Залечу твои порезы

Глаза невольно открываются, сейчас ночь, я чувствую это, поднимаю взгляд и взору предстает мироходец ,вернувшийся "креветкой" уснул в сидячем положении. Я передвигаюсь тихо и едва касаюсь чужого плеча , на что он вздрагивает и сжимается сильней, синие глаза открываются быстро, сразу переместившись на мою руку—нарушительницу чужого покоя. —прости—тихое и глухое, он отворачивается и принимает более свободное положение. Я все еще сонный и уставший, но ты волнуешься больше, такой реакции раньше не было, что с тобой делали, Ло? Касаюсь руками щек, взяв лицо ладошками, поглаживаю не хилую ссадину большим пальцем невесомо , не помню чтобы ранее сияющие глаза отдающие сине-голубым блеском, были такими пустыми и потерянными как сейчас. —ты ранен? —не хочу спрашивать то что действительно хочется, знаю отмахнешься, переведешь тему или соврешь , я помню, что ты не любишь говорить о собственном самочувствии, но хотя бы ранения не скроешь? —все нормально не волнуйся —снова эта улыбка, но сейчас, ты выдавливаешь и фальшивишь слишком ясно. Хочу проверить, касаюсь рукой левой лопатки осторожно, но уже чувствую мелкую дрожь, что пытаешься скрыть всеми силами, как и тихое шипение . —притворяться долго будешь? Я тебя сейчас самолично заставлю каждую ранку показывать —тон наигранно недовольный, отчасти шутливый, но я правда недоволен. —я не притворяюсь—упрямый баран, хватаю под локоть и тащу в ванную, там вроде лежала аптечка. —снимай кофту и футболку —говорю обыденно рыская по полкам в поисках коробки с красным крестом на крышке, ты слушаешься ведь я слышу шорох одежды сзади, аптечка тоже найдена, проверяю содержимое беглым взглядом и все-таки поворачиваюсь к тебе. Глаза цепляются за старые шрамы их много, а много ли было таких ситуаций раньше? Но царапин много, как и синяков , больше всего выделяется гематома на животе. Царапины не очень глубокие, и уже покрылись корочкой, но замечаю блеск.. Это осколок стекла? Тянусь ближе, и правда небольшой кусочек. —Иди сюда —я расщепляю сознание снова, в поисках обработки подобного, промываю рану теплой водой, и после пытаюсь вытащить осколок пинцетом, ты шипишь и жмуришься, не хочу причинять боль, но и оставлять это —здесь ,нельзя. Стеклышко выходит из кожаного плена и быстрым движением отправляется в мусорку. —ты как? —спрашиваю не надеясь на правду —херово. Такие слова да и от лололошки? Удивительно, понял что скрывать уже смысла нет? Остальная обработка проходит молча, я лишь поливаю перекисью ранки, где поглубже—бинтую . Аптечка возвращается на законное место, ты одеваешься, но молчишь опираясь на стенку. Два шага и я рядом, притягиваю, обхватываю руками, прижимаю голову к груди, утыкаясь носом в взлохмаченные волосы . Я не хочу говорить, да и нечего, лучше не станет, мы оба понимает сложившуюся ситуацию, хорошо не будет, как минимум до тех пор пока тебя ищут, в город тебе в любом случае возвращаться в ближайшее время не стоит, мироходец. Ты обнимаешь в ответ обвив руками, образовав некое кольцо. До рассвета еще пара часов, нужно идти спать. *** Ты ведёшь меня назад к дивану, чтоб не идти далеко , глаза слипаются, раны все еще побаливают, но думаю завтра станет легче. Поверхность серого дивана, место куда усаживаешь , меня все ещё потряхивает, слишком много событий. Страшно, столкнуться с мафией вновь, уверен —убьют на месте. А безопасно ли здесь? И как там Ричард? Что Дилан сказал ему и говорил ли в принципе? А что теперь с персиком? А Ричард точно потянет снимать комнату за 1500 v в сутки? Я снова прибавил другим проблем? Ло Что? Откуда это? И кто... —лололошка, черт возьми! —Дилан, видимо я задумался, черт, снова я доставляю другим лишь переживания. —Да.. —голос хриплый, неубедительный, я не смотрю в чужие глаза, намеренно отвожу взгляд. —ты снова дрожишь, все ок? —напрягаю тело и вжимаясь в серую поверхность, лишь бы дрожь не была заметна, на вопрос лишь киваю. Твой взгляд недоверчивый, ищет правды? Удачи отыскать что-то в этом океане, я не могу достать все камни со дна, а тебе и пытаться не стоит. Вздыхаешь громко и шумно, тянешь за собой, откидываясь на спину, я лежу теперь на тебе, головой где-то в районе правого плеча, ты обнимаешь крепко, но мне не больно. Я чувствую себя под куполом, с тобой безопасно, я верю. Глаза слипаются напоминая об усталости, накопившейся за это время, я почти не шевелюсь, но твое дыхание слышу четко, не только слышу, но и вслушиваюсь. Автоматов то же способны дышать? Удивительно, как и весь ты, Дилан.