Our problem.

      Ичиджи нервно кусал губы, каждые пять минут проверяя экран своего телефона. Изредка Винсмоук быстро печатал кому-то сообщение, а потом убирал гаджет в карман, пытаясь сосредоточиться на работе. Но он не мог думать ни о каких цифрах или процентах. Сегодня в принципе все Винсмоуки (за исключением Ёнджи, потому что он идиот) были на взводе. Особенно сильно тяжело было Санджи, но оно и понятно.       — Что-то случилось? — спрашивает Катакури, откинувшись на спинку чёрного кресла. Поставив локоть на подлокотник, Шарлотта упирается виском на сжатый кулак.       — Ага, — Ичиджи кивнул, снова печатая сообщение Ниджи. Тот продолжал втирать, что всё в порядке и не стоит переживать слишком много. — Племянник скоро родится.       — Поздравляю, — хмыкнул Катакури, скучающе рассматривая бумаги на столе. — Если хотите, могу отпустить Вас пораньше.       — Не нужно, — Ичиджи отрицательно покачал головой, нехотя положив телефон на стол. Он отвернулся и попытался отвлечь свои мысли на что-нибудь другое. — Там одной Рэйджу со своей паникой достаточно. А я тут буду переживать и ждать.       Катакури вздохнул и согласно кивнул. Он был рад, что Ичиджи решился остаться рядом, а это значит, что у Шарлотты будет больше шансов вдоволь насмотреться на Винсмоука.       Спустя несколько часов усердной работы, Ичиджи решил вновь проверить телефон. Он чуть в голос не воскликнул, когда увидел сообщение от Ниджи о том, что всё прошло хорошо. Сообщил ещё Ниджи о том, что Рэйджу успела несколько раз в обморок упасть, но Ичиджи нисколько этому не удивился. Наверное, будь старший Винсмоук в той больнице, он бы тоже не смог найти себе места от волнения и переживаний. Всё-таки, не каждый день племянники рождаются!       Ближе к концу рабочего дня, Ичиджи был несколько шокирован, когда он увидел Ророноа Зоро, который вёл непринуждённую беседу с Катакури. Вид Зоро был, мягко говоря, не очень. Такое ощущение, будто он не спал несколько недель. Он сильно похудел, кожа стала бледной, да и от него часто несло алкоголем. Ичиджи задавался вопросом, как он вообще на ногах стоит.       «Неужели, это он из-за Санджи так?» — Ичиджи нахмурился, а потом покачал головой. Это не его дело и он не должен интересоваться подобным. Санджи просил не лезть в его личную жизнь, поэтому Ичиджи нужно держать рот на замке.       — Зоро, я серьёзно, — грубый голос Катакури был слышен с расстояния десяти шагов. Ичиджи даже вздрогнул от испуга, а Зоро заторможенно моргнул. — Прекращай это всё.       — Я пытаюсь, — тихо ответил Зоро, протерев глаза и громко зевнув. Он выпрямился и похрустел шеей. — Но каждый раз срываюсь. Я без понятия, что это за хуйня.       — Что врач сказал? — Катакури сделал вид, будто не заметил Ичиджи, который остановился за его спиной и затих. — Таблетки не помогают уже?       — Сказал, что это из-за какой-то там причины, — Зоро пожал плечами и усмехнулся. — Мне выписали другие лекарства.       — Смотри, чтобы как в тот раз не получилось, — Шарлотта сложил руки на груди, а Зоро медленно кивнул, понимая, куда он клонит.       Ичиджи не хотелось перебивать такую «милую» беседу, но ему пришлось, потому что уже Рэйджу начала названивать и спрашивать, когда он в больницу приедет. Ичиджи написал, что сможет только через час, полтора максимум, но Рэйджу даже слушать не хотела.       Громко кашлянув, Ичиджи начал говорить:       — Господин Шарлотта, я закончил со своей работой, — Ичиджи вздохнул и сделал вид, будто он удивился, когда его взгляд заметил Зоро. Винсмоук попытался улыбнуться, поднял руку и застенчиво помахал. — О, привет, Зоро. Как жизнь?       — Нормально, — нехотя ответил Ророноа, медленно помахав в ответ.       — Ладно, можете идти домой, господин Винсмоук, — Катакури прикрыл глаза и усмехнулся. — Поздравляю с пополнением в семье.       — Ага, спасибо, — пробурчал Ичиджи в ответ, развернулся и направился в сторону двери. Ему некогда отчитывать Катакури и ругаться с ним, но он обязательно сделает это завтра.       Зоро не совсем понимал, о чём говорили Катакури и Ичиджи. О каком пополнении речь? Конечно, Зоро хотелось бы узнать, но он предпочёл промолчать и сделать вид, будто он не услышал этого. Всё-таки, не хотелось в очередной раз за подслушивание отгребать.

***

      Санджи смог полностью восстановиться спустя три дня. Он, конечно, знал, что роды — самая страшная и болезненная вещь в мире, но он даже не подозревал, что всё будет именно так. Если бы не Рэйджу и братья, то Санджи скорее всего умер бы на следующий день.       — Дай подержать, — Рэйджу протянула руки к Санджи, чтобы взять с его рук ребёнка. Санджи вопросительно поднял бровь, прижимая своё чадо, завернутое в синие пелёнки, к груди.       — Ты и так вчера его целый день держала, — возмущённо проговорил Ниджи, сложив руки на груди и закатив глаза. — Тут уже все думают, что ты его мама.       — Ну и пускай думают, — Рэйджу недовольно фыркнула, но затем радостно улыбнулась, когда Санджи всё-таки согласился дать подержать своего сына на руках. — Мой ты хороший...       Рэйджу начала сюсюкаться с малышом, а Санджи улыбнулся, усаживаясь на больничную кровать. Он переглянулся с возмущённым Ниджи и пожал плечами, мол, не может он отказать старшей сестре. Рэйджу третий день была на седьмом небе от счастья.       — Жаль, что ему не достались брови-завитушки, — Рэйджу слегка грустно улыбнулась, осторожно проведя указательным пальцем по щеке мальчика. — Кого-то он мне напоминает...       Санджи слегка напрягся. Он и сам не ожидал, что в конце концов ребёнок будет полностью похож на Маримо-идиота! Серьёзно: зелёные волосы, отсутствие бровей-завитушек и пронзительный взгляд ярко-голубых глаз (единственное, что досталось ребёнку от Санджи). Винсмоук был в полном возмущении. Гены сыграли глупую и злую шутку над Санджи.       — Точно, — Рэйджу щёлкнула пальцами и хмыкнула. — Вылитый Ёнджи в детстве. Надеюсь, ты не будешь так капризничать, как он... А то твой самый младший дядя был тем ещё крикуном и истеричкой.       — Эй! — возмущённо крикнул Ёнджи возле двери палаты, не соглашаясь со словами старшей сестры.       Санджи выдохнул с облегчением. Как хорошо всё сложилось. Только Ичиджи знал всю правду, но, судя по тому, что никакие водоросли не выламывают двери больницы, и по тому, как телефон Винсмоука молчит, Ичиджи сдержал своё обещание никому ничего не рассказывать. Санджи был благодарен ему за это.       — Кстати, так как его зовут? — спрашивает Ниджи, переминаясь с ноги на ногу. Он чувствовал себя слишком неуверенно в этом месте. Ещё больше нагнетали обстановку чьи-то крики в коридоре. Кажется, снова кто-то рожает. — Ты говорил, что дал ему имя.       — Ох, эм, — Санджи смущённо прижал руку к шее и скривил губы в улыбке. — Кенсукэ.       Повисло секундное молчание. Рэйджу задумчиво промычала, покачивая ребёнка на руках.       — Винсмоук Кенсукэ... — всё также задумчиво пробормотала Рэйджу и кивнула. — Неплохо.       Ниджи и Ёнджи не стали никак комментировать. По большей части им было плевать на имя племянника, так как при любом раскладе их мнение не учитывалось. Кстати, Ичиджи узнал имя ребёнка ещё за неделю до того, как он появился на свет, но он сохранил это в тайне. Если бы Рэйджу узнала, она бы такой скандал устроила.       — Санджи, я всё ещё жду от тебя девочку, не забывай, — Рэйджу нахмурилась, отдавая заснувшего Кенсукэ пришедшей медсестре.       — Рэйджу, при всём уважении к тебе, — Санджи испуганно прижал руку к груди, вспоминая тот Ад, через который он прошёл. — Но рожай сама.       Рэйджу недовольно фыркнула, отворачиваясь к окну. Ниджи и Ёнджи рассмеялись, а Санджи кое-как успокоился. Нет уж, больше он ни за что в жизни не согласится оказаться в этом месте снова!       Когда медсёстрам удалось выдворить Винсмоуков из палаты (к одной из них Ниджи пытался подкатить, но безуспешно), Санджи выдохнул с облегчением, радуясь тишине. Он впервые за несколько дней смог взять телефон в руки и проверить все сообщения и звонки. Было несколько пропущенных от Рэйджу и братьев. Санджи даже не удивился, когда увидел три пропущенных от Нами. Он давно с ней не общался.       Около месяца назад Санджи всё-таки забрал документы из университета. Он просто понимал, что совмещать воспитание ребёнка и учёбу будет очень сложно, даже при наличии сестры и братьев. Санджи прикусил губу, думая, стоит ли ему напоминать о своём существовании. Он пугливо дёрнулся, когда телефон зазвонил. Снова звонила Нами и Санджи скептически улыбнулся.       — Мог бы просто сообщить о том, что не хочешь с нами общаться, а не начинать нас всех игнорировать, — недовольный голос подруги в трубке телефона заставил мурашки пробежаться по спине Санджи. Он почувствовал укол вины в груди и тяжело вздохнул.       — Нами-сан, мне правда жаль, — проговорил Винсмоук, опуская голову и сжимая свободную руку в кулак. — Просто...       — Не оправдывайся, — спокойно перебила Нами. Она глубоко вздохнула. — Как твои дела?       «Пытается перевести тему? Ладно.» — Санджи был только рад, что он не поругается с Нами-сан окончательно.       — Нормально, — Винсмоук пожимает плечами, решая не говорить самую важную новость в своей жизни. Пока что рано Нами-сан говорить об этом. — А твои как?       — Вроде всё хорошо, — Нами вздыхает и с кем-то неразборчиво шепчется. — Если тебе интересно, то у Луффи и Усоппа тоже всё хорошо.       — Оу, — Санджи широко улыбнулся и прикрыл глаза. — Передавай им привет от меня.       «Спроси про Маримо, спроси про Маримо... Ну же!» — Санджи замолчал, мысленно продолжая себя уговаривать задать самый важный вопрос. Ему нужно узнать, всё ли нормально с Зоро.       — Зоро тоже передам, — ответила Нами, снова перешёптываясь с кем-то. Санджи дёрнулся и открыл рот, чтобы задать вопрос.       Он не издал ни звука. Сидел с открытым ртом, не в силах даже сделать вдох. Винсмоук смог снова начать мыслить, только когда в палату зашла медсестра.       — Извините, но сейчас время...       — Эм, Нами-сан, я тебе позже перезвоню, хорошо? Пока! — быстро и нервно проговорил Санджи, сбросив трубку. Судорожно выдохнув, Санджи прижал телефон к груди.       Он молча смотрел в пол, пропуская слова медсестры мимо ушей. Санджи ругал себя за свою трусливость. Почему он просто не может взять себя в руки и спросить про Зоро?       «Или нужно спросить у него самого? Блять, нет, что я ему скажу?» — Санджи отрицательно покачал головой, убирая телефон под подушку. — «Что ж, всё тайное когда-то становится явным. Но я буду к этому готов.»

***

      Катакури несколько минут смотрит в яркие голубые глаза ребёнка в руках Ичиджи. Конечно, Шарлотта был немного удивлён, когда Винсмоук пришёл на работу с таким вот «грузом», но ничего против не имел. Он ведь тоже хотел посмотреть на племянника Ичиджи.       — На Зоро похож, — выдал Катакури, задумчиво прижимая руку к подбородку. — Прямо один в один.       — Да что ты? Прямо Америку мне открыл, — Ичиджи очень далеко закатил глаза, осторожно двигая руками, чтобы удобнее держать ребёнка.       — Как его зовут? — Катакури задаёт этот вопрос в третий раз. Неужели, у него такая короткая память?       — Я же говорил, что его зовут Кенсукэ! — Ичиджи слегка повысил голос, и испугался, когда Кенсукэ издал недовольный звук и поморщился. Винсмоук перевёл злобный взгляд на улыбающегося Катакури.       — Винсмоук? — интересуется Шарлотта, сощурившись.       — Винсмоук, — подтвердил Ичиджи, кивнув.       Неужто он думал, что Санджи даст ребёнку фамилию Зоро? С какого, интересно, перепуга? Понятное дело, что Зоро отец Кенсукэ, но в его жизни он не участвует. И даже если и будет как-нибудь присутствовать в ней, то Санджи быстрее умрёт, чем согласится дать Кенсукэ фамилию Ророноа.       Прошёл уже месяц после рождения Кенсукэ. Пока что с ним не было никаких проблем. Санджи пытался не жаловаться на жизнь, но, судя по тому, как он устало выглядит — он совершенно забыл о существовании слова «сон». С ребёнком иногда помогала Рэйджу, и то недолго, а сегодня Кенсукэ доверили Ичиджи. Хорошо, что Катакури разрешил с ним на работу прийти. Вообще, Санджи вместе с Рэйджу уехали по очень срочным и важным делам, поэтому у них не было выбора.       Присутствие ребёнка нисколько не мешало считать цифры, да и работы у Ичиджи было не так много. Винсмоук удивился, когда Катакури предложил свою помощь. Конечно же, Ичиджи согласился, потому что одному было и правда сложно справляться. И как только Санджи всё успевает?       — Значит, на следующей неделе уезжаете заграницу? — спрашивает Катакури, читая заявление на отпуск Ичиджи. Винсмоук кивнул, осторожно вытирая кончиком платка остатки детского питания на подбородке Кенсукэ. — Всей семьёй?       — А что, какие-то проблемы? — слегка грубо спрашивает Ичиджи, поднимаясь со стула.       — Нет, никаких, — Катакури пожимает плечами, ставя подпись внизу листа. Он хотел ещё что-то спросить.       Дверь в кабинет резко открылась и в помещение зашёл Зоро, с коробкой каких-то бумаг в руках. Ророноа поставил коробку на край стола Ичиджи и устало вздохнул. Ичиджи пугливо застыл на месте, надеясь на то, что Зоро его не заметит.       — О, Ичиджи, я тебя утром не видел, — Зоро широко улыбнулся, уперевшись локтём на коробку. Катакури молча повернулся к окну, делая вид, что его нет в этой комнате.       Всех удивил громкий детский лепет. Ичиджи мысленно проматерился, а Катакури прыснул от смеха себе в кулак. Зоро удивлённо-вопросительно перевёл взгляд с лица Ичиджи на его руки и ещё больше удивился, заметив синие пелёнки.       — Это что? — спрашивает Ророноа у Катакури, кивая на Ичиджи.       — Ребёнок, — сдерживая смех, ответил Шарлотта.       — Чей? — интересуется Зоро, выгнув бровь. — Твой, что ли?       — Ага, — Катакури честное слово пытался не засмеяться в голос, но вся эта ситуация, и то, как Ичиджи пытается успокоить Кенсукэ... — Ичиджи недавно родил. Теперь воспитываем.       — А, — выдал Зоро, кивнув. — Ладно, — Ророноа перевёл взгляд на Винсмоука. — Дай посмотреть.       — Нет! — воскликнул Ичиджи, сделав шаг назад. Он чуть не упал на задницу, но смог удержать равновесие. Кашлянув, Винсмоук быстро проговорил: — Он спит. Точнее, только что заснул! Да и вообще, ты руки мыл? А вдруг ты заразный? Не надо нам никаких зараз передавать! Так что, кыш-кыш, понял? — Ичиджи помахал тремя пальцами, отгоняя Зоро.       Зоро снова посмотрел на Катакури, который прижался лбом к столу, не сдерживая смеха. Ичиджи фыркнул, прижал Кенсукэ плотнее к груди и быстро подошёл к двери, собираясь уйти.       — Что это с ним? — Зоро вновь вопросительно выгнул бровь.       — Ну, сам понимаешь, материнский инстинкт, всё такое, — Катакури неопределённо машет рукой, вытирая слёзы с глаз.       — Сука, тебе повезло, что у меня руки заняты! — злобно воскликнул Ичиджи возле двери, пытаясь показать Катакури средний палец.       — Не матерись при ребёнке! — Шарлотта снова рассмеялся, когда Ичиджи вышел, громко хлопнув дверью.

***

      Ближе к вечеру вернулся Санджи. Весь запыхавшийся и очень взволнованный. Он очень много раз извинялся перед Ичиджи за задержку и то, что ему пришлось оставить Кенсукэ с ним.       — Прекрати, — Ичиджи положил руку на плечо Санджи и вздохнул. — Я никогда не откажу тебе в помощи. Не переживай ты так.       — Спасибо, — Санджи расслабился и улыбнулся, опуская взгляд на Кенсукэ, который уже пускал слюни во сне.       «Чёрт, он ведь даже спит как Маримо! Ну за что?!» — Санджи страдальчески что-то промычал, счастливо улыбаясь. Даже факт того, что Кенсукэ полностью похож на Зоро, не мог заставить Винсмоука не называть его своим ребёнком. — «Вот как вырастешь, будешь Маримо-младшим.»       — Пойдём, до дома тебя довезу, — Ичиджи похлопал пару раз Санджи по плечу и обошёл его. — Уже поздно и ты наверняка не ел сегодня ничего.       — Да, — Санджи попытался усмехнуться. — Мне некогда было. Приеду домой — сразу поем!       Ичиджи согласно промычал, хотя знал, что Санджи опять забудет поужинать. Старший Винсмоук надеялся, что ему никогда не выпадет шанс познать все «прелести» родителя.