракончиком, — продолжила Рейла, посмотрев на Алисанну, на лице которой была улыбка отца. — Как прикажете, моя королева, — ответил Деймон, слегка поклонившись. — Но если говорить серьёзно, как долго вы пробудете на Драконьем Камне? — с грустью в голосе спросила Рейла, понимая, что Деймон скоро покинет Вестерос. Деймон встал рядом с Алисанной и с грустью в глазах ответил: — Надеюсь, навсегда. Рейла сразу всё поняла, увидев глаза своего внука. Точно такие же глаза были у её сына, когда он вспоминал свою молодую волчицу. В них была печаль и любовь. — Пора спать, мой маленький дракончик, — сказал Деймон, взглянув на дочь. — Сир Барристан, вы не могли бы проводить мою дочь в её покои? — Я не хочу спать, — возразила Алисанна. — Я хочу поиграть с бабушкой. — Мы с бабушкой Рейлой немного поговорим, а потом я к тебе присоединюсь, и мы почитаем сказку, — ответил Деймон, опускаясь перед Алисанной на колени, чтобы быть с ней на одном уровне. — А утром ты сможешь играть с бабушкой столько, сколько захочешь. Я уверен, она будет очень рада познакомиться поближе со своей правнучкой. — Хорошо, папа, но только если ты обещаешь, что будешь с нами утром, — сказала Алисанна, понимая, что отец не хочет её расставаться. — Я обещаю, моя маленькая принцесса, — ответил Деймон, поцеловав дочь в лоб. Сир Барристан взял Алисанну за руку, и они вместе покинули комнату бывшей королевы. Рейла взглянула на Деймона, который стоял на балконе и смотрел вдаль, туда, где, как она знала, находился Красный замок. — Ты хочешь узнать, почему я вернулся в Вестерос? — спросил он мрачно. — Я бы солгала, если бы сказала, что мне неинтересно, — ответила Рейла. — Но больше всего мне хочется понять, почему ты покинул Вестерос и оставил меня и Рейнис. — В ту ночь мне приснился сон, — сказал он. — В моём сне маленький волчонок бродил по лесу один. Вокруг не было ни души, чтобы помочь ему. Он был голоден, замёрз и хотел спать. Но он боролся, он не хотел умирать. За последние несколько дней волчонок наконец поел и нашёл тёплую пещеру, которую мог назвать домом. Но когда он засыпал, он не знал, что это не его дом. В ту ночь, когда волчонок сладко спал, к нему подползла большая красная змея и укусила его. Маленький волчонок умер в одиночестве, так и не найдя свою стаю. — Ты ушёл из-за глупых снов? — спросила Рейла. — Эти сны однажды спасли весь наш род от гибели, — ответил он. Рейла не знала, что на это сказать. Если бы не сон Дейниса Сновидца, род Таргариенов исчез бы, как и все благородные семьи Валирии. — Тогда я был маленьким напуганным мальчиком, которому едва исполнилось девять лет. Но это время давно прошло. Сейчас у меня есть сила, чтобы защитить себя и Алисанну от змей в моём доме, — сказал Деймон, делая акцент на слове «моём». — Вот почему ты вернулся, — сказала Рейла. — Потому что у тебя появилась сила защитить себя. — Нет, — холодно сказал Деймон. — Алисанне нужна семья. У меня как у капитана отряда наёмников есть свои обязанности. Проклятые дотракийцы, — прошипел он. — Из-за них я не мог увидеть свою принцессу целый год. Когда я вернулся домой, Алисанна не узнала меня. Я видел в её глазах боль одиночества. И сколько бы ни было слуг, никто из них не может заменить семью. — Где же была её мать? — спросила Рейла, хотя уже знала ответ. — Она умерла, — с болью в голосе сказал Деймон. — Она скончалась во время родов вместе с нашим сыном. В то время я не был лучшим отцом. Я был полностью поглощён своим горем и затем ушёл на чужую войну. О чём я только думал? Моя дочь потеряла мать и брата, а теперь рисковала потерять и меня из-за моего безрассудства. — Мне больно это слышать, — отозвалась Рейла. Она не знала, что значит потерять любимого человека, но как никто другой понимала, каково это — потерять ребёнка. — Она бы тебе понравилась. Висенья была очень весёлой и жизнерадостной. Она всегда смотрела вперёд, несмотря ни на что. Даже когда казалось, что всё потеряно, её улыбка и огонь в глазах давали надежду на завтрашний день. — Я в этом и не сомневаюсь. — Мой маленький дракончик, наверное, уже заждался меня, — с грустной улыбкой сказал Деймон. — Бабушка, давайте продолжим наш разговор в другой раз. — Я понимаю, — ответила Рейла. — Спокойной ночи, — попрощался Деймон и скрылся за дверью. Деймон приближался к покоям своей дочери, у двери которых стоял сир Бариста, выполнявший свои обязанности королевского гвардейца. — Навевает воспоминания, не правда ли, сир Барристан? – с хитрой улыбкой спросил Деймон, подходя к белому рыцарю. — И вправду навевает, мой принц, – ответил рыцарь, пристально глядя на Деймона. Ещё вчера он помнил принца Деймона маленьким девятилетним мальчиком, который искал признания своего отца-короля. Но сегодня перед ним стоял уже не мальчик и не юноша, а зрелый мужчина. – Она похожа на вас, мой принц. — Вы первый, кто сказал мне об этом. Обычно мне говорят, что моя дочь похожа на свою мать, – ответил Деймон, сохраняя свою ухмылку. — Я не знал матери юной леди Алисанны, но я достаточно хорошо помню вас в её возрасте, мой принц, и могу сказать, что она папина дочка, – ответил рыцарь с доброй улыбкой, вспоминая старые времена. — Я рад видеть вас спустя столько лет, сир Барристан. В каком-то смысле вы заменили мне отца, – произнёс принц. Слова принца застали рыцаря врасплох. — Вы удивлены, – сказал Деймон, и его улыбка стала ещё шире. – Но кого же, как не вас, я могу назвать своим отцом? Вы были моим защитником в семи королевствах, когда я был ребёнком. В самые трудные моменты вы были рядом, чтобы утешить меня, играли со мной и учили обращаться с мечом. Я хочу, чтобы вы знали: для меня вы как родной человек. Если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, не стесняйтесь попросить меня о ней. — Мне нечего сказать, ваше высочество. Я не ожидал, что вы такого высокого мнения обо мне, — произнёс потрясённый Селми. — Не нужно ничего говорить. Просто примите это и отдохните. Ночка выдалась нелёгкой. — Тогда позвольте откланяться. — Позволяю. И спокойной вам ночи, сир. — И вам спокойной ночи, мой принц. Деймон тихо вошёл в комнату дочери, стараясь не разбудить её. Никому не позволено тревожить сон дракона, даже дракону-отцу. — Ты не спишь, принцесса? — спросил Деймон, присаживаясь на край кровати. — Нет, ведь ты обещал мне прочитать сказку, — ответила Алисанна, глядя в грустные серебряные глаза отца. — Ты вспоминал маму? — спросила она с грустью в голосе. — Да, — коротко ответил принц-бастард. — Мне тоже её не хватает, я скучаю по маме, — говорила Алисанна, и по её щекам текли слёзы. — Не плачь, дорогая, — сказал Деймон, утирая слёзы дочери. — Твоя мама и брат сейчас в лучшем мире. Им было бы очень грустно видеть тебя такой. Ты должна быть сильной, ведь ты последняя из рода чёрных драконов.       Рейгару Таргариену вновь приснился сон — точнее, печальное воспоминание: его последняя беседа с Деймоном. — Отец, что мне сделать, чтобы ты наконец-то заметил меня? — вскричал Деймон, и по его щекам покатились слёзы. — Что мне сделать, чтобы получить хоть каплю твоей любви? — прошептал принц. Рейгар пристально посмотрел на Деймона. Сын был точной копией отца, за исключением цвета глаз. У Деймона были светлые, почти серебристые глаза, как у его матери Лианны. Однако в остальном он совсем не походил на неё, и это доставляло Рейгару боль. Боги забрали у него любимую, но взамен подарили сына, в котором не было ничего от Лианны. — Если бы ты не родился, Лианна была бы жива, — ответил Рейгар, и в его голосе прозвучал холод. Он отпил из бутылки вина. — Неведомое должно было забрать твою жизнь вместо её. Ты убил её, убил мою Лианну. Деймон слушал отца, и в его глазах застыло отчаяние. Ни один ребёнок не должен слышать от родного отца такие слова. В тот момент Деймон осознал, что ему никогда не добиться признания и любви отца, ведь для него он всегда будет убийцей его возлюбленной. Это был последний разговор отца с сыном. Рейгар винил себя за то, что сказал в тот день. Он был ужасным отцом для Деймона. Лианна, вероятно, сейчас ненавидит его за то, что в своей печали и отчаянии он бросил их сына. Рейгар мог только надеяться, что с его сыном всё в порядке, что тот жив, здоров и счастлив. Он пытался убедить себя в этом. Заседание Малого совета проходило как обычно. Мастер над законами Мейс Тиррел спорил с Тирионом Ланнистером, мастером над монетой, о том, как лучше распорядиться средствами короны. Тирион предлагал потратить деньги на восстановление Кастомеры — это могло принести больше золота, чем было бы затрачено на проект. Мейс Тиррел же предлагал провести турнир — величественный турнир, лучше того, что был в Харренхолле в честь помолвки его «золотой розы» с наследным принцем. Рейгару хотелось закричать от усталости и раздражения, но его мучениям пришёл конец, когда в зал ворвался сир Эртур Дейн. — Что за спешка, лорд-командующий? — спросил Джон Коннингтон, десница короля. — Я никогда раньше не видел вас таким взволнованным, сир Эртур. — Мой король, ворон с Драконьего Камня принёс радостную весть, — ответил Эртур, не обращая внимания на вопрос Коннингтона. — Неужели королева решила вернуться в Красный Замок? — спросил лорд Тирион. — Нет, лорд Тирион, принц Деймон сейчас находится на Драконьем Камне, — сказал Эртур, глядя на своего короля и лучшего друга. Все в зале были потрясены, когда узнали, что принц, пропавший без вести восемь лет назад, вернулся. Эта новость была поистине удивительной и невероятной. Однако не все были рады. — Вы уверены, что это достоверные сведения, сир? Может быть, это всего лишь слухи? — спросил принц Оберин Мартел, мастер над оружием. — Абсолютно уверен, принц Оберин. Письмо было написано рукой королевы Рейлы и запечатано её личной печатью, — ответил Эртур. — Итак, этот озорник всё-таки решил вернуться. Я говорил ему об этом ещё четыре года назад, — произнёс лорд Тирион, отпив вина из своего кубка. — Мои поздравления, мой король! Ваш сын наконец-то дома. — Лорд Тирион, как понимать ваши слова? То, что вы скрывали от короны местонахождение принца Деймона, можно расценить как измену, — сказал Мейс, почувствовав, что сейчас может сбить спесь с этого человека. — Ах, я, кажется, сказал это вслух, — произнёс карлик, отпив ещё немного вина. — Что же касается моих слов, то я скажу лишь одно: Ланнистеры всегда платят свои долги, а я был в долгу перед принцем Деймоном. Он попросил меня не говорить о его местонахождении, и это меньшее, что я мог сделать для моего принца. — Довольно, — раздражённо сказал Рейгар. — Эртур, отправляйся на Драконий камень. Я хочу, чтобы мой сын как можно скорее прибыл в Королевскую Гавань. — Слушаю и повинуюсь, ваше величество, — ответил Эртур Дейн, прежде чем скрыться за дверью. Впервые за долгое время на лице короля появилась улыбка. Боги дали ему ещё один шанс, и он не должен его упустить. Восемь лет — это большой срок. За это время Рейгар понял, что в значительной степени причиной исчезновения Деймона был он сам. Он отверг собственного сына, его и Лианны. Он не может изменить того, что уже сделано и сказано. Всё, что он может — это просить у сына прощения и надеяться, что когда-нибудь тот сможет его простить.