Инверсия

      Возможно, что всё ещё можно исправить, но... Но никто не хочет. Никто кроме Дилана, кажется. И это самое страшное. Шэрон тоже очень беспокоилась, что её друг совсем перестал выходить с ней на связь(а если выходил, то очень редко, да и выглядел он очень тревожно, что больно было на него смотреть и ей, и Дилану). А остальные приняли это как факт. Даже его соседи не обращали на это какого-то внимания! Первые месяца три ещё как-то о нём беспокоились, но сейчас... Но сейчас прошло чуть менее полугода. И всем всё равно. Не может с этим мириться третьекурсник.       Только и делали они, что уговаривали Ло поговорить, но было это безнадёжно, ведь тот лишь отшучивался и быстро уходил, а точнее убегал. То ему кто-то позвонит(что, конечно же, было ложью, ведь связь он совсем перестал поддерживать), то забыл что-то, то просто нужно бежать. И бежать, разумеется, к Эбардо. Даже двое друзей эколога уже опускали руки. А что делать, если тот сам не хочет ничего менять? Какой в этом смысл? Сам Дилан уже устал от этого. Ло ведь не ребёнок, зачем ему за ним бегать? Пусть делает, что хочет... Да...       Дилан даже перестал что-либо говорить другу, когда тот стал приходить уставший до невозможности. Он, вообще, теперь всегда выглядит не очень, постоянно начал зевать, да совсем перестал быть на себя похожим. Он таким стал уже давно. Теперь с ним поговорить в принципе было очень трудно. Он, удивительно, начал приходить в общежитие чаще, но от этого особо не менялось, потому что приходил на ночь глядя, ничего не говорил, только укладывался спать и под утро также исчезал с глаз. Парень даже не выяснял почему тот не с Эбардо, что с ним случилось, почему он не хочет с ним говорить. А какая теперь разница?       Да, Дилана очень это тяготит, но... Нужно ли ему вмешиваться, если Лололошку всё устраивает? Зачем ему это? Он старается сделать вид, что у него просто теперь нет назойливого соседа, что не было их дружбы, не было загадок университета, не было никакого Лололошки... Но вернуться к старой жизни у него совсем не выходит. Всё плохо стало настолько, что он сам уже не может заходить в их комнату общежития. Не может смотреть на кровать соседа. Не может чувствовать этот запах духоты и... Ло. Не может и всё.       Он регулярно смотрит на их переписку, которая раньше была из назойливых и нескончаемых сообщений от Ло, что Дилан пытался игнорировать и блокировал его. А сейчас... Сейчас он скучает по этим временам. Думает о том, что так хотел бы это вернуть... Вернуть любой ценой. Хотел бы дать пощёчину себе из прошлого за то, что не ценил то время. Не ценил того самого Лололошку. Ведь теперь, кажется, никогда не будет также, как и тогда. Смотря на ситуацию, что происходит, он думает, что будет только хуже. Не будет хорошо. А ведь именно это и постоянно ему талдычил Ло: «Да всё будет хорошо, Дил, не переживай!» – он очень хочет, чтобы Ло повторил это сейчас. Снова сказал, что всё будет хорошо. Снова повёл его на какую-нибудь заброшку, чтобы они беззаботно провели там время, прогуливая пары. Снова занялись расследованием. Снова слушали подсказки от Саймона Солуса. Как же он скучает...       От этих воспоминаний режет сердце, а на глазах появляются слёзы. Всё кончено. Всё никогда не будет, как прежде. Всё разрушено. Всё это ещё было понятно в тот день, когда Ло только начал о нём болтать. Почему тогда Дилан не обратил на это должного внимания? Почему? Он бы хотел вернуться в прошлое, всё изменить. Он сам не знает почему, но думает, что это его вина. Его вина в том, что не разул глаза Ло, когда ещё не было поздно... А теперь? А теперь уже ничего нет.       Это конец. Конец ведь?       Дилан только отрывается от монитора ноутбука, как видит, что Лололошка ворвался в комнату. Он громко дышал, опёрся о стену, даже, кажется, не заметил соседа. Ло сейчас был чересчур громким, настолько, что Дилан испуганно дёрнулся, когда услышал удар двери о стену. Третьекурсник с непониманием и большим волнением оглянул Лололошку с ног до головы... Выглядел он, мягко говоря, отвратительно. С Эбардо поссорился?       Взъерошенный был у него вид: он громко дышал, потому что, кажется, с силой пытался ухватить воздух для каждого вдоха. Видимо бежал; он был без своего клетчатого шарфа, что уже резало взгляд, а также и без очков, очень непривычно его было таким видеть; но самое главное, что больше всего бросалось в глаза, так это то, что на лице его красовалась пара ссадин, губа была разбита, даже немного крови было размазано по подбородку. Его толстовка была измазана неясно чем, но также была грязная, как и штаны. Может упал, пока шёл? Или бежал?       Программист, снимает свои наушники, спрашивает у Ло, что случилось, а тот, кажется, только обратил на него внимание. Стал извиняться и вытирать капающую кровь рукавом, только ухудшая ситуацию и размазывая её по лицу сильнее. Он осторожно делает шаг назад. Не ожидал он увидеть в блоке кого-то, совсем не ожидал. Все сейчас на парах, но не Дилан... Вот дубина! Мог бы догадаться, что тот прогуливает... А Карл разве..? Да какая разница. Он уже его видел. Поэтому Лололошка и пытается осторожно ускользнуть.       А нёрд резко хватает его за руку, не давая ему уйти и заглядывая в его красные глаза, которые с недоумением расширяются и смотрят на него. Лололошка силой заставляет себя успокоиться, сжимая кулаки. Он даже дёрнулся, когда его ухватили, чуть не ударил Дилана. А тот, в свою очередь, понял, что парень дрожит. Понял это не сразу, а спустя примерно минуту их молчанки, во время которой они просто пялились друг на друга. Третьекурсник вздыхает, тянет Ло за собой к себе на постель, тот не сопротивляется, кажется, что просто не хочет сопротивляться. Если бы правда хотел удрать, то сделал бы это раньше. Дилан явно будет его физически слабее.       Дил приобнимает Ло за плечи, тихо спрашивая, что произошло. Тот только грустно опустил взгляд, ничего не говоря.       – Ло?       Лололошка запутался, он ничего не понимает. Если ты хочешь людям добра, то почему они не платят тем же в ответ? Почему всё так? Он поплатился за свои розовые линзы в своих очках сердечках. Оказалось, что не все люди такие же как он. Не такие же искренние. Только поздно это он понял.

✮ ✮ ·:*¨༺ ♱✮♱ ༻¨*:· ✮ ✮

Глава вторая: симптомы «ненормальности»

      «Это и есть «любовь»? Та самая, которую все так хаят и лелеют? – с подбородка кровь капает на его белую толстовку, он пытается вытереть, жмурясь и кряхтя, еле-еле перебирая ногами, заходит в общежитие. Нужно дойти до блока, нужно... С болью в ногах поднимается по лестнице на третий этаж, сжимая губы в трубочку, опуская взгляд в пол. Сердце пускает болезненный удар, – Что со мной не так? Проблема ведь во мне, верно? Отчего я не счастлив? А если это и есть счастье?»       Прерываются его мысли болью под рёбрами. На глазах успели показаться слёзы, которые он быстро утёр...       Больно.       Очень больно.       Невыносимо больно.       И не столько больно было ему от того, что худи его стало резко неимоверно тесным и душным, от того, что на лице были видны его новые «подарки» от Эо, от того, что под рёбрами гудело, голова раскалывалась и дышать было тяжело, как от того, что всё это... Никак не оправдывало его ожиданий.       Разве он не должен радоваться, а не сжиматься в комок от боли? Боль означает счастье? Почему же всем это нравится, а ему совсем нет? Почему все готовы порхать на крыльях любви, а он лишь утопает в боли и... Проблема в нём самом?       «Почему я такой? – Лололошка останавливается, перед тем, как открыть дверь в комнату. Он громко и тяжело дышит, пытается не плакать, это получается, но на долго его не хватит. Он измотан. Ло накрывает с головой разочарование и злость... Злость не на Эбардо, не на кого-либо другого, а на самого себя... Потому что он не чувствует «счастья». – Почему? Отчего я такой? Почему мне мерзко?»       Тошно и мерзко ему тоже от никого иного, кроме как от самого себя. Понять бы ему: почему? И вопросов становилось только больше. Его любят, его ценят, им дорожат. И он любит, и он ценит, и он дорожит в ответ. Так где же его заветное счастье? У них с Эбардо всё хорошо, всё замечательно, они такие же, как и все, тот так сам говорит... Все счастливы, а вот он нет? Эо счастлив, а вот он нет... Все кроме него счастливы, а вот он нет... Почему же он такой неправильный?       А что с Шэрон, что с Диланом? Почему они тогда говорят, что это ненормально? Они имеют в виду самого Ло, который не получает нужного удовольствия, или болтают так просто с глупости, у них же отношений нет? А третьего не дано... Но... Как же так выходит? Что с его друзьями... Нет, с ними всё хорошо. Что с ним? Чем больше он пытался об этом думать, то становилось только противней... Оба варианта отстой.       Открывает дверь в комнату, задыхаясь не от бега, а от мыслей в голове, которые только и делали, что давили на него изнутри. От боли можно было лезть на стену. Он был готов просто биться головой об стену, лишь бы только все мысли из нее ушли. Он не выдерживает. И секунду спустя видит перед собой Дилана, на глазах у него то ли волнение, то ли ужас, то ли испуг, а может всё сразу, совсем не ясно. Тем более он плохо видит сейчас, совсем взгляд затуманен.       Лололошка хочет сделать шаг назад, но только спотыкается и снова чувствует боль... Тут же его ухватывают за руку, а мысли снова нагоняют Ло, заводя его в тупик. Они будто пытают его, пытаются у него выведать то, чего он сам не знает, от этого и мучается... Дилан начинает что-то спрашивать, даже пару раз повысил голос, стал ходить из стороны в сторону.       Но Ло не слышит. Ему не до этого. Он только хочет понять, что же с ним не так...       – Завязывай молча втыкать в стену. – Дилан вздыхает, он повторяет ему это не впервые. Это продолжалось уже около получаса. Лололошка снова сложил губы в трубочку и потупил взгляд в пол. Первокурсник всё молчал, никак не реагировал на слова и просьбы Дилана. А тот пытался выболтать из него хоть слово, но было напрасно, он даже успел накинуть на эколога плед и заварить ему чаю, прям как тот любит... Да вот только Ло к нему не притронулся, всё продолжал также сидеть.       Программист хмурится, он садится перед ним на корточки и берёт ладонь Лололошки в свою и сжимает, надеясь, что хоть на это он среагирует. И он реагирует, хоть немного не так, как ожидал Дилан. Мироходец вздрагивает и крепко перехватывает архитектора за запястье и больно ухватывается за него, заставляя парня вскрикнуть. Тут же отстраняется и пугается самого себя:       – Дил! Прости...       – Что, блять, происходит? – такое поведение было даже для «нового» Ло совсем необычным. Дилан потирает место, за которое Лололошка его схватил и понимает, что это было чересчур больно и... быстро. Он даже опомниться не успел. И видно же, что не специально. Раньше эколог никогда так к прикосновениям не относился, даже последние полгода всё хорошо было с этим. Явно же что-то произошло. И, кажется, что произошло сегодня, смотря на вид его соседа.       А Лололошка резко отдёрнул свою руку, сам до конца не понимая, что сделал. Просто испугался... Да... Но ведь Дилан не сделает ему больно? Но почему тогда...       – Ло, да просто скажи! – тут же громкий звук снова приводит парня в чувства.       – Дил, хватит... – звучит это до безумия устало. Так, будто ещё немного и Ло замертво упадёт. Но это так, Дилан гиперболизировал. Хотя, всё же, было похоже, отчего легче не становилось.       – Нет, это ты, Ло, хватит! – нёрд снова начинает ходить кругами, активно жестикулируя, а Ло внимательно наблюдает за ним, вздыхая, – Знаешь, как заебало то, что ты в упор не видишь, какой Эбардо на самом деле-       – Да вижу я!       Мироходец перебивает Дилана и наступает молчание. Третьекурсник сначала вообще в полном непонимании смотрит на Лололошку, подходит к нему ближе и садится рядом, а затем и вовсе вскидывает бровь, пытаясь понять, что тот имеет под этим в виду. Сам Ло неуверенно сжимает простынь в руках, вздыхая, совсем тихо начиная,       – Я... – но так и не завершая, замолкает. – Забей.       Дилан продолжает хранить молчание. Снова оглядывает его с ног до головы, опять-таки замечает его не лучший вид, но... Теперь он всё понял. Он осознал, что же такое случилось, что Лололошка так отреагировал на простое прикосновение. И это осознание давило на его грудную клетку изнутри. Так, что все стенки трещали. Так, что и вздохнуть было тяжело. Так, что сердце замирало... И его тошнило от этого осознания... Не знает даже что на него нашло. Было просто тяжело. Как будто в один момент на его плечи упало столько камней, что они разом взяли и потянули его на дно, сдавливая под своим весом. И эти камни были везде. И внутри него тоже. Они у него в груди застряли, не давая почувствовать облегчение. Только давили.       В моменте ему стало чересчур мерзко. Он даже не знает: его больше блевать тянет или распустить руки и что-то сильно ударить... Или кого-то. Дилан тяжело вздыхает, пытаясь с этим вздохом устранить все камни, скопившиеся внутри, которые продолжали тянуть его за собой. Нёрд встаёт с постели и начинает ходить кругами по комнате, просто молча думая над чем-то. Наверное Ло догадываться о чём, но не уточняет. Он лишь закрывает лицо руками и вжимается в угол кровати, надеясь что сольётся с ней и просто провалится под землю. Ему то ли стыдно, то ли он просто в отчаянии... А может всё сразу? На ум не шло ничего... Столько мыслей кружилось у него в голове, но вместе с этим он ощущал внутри лишь пустоту. Одновременно у него есть всё, но и ничего. Так он себя чувствовал... А Дилана сейчас просто охватывала большая злость... До него, кажется, только сейчас дошло насколько всё плохо. Ну да, только тогда, когда уже поздно... Он, конечно, понимал, что всё складывается как нельзя плохо, но...       – Дил, послушай... – Ло пытается что-то сказать, не может же он просто... Просто продолжать всё это. Да и Дилан не горит желанием. Всё можно решить разговором, так ведь? Они не ссорятся сейчас, но им нужен разговор. Лололошка так чувствует.       – Блять, нет, это ты послушай! – парень правда пытается сохранить самообладание, но выходит очень плохо. Старается не кричать, как минимум потому, что их могут услышать с такими криками в соседнем блоке, а ещё видит, что мироходец явно не в том состоянии, чтобы слушать его оры... Да и он тоже не в том состоянии, чтобы кричать... Просто стоит успокоиться, но как быть в такой ситуации спокойным? – Этот ублюдок...       – Всё нормально. – эколог говорит утверждение, но звучит это настолько неуверенно, что кажется, как будто это вопрос. Он аккуратно встаёт с кровати и пытается приобнять Дилана за плечи, но тот лишь отмахивается от его прикосновений и хватается за голову:       – Всё НЕ нормально! – архитерктор прикусывает губу и понять не может: отчего Ло такой спокойный? Настолько привык к подобным выходкам Эбардо? Нет, нет, быть не может! Что с Лололошкой не так? Лололошка чудной, да, но не конченный! Что же происходит?       – Я всё понимаю, ладно?       – Да нихуя ты не понимаешь! – Дилан со вздохом садится на край постели и поднимает взгляд на соседа. Тот мнётся, стоит и прячет свой взгляд где-то под ногами и не поднимает голову. Всё же досталось ему...       Заявляет, что всё понимает, а на деле! Если бы всё понимал, то сразу бы Эбардо послал... Ну что за горе... Лололошка.       – Что он с тобой сделал?       Ло промолчал.       – Что он с тобой сделал?       И он опять ничего не ответил.       – Что он с тобой сделал...       И комната погрузилась в полную тишину и молчание. Теперь это было не вопросом, а будто криком души. Как будто Дилан уже не спрашивает его о том, что произошло, а уже сам всё читает между строк, отчего печалится.       – Мы... Точнее он... – не успевает первокурсник закончить, как Дилан резко отрезает:       – Ты хотел этого?       – Нет. – сказал почти шёпотом. Поэтому и стыдно. Сам себя разочаровал в том, что идёт на уступки себе в убыток, лишь бы быть «нормальным», но... Разве это есть «счастье»?       Лололошка так и продолжал стоять напротив Дилана, не поднимая глаз с полу, неловко перебирая конец своих рукавов, время от времени прикусывая губу. А программист от этого только больше давит локтями на свои колени, хватаясь за голову, пытаясь всё это понять. Понять и принять. Но никак не складывается это всё в его голове... И единственное, что он может сказать гулом раздаётся по блоку. Разрезает ненавистную ему тишину и пронзает в самое сердце, просто потому, что других слов у него и нет... Никак не может описать, что испытывает.       – Пиздец.       Стало на душе как-то тошно. Дилан что-то ему постоянно тараторил, несколько раз пинал стул, срывался на крик, но адресованный не ему, а скорее ситуации. Налил Ло чаю, шатался по комнате и потирал виски́. Эколог его впервые таким видел. Впервые таким разбитым и рассеянным.       Дилан, Дил, нёрд, самый токсичный чел в универе, токсик, тот самый дотер с седьмого блока и другие его прозвища... даже неважно какие, всегда отзывались у Ло в сердце. И всегда они у него ассоциировались с собранностью, готовностью на всё, если потребуется, помощью независимо от ситуации и планы на любое событие в его жизни, даже пускай тупые и придуманные на ходу... В том-то и была фишка, что план, хоть какой-то, хоть убогий, хоть невозможный, но будет. А сейчас... А сейчас третьекурсник выглядел так убито... Будто волновался за Лололошку даже больше, чем тот сам за себя. Будто знает Лололошку больше, чем тот сам себя. Будто жизнь Лололошки для него важнее, чем для того самого. И парень этого искренне не понимал. Всё это неправильно как-то. Он какой-то неправильный.       – Дил, – Ло прикусывает губу и отводит взгляд в нижний дальний угол, стараясь не смотреть соседу в глаза. А тот наоборот переводит всё своё внимание на друга. Замолкает и полностью разворачивается в его сторону, взглядом пробивая в нём дыру до самой его души, чтобы рассмотреть её. – что со мной не так?       – А что с тобой не так? Башкой тронулся? Так это давно! – Дилан гневно кричит на него, но потом вздыхает, присаживаясь рядом с Ло на кровать, понимая, что немного переборщил.       Весь на нервах программист пытается успокоиться... Слишком ему режет слух это молчание! Неловко ещё и становилось от своих же слов, которые, вроде, сказаны правильно, но... Смотря на ситуацию, казалось, что ни к чему хорошему они не приведут. Но Ло же не ребёнок, чтобы с ним сюсюкаться? Хотя... Если он так нервничает, то как обстоят дела у Лололошки, который вообще как будто от мира оторвался сейчас, только рвано дышит, изредка моргая и пытаясь лишний раз не шевелиться.       Никакие слова не шли на ум архитектору, хоть он и пытался что-то да придумать. Прерывает тишину, на удивление Лололошка, громким вздохом, падая на кровать, принимая более удобную позу. Тут же Дилан думает, что стоит ему что-то сказать, ведь по экологу видно, что он не собирается ничего делать. Совсем ничего.       – Бро, понимаешь... эм... Всё нормально? – Он замолкает, пытаясь вспомнить хоть какие-то слова, которые сейчас лучше всего сказать, но на ум ничего не идёт, ничего нет в голове, будто он резко стал идиотской пустышкой, у который вместо головы воздушный шар. Он лишь продолжал сидеть, прикусывая нижнюю губу.       – Нет. – спустя тягучие и длинные секунды молчания, Лололошка мотает головой, всё также не поднимаясь с постели. – Я не нормальный.       – И схера-ли ты «ненормальный»?       – Почему мне не нравится любить? – он грустно вздыхает, поднимая глаза на друга. Тот хмурится, смотрит ему прямиком в душу.       – Это не любовь потому что.       Дилан цокает и прикрывает от раздражения глаза. Ему реально вбили в голову то, что он ненормальный? И только поэтому он с Эо до сих пор вместе? Или что-то ещё? Одно хуже другого...       – Эбардо вообще любить не умеет. Он даже не человек, а самое настоящее животное... – Дилан делает небольшую паузу, – Хотя, даже животные себя так мерзко не ведут.       – Дил, но ведь...       – Ло, блять, послушай ты меня! – третьекурсник берёт соседа за плечи и несильно их стискивает в своих ладонях. Тот дёргается, даже по телу его проходит рой мурашек, но продолжает молчать. – Не любовь это никакая, тут даже дурка ему не поможет! Он просто уебище, которое играет на твоих чувствах, – Лололошка прикусывает свою губу. Но столько раз же он ему говорил, что любит его, что делает всё ради него и только потому, что любит... И как же так оказывается? И что такое говорит Дилан? – я говорю тебе это в сотый раз, хоть сейчас послушай меня!       – Но ведь...       – Да никаких «но» тут нет и в помине быть не может! – Дилан немного трясёт парня за плечи, отчего тот сразу приходит из своих мыслей в реальность, но тут же возникают у него новые вопросы. Но как же так? Эбардо же любит его, зачем ему лгать?       – Я не понимаю...       – Тебе нравится что ли страдать? – программист с презрением смотрит на Лололошку. Он отпускает его плечи и протяжно вздыхает, вставая с постели и подходя к окну.       Ло ещё некоторое время сидит в такой позе, как оставался во время того, как его держали за плечи, а потом скатывается вниз на кровать по стене и закрывает лицо руками.       – Я не понимаю... ведь это же нормально. – Ло бубнит себе под нос, но этой громкости достаточно для того, чтобы Дилан его услышал. – Почему мне плохо? Ведь... Ведь я... Я не понимаю, – Он обернулся на него, как только улышал всхлипы с его стороны. Лололошка прикусил губу, стараясь сдержать слёзы, которые несли в себе огромную обиду, разочарование. И всё это было адресовано самому Ло. Эта горькая обида на себя за то, что не может наслаждаться «любовью», что не рад ей. Разочарование в себе от того, что он «ненормальный». Да почему же всё опять идёт не так?       – Эй, бро, ну... – Дилан подходит ближе к Лололошке снова, он хочет приобнять его, но видит, что парень явно не в том состоянии. Поэтому он просто присаживается рядом с ним и начинает поглаживать его по плечу, – Лучше поздно, чем никогда, всё ещё можно закончить, слышишь?       – Меня? – он удивлённо смотрит на друга, а тот кривится от его слов.       – С чего ради? – Дилан подливает Ло чаю, садясь рядом с ним, затем вручает ему стакан, цокает и прикусывает губу. – Это Эбардо тебе сказал, что ты «неправильный» или какой там?       – Нет, просто... – парень берёт в руки кружку и делает глоток. Одной он хватает свои волосы и сжимает их в кулаке. – Почему я не счастлив? – Лололошка всё ещё дрожит. он ставит чай на стол, вздыхая, – Почему? Что со мной? – он разводит руками в стороны так резко, что задевает стакан, тот падает на пол, а весь чай выливается на ковёр.       Лололошка жмурится от громкого звука падения, а затем наблюдает, как из-за его неуклюжести разливается жидкость, создавая мокрое пятно на ковре, он вздыхает, неловко поднимаясь с кровати:       – Прости, я уберу.       – Сиди. – Дилан рукой останавливает друга и снова притягивает к себе, приобнимая за плечи. – Ты здесь не причём. Это всё из-за Эбардо, понимаешь?       – Нет? Он же любит меня...– Говорит он ужасно неуверено, сам сомневается в своих же словах, в которые верил на протяжении стольких месяцев!       – А ты его? – перебивает соседа Дилан.       – Наверное... Я уже не знаю, – эколог сжимает в руках толстовку программиста, прикусывая губу.       – А где ты увидел в его действиях любовь? – архитектор ненадолго бросает взгляд на кружку, лежащую на полу, и на сам мокрый пол. А затем вздыхает. – Ты видишь в его действиях любовь?       – Я не знаю... Он говорил же, что любит меня. – Некоторое время Ло молчит, на что Дилан закатывает глаза и немного отодвигает мироходца от себя, чтобы взглянуть ему в глаза.       – «Он сказал мне, что не мошенник» – третьекурсник мотает головой, опускает взгляд, а затем крепче хватается за друга, будто хочет что-то сказать, но молчит. Кажется, что дрожь того даже успела чуть уйти, поэтому Дилан чуть улыбается, понимая, что Ло спокойнее в его объятиях.       Ещё некоторое время раздумывая над своими действиями, Дилан вздыхает. Он одним движением, но достаточно плавно и не резко, чтобы не напугать друга, близится к его лицу. Сам Ло не сопротивляется, но удивлённо смотрит на нёрда, понимая, что их губы соприкасаются. От этой неожиданности Лололошка даже приоткрывает рот, чтобы вздохнуть, но Дилан не пользуется этим, чтобы углубить поцелуй, просто чуть улыбается в него, оставляя небольшой влажный след на губах Лололошки языком, слизывая кровь, отчего же сам краснеет. Внутри разливается что-то тёплое и приятное, что ласкает душу и сводит живот от нежности, которую Дил проявил к Ло. Тот, всё ещё удивлённый всем, ещё некоторое время продолжает бездействовать, но, спустя пару мгновений поддаётся на встречу, отвечая на легкий поцелуй.       – Вот это – любовь. – отстраняясь вздыхает Дилан, а Лололошка хмурится в непонимании, прикасаясь ладонями к своим щекам, понимая, что те горят.