Lost of my life.

      Нужно, чтобы каждый день, будь он даже серым и пасмурным, случалось что-нибудь прекрасное.

Вечером я часто спрашиваю себя: что прекрасного было у тебя сегодня?

И должен заметить: каким бы тягостным ни был день, все же маленький солнечный зайчик всегда показывается.

— Эрих Мария Ремарк

            Мистик Фоллс всегда был городом, который точно призывал к себе все сверхъестественное. Именно здесь зародились первородные, и по сей день обитают вампиры. Суть лишь в том, что даже когда в городе наступило мирное время, вскоре сюда все равно вернулись братья Сальваторе, что вновь влюбились в двойника. Настолько их история глупа и всем понятна, что не хочется акцентировать на ней внимание.        Но есть еще одна любовная линия, которая внесла свою лепту во весь этот длинный и разношерстный рассказ. Она странная, с такими же непонятными поворотами, но все равно имеет свой определенный шарм. Ее особенность состоит в том, что герои к финалу разобьют вам сердца.

***

      Я не особо люблю переезжать. Честно говоря, я чертовски это ненавижу. Потому что каждый раз, когда устраиваюсь на новом месте, сразу же расставляю свой бесконечный хлам везде, где только можно. Все мои свечи, гирлянды, что завешивают где-то семьдесят процентов квартиры и ковры, в которых тонут ноги, оставляют очень мало пространства для проживающего в квартире. Но это то, что меня действительно устраивает. Никакого пустого пространства и звенящей страшной тишины. Этого страха мне хватает в собственной голове. Окружающее пространство должно заполнять пустоту внутри. Кто-то может посчитать меня странной, но, прожив двести с хвостиком лет на этой земле, я действительно уверена в том, чего хочу от этой жизни. Я именно тот человек, что будет танцевать на барной стойке в стеклышко пьяным, но до пяти утра точно приведу свое пьяное тело домой и лягу под мягкий плед. Будучи абсолютно неадекватной, но знающей, что если что смогу себя обезопасить.       Когда то давно, когда я была шестнадцатилетней дурочкой, сбежавшей из дома и, почувствовав себя самостоятельной, я чуть не спалила пол деревни от одной ярости, что бурлила в венах. Я настолько испугалась этого, что бежала домой так же быстро, как и убегала. Никто из моей семьи и не догадывался, что пожар случился из-за меня. Матушка даже не догадывалась о существовании магии, а отец был слишком серьезным и вечно ворчливым, что бы иметь хоть представление о ведьмах. Не было никого, кто бы объяснил мне, куда девать этот постоянный комок ярости, гниющий внутри. Позже я узнала, что такого вообще не должно быть и я, вроде как, какая-то поломанная ведьма с кучей проблем.       Правда, спустя года, у меня все же получилось сбежать и тогда для меня действительно открылся мир. Я случайным образом узнала о вампирах, и один из них поведал мне секреты ведьм. Рассказал к кому можно обратиться от его имени и указал, куда лезть не надо и кого опасаться в мире мертвых. Он показался мне немного странным, может, он и вовсе хотел мною перекусить, но после что-то его отвлекло и, отвернувшись на секунду, я его больше не видела. До сих пор надеюсь, что мне просто попался вампир джентльмен. Существуют ли такие вообще? На тот момент я знала слишком мало, чтоб рассуждать. Сейчас, зная практически всех первородных, я понимаю, что в этом жестоком мире нужно уметь находить выгоду только для себя. Когда между тобой стена и очередной голодный хищник, стоит начать рассуждать о том, что ему можно предложить.       Но моя изюминка в том, что мне действительно есть что предложить. Моя куча проблем оказалась моим якорем для выживания. Когда погибли мои родители, и прошло более двадцати лет, я поняла, что совсем не старею и это стало открытием. Это настолько поразило меня, что я стала слишком шумной. Объездила абсурдное количество стран, в каждой из которых посетила как минимум один бар. После прошло еще десять лет, и моя жизнь стала превращаться в бесконечную петлю странных перемен. В тысячу девятьсот двадцать втором году я познакомилась со Стефаном Сальваторе в Чикаго. Мы гуляли с ним всю ночь по звездному городу, и он рассказывал мне про одну блондинку. Девушку, что, похоже, захватила его сердце. Он говорил про то, как они проводили время с ней и с ее старшим братом. Рассказывал, не прекращая, про вампиров. Ведал ей истории интереснее тех, что когда-то рассказывал неизвестный вампир.       Лишь позже, по прошествии многих лет, я узнала, что той блондинкой была Ребекка Майклсон, а ее братом - Клаус Майклсон. И осознав, насколько тогда я была близка к самому страшному, это покоробило меня.       Я считаю первородных слишком проблемными, потому не хочу иметь с ними абсолютно никаких дел. Однажды это уже чуть не убило меня, так что испытывать судьбу совсем не имею желания. С ними приходят одни нежелательные потери, которых хотелось бы избежать. И хотя мне сейчас нечего терять, моя жизнь когда-нибудь точно закончится, а имея с ними дела, это точно случиться от руки Майклсонов.       Я помню, что в начале говорила про осуждение переездов, но сейчас сама направляюсь обратно в Мистик Фоллс.        Мы со Стефаном раз в несколько лет поддерживаем связь. Это обычно какие-нибудь кризисы, когда нам обязательно нужна помощь друг друга. И в этот раз его голос показался мне таким же безэмоциональным как тогда в Чикаго. И я знаю все его проблемы так же, как и он мои. А значит, что-то подкосило его настолько, что Потрошитель снова взял верх над его сознанием, и мне хватило этого, что бы сорваться из моего укромного уголка в другом конце страны и приехать к нему, дабы вправить мозги. Ведь сейчас нет Лекси, которая обычно этим занималась.       Всё, что сказал мне этот слабоумный по телефону, так это то, что ему нужен мой кулон, подаренный им же в нашу вторую встречу. Тогда он был в своем адекватном состоянии и сказал, что так ему будет спокойнее. Он так же поведал, что это кулон его бывшей и тогда я поперхнулась кофе и долго приходила в себя, потому что знаю, кто такая Катерина Петрова и не сильно уж то она мне и нравится.       Я понятия не имела, зачем ему эта побрякушка с вербеной внутри, я уже и забыла причину на самом деле, потому что ехала в этот богом забытый город только чтобы выполнить долг лучшего друга. Хотя и не была уверена, что мы таковы друг другу. Просто верю в то, что Стефан воспринимает меня точно так же, как и я его. Хотя кому вообще это важно, учитывая то, что скорее всего он меня переживёт.       Я сворачиваю на главную дорогу и уже вижу надпись «Добро пожаловать в Мистик Фоллс». Сказать честно, что-то внутри напрягается, и я чувствую странное предчувствие. Не человеческое, а ведьмовское, и меня начинает это раздражать. Уже заезжая в город я пишу Сальваторе и спрашиваю, куда лучше подъехать. Он отвечает спустя минуту, просто скинув адрес, и я направляюсь прямо по нему, хотя ориентировочно знаю, где и что находиться в Мистик Фоллс. Просто последнее мое нахождение здесь было слишком давно. Я паркую машину рядом с огромным особняком и, выходя из машины, оглядываю участок. Все вокруг уже покрылось желтыми листьями, и лето давно уступило осени.       Я не успеваю постучать в дверь, как ее открывают, и я вижу на пороге знакомую улыбку. – Я тебя уже заждался. – Произносит Стефан и я, бросив сумку с вещами на пол, иду обнимать его, потому что только сейчас понимаю, как скучала.       Он поднимает меня и кружит вокруг своей оси, на что я негромко смеюсь и говорю поставить меня на землю. – Ты сумасшедший. – Говорю, продолжая улыбаться, и прохожу в дом, совсем забывая про сумку, но повернувшись к Стефану, вижу ее у него на плече. – Спасибо. – Благодарю и смотрю, как Сальваторе ставит мои вещи на диван, а сам идет к бару. – Ну, я жду объяснений. – Настойчиво смотрю на мужчину и складываю руки на груди. Стефан словно ведет себя как обычно, но я вижу, как он нервно смотрит на часы и замечаю, как резко берет телефон в руки, когда приходит уведомление. – Каких? – Лишь спрашивает он в ответ и ухмыляется, а после продолжает: – Хватит вести себя как зануда, Скар. Может ты расскажешь что нового? Как там мир вне Мистик Фоллса? – Он откровенно переводит тему и я начинаю закипать, но решаю ответить. – Ничего нового не было, пока ты не позвонил со своей странной просьбой. Ты можешь объясниться или мне самой все узнавать? – Продолжаю напирать, пытаясь выяснить хоть что-нибудь. – С нашего последнего разговора много чего поменялось, Скарлетт, и мне действительно кажется, что ты меня убьешь, если узнаешь, ради чего я тебя сюда позвал. – Он делает глоток виски, а после жмуриться.       Я громко выдыхаю, снова осматриваюсь, пытаясь за что-то уцепиться и не взорвать Стефану голову. Он начинает меня бесить. Все эти загадки и дурацкое предчувствие выводит меня из себя. Весь этот город выводит меня из себя, хотя с моего приезда прошло пол часа. И мне срочно нужен адекватный Стефан, который не пьет виски на завтрак, а кушает белочек и вечно записывает что-то в своем дневнике. Уместно ли слово вечно в отношении вампиров? Не знаю. Это все слишком абсурдно.        Я чертыхаюсь, смотрю на мужчину напротив и мысленно покрываю матом всю следующую ситуацию. Видел бог, я не хотела этого делать. Мне пришлось.        Я медленно и шепотом начинаю произносить заклинание раз за разом. Ладони раскрылись в направлении Стефана, и колдовство слетало с губ как мантра, а потом я увидела его боль. Стефан уперся руками в столешницу и начал мне что-то кричать, просить остановиться. Но я продолжала заставлять его включить человечность. – Сделай это, Стефан. – Я чувствую, как по губе скатывается кровь и понимаю, что что-то не так. – Я не могу, это не было моим желанием. – Кричит он, сжимая голову руками и опускаясь на пол.       Я не верю в его слова, продолжаю шептать заклинание и чувствую, как сама теряю сознание. Чувствую, как что-то блокирует мне доступ к его переключателю. Я не могу, переселись это внушение, потому что оно старше меня. Человек, заставивший его сделать это, был старше меня в сотни раз. У меня не было возможности превысить этот запрет.       Я резко сжимаю кулаки, перестаю шептать и, падая на колени, упираюсь кулаками в пол, потому что не успеваю их разжать. Я пытаюсь отдышаться и упираюсь ладонями в колени, все еще сидя на полу. – Какого черта, Стефан? – Произношу я и поднимаю на него глаза. Он стоит напротив и протягивает салфетку. Я беру ее и вытираю кровь с лица. – Это я и попытаюсь сейчас объяснить. Только давай больше без твоих ведьмовских выкидонов. – Говорит мужчина и поднимает меня за руку, а после садит на диван.       Я убираю кровь с лица, привожу себя в порядок и теперь моя очередь идти к бару. Я наливаю себе красного вина, и жду когда Стефан начнет. Только проблема в том, что когда он только открывает рот, распахивается дверь и в доме резко появляется неизвестный мне мужчина. – Что же так долго, Стефан, у тебя истекло время. – Ухмыляясь, говорит он, а потом замечает меня.