Инверсия

      Дилан смотрит на Лололошку довольно пустым взглядом. Он действительно ничего не выражает, просто наблюдает за своим соседом, который неохотно ест яичницу, приготовленную им. Да, Дил даже немного научился готовить — не может же его друг питаться только фаст-фудом. Лололошка это правда оценил, вот только не знает, как выразить свою благодарность, кроме как потреблением этой пищи, которая то и дело не хочет лезть в его рот. На вкус получилось, действительно, неплохо, и он гордится тем, что программист сам это приготовил. Но… внутренние ощущения совершенно иные — он не хочет есть, желания нет. Голода нет, но вот живот болезненно ноет от нехватки питательных веществ. Хотя, даже если он всё съест, то лучше ему не станет, только будет хуже оттого, что в него насильно затащили еду. Но может ли он отказаться от неё, когда сам Дилан (который готовить от слова совсем не умеет) старался несколько часов ради этой яичницы? Он, конечно, знал, что тот плох в готовке, но чтобы настолько... И что он ради него учился... Это просто для него что-то необычное и странное. Это не что-то кардинальное, но это сделано ради него.       Ради него.       Дилану всегда было плевать на своё питание, если бы не сам Лоло, то он бы никогда и не ел домашней еды. Но ради него он готов научиться готовить эту простую домашнюю еду.       Это так... странно? Нет, это очень приятно. Он особо не обращал на подобные вещи внимание, но сейчас, кладя в рот ещё один кусочек жареного яйца, Лололошка осознаёт то, что действительно много упускал. Только сейчас он понял всё то, что для него делал его друг.       Те обычные, но искренние подарки, простая забота и внимание. И он ведь ещё никогда не прерывал его рассказы, даже если те ему надоедали, не затыкал Ло, а терпеливо слушал, так ещё и оставался в полном внимании. Изредка, но выходил с ним гулять, хоть вообще уже возможно забыл, что такое солнечный свет и свежий воздух. Дилан правда им интересовался. И сейчас не даёт ему просто сгнить в своей постели, слушая музыку и уставившись в потолок. Он помог ему расстаться с Эбардо, не предлагая готовые слова, а просто оставаясь рядом и показывая, что всегда будет поддерживать. И даже тот их поцелуй, который в тот момент показался незначительным и не вызвал каких-либо контрастных чувств, ныне разливается в его сердце теплотой, осознавая, какой он был ненавязчивый и лёгкий, простой и до боли нежный, чересчур приятный, отчего необычный...       А он этого не замечал, скорее принимал как должное. Он был ему благодарен, но никогда это не озвучивал, считая это простыми мелочами с его стороны. Но жизнь и состоит из этих простых, действительно ужасно простых мелочей...       Прикусив губу, Ло смотрит на недоеденную яичницу, которую больше не может заставить себя продолжать есть. В горле застрял неподвижный ком, и Дилан, заметив его состояние, вздыхает.       – Ло, ну ты чего? Можем пойти в комнату, сейчас как раз и Карл проснётся. – Архитектор убирает телефон (на котором давно потух экран) в карман худи и смотрит на настенные часы.       Сам же Лололошка мотает головой. Теперь это его съест изнутри, если не скажет всё сейчас. Идиот? Да, действительно – идиот. Всё это время так сосредоточился на себе и Эбардо, что не обращал внимания на Дилана. На Дилана, который заботился о нём. На Дилана, который им дорожит. На Дилана, которому был всё это время правда нужен.       Лоло сглатывает тягучий ком, засевший внутри, не дающий и вдохнуть, и выдохнуть, болезненный и ненавистный ему. Под ещё некоторое бурчание со стороны Дилана поднимает на него свой взгляд. Довольно разочарованный в самом себе, печальный и огорчённый, но в это же время открытый и искренний, озабоченный чем-то, чего сам третьекурсник не понял.       – Ло? – Не успевает он произнести больше слов, как Лололошка закрывает ему рот рукой, а затем близится и крепко обнимает его.       – Молчи, я просто... – Лололошка прикусывает губу, не зная, как объяснить все свои чувства. Эколог сильнее сжимает толстовку друга на спине и прижимается к нему, а Дилан, всё ещё находясь в состоянии полного недоумения, обнимает его в ответ и продолжает молчать, как ему и было сказано. – Спасибо тебе.       – За что? Я бы не сказал, что эта яичница стоит таких объятий. – Парень усмехается, трепая друга по голове и хмыкая, смотря на остатки еды в тарелке.       – Она бесценна. – Лололошка мотает головой так, будто это очевидная истина, которую сложно оспорить.       – А-а? Ло, ты что несёшь? – Сначала Дилан смеётся, но, взглянув в глаза друга, замолкает, понимая, что тот серьёзно.       – Спасибо тебе за всё, правда, – мироходец недолго молчит, а затем прикрывает глаза и кладёт свою голову на плечо Дилу, выдыхая ему в толстовку и набирая нового воздуха, который пропитан парфюмом программиста. – И прости, что раньше всего этого не замечал. Всё это – бесценно, вся твоя помощь мне.       Дилан не находит слов, чтобы ответить, просто сильнее прижимает к себе друга и улыбается ему в макушку, также прикрывая сонные глаза. Он всё ещё не до конца понимает, о чём тот говорит, но рад тому, что Ло, кажется, стало легче.       «Мы давно не обнимались», – мысль лишь мелькает в его голове, но тут же исчезает, когда Дил слышит звук открывающейся двери.       Лололошка неловко отстраняется, как только понимает, что в общую комнату зашёл Карл с заспанным Чедом, который, потирая глаза, хочет что-то сказать, но зевает с невольной комичностью. Ботаник же уже приоткрывает рот, как сам первокурсник его перебивает:       – Доброе утро.       – А, ну да... Доброе, – охает Карл и всё ещё не знает, как это прокомментировать. – Кстати, Ло, а ты... – но не успевает договорить, видя, что парня уже утаскивает Дилан в их комнату.       – А я говорил, что иногда стоит подольше поспать, – хмыкает Чед под хлопок двери и потягивается. – Салат будешь?

✮ ✮ ·:*¨༺ ♱✮♱ ༻¨*:· ✮ ✮

Глава пятая: Что такое по-настоящему любить?

«Счастье состоит из мелочей, доступных каждому. Нужно научиться их замечать».

@Борис Юрьевич Кригер.

      Погода в последнее время была довольно пасмурной, но в этот день на небе не виднелось ни единого облачка. Шумные деревья шептали о чем-то на ветру, время от времени сбрасывая с себя листву, которую уносил порывистый ветер.       Дилан, неожиданно даже для самого себя, отводил взгляд в сторону. На самом деле он с нетерпением ждал этого момента, даже оделся не в привычную себе мятую толстовку и первые попавшиеся джинсы, а чуть более старательно, чем обычно. Он не уверен, заметил ли это Ло, но даже так он был бы не против, потому что от этого становилось более неловко. Наверное, впервые за долгое время он ощущал лёгкое смущение, но оно было... приятным. Программист в какой-то степени надеялся, что Ло прямо сейчас испытывает похожие чувства, особенно вспоминая недавний случай с этой яичницей.       Сам же эколог немного растерянно поглядывал на Дилана, всё ещё не до конца осознавая, была ли это шутка о свидании или действительно что-то серьёзное. Как только тот ему это предложил, он успел сболтнуть, что надеется на что-то большее, но сам Дил, к сожалению, так и не ответил. Лололошка, в принципе, не изменил своего мнения, но хотел бы узнать, что думает о всей этой ситуации его друг. Поэтому, пытаясь заглянуть в его глаза и прочитать там хоть какой-то ответ, Ло шёл за ним следом.       А шёл куда? Впрочем, не важно.       Они медленно бродили сначала по паркам, где виднелись живописные аллеи, а затем уже вышли куда-то в центр, осматривая различные магазины. Наслаждаясь свежим воздухом и весенними цветами, распускающимися вокруг, Ло успел расслабиться, наверное, также как и Дилан. Он не мог вспомнить, когда они в последний раз гуляли именно так, оставаясь наедине друг с другом, даже несмотря на толпы людей вокруг... Они почти не разговаривали, лишь делили одни наушники и, иногда путаясь в проводах, слушали музыку. Хоть и казалось, что каждый из них чувствовал себя немного скованно от непривычки, всё равно это завораживало.       – Знаешь, я этого ждал, – Ло удивлённо повернул голову в сторону Дилана, чуть не выдернув наушник. Тот, в свою очередь, легко улыбнулся, отведя взгляд в дальний нижний угол.       – Этого? – парень чуть улыбнулся. Он не скажет, что ждал их «свидания», скорее больше надеялся на то, что оно вообще совершится. Но... он, наверное, разделяет чувства Дилана.       – Тебя. – Отрезает третьекурсник. Тут же Лололошка останавливается, изумлённо понимая, что речь вовсе не о свидании, а о нём... Дилан же тоже замирает, смотрит ему прямо в глаза, не отрываясь, будто ждёт чего-то.       «Меня...» – только губы слегка двигаются, даже шёпота не слышно. Но даже так Дилан всё понимает и кивает в ответ Ло, который только пробует это на вкус и пытается прочувствовать это ощущение.       – Да. Тебя. – Мироходец пару секунд ещё находится в некотором недоумении, но затем, со вздохом, улыбается и берёт Дилана за руку.       «Дождался». – Одновременно у обоих проносится в голове. И ведь действительно – дождался.       В поле зрения попал довольно популярный «Океан», и Дилан, потянув Лололошку за собой, повёл его в кафе. Тот неспешно последовал за ним, поправляя второй рукой свой шарф, натягивая его выше, пытаясь спрятать слегка розовые щёки.       Хоть Ло и успел абстрагироваться от всего того груза, который ранее давил на него, в этот момент он поймал себя на мысли: правильно ли он поступает? Ему всегда казалось, что при расставании люди должны чувствовать лишь боль и страдание, а быстро найти себе нового партнёра — это ужасно. Однако сейчас он испытывал странное счастье. И да, он действительно считает, что уже нашёл человека, с которым хочет быть.       – Дилан… – шёпотом произносит он, словно впервые услышал это имя. В последнее время оно обретало новые и новые оттенки, хотя казалось, что в его палитре цветов не осталось вовсе, что все они иссякли... Теперь, когда он думает о Дилане, он больше не может сказать: «Это мой сосед и друг!» – он для него что-то большее, что-то радостное и даже тёплое. Каждый раз он вызывает в его душе волну эмоций, забываемых ранее. Всё в нём стало казаться особенным, каждое воспоминание — ярким и значимым, как будто каждое мгновение ждало своего часа, чтобы засиять другими красками.       Программист только краем уха слышит своё имя, но оборачивается, хоть и думает, что ему послышалось. Лололошка сжимает его ладонь крепче и, стоя у стойки с меню, ярко ему улыбается. Дил узнаёт в этой улыбке ту самую, уже такую приевшуюся, но вместе с этим такую недосягаемую, потерянную, ту самую, которую он не видел последние полгода, радость. Он узнал за этой улыбкой того самого Ло. Своего Ло.       Не в силах оторвать взгляд от него самостоятельно, Дилан оборачивается только после протяжного вздоха баристы. Мироходец отводит взгляд в пол, но всё ещё не может скрыть свою радость: на лице его осталась лёгкая улыбка, от которой сердце начинало бешено колотиться. Чем больше он размышлял о причине этого чувства, тем шире становилась улыбка, вызывая в нём сначала неловкость. Но как только они оказались вдвоём за столиком, его сердце наполнилось теплотой и нежностью, и всё остальное ушло на второй план.       – Если честно, то я мечтал снова тебя таким увидеть, – хмыкает Дилан и отпивает кофе, всё не отводя взгляд от Лоло, отчего тот только больше убеждается в подлинности его слов.       – Я такой болван, знаешь? – Дилан кивает, вздыхает Ло, и Дилан не может сдержать улыбку, которая невольно и мгновенно возникает при взгляде на соседа, особенно когда он такой... Такой радостный.       – Ну да, ещё какой. – Он одним пальцем чуть пододвигает тарелку с десертом в сторону Лололошки. Ло, хоть и понимает намёк, но не задерживает свой взгляд на еде и на пару секунд.       – Я такой счастливый сейчас. – Сидели они рядом, а не напротив друг друга, так как столик был угловой. Эколог пододвинулся ближе к другу, чувствуя некоторое замешательство с его стороны. На секунду замер, но затем Дилан сам приобнял Ло одной рукой, притягивая к себе. – С тобой.       – Ты не поверишь, какой я, – вздыхает нёрд, опуская свой взгляд на их столик. Но Лололошка не позволяет ему рассмотреть его фактуру: кладёт ладонь на его щёку и приподнимает смущённое лицо, улыбаясь. Совсем тихо, едва шевеля губами, признаётся:       – Люблю тебя.       Дилан со вздохом прикрывает глаза, когда это слышит. Лололошка же путает это с каким-то то ли разочарованием, то ли отказом, поэтому решает всё прояснить.       – Это не какое-то кратковременное забвение, и это не способ заменить Эбардо, – парень выпрямляется, так напряжение неспешно, но начинает покидать его тело. Дил смотрит на него как-то странно, отчего самому Лоло становится не по себе. Очень неуютно. Этот взгляд будто сковывает его, но он находит в себе силы закончить. – Я... Я правда люблю тебя.       – Я и с первого раза понял, Ло, – улыбается программист, расслабляясь и кладя голову на чужое плечо. – Просто... Это, кажется, было настолько очевидно, что тут и без признаний всё ясно.       Лололошка просто кивает, осознавая, к чему тот ведёт. Всё будто рукой сняло, поэтому он выдыхает, смотря на нетронутые угощения, ждущие их. На самом деле он и голодным вовсе не был. Наверное, просто не хотел, чтобы они прогулялись и вернулись в общагу, это было бы... Слишком тоскливо. Просто хотел подольше побыть на, так называемом, свидании? Да, вероятно. Дилан же, скорее всего, это и так понимал, отчего они ещё взяли лишь по чашечке кофе и одному пирожному?       – Я тебя тоже. – не успевает первокурсник положить в рот и кусочка сладости, как снова поднимает взгляд на соседа, но вот тот на него – нет, отворачиваясь в сторону окна, допивает свой кофе. Лололошка лишь слабо выдыхает, чувствуя, что аппетита по-прежнему нет, но в животе всё расцветает.       И, всё же, хоть кажется, что он уже всё сказал по этому поводу, Ло понимает всё в полной мере только сейчас. Дилан и вправду не Эбардо. Дилан не тот, кто возится с Лололошкой из-за какого-то прокса. Дилан не тот, кому плевать на его чувства. Дилан не тот, кто готов нанести ему еще пару моральных, а может физических, травм. Дилан вовсе не такой. И прямо сейчас, когда он вглядывается в чужие, но родные, как свои собственные, голубые глаза, Ло осознаёт что такое по-настоящему «любить».