Не игрушка. Человек

Новый год наступил слишком быстро. Женя радовалась этому празднику, как никогда, ведь она знала, что это праздник чуда, самый настоящий день чудес. И она, даже в силу своего возраста все ещё верила в волшебство, потому что раз в году, в самый первый его день, она находила под подушкой то, о чём всегда мечтала, но боялась спросить, ведь родители никогда не тратили деньги на бесполезную ерунду. А причиной столь большой радости был, разумеется, Пешков, который пахал всю неделю, чтобы найти для сестрёнки подходящий подарок. Она, конечно, догадывалась, что за Дед Мороз приходил к ней в новогоднюю ночь, но даже после этого вечер не становился менее волшебным. И сегодня всё могло быть так же, как и всегда: Серёга объездил бы все магазины, выбрал подходящий подарок и спрятал бы его где-нибудь в комнате, а потом рано утром Женя разбудила бы его и они пошли бы вместе лепить снеговика... Но родители нарушили их планы. Потому что когда юноша вернулся домой, он был пуст. До матери удалось дозвониться только с третьего раза, они с отцом опять решили приобщить Женю к богатому образу жизни детей чиновников и, не сказав ему ни слова, поехали в санаторий по путёвке от министерства, в восьмистах километрах от города, снова оставив его одного. И парень не то что бы был против остаться наедине с собой в целом доме, но они увезли Женю, за два дня до Нового года. А как же их новогодняя традиция? Юноша вполне переживёт неделю одиночества, но от мысли, что его родная сестра в новый год останется без подарка, (не считая отцовского списка её достижений за год с оплатой каждого выполненного и маминых платьев, подобранных специально для торжественных приёмов) у него сжималось сердце. Парень просто не мог допустить, чтобы девочка провела 1 января в компании заносчивых и неприятных мальчиков и напыщенных девочек с такими же глупыми и жадными родителями. Именно поэтому Пешков сидел на полу в своей комнате и уже два часа искал рейсовый автобус до этого санатория. Но за 2 дня до Нового года все водители ушли на выходной и единственным вариантом было ехать туда самому. Пешков умел водить машину, когда-то отец хотел отправить его на подработку личным водителем одного из чиновников, юноша даже успел накатать 52 часа на вождении, но потом случился конфликт с родителями и к сдаче экзаменов парня не допустили. последствии выяснилось, что все гаишники были куплены и даже в том случае, и если бы Серёга смог оплатить госпошлину и пройти отбор, его бы все равно завалили. С тех пор прошло два года. Водил он нечасто, только когда летом ездил в деревню к Вове, и тот давал ему покататься на батином "жигули", но этого было достаточно, чтобы поддерживать себя в форме и не давать рукам забыть, как держать руль. Но где взять машину? Вова с родителями уехал в Сочи кататься на горных лыжах, обращаться к Алине юноша не мог, все-таки это девушка его друга, да и вряд ли бы она позволила ему взять её Субару. Оставался каршеринг, но у парня банально не хватит денег, чтобы выехать на машине за пределы города. Делать было нечего. Пешков набрал нужный номер и нажал на кнопку "вызов". Раздались гудки, затем миловидный женский голос ответил: "да?". - Привет, Амин, это я. - Серёж? Привет, что так поздно? - У тебя нет машины? - Нет, я не вожу, а что такое? - Мне нужно проехать 800 километров до санатория Чайковский. Срочно. - Блин, Серёж, прости, не могу тебе помочь, родоки ездят на семейном минивене, я, к сожалению, не могу его тебе одолжить. - Ничего. Ладно, давай. - Стой, погоди, какой говоришь санаторий? - Чайковский. В трубке раздался шум, как будто кто-то куда-то бежал, затем парень услышал приглушённые голоса, кажется, Амина о чем-то говорила с обладателем грубого мужского голоса вероятно, с отцом. - Слушай, Серёж, а ты водить умеешь? - Ну да, умею. - Хорошо? Сможешь ехать на "мерседесе"? - Какая коробка передач? - Механическая. - Да, смогу, без проблем. - Так короче, слушай, моему отцу пришёл заказ, надо доставить в Чайковский какой-то ценный груз, а у них с мамой сегодня типа годовщина, а все водители как назло заняты. А доставить нужно до нового года, я спросила, он сказал, что если ты продемонстрируешь ему свои навыки вождения, то он может дать тебе машину, справишься? Деньги на бензин и еду он даст, за это не волнуйся. - Бля, Амин, ты просто супер. Куда ехать? - Только смотри, мой отец будет тебя проверять, любой косяк - и всё, отмена. - Не переживай, я умею производить впечатление, а что за груз? - Не знаю, если все выгорит, он скажет тебе адрес, где его забрать. Учти, тебе нужно будет успеть доехать до санатория к вечеру завтрашнего дня, иначе заказчик не примет заказ. - Успею. - Тогда сегодня приходи на Львиную, 42 к 17:00 со всем необходимым. - Понял, буду вовремя. Только, Амин, есть нюанс... У меня нет прав. - В смысле?! Ты же сказал, что умеешь водить? - Умею. Я не сдавал экзамен, родоки постарались. - Блин, тогда это проблема.. - в трубке снова раздались, приглушённые голоса. - Давай так. Если ты его впечатлишь, мы решим вопрос, но это будет непросто. - Понял, спасибо, я тебя не подведу, - Пожалуйста, и с наступающим тебя, Серёж. - С наступающим, Амин. - До встречи! - Пока. На сборы ушло совсем немного времени. Юноше предстояло проехать 800 км, и, скорее всего, ночевать, он будет в машине, поэтому следует запастись тёплыми вещами, в которых будет удобно спать и нехолодно ехать. Парень запихнул в дорожную сумку внушительных размеров аптечку, джинсы, два вязаных свитера, спортивки, тёплые носки и небольшой свёрток, для надёжности замотанный пакетами и обклеенный скотчем. Затем туда полетели бутылки с водой, купленные вчера пачки с овсянкой быстрого приготовления, пакет яблок, пластиковые кружка и ложка, упаковка дошика и еще один бутылек с перекисью водорода. Сумка была полна до краев. Юноша выключил везде свет и закрыл все окна. Пустой дом выглядел очень знакомо: родители часто уезжали в поездки и Серёжа оставался один. Иногда Женю по разным причинам не брали с собой, и эти зимние вечера брат с сестрой проводили бок о бок, смотря вместе полнометражные аниме и мультфильмы под пледом на стареньком ноутбуке. Им вдвоём было весело, девушка души не чаяла в старшем брате, а Серёжа любил её всем сердцем, как маленькую яркую звёздочку, освещавшую тёмную планету. Иногда они приглашали к себе Вову с Аминой, и тогда ребята весь день играли в монополию и рубились в Твистер, хотя Женя неизменно выигрывала. В общем, вместе им было хорошо. А в те непогожие дни, когда мать с отцом забирали девочку с собой, Пешков отдыхал от них, безбоязненно пользуясь всеми благами, которые в обычные дни ему были недоступны. И сейчас все было точно также. Пустой коридор, не единого лишнего звука и шороха. В доме было очень одиноко, но для парня это чувство превратилось в привычку. Юноша никогда не прощался с этим местом, потому что домом его делали люди, а не он сам. Дом - это там, где тебя ждут, это не конкретное место на карте. Дом там, где Женя, где Вова с Аминой, дом, то место, где кругом царит только покой.... (верни меня домой). Парень закрыл дом на ключ и ушёл, в попыхах натягивая на розовое гнездо капюшон одной единственной куртки на все времена года. Сумка болталась на правом плече, время 16:00, в городе уже стемнело. Вокруг падали редкие снежинки, юноша кое-как разгребал невысокие сугробы кроссовками, пробираясь к автобусной станции. Через полчаса он был уже на месте. Перед ним был большой пустырь, в центре которого стоял прилично одетый мужчина, а рядом белел заведённый "мерседес". Юноша выдохнул и направился прямо к ним. Как ожидалось, отец Амины был нрава сурового и в первую же минуту завалил Пешкова вопросами, как будто они были на теоретическом экзамене в ГАИ. Повезло, что парень ещё в автобусе прорешал парочку билетов, так что в этом вопросе он был подкован, как бык. Ну или как конь. Потом последовали примерно полчаса старательного выполнения маневров, хорошо ещё, что выбранная ими площадка была расчищена, и Серёга смог выполнить всё без особых проблем. Так что уже в 6 часов Пешков, удобно разместившись на приятном сидении "мерседеса", ехал в назначенное строгим мужчиной место, где он должен был забрать товар. На самом деле Серёга был жутко рад, сказать по правде, он не верил, что отец Амины посчитает его хорошим водителем, однако то ли он оценивал скорость его реакции, то ли опирался на совсем другие критерии, в любом случае мужчина дал добро, и юноша рассчитывал к полудню следующего дня добраться до санатория. Машина хорошая, дорога пустая. Юноша ехал по промзоне, которую родители между собой называли "склады богачей". Денег ему дали на бензин туда и обратно, насчёт ночлега и питания парень должен был позаботиться сам, что он, в принципе, и сделал. Наконец навигатор показал, что он прибыл к пункту назначения. Юноша остановил автомобиль возле высокого двухэтажного ангара и стал ждать. Товар ему должны были положить прямо в салон, поэтому Пешкову не пришлось бы даже выходить из машины. Юноша смотрел в зеркала, надеясь увидеть в них заказчика с грузом. Внезапно раздался звук открывающейся двери, и парень тут же отвернулся вперёд, молча ожидая, когда груз закрепят между сиденьями, но вместо этого он вдруг услышал до боли знакомый голос, а в зеркале заднего вида мелькнуло знакомое лицо. - Здарова, Сергей Николаевич, такая ситуация, груз очень ценный, поэтому я как заказчик буду сопровождать вас на всём пути. Ответом ему было молчание. Русый нетерпеливо схватил водителя за плечо, собираясь позвать его ещё раз, но вместо темноволосого мужчины, которым он представлял нового водителя, на него смотрели ошарашенные нефорские глаза. - Ты?! - сказали они одновременно, как только их взгляды встретились. В голове Серёжи была паника, в голове Бессмертных - шок. - Что ты здесь делаешь?! - выпалил русый, резко одёргивая руку от чужого плеча. - Жду товар, который нужно отвезти в Чайковский, а ты что тут забыл? И где товар? - Придурок, товар у меня, и мне нужно доставить его в Чайковский. - Но мне сказали, что груз положат в салон и ни о каком сопровождении речи не было. Пешков потянулся рукой к телефону, собираюсь позвонить отцу Амины и все выяснить, но юноша выставил руку вперёд, крикнув "Погоди!". Серёга положил телефон и перевёл на собеседника изучающий взгляд. - Ладно, окей, просто послушай, мне пришлось ебануто запариться, чтобы Герман Вольфович согласился отвезти товар в канун нового года за 800 км. Поэтому давай договоримся. Ты везёшь меня в Чайковский, я отдаю тебе товар, идёт? – Почему я должен тебе верить, ехать до туда почти целые сутки, кто знает, что ты можешь со мной сделать? Пешков нервно перебирал пальцами руль. Ситуация складывалась плачевная. Ехать с русым полудурком за тридевять земель в одной машине - всё равно что подписать себе смертный приговор, однако это единственный способ добраться до Жени, другого такого может не быть. Но снова рисковать своим здоровьем парень не хотел и, как не прискорбно, выбора у него сейчас не было. – Бля, потому что мне нужно попасть в Чайковский до вечера завтрашнего дня, если ты сможешь доставить меня туда вовремя, клянусь, ты получишь лучшую рекомендацию официально устроиться на работу. – Если всё так просто, почему ты сам не доедешь до санатория? – Потому что отец забрал у меня ключи. - А арендовать ты не пробовал? - ДА Я НЕ УМЕЮ ВОДИТЬ НА МЕХАНИКЕ! - не выдержав, выпалил русый. - А во временных правах у меня черным по белому написано "автоматическая трансмиссия". С этим мне ни в одном салоне машину не дадут. - Оу... - этого Серёжа точно не ожидал услышать. И это многое объясняло. - Так, ну допустим ты не соврал. Тогда какие гарантии, что ты меня не тронешь? - Я - твоя главная гарантия. Всё. - Бессмертных уже начинал раздражаться. Сколько можно?! Он же не зверь в самом деле... - Но если откажешься - я тебя посажу по статье 126 УК РФ. Поэтому давай без глупостей. Ты поможешь мне - я в долгу не останусь. - Я.. - парень с трудом пересилил желание бросить всё и сбежать, но маячивший перед глазами образ расстроенной сестры заставил его забить на инстинкт самосохранения и согласиться на и без ого слишком рискованный план. - Согласен. Но с условиями. - Валяй. - Первое - пока я за рулём, ты во всем меня слушаешься. Второе - ты не трогаешь меня. Ни при каких обстоятельствах. Держи свои грязные руки при себе. - Эй, че-то ты дохуя раскомандовался! - Последнее условие - ты не прикасаешься к моим вещам. - Бля, окей, ладно. По рукам? Вместо ответа юноша нажал на газ и медленно тронулся вперёд. Поездка обещала быть сложной.

***

Первое происшествие случилось уже после сотого километра. Бессмертных развалился на заднем сидении, провожая скучающим взглядом в окне фонари, Пешков ехал вперёд, пока что не чувствуя особой усталости, все-таки ехали они от силы часа 1,5, и чёрт дёрнул русого внезапно включить свой ебаный плейлист. На весь салон раздался мощный звук современного рэпа. Пешков такие песни не любил и попросил попутчика "выруби это говно, от дороги отвлекает", на что получил такое же грубое "иди на хуй, не хочу портить свой слух". Завязалась перепалка, Серёга не заметил, как случайно заехал левыми колёсами на двойную сплошную и, как назло именно в этот момент из-за кустов показалась машина с мигалками, и в громкоговоритель прозвучало: "Белый "мерседес", прижмитесь к обочине". Они знатно так встряли, и всё по его вине. Бессмертных лениво поправил ремень безопасности и наконец-то вырубил противный музон, тогда как Пешков отчаянно пытался придумать правдоподобную отмазку или хотя бы сочинить достойное оправдание. - Блять, опять менты... - Что случилось-то? – Пересечение двойной сплошной, лишение прав на 3 года. Нам пизда. - Ты что, тупой? Там снег валит, и нихуя не видно, какое к чёрту лишение? Обычная проверка документов скорее. - В этом и проблема. - Че? У тебя же вся хуйня в бардачке лежит. - У меня нет прав. - Ч-Чего нахуй?! - Вот тут уже Бессмертных охуел. - В смысле нет? - Долгая история. - Ты?.. Блять ладно, просто молчи и соглашайся со мной, ясно? – Что ты..? В стекло постучали. Затем дверь машина открылась, и к ним заглянул гаишник в толстом комбинезоне и жёлтой жилетке, припорошенной снегом. - Здравствуйте, инспектор Щукин Антон Семёныч, ваши документы, пожалуйста. - Одну секунду, инспектор. - не успел Пешков ответить, как с заднего сиденья подал голос русый, - Моя фамилия Бессмертных, кажется, мы с вами встречались в конторе моего отца. - Ой, здравия желаю, товарищ сын губернатора! - резко отрапортовал гаишник, как по уставу, узнав в говорившем сына влиятельного человека. - Да не волнуйтесь, можно без формальностей, инспектор. А вы что так поздно на дежурстве, ещё и в ночь? - Служба, Иван Валентинович, работаем даже под Новый Год. - Тяжело вам приходится, офицер, а я в гости к отцу еду с сюрпризом, вы документы хотели проверить? У нас всё в порядке, впрочем, как и всегда. - Надо бы, Иван Валентинович, сами знаете - работа такая. - Я понимаю, просто мы ужасно спешим. Сами знаете, отец ждать не любит... - Да, конечно, я верю, что у вас все в порядке с документами, прошу прощения, хорошей дороги. - гаишник отсалютовал, показывая жезлом, что они могут проезжать. - Хорошей службы! - успел крикнуть в окно Иван, прежде чем Серёга, все ещё нервничая, выехал на дорогу и встроился в поток. Они ехали несколько минут в тишине, которую первым делом решил нарушить русоволосый парень. После поста ГАИ Пешков не отрывал глаз от дороги, и голос попутчика звучал на удивление тихо, что было совсем не похоже на парня. - Почему у тебя нет прав? - Меня не допустили к экзамену. - юноша отвечал кратко и немногословно, надеясь прервать внезапный интерес к своей натуре. - Как тебя вообще взяли на место водителя? - Я прошёл проверку у Германа Вольфовича, он меня сюда и отправил. - Ты же нормально водишь, как тебя могли не допустить? - Мои документы забрали из автошколы, а данные аннулировали. - Почему? - Да что ты доебался?! - Я просто хочу узнать, как так получилось, что именно ты везёшь меня в Чайковский. - Я попал сюда по знакомству, понятно? - То есть ты не настоящий водитель, а всего лишь замена, да? - ДА! А теперь закрой свой рот и не мешай мне. Серёже не нравилось, в какое русло шёл этот разговор. Чем больше русый о нём знает, тем больше он сможет использовать против него. Ему следует быть осторожнее и впредь не отвечать на глупые вопросы о себе. Дорога шла вперёд. Полосы в дальнем свете фар блестели белой лентой. Время почти перевалило за полночь, и встречных машин не было, как и попутных. Двухполосная дорога была объездной и на их пути не встречались города. Только редкие деревеньки с десяткой домов и раз в 100 км заправки. Колёса приятно шуршали о влажный асфальт, вокруг ни души, только темнеющее покрытие и сосновый лес, стеной стоявший по обе стороны от дороги. Снег падал крупными хлопьями, отчего видимость резко ухудшилась, и парню пришлось включить дворники. Мерное постукивание пластиковых щёток не давало юноше заснуть, поэтому ехать стало намного проще. Они ехали уже 5 часов, и подобный шум отвлекал замыленный взгляд, сосредотачивая рассеянное внимание на том, что было впереди. Забавно, но юноше в таких дальних поездках очень помогал посторонний шум. Он мешал сосредоточиться целиком на дороге, и благодаря этому парень не расслаблялся слишком сильно и дольше сохранял концентрацию. Не засыпать за рулём помогали музыка и аудиокниги, но парень был в чужой машине, поэтому закаченного плейлиста и загруженных текстов при себе не имел. Да и не рискнул бы включить подобное, находясь в метре от неожиданного пассажира. Приходилось довольствоваться стуком очистных щёток и слегка приоткрытым окном, несильно, так, чтобы лёгкая струйка холодного воздуха освежала его голову, а шум и дребезжание колёс разбавляли напряжённую тишину. Первая остановка была на заправочной станции. Юноша оплатил дозаправку автомобиля и направился в туалет, надеясь, что когда вернётся, машина будет на месте. По дороге обратно парень налил на стойке кипяток, чтобы заварить себе пачку овсянки: он уже успел проголодаться. Впереди было ещё шестьсот километров пути. Сев снова за руль, юноша осторожно поставил термо непроливайку в подстаканник и отъехал от пистолета со шлангами, припарковав машину у выезда. Пешков повернулся назад, проверяя, что делает его пассажир. Долгая дорога, по-видимому, утомила русого, и Бессмертных уснул на заднем сидении, положив руки под голову. Серёга слегка откинул сиденье назад и положил на колени сумку. Пара секунд, и в термос сыпется сухая овсянка, а на задний ряд прилетел пушистый плед. Серёга взял его с собой, чтобы провести в машине ночь, и он бы ни за что не стал делиться своим сокровищем. Просто... Глядя на тело одноклассника, беспечно уснувшего в машине собственного врага, парень почему-то вспоминал Женю. В детстве она очень плохо переносила поездки, и родителей это очень раздражало. И чтобы сестрёнку не тошнило, Серёга укладывал её на сиденье и накрывал курткой, отчего девочка засыпала. Прошло много лет. Но воспоминания всё ещё жили в его голове, и даже после всех драк и избиений Пешков не смог, не стал отказывать себе в такой давней привычке, тем более что Серёге пока он не потребовался. Кинув в спящего скомканный плед, юноша повернулся обратно и начал есть кашу, которая уже успела завариться. Сладкая жижа приятно ощущалась на языке, а розовые кусочки создавали привкус настоящей клубники. Но это были всего лишь заменители вкуса и ничего более. Запах овсянки дурманил разум, и юноша не заметил, как успел доесть всё за считанные минуты. Парень совсем не наелся, но лишнего времени у него не было. Впрочем, как и большого количества продуктов. Пешков быстро засунул в сумку термостакан из-под каши и вырулил с парковки на припорошенную снегом дорогу. Бессмертных внезапно проснулся, вскочил с отлеженного места и поднял глаза на парня впереди. В машине было уже светло, а в окнах виднелся медленно падающий снег. Юноша протер слипшиеся после долгого сна глаза и открыл телефон. На часах была цифра 6, на экране - несколько пропущенных вызовов. Русый, всё ещё пребывая в каком-то сонном наваждении, вдруг понял, что они стоят на месте. В автомобиле было довольно холодно, несмотря на включенную печку. Русый собирался лечь обратно, но кое что привлекло его внимание. Нефор. Он скорчился на переднем сидении, обложившись парой свитеров и толстым худи. Юноша видел лёгкое подрагивание чужих рук. Кажется, нефору было не слишком тепло. Он вернулся на задний ряд, собираясь одним пинком поднять на уши одноклассника, но вдруг заметил плед, лежащий в стороне. Недоодеяло было тёплым. Видимо, он успел неплохо нагреть его своим теплом. Теперь понятно, почему юноше было так удобно спать. Стоп. А откуда здесь взялся плед? Русый не помнил, как уснул, но точно знал, что пледа в машине не было. Осмотревшись вокруг, парень нашёл глазами куртку, валявшуюся на коврике у него под ногами. А спереди, справа от руля, он увидел чужой телефон с включенным навигатором. Наверное, владелец уснул не так уж давно, раз экран всё ещё не погас. Юноша подполз поближе: табло показывало, что они проехали 600 километров. *Это же больше половины пути! Как он вообще так быстро проехал? Эже невозможно!* Но это было так. Они в самом деле за какие-то 9 часов проезхали 600 километров пути. Русый хотел разбудить парня, но передумал: глядя на спящего одноклассника, сердце Бессмертных до странного сжималось, а в голове начинали бить колокола. Парень быстро отмахнулся от непонятных ощущений, но не мог избавиться от них полностью. Неожиданно в животе что-то заурчало, да так громко, что Пешков встрепенулся, и сонно кряхтя как старый дед, повернулся назад. Их взгляды столкнулись. На лице Серёги читалось недоверие. На лице Ивана - замешательство. Не дожидаясь, пока Пешков сообразит задать ему очередной тупой вопрос, Русый выпалил: — Бля, у тебя есть что пожрать? — Какого хуя? - только и смог выдавить из себя рыжеволосый. - Ты меня разбудил, только чтобы это сказать?! Он был возмущен. Ещё бы. Серёга ебашил всю ночь напролет, вдавливая в пол педаль газа, пока этот придурок спал без задних ног. И у него ещё хватает наглости будить его и просить еду?! Нет, это просто ужас. Хотя что вообще можно ожидать от такого нахала? — Чел. В твоих интересах, чтобы я был сыт и доволен. — Да ты не охуел ли часом? Я где тебе пожрать найду?! Вокруг ни души! — Да не пизди. Я же знаю, что ты жрал бурду какую-то на заправке. Значит, хавчик у тебя всё-таки есть. — Ты еблан? Я вообще-то только для себя еду покупал, на свои кровные. — Бля, мужик, тебе что жалко еды? — Пиздец, конечно жалко. Ты мне потом продукты будешь покупать? Нет. Так какого хрена ты сам об этом не позаботился? — Ну подумаешь забыл... - Бессмертных закатил глаза. - Бля, да если мы доедем до санатория без происшествий, я тебе лично всё оплачу. Окей? — Бля, какой ты придурок, сука... - вздохнул Пешков. - Еще и пиздабол. Ладно, только потом чтобы перевёл мне всё до копейки. Пешков кое-как стянул с себя лишние свитера, оставшись в черном худаке и потянулся к сумке, буравя русого раздраженным взглядом. Немного покопавшись в закромах, он выудил из кармашка толстую пачку и кинул её назад. Вслед за упаковкой на второй ряд сидений прилетела полулитровая бутылка с водой, удачно угодившая чётко в лоб Бессмертных. Раздались возмущенные вопли, а на лице Серёги расплылась довольная улыбка: забавно было слышать страдальческие причитания русого, которого куда больше волновало появление синяка на его идеальном личике, чем содержимое брошенного пакета. — Ц, придурок, хули бутылками кидаешься? Я вообще-то пожрать просил! — Идиот, открой пакет! Русый брезгливо развернул сверток и вытащил оттуда внушительных размеров контейнер, покрытый какими-то китайскими иероглифами. — Что это? — Самогреющийся доширак. Открой крышку, там лежат всякие макароны и добавки в пакетиках. Высыпи всё из них в общий котёл. — Так.. – парень, всё ещё брезгуя нищенской пищей, осторожно высыпал в контейнер темную приправу и перемолотые специи. - Дальше чё? — Теперь приподними миску, там будет двойное дно. Залей туда воды, и как только пойдёт пар, положи её обратно и закрой крышкой. — Бля, это че за шаманский обряд? Что я вообще делаю?! — Чел, ты реально придурок или прикалываешься? Ты че, ни разу не готовил дошик? — Нет, конечно. Кто вообще ест эту бомжацкую еду?! — Боже, какой ты ублюдок... Думаешь, если с золотой ложкой в жопе родился, то дешёвая еда сразу бомжацкой стала? Чтоб ты знал, то, что ты держишь в руках, это вообще премиум дошик с подогревом, так что хотя бы сейчас не выебывайся и делай, что я говорю. — Ну и сколько стоила эта параша? — 500 рублей. — СКОЛЬКО?! Да у меня у водилы чаевые в 4 раза больше! — Мне похуй, если честно. - Пешкову надоело препираться и он просто поставил парня перед фактом. - В любом случае это все, что я могу тебе предложить. Не хочешь жрать - сиди голодный. — Да всё, всё, понял я. Что дальше? – Заливай воду внутрь и ставь сверху контейнер со жрачкой. – раздраженно проговорил Сережа, наблюдая за тем, как русый неумело выливает из бутылки воду. Раздалось шипение, вода забурлила, а юноша от неожиданности охнул, едва сдержав крик. - Так, держи крепче, а то прольёшь! Теперь закрывай крышкой и жди. - Сколько? - Минут пять. Через несколько минут Бессмертных вовсю уплетал заваренную лапшу быстрого приготовления, тогда как Пешков снова задремал, предварительно выдав указания «меня не будить, дошик не пролить». И пока юноша устроился напереднем сидении, русый боролся с врожденной брезгливостью в мысленной перепалке с самим собой. *Зачем ты это ешь? Это еда для бомжей* - «Я голоден. Другой еды у него нет.» - *Откуда ты знаешь? Может он подсунул тебе отрава, а сам затвоей спиной припас стейк?* - «Какой стейк? У него даже нет таких денег.» - *Ты в этом уверен?* - «Да, то есть нет. Короче не знаю.» - *Так проверь! Посмотри вего сумку* - «Нет, я не стану этого делать.» - *Почему? Тебя никогда не волновало, какими способами ты достигаешь желаемого. Что изменилось?* - «Не знаю.Ситуация?» - *Условия игры* - «Да о чем ты говоришь?» - *Ты слишком много проводишь с ним времени* - «И что? Я действую по плану!» - *Ты начинаешь заигрываться. Ты хотел заставить нефора поверить в твою искренность, но обманчива ли твоя ложь?* - «Что это значит?!» - *Ты еще ничего не понял? Ты перестал ему врать. А это значит…* - «Заткнись! Я просто работаю на его доверие, стираю грань, чтобы подпустить его поближе» - *Но чем ближе к тебе он, тем ближе к нему ты.* Русый чертыхнулся, подавившись кусочком лапши. В голове все жужжало и шипело, однако юноша больше не хотел себя слушать. Парень постарался закрыть бурлящий разными мыслями мозг на замок и повернулся к окну. От вида белоснежной лесной опушки на душе становилось как-то тихо, как будто лес, промерзший насквозь этим холодным утром, медленно накрывал их огромным одеялом, скрывающим их двоих от целого мира. Бессмертных взглянул на соседа, снова свернувшегося калачиком в своем нелепом худаке. Два заклятых врага под одной крышей. Этого не должно было быть. Он коснулся рукой спутанных русых волос, успевших потерять свою идеальную укладку. Роковая прядь по-прежнему выделялась на общем фоне. Яркая, она не потеряла свой цвет, сколько бы юноша не оттирал эту злосчастную краску. Эта мелочь портила любую его укладку, и парню пришлось потратить не один час, чтобы научиться прятать розовое пятно под прической. А ведь в этом виноват Пешков. Да же? Парень окинул кудрявую голову сосредоточенным взглядом. Розовый пигмент плотно въелся в закрученные прядки, резко контрастируя с черной одеждой. Юноша медленно начал вспоминать тот день. Они здорово тогда его отмудохали. Бессмертных отчетливо помнил, как распылил баллончик с краской на чужую голову и как глумился над ним, говоря что-то про пидорскую натуру. А потом нефор его ударил. Зарядил по самое не хочу. А потом парень увидел девчонку… Ваня тогда много чего смог увидеть в первый раз. Как он плачет. Как ради сестры готов пойти на все, даже будучи не в состоянии что-то сделать. Как им воспользовался придурок Петров. Как Серега играет. Как выглядит его тело. Как он водит машину. Как он спит… Странно, но чем чаще они встречались и выясняли отношения, тем больше юноша думал о своем будущем. Типо.. Что его ждет? После одиннадцатого класса отец хотел отправить его в европейский университет, может даже в Кембридж. А что после? Работать у него секретарем, а потом занять его место?.. Парень никогда не размышлял о будущей профессии, для него всё всегда было очевидно. Работа в органах власти, приличная зарплата, собственный водитель и загородный дом 120 квадратов – это не мечта, это обещанное ему будущее, весьма четкое и предсказуемое. А разве могло быть по-другому? Бессмертных перевёл задумчивый взгляд на панель обогрева. А что насчет нефора? Ведь если его план удастся, то Пешков будет, как и все остальные, беспрекословно подчиняться системе, которую он выстраивал годами. Идеальная система подчинения, вся в власть в его руках. Никто не перечит ему и не посмеет открыть рот в его присутствии. Каждый человек – идеальная деталь механизма, построенного так, как выгодно ему. А кудрявый придурок как бракованная шестеренка, с первых дней отказался занять своё место. И как бы русый не старался вкрутить этот винтик обратно, он только сточил грань. И, что самое страшное, из-за одной неправильной детали начал рушиться весь механизм. Чего стоит одна Амина, которая не просто нарушила его «приказ», но и весьма сблизилась с нефором, судя по их продолжительной переписке. А в тот день, когда Бессмертных пришел с покрашенной прядкой, ему пришлось пустить в ход Хазяевов, чтобы утихомирить гул и пресечь ненужные слухи. И во всем виноват только один человек. С каждым днем русому становилось всё сложнее сдерживать толпу. Удобно было управлять ею, когда ими движил страх. Но вот прошло уже полгода, и страх начал уходить. Все десять лет он держал в страхе едва ли не целую параллель, чередуя кнут с пряником. Так почему сейчас все изменилось? Эти странные взгляды, он видит их, хотя те тщательно пытаются их скрыть. А может, ему просто кажется… Не может же быть такого, чтобы правильно выстроенная за 10 лет система дала какой-то сбой.

***

Колеса тихо шуршали по заснеженной дороге. Машина летела вперед, под светом ярких фонарей, Пешков ужасно спешил, до полуночи оставалось от силы часов пять, они давно должны были приехать на место гораздо раньше, но, к своему невезению, встряли в трехчасовую пробку на разъезде у города, и только совсем недавно смогли продвинуться вперед и вернуться на пустынную дорогу. Оставалось 50 километров пути, и Сережа, забыв про всё, с силой вдавливал в пол педаль газа. Они так быстро ехали, что Бессмертных даже пристегнулся, устроившись на переднем сидении. Парень крайне негативно отреагировал на такую перестановку, но юноша парировал это тем, что сзади его укачивает (забавно, что предыдущие 450 километров ему это не мешало), и Сергей решил не тратить время на пререкания с этим придурком. Время пролетело очень быстро, хотя Пешкову их поездка казалась вечностью. Вдали показались огромные черные ворота, за которыми возвышалось белоснежное здание, такое белое и светлое, как снег в лучах солнца. Парковка была забита до краёв. В основном тут стояли гелентвагены и кадиллаки, а еще много других понтовых машин, зарегистрированных на детей и друзей местных чиновников. Парень аккуратно припарковал авто на углу, подальше от чужих глаз, и заглушил двигатель. - Приехали. Теперь выкладывай, что за груз? - В смысле? – Иван сделал вид, что не понял вопроса, и быстро начал натягивать на себя черную куртку. - А ну стоять! Куда спешишь?! – возмутился Пешков, обращая на себя внимание. – Ты мне зубы не заговаривай. ГДЕ ТОВАР??? - Какой товар? – юноша посмотрел на одноклассника изображая полнейшее удивление. - Ты мне заявил при встрече, что ты – заказчик, и ты будешь сопровождать меня на всём пути вместе с грузом. И товар всё это время был у тебя. Где он?! Ответом было молчание. Пешков посмотрел на собеседника и в голове у него медленно начинал складываться пазл… Он снова попался. Повелся как ребенок на глупую ложь. Снова поверил, и снова зазря. Бессмертных всё прочитал по чужим глазам. Осознание, презрение, ненависть и обида. Косой взгляд, тяжелый вздох. Серега понимает, что снова ошибся. Черт… А ведь за эти часы, которые они вынужденно провели вдвоём, он даже подумал, что русый, в общем-то, не так уж плох. А где-то в глубине души он почти поверил в его раскаяние. - Уходи. – тихо, чётко и без лишних эмоций. Все чувства остались бушевать где-то глубоко внутри. Там, куда русый идиот не сможет заглянуть. - Эм. Это всё? – юноша даже удивился. Он рассчитывал на крики, угрозы или хотя бы «наидобрейшие» пожелания. – Больше ничего не скажешь? - Мне не о чем разговаривать с патологическим лжецом и типичным придурком. Уходи. И не возвращайся. - Хах, ты щас серьёзно? – нет, юноша был в недоумении. – А как же деньги? К тому же если ты хотел попасть на территорию, без меня ты не войдёшь. - От такой дряни, как ты, мне ничего не нужно. Добился своего – молодец. А теперь уходи. Можешь даже своё паршивое «спасибо» оставить при себе. Нефор отвернулся, махнув на него рукой. Парня этот жест крайне возмутил и, сам не зная почему, он решил ответить. - Во-первых, моё «спасибо» не паршивое! Во-вторых, я не дрянь, а в-третьих, какого хрена ты тут из себя строишь?! Подумаешь, спиздел чутка, че сразу нахуй посылать?! - Во-первых, я никого из себя не строю. А во-вторых, пошел нахуй. - Да какого хрена?! Я бля может помочь тебе хотел, а теперь хули ты себя ведешь как полнейший идиот?! – юношу начинает это раздражать. Ещё бы, он почти ничего не сделал, а нефор просто взял его и послал?! Да с какого хуя??? Бессмертных вообще-то был даже готов пойти ему навстречу и всерьёз задумался о том, чтобы отвалить парню кругленькую сумму за еду и своевременную доставку (естественно, всё в рамках его плана). А его просто… ПРОДИНАМИЛИ??? «Уходи, мне ничего от тебя не надо» сильно ударило по безупречной самооценке. Русый всегда делал то, что душе угодно, но ни один человек из его окружения не отказывался от его денег, что бы он не делал. Поэтому этот грубый отказ задел его за самое живое. Нет, Бессмертных конечно понимал, что его затея приехать на закрытую новогоднюю вечеринку стала неосуществимой уже в тот момент, когда батя запретил ему выезжать за пределы города, а когда он через третьих лиц нашел водителя, который был готов накануне Нового года привезти его сюда, это оказался долбанный Пешков, чтоб ему пусто было. И даже так юноша сумел найти с ним хоть какой-то общий язык, такой, что он успел в дороге и поесть за чужой счет, и поспать под мягким пледом (кстати, тоже чужим). Так неужели после всего этого нефор всё ещё хочет вытереть об него ноги?.. Это же просто уму непостижимо! - ..Помочь? Мне?.. Ты много раз пытался меня убить и неоднократно калечил, это по-твоему помощь? - Да нет же, придурок, я не об этом! – ну в самом деле, он всю жизнь будет это припоминать? – Я что, по-твоему, бесчеловечный уёбок? - Да. – сразу ответил Серёжа. *Да. – ответил голос в его голове* - Бля, ладно, ты мне не веришь? Хорошо, я тебе сейчас докажу, как ты себе возомнил. Идём. Иван быстро вылез из машины, сразу же погрузив кроссовки в мягкий снег. Холодный воздух ударил ему в лицо, и парень тут же поёжился, поплотнее закутавшись в черную крутку. Пешков вышел следом, на ходу натягивая свою единственную куртку поверх свитера и щелкая ключом. Машина издала тихий писк и заблокировала двери, вставая на автоматическую сигнализацию. - Пошли давай, а то опоздаем! – раздраженно позвал его русый, пряча в глубокие карманы телефон и коробку от Airpods. Убедившись, что нефор осторожно идет за ним, подросток пошёл вперёд, выходя из-под тени заснеженных деревьев на идеально расчищенную дорожку, освещённую рядом огненно-ярких фонарей. Сергей шёл чуть поодаль, не рискуя подходить слишком близко на случай неожиданных сюрпризов с чужой стороны. Свежевыпавший снег приятно скрипел под ногами, вокруг была тишина, нарушаемая только отдалённым гулом, доносившимся из недр белокаменного здания, сверкающего красотой посреди лесной глуши. Шли они недолго. От резкого понижения температуры даже его дорогая куртка не могла согреть окоченевшие руки, и юноша непроизвольно ускорился, чтобы поскорее попасть внутрь. Дойдя до пропускного пункта, он обернулся. Парень стоял прямо за ним, соблюдая небольшую дистанцию. Русый на это недовольно фыркнул, но говорить ничего не стал, сохраняя остатки собственного достоинства (хотя на самом деле он просто понимал, что нефор вряд ли так легко ему поверит, особенно после всего, что между ними уже случилось). Через минуту они уже стояли в небольшом домике, где двое охранников окидывали их внимательным взглядом. - Куда направляетесь, молодые люди? - Нас ждёт Е.К. – невозмутимо ответил юноша, глядя прямо на него. - Вы есть в списке гостей? - Разумеется. Моя фамилия Бессмертных. Услышав эту фамилию, охранники встрепенулись, и тот, с которым они разговаривали, вдруг встал по стойке смирно и отрапортовал без запинки, совсем как гаишник на выезде из города: - Здравия желаю, товарищ Бессмертных-младший! Извините за допрос, соблюдаю протокол! - Вольно, солдат. - Проходите! – мужчина пропустил парня через турникет, обращая своё внимание на переминающегося с ноги на ногу Пешкова. – Фамилия? - Это со мной. – юноша уже был готов с разворота уйти нахуй, но русый его опередил. – Личный водитель, запишите на моё имя. - Есть! – охранники как-то странно переглянулись между собой, но возражать не стали. Парня пропустили вперёд, и он вместе с Иваном вошёл на территорию санатория. За черным забором этого было не видно, однако сейчас юноша смог как следует рассмотреть огороженное пространство. Вокруг просторного трёхэтажного здания был разбит целый парк. Идеально вычищенные дорожки обвивались вокруг каменных фонтанчиков и красиво оформленных античных статуй. Тут и там были разбросаны старинные лавки и скверики, освещенные одиноко стоящими фонарями. Вокруг не было ни души, но чем ближе они подходили к особняку, тем громче играла музыка за закрытыми дверями. На входе Сергей неожиданно остановился, и русый недоуменно посмотрел на него. - Ты чего? - Где комнаты детей чиновников? - В смысле? Ну тут вообще зависит от того, насколько высокое положение занимают их родители… - Где конкретно? – нефор выглядел реально пугающе. Серьёзный взгляд, нахмуренные брови, мелко подрагивающие кончики губ… - Второй корпус, на первом этаже. - Как туда пройти? - По дороге второй поворот налево.. Зачем тебе? Ты же бомжара, без меня ты туда так просто не войдёшь. - Плевать. Там есть окна? - Эээ, ну само собой. Я чет не понял, ты куда вообще собрался? - Не важно. Ты доказал мне всё, что хотел? Отлично. Теперь иди, куда там тебе надо. - А как же ты? Может, поблагодаришь меня за то, что провёл за территорию и прикрыл перед охраной? - Я тебя об этом не просил. - Да ладно, ты настолько погряз в этом дерьме, что не можешь сказать мне банальное спасибо? - А что насчет тебя? – голос Пешкова внезапно стал жестоким, как будто его окатил ледяной водопад. – Прежде чем указывать мне, что и как говорить, попробуй напрячь свои извилины и вспомнить, почему ты здесь. И прежде чем твой напичканный спесью и ложью мозг заработает, я тебе скажу. Ты сейчас здесь, потому что у меня не было выбора. Ты здесь, потому что я согласился отвезти тебя до сюда в канун Нового Года. Ты здесь, потому что я терпел всю дорогу твои выходки и заскоки. Ты здесь, потому что я не смог отказать Герману Вольфовичу, ведь он был моим единственным шансом попасть сюда. Ты хочешь спасибо за то, о чем я тебя не просил? Тогда где благодарность за моё терпение, за мою еду и за то, что ты ехал в комфорте? Правильно, её нет. И я знаю, что тебе всё равно, ты найдёшь себе людей, которые будут смачно лизать твой золотой зад. Но я такое отношение терпеть не стану. Так что, раз я всё ещё жив, давай ты закроешь свой поганый рот, пойдешь на свою тусовку и забудешь про меня. Потому что я не хочу провести свой Новый Год в компании кого-то вроде тебя. - Ч-Чего?... Юноша развернулся и ушёл, не оборачиваясь. Русый смотрел ему вслед, глядя, как невысокий темный силуэт идет по заснеженной дорожке, пряча кудрявые волосы под черным капюшоном. В воздухе повисла недосказанность, а в горле застряли несколько язвительных слов. *Да пошёл ты, пидор ебучий!* Парень махнул рукой и поднялся по красивым ступенькам к каменной двери, напоминающей ворота. Плевать он хотел на этого придурка и всё,что он говорит. Главное – то, что находится за этими дверьми, то, ради чего Бессмертных сюда приехал. До Нового Года 3,5 часа, и веселье только начинается.

***

Пешков поёжился, пытаясь запихнуть руки дальше в карманы, хотя, казалось бы, куда уж глубже. Всё-таки зря он надел всего две пары подштанников, погода в новогоднюю ночь обещала быть морозной, а сама ночь – лунной, без единого облачка. Луна красиво обрамляла декабрьское небо, освещая многоэтажный особняк, чистую дорожку и знакомый силуэт, идущий мимо тёмных окон. Парень медленно начинал коченеть. Теплый пар изо рта больше не согревал замерзшие пальцы, а в уши задувал совсем не тёплый ветер, ото которого не спасал даже двойной капюшон любимого худи и куртки. А шапку, как на зло, он забыл в машине, когда этот придурок уболтал его пойти за ним. Возвращаться было нельзя, юноша не был уверен, что без богатенького мажора его пустят охранники. Поэтому единственное,что он мог сделать – натянуть посильнее капюшоны друг на друга и быстрее идти вперёд.

***

До Нового Года осталось 1,5 часа. Бессмертных казалось, что прошла целая вечность и ещё столько же прежде чем стрелка на огромных часах, высеченных в мраморной колонне в виде лондонской башни, показала 30 минут одиннадцатого. Вокруг него все были порядком пьяные, воздух тут и там пронзали яркие лучи прожекторов, а все пространство, казалось, было пропитано ароматом дорогого просеко и запахом оливок. Дорого и богато. В этой зале собрались всевозможные мажоры и элита. Практически теплица для экзотических ростков,выведенных чиновниками. Идеальное место, где он можно найти себе равных. Таких же эгоистичных отморозков из провинции, воспитанных в роскоши и комфорте. Юноша ехал сюда ради этого. Ради того, чтобы побыть в своей тарелке, ради того, чтобы отметить Новый Год в компании приятелей и друзей, которые умеют веселиться, а не в унылом доме с вечно занятым папой, который только и может, что выпить шампанское, поесть до отвала и лечь спать. Парень был среди своих уже несколько часов, но весельем как-то не пахло. Конечно, русый успел встретиться с именинницей (той, которая разослала всем открытки и нашла «повод», чтобы встретиться и отметить), позаимствовав у дворецкого специально сшитую на заказ одежду для вечеринки и заценив многообразные блюда на шведском столе. Грузинская, русская, итальянская кухни, морепродукты и выпивка на любой вкус. Фрукты, какая-то мясная нарезка… Он будто попал в настоящий рай с поправкой «для богатых», но сейчас даже алкоголь в его крови не приносил долгожданного удовольствия. Первые два бокала вызвали лёгкую эйфорию, но это чувство ушло прежде, чем он успел им насладиться. Флирт с Анжеликой закончился её прозрачным намёком на наличие джакузи в этом особняке, но парень за пару минут их беспечного разговора остыли равнодушно отошёл, сославший на важный диалог по телефону. *Богатая, а чуть поговорил – и она уже готова, и сама зовет тебя уединиться. С такими неинтересно вести отношения и говорить о серьёзных вещах. У таких в голове перекати-поле, а за душой – состояние папаши и слишком мягкая мать, не умеющая отказать любимой дочери.* Парень оглянулся вокруг, выпивая остатки шампанского. Анжелика куда-то испарилась, наверное, нашла себе придурка посговорчивее. Юноша присел на обитое бархатом кресло, располагаясь так, чтобы иметь ничем неограниченный обзор на «тронный зал». Большая часть ребят давно разбились на парочки и распределились по особняку в поисках укромного местечка, другая половина осталась здесь, пьяно отжигая под последние хиты XXI века. Всем было весело. Кто-то валялся под кайфом на диване, кто-то предпочитал медленно,но верно заливать в себя алкоголь. Только одному Бессмертных эти свистопляски были не по душе. Что-то не давало покоя его не до конца опьяневшему мозгу, и юноше срочно требовался вариант, позволяющий безболезненно забыться. А вот, кажется, и он! Среди черно-белой гламурной толпы выделялся красивый силуэт девушки, по всей видимости, оценивающей вкус королевских креветок. Это Анна, дочь мэра соседнего города. Высокая, статная, она точно знала себе цену, и чтобы добиться её внимания, было недостаточно подкатов и потрахушек. Несмотря на строгий нрав и высокие требования, девчонка она была классная, с ней было о чём поболтать, да и внешка такая, что мама не горюй. Осветленные русые локоны, часть из которых была заделана сзади красивой заколкой с красным камнем, черное платье подчеркивало её талию и немаленькие формы, на лице застыло задумчивое выражение, слегка нахмуренные брови, глянцевый блеск масляной заправки на губах…Недоступная красавица, запретный плод, к которому нельзя прикасаться... Идеальный партнер в новогоднюю ночь. — Здравствуй, Анна. - довольно чётко произнёс парень, обратившись по имени к особе, привлекшнй его внимание. — Здравствуй. - говорит снисходительно, сразу видно достойное воспитание. - Не знала, что кто-то из этих осталопов знает, как меня зовут. — Моё почтение. Вы и правда такая, как о вас говорят. — И что же прт меня говорят? — Что вы гордая, своенравная, любите дорогие наряды и не любите бросаться словами. — Неужели слухи бывают правдивы? — Что насчёт слухов - говорить за вашей спиной осмелится только безумец. — А что же тогда я только что услышала, если не грязные слухи? — Мои личные догадки, основанные на том, что мне о вас известно из проверенных источников. — А вы, сударь, наглец, если без задних мыслей дали мне описание, хотя мы даже не знакомы. — Я предпочитаю убеждаться в своих предположениях лично. — С чего бы вам это знать? Ведь мы говорим не более минуты и я по прежнему не знаю вашего имени. — Прошу прощения, я так увлёкся нашим разговаром, что совсем зыбыл представиться. Бессмертных Иван, граф Шуйский. — Изволите шутить? — Нет, пытаюсь соответствовать дворянскому тону нашего диалога. — Что, простите? — Наверное, тебе никто не говорил этого в лицо, но сейчас не 19 век, и мы не на балу светского общества, чтобы разговаривать так формально и церемонно. Девушка явно не ожидала такого ответа, а потому, как сомкнулись её губы, а удовлетворенная полуулыбка сменилась другим, более холодным выражением лица, ей явно не нравилось, куда клонит парень. — Раз вы изволили так со мной говорить, то и сами согласились поддерживать подобный формат общения. — Я лишь удостоверился в своих выводах, не более. — И каких же, позвольте узнать? - она чётко выделяла каждую букву, обращаясь к нему на "вы", тогда как парень уже перешёл эту черту и потихоньку начинал действовать ей на нервы, без зазрения совести тыкая ей в лицо. — Ты не умеешь общаться неформально, без царских замашек и дворянского этикета. - констатировал юноша. Анна была вне себя и только воспитание позволяло ей сдерживать лишние эмоции и продолжать оставаться хладнокровной и бесстрастной. — Полагаю, вы добились, чего хотели, и в дальнейших разговорах нет смысла. А раз так, избавьте меня от вашего присутствия. — Непременно. Надеюсь, я не помешаю тебе, если попробую морепродукты? А то просто так сидеть и смотреть, как другие пьют и веселятся, довольно скучно, не находишь? — Отнюдь. Бессмертных знал, за какие ниточки надо дёргать. Подобная особа никогда бы не взглянула на самого обычного юношу, ведь они ей "не ровня". Он смог подобрать красивые слова, заставил её увидеть в нём хорошего собеседника, а затем просто назвал её речь пережитком прошлого, а графские повадки скучными, чем вызвал большое негодование. Осталось только уговорить её "пообщаться" в неформальной обстановке, и всё, рыбка будет на крючке. - И даже сейчас ты говоришь со мной, как с простолюдином. Дело твоё, графиня, однако неужели нельзя было найти, куда более серьезное, подходящее твоему статусу мероприятие, вместо того, чтобы сидеть сейчас в куче неотёсанных болванов и невоспитанных девиц? - По-вашему, у меня нет права веселиться со своими сверстниками?» Задело. Задело за живое!» Он попал в самую точку. - А ты умеешь? - спросил напрямую. Рискованно, но должно сработать. - Разумеется. - Так докажи! Докажи, как ты умеешь веселиться, а не строить с себя церемониальную куклу. Ты же не такая! - Ты не знаешь меня. - сказала на «ты». Неприступная башня распадается по кирпичику. - Я знаю одно. Если бы я ошибался, ты бы ни за что не поддержала наш разговор. Девушка замолчала, а юноша, осторожно огибая пьяные тела, поднял со стола бокал шампанского, медленно отпивая из него и не сводя зеленых глаз с "дочки графа". Она последовала его примеру и тоже подняла бокал просеко, окидывая парня оценивающим взглядом. На ее губах появилась еле заметная улыбка, на что тело русого отреагировало приливом крови к причинному месту. В пределах разумного, конечно, но этого было достаточно, чтобы понять, что золотая рыбка проглотила наживку и совсем скоро окажется на его крючке. Нужно только немного ее подтолкнуть. Бессмертных уводит ее на второй этаж, подальше от чужих глаз и сплетен, хотя последнее ему точно не грозит. Анна выглядит скучающей, и парень рассказывает ей те самые заумные истории, которые даже такую неприступную особу смогли заинтересовать. Его бокал уже наполовину пуст, а в груди снова разливается приятное тепло. Юноша больше не скучает. Странная тоска куда-то запропастилась и больше не давила на пьяный мозг. Глаза, подобно объективам камер, фиксировали каждый изгиб собеседницы. Ее стройное тело, легкий румянец на щеках, красивые бедра, как будто созданные для того, чтобы поливать их благовониями и раздвигать как можно шире, изящные ноги в потрясающих туфлях на высоком каблуке, знакомый силуэт в панорамном окне... Стоп, что?! Из головы парня моментально вылетели все мысли о чужих формах и внушительных размерах грудей, потому что его взгляд зацепился совсем за другое. Они стояли возле перил, осматривая сверху вниз вечеринку, которая была уже в самом разгаре. Но черт дернул юношу посмотреть в окно, так удачно расположенное за их спинами вдоль всей мансарды. За идеально прозрачным стеклом виднелась садовая дорожка, освещенная фонарями в стиле 18 века. Вдоль дорожки по всей длине были разбросаны лавочки, сделанные под стать вычурной форме фонарей, и прямо там, на белоснежной скамейке сидел ни кто иной, как Пешков. Бессмертных сразу узнал эту черную куртку и такой же черный капюшон худака, из-под которого выглядывали розовые кудри. Юноша разом забыл и про девчонку, чье внимание с таким трудом ему удалось привлечь, и про дискотеку, и даже про свой план понравится самой недоступной из всей возможной элиты провинциальных городов. Теперь в его мыслях прочно застряло одно единственное желание, и связано оно было с нефором. - Ты вообще меня слушаешь? Внезапный голос вернул юношу в реальность. Оказывается, он минуты две смотрел в окно, совершенно не обращая внимания на девчонку, которая, по всей видимости, что-то активно рассказывала ему. - А, да, то есть нет. Прости, что ты говорила? - Но вообще-то ты меня первый спросил. - Точно. А что я спросил?» - Про то, как я отношусь к революции 1917 года и к убийству семьи последнего русского императора». - Ага. Ну и как ты относишься? - Разумеется негативно. Это же самое настоящее варварство! - Прости, перебью. Слушай, мне надо отойти на минуту. Есть одно неоконченное дело. - В смысле? Ты привел меня сюда, вывел на разговор, а сейчас просто уходишь как трус? Ты жалок. - Ты права. Ну, в отличие от остальных, я хотя бы попытался с тобой поговорить. Хотя какая разница, если я все равно тебе не интересен. Не подобает ее величеству общаться со всяким сбродом. Парень быстро сбежал по лестнице вниз, пересек залу и на ходу накинул чужое пальто, оставляя девушку в одиночестве. Ему уже было все равно на то, что она подумает, тем более, что у него не было и шанса с ней переспать, если говорить по-чесноку. Ноги сами несли его вперед. Удивительно, как обычное любопытство взяло верх над "любовным" интересом. Но юноша об этом и не думал. Его волновал силуэт, сидящий в одиночестве на морозе. И дело было даже не в том, что ему что-то не давало покоя весь вечер. Просто расстались они на не слишком приятной ноте, и Иван хотел выяснить, что же он тут забыл. Русый так торопился, что даже забыл поставить на стол стеклянный фужер с остатками шампанского. Правда, понял это он только на улице, когда обнаружил в руке тот самый бокал. Снаружи было тихо, прочные окна не пропускали звуки музыки, и юноша был приятно удивлен, когда вместо невыносимого шума осталось только легкое поскрипывание снега у него под ногами. Вокруг было пусто. Парень быстро шел по заснеженной дороге впервые за весь вечер, оглядев все вокруг. В свете фонарей сугробы искрились бриллиантовым полотном, а от холода в ушах стоял тихий звон. Казалось, что где-то вдалеке звенят хрустальные колокольчики. До Нового года оставался один час.

***

Серега смотрел перед собой в окно небольшой комнаты на первом этаже. Оно было задернуто шторами, но сквозь них проглядывал чужой силуэт. Мужчина и женщина, и кто-то поменьше. Наверное, мальчик. Они вместе держались за руки и, кажется, кружились по комнате, беззвучно открывая рты. Пешков придвинул колени поближе, растирая окоченевшие ноги ладонями. Людям в той комнате, наверное, было весело. Возможно, они были настоящей семьей. Сердце с силой сжало от боли. Юноша прикрыл глаза, не желая больше на это смотреть. Ему хотелось быть на их месте. Хотелось проводить каждый день вместе с родителями. Хотелось получать заботу и чувствовать ласку не только от младшей сестры. Но это все лишь иллюзия, несбыточная мечта. Этому никогда не бывать. Все слишком запущено. Поздно что-то менять. Неожиданный звук шагов совсем рядом отвлек его от этих мыслей. Перед ним был Бессмертных. Вот уж кого-кого, а его он меньше всего хотел видеть. Парень быстро вскочил с насиженного места, непроизвольно оказываясь слишком близко к предмету его страха и причине последних страданий. - Что тебе нужно? Что ты тут забыл? - говорит тихо, но даже так в его голосе слышится страх. Бессмертных замирает, и какое-то время они просто смотрят друг другу в глаза, прежде чем юноша отвечает, примирительно выставив руки перед собой: - Воу, полегче! Я вообще-то проветриться вышел. Скажи лучше, ты тут что забыл? - Не твое собачье дело. Пешков садится на свое место, но расслабляться не спешит. Все-таки он на чужой территории, и здесь ему так просто не сбежать. - Больно надо! - фыркнул русый, усаживаясь на противоположный край скамейки и перебирая в руках полупустой фужер. - А чё ты на улице сидишь? Погода так-то нихуя не тёплая. Мог бы погреться зайти, что ли? - Меня не приглашали. И вообще, отъебись. - Зачем так грубо? Я просто спросил. - А ты сам как думаешь? Может, потому что ты опять докапываешься до меня? - Да боже, хватит истерить, я ничего не делаю. Просто хочу поговорить, раз уж встретились. - Мне не о чем с тобой разговаривать. - Да блин, почему ты себя так ведешь? Я к тебе по-доброму, а ты меня говном поливаешь... - По-доброму? Вот как это теперь называется. А то, как ты натравил на меня целый класс? Как твои придурки воткнули мне в руку лезвие? А когда ты втоптал меня в грязь, покрасив мои темные волосы в ебучий розовый цвет? А когда ты обманом завел меня в комнату пыток? А когда отыскал меня на улице и избил до потери сознания, потом попытался отбить как какой-то товар на аукцион? Это всё тоже было по-доброму?! - Нет, ты прав. - парень неловко поправил волосы, случайно вытащив из-под лохматых патл ту самую розовую прядь. - Но мне жаль, что так вышло. Я хочу сказать.. - юноша слегка запнулся. Он не планировал разводить какие-то сопли или, хуже того, снова извиняться. Он вообще не знал, зачем выбежал на мороз в одной куртке. Это ведь всего лишь интерес. Попытка узнать врага получше. Шанс втереться вего доверие. Но в голове почему-то играл тот самый ремикс из Майнкрафта. Кажется, этот видос шел около 7 часов и назывался Music and Comfire Ambience. Парень не хотел этого помнить. Это всего лишь саундтрек из игры, который почему-то случайно оказался в его плейлисте. А потом все никак не доходили руки его удалить. Память по странным обстоятельствам проигрывала ему одну и ту же мелодию. Бессмертных показалось, что он воочию слышит треск костра, слышит электронное пианино, на котором медленно перебирает клавиши неизвестный ему человек, и это было так глупо.. Совсем не в его стиле. Русый никогда бы не стал предаваться воспоминаниям, сидя на покрытой снегом лавке рядом с нефором, он кстати явно был не в восторге от такого соседства, постоянно ёжился, кидал косые взгляды и прижимал красные руки ко рту, как будто пытаясь согреть их. Старые кроссовки, должно быть, давно промокли от снега, а в засаленных кудрявых волосах застряли маленькие снежинки. Сейчас он выглядел совсем не страшно и не дерзко, как было в первый день. Не было уверенного взгляда, пронзающего насквозь недалекое будущее. Не было и страха, который сковывал каждую мышцу его толстого тела. Пешков выглядел жалко, а что самое главное, юноша был готов посочувствовать ему самому, если бы вовремя не вспомнил свой коварный план. - Ты не жалеешь ни секунды, что сделал это со мной. Думаешь, я так легко поведусь на эту ложь? - Да блять, ну что мне сделать, чтобы ты перестал это повторять? Я сделал тебя членом нашего коллектива и даже извинился! - Не притворяйся. Я это прекрасно чувствую. Только не понимаю, к чему вся эта наигранная чепуха? С чего вдруг ты решил подобреть? Ты же пытался меня впихнуть в свою систему, сколько я тебя знаю. Неужели ты решил просто оставить меня в покое? - Нет, блять, окей, ладно. Не веришь, твое дело. Скажи лучше, чего тебе надо в этом замке богатеев? На кой черт ехать сюда в канун Нового года?» - Отвали, не твоего ума дело. - Это все из-за девчонки, да? Женя вроде ее зовут, я прав? Не успел Иван закончить предложение, как в его голову прилетели два тяжелых кулака. И если бы не своевременная реакция и точный захват чужих запястьей, эти кулаки с легкостью сломали бы ему нос. Ощущать вес его тела было не слишком приятно. Нефор лежал, нет, почти что сидел на нем, упираясь коленями в лавку и пытаясь освободить руки из крепкой хватки. Глаза его горели яростью, которая через мгновение полилась на Бессмертных в довольно грубых выражениях. - Если ты хоть пальцем ее тронешь, я не побоюсь тюрьмы и убью тебя, чего бы мне это ни стоило. А если ты каким-то чудом выживешь, я буду преследовать тебя всю свою жизнь. Столько, сколько потребуется, чтобы свести тебя с ума. Его слова звучали угрожающе сквозь крепко сомкнутые зубы, а руки грозились расправиться с собеседником при первой же возможности. Благо юноша схватил одноклассника прямо в тех местах, где, по воспоминаниям, пару недель назад под рукавом красовалась белоснежная повязка. Серега виду не подал, чересчур уж сильна была его злость, но вполне себе ощутил, как чужие пальцы впивались в едва прикрытые кофтой руки (все-таки куртка была немного коротковата). - Эй, я ничего не собирался с ней делать, остынь! - Как в тот раз? Помнится, ты мне здорово наплел про то, что она не вернется домой. "Если, конечно, старший братик не придет к страшному дяде". ГОВОРИ, ЧТО ТЫ ЗАДУМАЛ?! Парень закричал, кое-как из руки на чужой шее, не обращая внимания ни на что вокруг. А зря. - Да отъебись ты нахуй! Я ПРОСТО СПРОСИЛ! Не на шутку возбудившийся от приступа нахлынувшей злости юноша не собирался спускать ему всё с рук. Одним резким прыжком Бессмертных вскочил на ноги и, уронив в снег стеклянный бокал с остатками жидкости, поменял их местами, пригвоздив тело Пешкова к снегу и прижав его ладони так сильно, что, как бы тот ни пытался, вырваться никак не получалось. - ТЫ ВРЕШЬ! ГОВОРИ, ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ? - ЗАТКНИСЬ, ПРИДУРОК! Я ЕЕ ДАЖЕ ПАЛЬЦЕМ НЕ ТРОНУЛ! - Я тебе не верю! Ты мразь, которая не ставит ни во что людей и их принципы!Ты не пожалел бы даже ребенка! - Да что с тобой? Неужели какая-то девка стоит того, чтобы за нее ехать за тридевять земель, а потом полезть в драку?! - Я за неё отдам жизнь. - Ты реально чокнутый. Русый чуть привстал, накидывая обратно успевший слететь капюшон. Серёга воспользовался шансом и сделал сильный рывок, высвобождая одну руку и хватая противника за шиворот. Затем пришла на помощь вторая рука и вот уже Бессмертных впечатали в снег, навалившись всем весом. - Хватит ходить вокруг да около, говори уже, что ты задумал?! - Если я отведу тебя к ней, и ты увидишь, что она в порядке, ты прекратишь обвинять меня во всём??? - Да. - Тогда сначала отпусти меня. - А где гарантия, что твои богатенькие дружки не накинутся на меня по твоему сигналу? - Они все бухие и их волнуют только девчонки и алкоголь. - Что же ты тогда не тусуешься вместе с ними? - Ты хочешь узнать, где Женя, или нет? - Не называй её по имени, не хочу слышать её имя из твоего грязного рта. - О боже, ладно, только отпусти уже, холодно вообще-то. Серёга шёл следом за чужой спиной натянутые нервы звенели, как расстроенные струны старой гитары, хотя он был совсем молодой. Русый вел его к боковому входу, не такому масштабному, как тот, что он видел, когда их пути разошлись, однако не менее красивый. Резная дверь словно из Средних веков, элегантно и между тем очень надёжно. За нею их встретил седой мужчина в черном сюртуке. Бессмертных махнул ему рукой, и дворецкий ретировался, пропав из виду так жебыстро, как появился. Пешков неуклюже стянул капюшон, ощущая, как ледяные кулаки начинает покалывать от резкого тепла в особняке. Они свернули в коридор, шли по бархатной красной дорожке и поднялись по винтовой лестнице на этаж выше. Юноша был готов в любой момент дать деру и сбежать, но Иван продолжал молча идти вперед, не оглядываясь. Вокруг было множество дверей из дорогого дерева, рядом с каждой был выгравирован золотой номер и буква. Парень бы не удивился, окажись это настоящим золотом. От богатых всего можно ожидать.Наконец они подошли к небольшой развилке, в центре которой было размещено огромное табло с списками. Бессмертных принялся внимательно их изучать. - Я не вижу в списках Пешковых. Ты точно уверен, что твоя сестра здесь? - У неё другая фамилия. - А хули ты молчал? Говори быстрей фамилию, пока никто не пришёл. А то лишние вопросы будут, ты ж капец по-бомжатски выглядишь. - Заткнись. - Серега смерил собеседника презрительным взглядом. - Романова она. - Ебать, РЕАЛЬНО??? То есть Романов Николай это твой..? - Он мне не отец. Вернее, я его отцом не считаю. - Ясно. Так, посмотрим... Русый быстро прошёлся глазами по фамилиям, выискивая в списке букву "Р". - Нашел. У них корпус C, номер 509. Не шибко они у тебя статусные, раз их поместили в секретарские комнаты. - Удивительно, как они вообще здесь оказались, в этот особняк таких мелких сошек редко пускают. - Он всегда найдет способ подняться выше своего уровня. Даже если для этого придется постоянно лизать чей-то зад. - Теплые у вас с ним отношения... - бросил мимолётом парень, уводя одноклассника в правый коридор, освещаемый красивыми подсвечниками и украшенный металлическими рыцарями, расставленными в полный рост раз в три комнаты. Эти статуи выглядели удивительно пугающе в легком полумраке, а высокий потолок, казалось, уходил в темноту и был ещё больше, чем на первый взгляд. - Он самая настоящая сволочь и не заслуживает другого отношения. Впрочем, в этом вы с ним похожи. - Опять ты об этом... И что же он такого сделал? - Не твоего ума дело. Долго еще? - Почти пришли. Вот их комната. Они остановились перед номером, рядом с которым значились цифры 509, а рядом была выгравирована серебряная буква C. Дверь словно манила прикоснуться к себе, нажать на дорогую ручку, до щелчка, чтобы потом плавно отвориться, без единого скрипа смазанных петель. Но Пешков вдруг замер. Руки задрожали, но он всё-таки нашёл в себе силы собраться с духом и вытащить из-за пазухи небольшой сверток кухонного пергамента. - Если ты меня обманул, я тебя убью. Юноша медленно приоткрывает дверь, заглядывая внутрь. Сердце замерло. Бессмертных не соврал. Перед его глазами открылась небольшая комната, богато украшенная мебелью. Несмотря на то, что обстановка была явно не такой дорогой, как у самих чиновников, для Сереги этого было достаточно, чтобы застыть на месте. Стеклянный шкаф с ручной вырезкой, кофейный столик, ковер в виде шкуры бурого медведя. Ужасно, но очень красиво. Красота, которая стоила жизни бедному медведю и многим деревьям, занесённым в красную книгу, а ныне распиленным на кусочки ради причудливых тумбочек и шкафов. Пешков оглядел помещение, все еще не решаясь входить. Возле входа две пары отполированных туфель. Сразу видно почерк матери, она любила начищать обувь до блеска и не забывала выпендриться этим перед коллегами. Возле стола черный кожаный чемодан, отцовский, а рядом розовый рюкзак с белым кроликом, которого юноша подарил Жене на прошлый день рождения. Но где же она сама?.. - Тише! - вдруг неожиданно шикнул на него русый. Пешков недоуменно обернулся. Парень ожесточенно тыкал пальцем в дальний угол комнаты, где, присмотревшись повнимательнее, розоволосый увидел дверь. А прислушавшись получше, он смог различить за ней приглушенные голоса. - Ты че застыл?! Они в спальне, придурок, а ты тут топаешь.. Ну че, теперь убедился?! - Подожди немного. Сережа крадучись подошёл к дальней двери и заглянул в щелку. Там, в комнате, наполненной белым светом, стояла Женя, одетая в красивое голубое платье. Её темные волосы были завиты и спадали на плечи крупными локонами, подчеркивая цвет её красивых глаз и обрамляя безупречную улыбку. Она смеялась, вертясь на одном месте, пока строгий голос ненавистной юноше матери отчитывал её за случайно помятый подол. - Евгения, прекрати крутиться и встань ровно. До курантов всего час, мы ничего не успеваем. - Мама, это платье, оно.. Просто прекрасно! - Слушай, что говорит мать! И запомни, тебе нужно будет обязательно подойти поздороваться с Эдвардом, ты поняла меня?! - Да, конечно, не забуду, папочка! Эти слова резали сердце сильнее, чем скальпель и нож. Сестренка счастлива. Она счастлива в этом красивом наряде, в этих дорогих хоромах, среди этих людей. Она правда счастлива, и её было рядом с ними, с людьми, которые отказались от собственного сына. Бросили на произвол судьбы, отреклись, выделив ему ничтожный чердак и порой кидая ему старые шмотки, которые в пору было бы давно уже выбросить. Ему было больно от мысли, что он не смог и, возможно, не сможет её осчастливить. Ведь для неё они сделают куда больше. Они купят ей платье, отвезут в школу и пристроят в хороший институт. Они сделают из неё вторую себя, такую же мерзкую сволочь, которой будет всё ни по чём. Но ему бы хотелось, чтобы она нашла своё счастье. Чтобы Женя росла в настоящей любви и заботе, чтобы она могла выбирать, как ей жить и кем становиться. Только Сережа не сможет ей в этом помочь. Он всего лишь подросток, никчемный старший брат, изгой в школе, изгой дома, урод. И как бы юноша не старался, он банально не сможет защитить сестру от них. Не может всегда быть с ней рядом. Не уследит, ошибется и вот уже бутон раскрывается во мраке, а вместо нежной ромашки перед ним вьюнок, что выживает лишь за счет другой травы. Пешков всегда понимал, что не сдюжит. Понимал, но все равно продолжал хоть немного, пускай совсем чуть-чуть скрашивать её нудные будни, веселить в трудный час и поддерживать, несмотря на свои проблемы. Тяжело осознавать, что ты не сделал всё, что мог. Что ты сделал недостаточно. И стоя на пороге чужой спальни, парень вдруг особенно явно ощутил своё одиночество. Он будто попал в зону отчуждения, и от этого глупого чувства хотелось рыдать, как девчонка, хотелось бить кулачками в стену в попытках достучаться до кого-нибудь, но никто его не услышит. Провода оборваны, телефоны сломаны, нет сети, да и связи тоже нет, он совсем один, тонет во мгле... Однако отставить грусть и тоску. Сейчас нельзя терять время. Он итак слишком многое не успел сделать для Жени, так пусть хоть Новый Год она встретит счастливо, а маленький бессмысленный подарок подарит ей чудо в новогоднюю ночь. Юноша аккуратно отпрянул от двери, заслышав гулкое: "Нужен бант, кажется, он был в моей сумке" и осторожно положил сверток в рюкзак, едва успев закрыть кармашек на молнию. Дверь распахнулась довольно резко, но Пешков уже стоял в коридоре, глядя стеклянным взглядом перед собой. В глазах предательски зарябило, а он не собирался показывать Бессмертных всего себя. Быстро протерев слегка влажные веки, он устремился вперед, не зная дороги. Русый нагнал его только на следующей развилке, когда комната родителей осталась далеко позади. - Ебать, куда ты погнал-то? Пешков остановился. И правда, куда? Ему больше нечего здесь делать. Можно возвращаться в машину. - И ты ради ЭТОГО ебашил сюда полдня? Капец ты дебил, ну разве оно того стоило? - Да. - усталость накатила так же внезапно, как и случайные слезы. Пешкову захотелось сесть, а ещё лучше - лечь где-нибудь и уснуть, надолго... - Если она счастлива - то я счастлив тоже. - Пффф, а почему тогда ты сейчас не там, вместе с ними? - Это не твоё дело. - Нет, бля всё, ты меня заебал. - русого окончательно заебали бесконечные упрёки и он, будучи почти всё еще под неким градусом, просто взял и сгорел. Ну вернее не он, а его очко. - Значит, слушай сюда. Раз я тебя сюда и привел, то имею право хотя бы на "извини", потому что ты, тупица, напридумывал там себе что-то, а я был вообще не при делах! Так что живо извиняйся, и пиздуй, куда хочешь. - Обойдёшься. Я все равно тебе не верю. - Я сказал извиняйся! - Да пошел ты! Перепалка довольно быстро переросла из словесной драки в настоящую. Русый не собирался сдаваться и резво лупасил противника по спине, совсем не скупясь на удары. Пешков, до этого выжидавший подходящего момента, резко пошел в наступление и с силой толкнул парня вперед, рассчитывая впечатать его в стену. Тот замахал руками, удерживая равновесие, затем Серега с размаху ударил его ногой прямо в колено, в потом... Раздался щелчок, пол под ними вдруг исчез и ребята полетели вниз, от неожиданности не успев даже закричать. Коридор опустел. Только черная куртка Бессмертных, в порыве гнева сорванная с его плеч, одиноко валялась на бархатной дорожке. А где-то в стене что-то тихо цокало и скрипело, как будто старые шестеренки впервые завелись.

***

- Б-больно... - Серёжа кое-как поднялся на ноги, пошатываясь, и огляделся. Вокруг все было размыто и постоянно плавало, как разлитые краски, и юноша с трудом распознал, что лежит он на полу, в непонятной комнате, стены которой заполняли различные картины не самого приятного содержания. Толстая куртка и худак немного сковывали движения, зато падения получилось не слишком жестким. Только немного болела голова. Осторожно схватившись за какую-то ручку, Пешков привстал, ощущая боль в обоих коленях и шее. Не критично, но было больно. Кажется, в этом особняке додумались сделать тайные ходы, иначе каким образом они провалились в дыру и попали сюда? Стоп. Он же тоже должен быть тут... Парень быстро, насколько позволяла шея, повернулся. В паре метров от него на кроваво красном покрывале покряхтывал Бессмертных, весь в куче пыли и какой-то трухи. Юноша огляделся получше. За тумбочкой, кажется, было окно. А этот номер явно предназначался для различных утех... *Надо бежать. Подальше от сюда. Бежать, пока не поймают. Здесь он не выживет. Ему просто не дадут* Русый открыл глаза. Он так сильно ударился головой в полете, что совсем забыл, где он и с кем. Вокруг не было ни души. Красная комната, порноафия на стенах, крюки, открытое окно... - Точно! Пешков! Ему повезло приземлиться на мягкую кровать. Понятно, почему Анжелика предупреждала его про подсвечники. Видимо, некоторые из них были таким довольно устаревшим способом испытать свои нервишки, а потом закрепить эффект бурным сексом. Но юноше было сейчас не до этого. Где блин кудрявый идиот? Сережа едва переставлял ноги, разгребая сугробы в саше леса. Окутанный усталостью мозг с трудом соображал на холоде, и парень только и смог, что забрести в чащу леса, подальше от особняка и его обитателей. Он боялся. До дрожи в ногах боялся снова оказаться с Бессмертных один на один. Ведь в следующий раз... Он точно проиграет. Юноша уже зашёл слишком далеко. Да, этот придурок повелся на его предъявы и отвел его к Жене, но каждая их драка это неоценимый риск. Он рисковал потерять сознание в комнате пыток. Или попросту сломать себе шею. Рядом с этой сволочью ему всегда было больно. Без него гораздо спокойнее. Никакой холод не заставит его снова попасть внутрь. Нужно пробираться к машине. Там он будет в относительной безопасности. До нового года оставались считанные минуты. Сегодняшний день был наполнен противоречиями и странными диалогами. Пешков прокручивал в голове всё произошедшее, укладываясь на задний ряд сидений и оборачивая ноги пледом. Русый придурок не выходил из его головы. Сережа не понимал его действия, его мозг не мог достроить логическую цепочку, чтобы понять, что к чему. Совсем недавно они были заклятыми врагами, а сегодня ехали в одной машине несколько часов. Юноша врывался в его дом, угрожал ему, когда нефор был на грани истощения, а потом вдруг резко стал "мостом" между ним и одноклассниками и даже начал проявлять что-то типо знаков внимания?.. Почему?. В машине розоволосый спиной чувствовал чужое дыхание и каждое движение считал угрозой. За рулем он был слишком беспомощным, однако даже в момент его уязвимости, когда парень просто отрубился после долгой дороги, русый его не тронул. Вернее, тронул, но только за плечо и только ради того, чтобы попросить пожрать. Пешков всё ще ненавидит его за все. Ненавидит эти руки, которые разбивали его плоть, втаптывали в землю и унижали на глазах у всех. Руки, которые причиняли боль. Дьявольская улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Адский оскал, бездонные глаза цвета грязной лужи. Такой же грязной, как его собственное тело, отзывающееся на каждое прикосновение болью. Серёжа понимал, что его жизнь никогда не станет спокойной. Он ненормальный и нормальная жизнь для него лишь несбыточная мечта. Но он все еще надеялся, что когда-нибудь всё изменится. Что у него будет хорошая семья и любимый человек. Что ему не придется в одиночку залечивать свои раны. Что он сможет возвращаться домой не чтобы спрятаться на своём чердаке. Ему видится, что кто-то мягко обнимает его со спины, и тепло чужого тела согревает продрогшую душу. Но парень просто спит, ворочаясь во сне и сжимая в руках мятый свитер. Он видит хорошие сны, которые на утро даже не вспомнит, потому что реальная жизнь разбивает все мечты вдребезги. Где-то вдалеке громыхают салюты. Наступил Новый Год. Женя радостно открывает подарки, еще не заметив припрятанного в её рюкзачке сюрприза. Отец снова пьет в компании начальства, пытаясь показать себя равным им. Мать выкуривает последнюю сигарету на улице, безразличным взглядом смотря на яркие вспышки фейерверков. Бессмертных стоит на балконе, держа в руке полный красного вина. Ему нужно забыться. Тоска съедает его разум как моль старую рубаху. Он глядит сверкающие искры, ветер не щадит ничем не прикрытые руки, проникая под белую рубашку. Вино льется на снег, так и не коснувшись его губ. Оно слишком приторное, слишком сладкое, юноша больше не хочет пить. Он еще долго стоял на морозе и смотрел на звезды. Кажется, он так погрузился в свои мысли, что не заметил, как земля ушла из-под его ног, а одна маленькая звездочка вдруг исчезла с неба, в один миг. Чудес не бывает. Даже звезды когда-нибудь возьмут и погаснут.