Убьёт?

— Я через полчаса ухожу, — объявил Экубо. Рейген сидел на диване, полусонно колупая палочками последние ошмётки омлета с овощами. Услышав о планах своего с-недавних-пор-больше-чем-соседа, только промычал невнятное согласие и продолжил заниматься омлетом. Экубо, обиженный недостатком интереса, ответил на незаданный вопрос сам: — Шигео и Рицу позвали меня прогуляться на гору. Я отлично знаю те места… — А… замечательно, — зевнул Рейген. Потом секунду помедлил и поднял блаженно блестящие глаза, улыбаясь самой мутной из своих улыбок. — Не убей их там. На старшенького у меня ещё большие планы… да и младшенький на кое-какие деньги сойдёт. — Ты ещё руки потри, злодей, — ухмыльнулся Экубо. — Заняты. — Рейген продемонстрировал палочки и тарелку. — Да шучу я, шучу… Экубо снисходительно покачался из стороны в сторону, пока он занимал рот остатками завтрака. Вот какое у него настроение… Ленивое и размягчённое настолько, что даже шутки не острятся. Ему позволительно, у него выходной. — О, и ещё. Экубо… — М? Рейген вытер губы рукавом и повторил: — Экубо… Обычно следом за этим звучала просьба, или приказ, или сразу гневный вопль — Экубо привык ко всякому развитию событий и ничто не заставило бы его вздрогнуть. Но оказалось, что нет ничего более жуткого, чем звуки его собственного имени, звенящие в гулкой тишине изоляции и соударяющиеся друг о друга… Рейген довершил симфонию безмолвия, многозначительно наклонив голову к плечу. Экубо не смог разобрать ни одного из многих значений и сказал: — Спасибо, что помнишь моё имя. И улизнул, пытаясь сделать вид, что у него ещё остались срочные дела в крошечной и простой как дважды два квартире. Рейген отправился мыть посуду. Может быть, на горе правда стоило бы быть поосторожнее, особенно с двумя совсем ещё зелёными пацанами… Экубо даже включил компьютер, собираясь найти карту местности и освежить память, но бросил эту затею на полпути. Он — многовековое существо, которое много раз прочёсывало метафорическим гребнем эту гору и жарило вполне реальные шашлыки из всей мелюзги, что попадалась на пути. Ему такие глупости не нужны. Покосившись на часы, он вернулся на кухню, к звону тарелок и плеску воды. Может, ещё удастся завязать разговор в эти бессмысленные двадцать минут до отправления, которые болтаются, как полглотка газировки на донышке стаканчика, и ни туда ни сюда… — Знаешь, у меня немало историй есть об этой горе, — сказал Экубо, колыхаясь рядом с Рейгеном: неподалёку, но на достаточном расстоянии, чтобы не попасть под мыльные брызги, если разгильдяйское чувство юмора снова решит разыграться. — А ещё я могу принести тебе сувенир. — Он прикинул, что за достопримечательности они посетят. — Тебе нравятся кедровые шишки? Рейген повернулся к нему. И Экубо успел заметить, что на долю секунды на его губах мелькнула тонкая и поразительно острая для сегодняшнего утра улыбка. — Экубо. На этот раз звуки имени, прорезавшиеся отчётливо даже сквозь шум воды, прозвучали по-настоящему устрашающе… Возможно, так казалось лишь потому, что именно в этот момент в руках у Рейгена оказался нож. Но Экубо вдруг обнаружил себя на ещё более дальней дистанции, чем прежде. — Ладно, никаких шишек… — проворчал он. Он забыл о чём-то? Колючий блеск лезвия кое-что освежал в памяти: почти неделю назад Рейген ел конфеты перед экраном компьютера, и фантики от них не отправились прямиком в мусорную корзину по единственной причине: Экубо было скучно, и он стал лепить из них «осьминожиков». У него просто есть эта привычка, занимать руки какой-то мнущейся ерундой… привычка, которую Рейген вообще-то считает милой, хоть и не говорит об этом вслух. Но Экубо обещал убрать те фантики. Похоже, настало время… Пока он в два захода таскал мусор к корзине, Рейген вернулся в комнату, завалился на диван и достал телефон. По тому, как дёргались его руки при нажатии на клавиши, Экубо понял: играет в тетрис… Весьма безобидная игра. Он сказал с некоторой осторожностью: — Ну, мне пора… Рейген ткнул на паузу и поднял глаза. Такой тяжёлый, испытующий взгляд… И теперь, когда он заговорил, его голос звучал мягко, тягуче, почти напевно. — Экубо… Экубо пробрало так глубоко, что он почувствовал: вот-вот его оболочка сама собой скрутится в осьминожку. Они совсем недавно смотрели фильм-триллер, и местный маньяк там почти в такой же манере говорил… Нет, Рейген, конечно, в маньяка не превратился, однако он для чего-то дразнит Экубо. Тыкает то в бок, то в лоб, то в сердце, пока тот не лопнет… И он не выдержал и сделал предупредительный хлопок: — Ты можешь использовать нормальные слова, а? — Неа. Использовать слова — это моя работа. Не хочу заниматься работой в выходной. Ну что же это такое?.. Выходной… Неужели он ревнует? Не хочет из дома отпускать? Из их маленький тесной идиллии, которая не так уж и часто случается. Экубо вздохнул: мог вообще-то и раньше предупредить его о поездке… — Рейген, ну я обещал им пойти… если хочешь, я вернусь раньше, посмотрим ещё фильм. «Только не про маньяков», — добавил он про себя. — Что? — Рейген удивлённо вскинул брови. — Возвращайся когда хочешь. Я не об этом. Он приподнялся на постели, опираясь на локоть, а Экубо чувствовал, что теряет последние связи с реальностью. Хорошо хоть Шигео будет неподалёку: провернуть ту штуку с воронкой будет проще. Рейген всё-таки маньяк… — Экубо… — прошептал он совсем тихо. — Что?.. Экубо машинально тоже понизил голос и спустился поближе к Рейгену, притягиваемый тайнами, которые крылись в его шёпоте. Рейген чуть качнулся вперёд — и отступил. Экубо колыхнулся. Вправо, влево… Рейген примерялся, будто кобра, готовая к броску: искал уязвимое место. А Экубо, его загипнотизированная пташка, оказался совсем близко. И Рейген бросился… прижал его… его щёку — к своим губам. Всё-таки нашёл самое уязвимое, мишень — красную, беззащитную, чувствительную. Экубо пробрала волна дрожи, и он развеялся бы — но поцелуй держал его слишком плотно. Наконец, Рейген отстранился и посмотрел на него с нежной улыбкой, провожающей в счастливую дорогу. Экубо хлопал ресницами. — Блин, мужик, я думал, ты меня убить хочешь! — воскликнул он наконец. Рейген самодовольно усмехнулся и отгородил ладонью его последние пути к отступлению. — А, убийственная акция, — хмыкнул он. — Два по цене одного? Конечно, Экубо согласился: как тут откажешься… Подставил Рейгену вторую мишень. Поцелуй получился даже крепче и точнее предыдущего. — Ты невыносим… — рассмеялся Экубо. Его рука скользнула вдоль лукавой улыбки Рейгена и сорвалась с его подбородка. Возможно, должно было случиться что-то ещё, но Экубо, ощущая себя полностью заряженным на приключения, мчался на свободу. — Всё, не думай про работу! — крикнул он. — Отдыхай… Рейген послушно рухнул обратно на кровать и широко, демонстративно зевнул: у него проблем точно не будет. Экубо успел только чмокнуть губами по воздуху, прежде чем вырвался из квартиры. Но зато теперь он точно решил, что вернётся пораньше и обеспечит отдохнувшему Рейгену что-нибудь намного более вещественное в качестве подарка.