Развод

      Весь день взрослые были какие-то нервные.       Кшиштоф нарастающее напряжение чувствовал, но виду не подавал, не желая усугублять ситуацию.       Вчера Жираф чуть не забыл его на стройке, на которой, по скромному мнению мальчика, было ужасно скучно. Не только потому что он не понимал ничего в чертежах, но ещё и потому, что даже помогать его звали редко. Банальное «подай-принеси» было всего пару раз за день.       — Кшиштоф, — прокашлявшись ото сна, позвал Модди. — Не хочешь сегодня у Виверны остаться?       Мальчик изумлённо захлопал глазами, не понимая, о ком идёт речь.       — Ну рыженькая такая, с цветочками на руке — попытался объяснить Жираф.       — Виви?       — Ага       — Хочу! — радостно воскликнул мальчик, завиляв хвостом.       — Вот и славно, тогда завтракаем и собираемся. Это всех касается. — говорит Пугод, подсаживаясь за стол с кружками кофе – для них троих и одной с чаем для сына.

***

      — Веди себя хорошо и не бедокурь, — попровляя ворот детской рубашки, сказал Пугод. — Виверна, тебе точно не тяжело будет за ним приглядеть? Думаю, ещё не поздно спросить кого-то..       — Нет-нет, всё в полном порядке! Я уверена, что мы отлично проведём время, да, Кшиштоф?       — Да!       — Ну, отлично тогда, — Пугод напоследок потрепал ребёнка по голове и поцеловал в макушку.       У Виверны на базе было весело – много мест, куда сходить и где побегать, да и сама она была только рада поиграть с Кшиштофом во всякие прятки и догонялки. Она даже предложила научить его читать! И не ругала, когда не получалось!       Кшиштофа в принципе мало кто мог позволить себе ругать – даже Пугод долго сердиться на него не мог – но такая милая мелочь очень понравилась мальчику.       Ближе к вечеру, правда, боевой настрой немного спал, да и сам Кшиштоф за день набегался, напрыгался, что в сон уже клонило, однако он стойко терпел, не закрывая глаз и дожидаясь родителей. Только вот... на часах уже десять вечера, а за ним так никто и не приходит.       — Виви? — вопросительно косится на девушку Кшиштоф.       — Давай я тебя отведу? Наверное мальчики просто заработались и очень устали, а предупредить забыли. Ты же сможешь собрать чуток сил, чтобы дойти домой? — с явным вызовом в голосе, спросила рыжеволосая. Мальчик довольно усмехнулся, резво вскакивая с кресла и направляясь к входной двери.

***

      Когда на пороге появляется недовольный Жираф, Кшиштоф сперва радуется, что слова Вивиерны оказались правдой.       — О Господи, Ви, секунду! — гибрид резко оборачивается и кричит в кухню. — Модди, какого чёрта ты не забрал Кшиштофа!?       Мальчика поражает этот тон, он его впервые слышит. Обычно, даже если папы и ругались, то это всегда был более мягкий тон, да и мирились они через секунду буквально.       — Так ты же должен был его забрать? — с кухни выходит недовольный растрёпанный Модди и облокачивается на дверной косяк.       — Я тебе написал, что задержусь! Ты чат вообще читаешь!?       — Ты думаешь, ты один мне пишешь? Как я должен среди всей этой кучи именно твоё сообщение увидеть?       — О Господи, это тупое оправдание, Модди!       — Пап...— зовёт Кшиштоф, привлекая к себе внимание. — Не ругайся       Модди тяжело вздыхает, подходя к сыну и присаживаясь на корточки.       — Извини, что не забрали тебя, путешественник. Ты не сильно расстроился? — гладя ребёнка по голове. Кшиштоф мотает головой, ластясь к руке.       — Я тогда пожалуй пойду, — говорит Виверна, отпуская руку мальчика. — Пока-пока, Кшиштоф!       — До свидания, тётя Виви!       — Пойдём-ка спать, ты умаялся поди за день, — предлагает Чат, поднимая ребёнка на руки.       — Модди, не думай, что так легко отделаешься. — фырчит Жираф, складывая руки на груди.       — Хорошо, хорошо, — бывший жнец, тянется поцеловать мужа в щёку, однако от него уклоняются. — Я...я в спальне буду.       — Пап, — зовёт Кшиштоф. — Ругаетесь?       — Нет, что ты, — улыбается Модди, гладя сына по голове. — Просто Жираф устал, вот и пыхчит, всё хорошо. — Чат целует мальчика в лоб, поднимаясь с кровати. — Спокойной ночи.

***

      На следующей день его отводят к Веназару, вновь не объясняя причину. Однако помня, как весело было вчера, Кшиштоф жаловаться не собирался, молча шагая по пятам за Жирафом.       — Так, не шкодь, не бесись и Венику проблем не доставляй, договорились? — хихикает Жираф. Кшиштоф согласно кивает и обнимает отца на последок.       — Отдыхай и не пыхчи, — говорит Кшиштоф. Жираф неоднозначно кивает и улетает на элитрах.       — Ну что, Кшиштоф, скажи-ка, ты любишь цветы?       — Да!       — Отлично, тогда думаю, ты захочешь посмотреть на мой завод с цветочками! Что скажешь?       Мальчик довольно кивает и топает за старшим, разглядывая чужую базу снаружи.       В первую половину дня Кшиштоф изучает создание красителей, виды цветов и то, как за ними ухаживать. «Дядя Веня» не настаивал, лишь предлагал что-то рассказать, а любопытный мальчонка только и рад ходить да кивать на все вопросы.       После незамысловатого, но сытного обеда, Кшиштоф заваливается на диванчик на маленькой кухоньке и краем глаза замечает какую-то книжку на полке.       — Можно? — пальцем указывая на заинтересовавший предмет, спрашивает мальчик.       — Ты про книжку? Думаю Клеш не будет против, — усмехается Веназар. — Ты читать что-ли уже умеешь?       — Немного, тётя Виви научила! — гордо заявляет Кшиштоф, забирая с полки заветную книжонку.       История занятная, но для детского мозга не совсем понятная – героиня вроде счастлива со своим возлюбленным, однако ближе к середине книги, она уже несчастна и хочет подавать на развод.       Развод       Слово такое... странное.       Кшиштоф озадаченно хлопает глазами и подходит к занятому созданием красителя Веназару.       — Дядя Веня, — мальчик одёргивает блондина за рукав рубашки. — А «развод», что значит?       — А? — Веник не сразу понимает вопрос, поэтому смотрит, на то слово, на которое Кшиштоф указывает пальцем. — А, это. Ну, бывает у взрослых так, что они сначала влюбляются, женятся, а потом понимают, что разлюбили, — отвечает якудза, продолжая перетирать василёк. — Поэтому и разводятся.       — А ругаются?       — Ещё как, — отставляя миску, говорит блондин. — А ты чего так за это слово зацепился?       Кшиштоф на это лишь мотает головой, мол, не важно, однако над словами старшего задумывается.       Вечером за ним приходит до ужаса помятый Пугод, на пару с Клешем.       — Выглядишь ужасно, друг. — говорит Веназар, оглядывая Пакета с ног до головы.       — Да эти проекты умотали просто. У меня даже времени на семью не остаётся, просто ужас! — заявляет Пугод, уставше тычась в плечо блондина. — Веназар, спаси меня. — хнычет шляпник.       — Если бы я мог, — грустно усмехается якудза, ободряюще хлопая друга по плечу.       — Веник, не хочешь сегодня пр'огуляться? — спрашивает заглянувший на кухню Рейк.       — Надо же, чем это я обязан, что сам Клеш Рейк зовёт меня на свидание? — хихикает Веназар, вгоняя парня в краску. — Хочу конечно, только давай Пугода с Кшиштофом проводим.       Пугод всё тычится в плечо блондина, надеясь найти в нём спасения. Однако, когда к нему подбегает Кшиштоф, включается резервная батарейка и шляпник резво подхватывает сына на руки.       — Ну, как бы сильно мне не хотелось у тебя остаться, Веник, нам с Кшиштофом пора. — нежно потрепав ребенка по голове, сказал Пугод.       — Давай, удачи тебе. — напоследок улыбается Веник, и его улыбку подхватывает Пугод.       Кшиштоф всё это видит, видит и в голове галочкой помечает, как первые звоночки. В книжке Клеша было что-то похожее, там тоже девушка с другими парнями вела себя более мило, чем со своим супругом. Однако выводы делать пока что рано.       По приходу домой, на базу Модди, его сразу отправляют умываться и спать, потому что уже поздно.       Направляясь в комнату, Кшиштоф слышит какие-то перешёптывания из кухни. Осторожно подкрадывается и прижимается к стене, происходящее он не видит, однако теперь можно разобрать разговор.       — Я тоже думаю, что это было ошибкой, — басисто выдыхает Модди. — Мы только ругаться больше начали.       — Да и на Кшиштофа это явно негативно влияет, — поддерживает его мысль Пугод.       — Тогда в течение недели всё подготавливаем, а там уже видно будет, — потягиваясь, кряхтит Жираф. — И я наконец-то отосплюсь нормально, а то меня это уже доканывать начало.       Мальчик оседает на пол, переваривая услышанное. В маленькой голове всплывают предыдущие звоночки и картинка становится абсолютно ясна, однако от этого ещё хуже становится. Папы разводятся.       — Кшиштоф? — вышедший из кухни Модди пугает мальчишку. — Ты чего не спишь ещё? Опять монстры мешают?       Кшиштоф запоздало мотает головой и шустро убегает в свою комнату, закрывая дверь. Чат смотрит непонимающе, однако только пожимает плечами и уходит в ванну.       На стенах детской на кнопках висят рисунки – вон Кшиштоф впервые пошёл на охоту с Модди и Жирафом. Он тогда, конечно, никого не словил, зато грибов набрал, чему был очень рад Пугод. А вот и, кстати, быстрые попытки запечатлеть красивые постройки Пепеленда, на который его привёл шляпник. Все тогда вокруг них крутились, желая познакомится с Кшиштофом и поздравляли Пугода с замужеством. А вот и рисунок свадьбы. Нарисован он, конечно, был на следующий день, но тем не менее растрогал родителей, от чего и был самым любимым в коллекции маленького гибрида.       Сейчас при одном только взгляде на эти рисунки на глазах наворачивались слёзы. Ну почему? Всё же так хорошо было! И папы любили друг друга и счастливы были, разве нет? Что случилось такого, что довело аж до развода??       С этими вопросами Кшиштоф ворочается всю ночь, засыпая только под утро. В восемь тридцать звонит будильник и в комнату заходит Пугод.       — Кшиштоф, вставай, — нежно потрепав спящего сына, сказал шляпник. Кшиштоф ели как разлепил глаза, сонно смотря на Пакета.       — Соня, — усмехнулся шляпник, потрепав мальчика по голове. — Умывайся и собирайся. Нео ждать навряд ли станет.       — Сегодня опять? — грустно спрашивает ребёнок.       — Не расстраивайся, если всё пойдёт по плану, то уже в выходные мы с тобой печеньки в виде лягушек и яблок испечём, идёт?       Кшиштоф хочет уточнить, почему они вдвоем, однако вспоминая вчерашние размышления, ответ находится сам и мальчик лишь грустно кивает.

***

      — Папы разводятся, — заявляет Кшиштоф, сидя на одном из сундуков на складе.       — С чего вдруг такие выводы? — оборачивается архангел, смотря на мальчика, что весь день и так ходил унылый, а сейчас так совсем поник.       — Ругаются часто. Вчера слышал, что всё ошибка. — отвечает гибрид, поджимая ноги ближе к себе.       Нео молчит, пытаясь сопоставить сказанное Кшиштофом с тем, что он сам про Надзирателей знает, однако связи нет никакой.       — А ты уверен, что все правильно услышал? — спросил ангел, присаживаясь рядом с мальчиком и приобнимая его за плечо. — Я может и могу чего-то не знать, но твоих родителей я знаю хорошо. Я никогда не видел, чтобы Жираф так расцветал в чей-либо компании, как с Модди и Пугодом. Он их однозначно любит, любит и тебя. Сомневаюсь, что у них есть поводы разводится.       — А если?       — А если бы да кабы, на носу растут грибы, — усмехнулся Нео, тыкнув Кшиштофа в нос. — Ну...если вдруг твои догадки и окажутся верны, мы можем поочередно каждому подсыпать редстоуна в чай. Что скажешь?       Мальчик прыскает, смеётся и обнимает старшего, чувствуя, как тревога сходит на нет.       Вечером, за ним неожиданно приходит Жираф. Он хоть и слова Нео не говорит, однако явно рад забирать сына. Дома царит необычайно спокойная и приятная атмосфера, что в последние дни стало редкостью.       — Мы верну-у-улись! — радостно тянет Жираф, снимая накидку и оставляя её в коридоре.       — Ну наконец-то! Давайте за стол, а то Модди уже потихоньку начинает меня есть.       — Как!? И со мной не поделиться!?       — О нет, мои мужья хотят меня слопать, что делать? — наигранно изумляется Пугод, театрально вскидывая руку ко лбу.       Кшиштоф чувствует во всей этой идиллии какой-то подвох, поэтому расслабиться не получается, даже когда он уже сидит и буравит пустую тарелку взглядом.       — Кшиштоф, — зовёт Модди. — Нам нужно с тобой поговорить.       Мальчик дёргается, поднимет взгляд на родителей и примерно понимает, о чем таком с ним собираются говорить. Так вот в чём подвох.       — Понимаешь, мы- Чату не дают договорить, Кшиштоф резко хлопает ладошками по столу и смотрит так испуганно, что пугаются уже взрослые.       — Не разводитесь! — выпаливает Кшиштоф, чувствуя как по щеке начинают течь слёзы. — Дядя Нео сказал, любите друг друга, значит не разводитесь! А то... А то! — его перебивает собственное шмыганье носом.       Пугод сразу же берёт салфетку, поднося к лицу ребенка.       — Кто тебе такую глупость сказал, что мы разводимся? — спрашивает Пакет, гладя сына по спине, в надежде успокоить.       — Я так и знал, что нельзя его с Нео оставлять! — возмущается Жираф, однако его в бок толкает Модди, и он стихает.       — П-папа Модди и п-папа Жираф ругались, — хныча объясняет мальчик. — А а потом ты и дядя Веня..в Книжке написано, раз-разводятся, если ругаются и с дру-другими...       — О Господи, — вздыхает Моддичат, не то облегчённо, не то наоборот, с досадой. — Кшиштоф, мы не разводимся. У нас и в мыслях не было, ты что?       Кшиштоф всё ещё хнычет, не понимая, почему его так пытаются успокоить, вместо того, чтобы сказать всё, как есть.       — Н-но..вы сказали, это была ошибка       — Речь шла про набранные проекты, — объясняет Пакет, приобнимая сына за плечи. — Дядя Нео правильно всё сказал. Мы любим друг друга и никакие ссоры это не изменят. — он целует ребёнка в висок. — И тебя мы тоже очень-очень любим.       К ним присоединяется Жираф, подойдя сзади стула и сгребая обоих в объятия, целуя сына в затылок.       — Весь в Жирафа с его надумыванием, — хихикает Модди, поглаживая мальчика по плечу.       — Эй!       Пугод с этого тоже невольно хихикает, выпрямляясь и чмокая Жирафа в щёку. Тот бурчит обиженно, для вида, но сразу же смеётся в ответ.       — Точно не разводится? — спрашивает Кшиштоф, утирая солёные капли с глаз.       — Ни за что, — отвечает Жираф, вновь чмокая сына в затылок. — Всё хорошо, Кшиштоф. Мы покончим к выходным с этими проектами и будет получше.       — Обещаешь? — мальчик поднимает голову, вместе с рукой, на которой отогнут мизинец.       — Обещаю, — улыбается Жираф, сплетая мизинцы.