La ansiedad por un ser querido es una tortura dolorosa
5 августа 2024 г., 15:05
Поздний зимний вечер заносил промышленные районы Хэнфорта снегом - холодный ветер бил снежинками в окна домов и предприятий, в некоторых из которых всё ещё горел тёплый свет. Протирая стакан из-под красного вина в тёмном, но уютном баре, где играл приятный уху джаз, Джуди со стороны наблюдала за разговором Санчеза и Джона-Лошки, что, судя по взгляду того из-под очков и мимики, на которую Диего будто не обращал внимания, неоднозначно относился к этому заданию... В общем-то как и она. Вместо привычного внешнего вида Джона, спокойного, почти хладнокровного, чьё лицо выражало большую часть времени безразличие, уверенность и в какой-то степени расслабленный пофигизм, иногда с этой лёгкой ухмылкой, в полутьме почти пустого бара было видно слабое напряжение и беспокойство - Ло перебирал свои пальцы в задумчивом жесте, с места, где стояла Джуди, она видела то, как глаза парня скользили по его ладоням и столешнице, пока он слушал Диего. Это ускользнуло от внимания Диего, но вот внимательная барменша не упустила это из виду.
Когда Диего уже вышел из бара с несколькими своими ребятами, оставляя "Джона" за столом, Джуди сначала внимательно осмотрела единственного на данный момент посетителя, а после, отставив бокал, что так усердно протирала, на стол, решив подозвав Лололошку к себе:
– Хей, compañero.., – парень действительно вздрогнул, услышав голос девушки, но, встав, без вопросов подошёл к барной стойке, опустив одну из рук на столешницу, глядя с интересом, выжидающе, – Мы вроде как до этого нормально общались, поэтому... Ничего же, если я попрошу тебя присмотреть за Диего, чтобы с ним ничего не случилось. У меня плохое предчувствие по поводу этого вечера... Синьор Санчез сегодня может быть... Слишком невнимательным и легкомысленным. Думаю, с этим не будет слишком больших проблем, Джон? Я пойму, если откажешься, но для меня... Для всей мафии и в частности для этой встречи очень важно.
Сказать честно - этот вечер действительно был важным. Ло серьёзно думал о том, что именно сегодня, во время сделки, и стоит сдать Санчеза, написать Марло о том, где будет проходить всё действо, вот же, на руках и время, и адрес, и Дилан поможет если что... Но вот всё равно что-то внутри, уж называется оно голос разума или просто плохое предчувствие, говорило, что стоит ещё немного подумать. Не смотря на то, что это была практически идеальная возможность, в груди раненой птицей билась тревога. Что-то было не так, и это заметил не он один, так что любые дальнейшие порывы написать своему "другу" он решил на корню пресекать, пока руки не тянулись за телефоном. Марло в последнее время что-то темнил и, как ему показал Солус, они с Евсеем встречались и обсуждали что-то, а Санчез... Санчез, кажется, не темнил, если не считать той проверки, когда Ло положил большую часть группы, что охраняла загородный дом Диего, но тут уж ничего не поделаешь - это была действительно важная проверка, во время которой Лололошка до самого конца думал, что это действительно серьёзное задание, а не какая-то обманка.
– Без проблем, Джуди. Мне тоже показалось, что сегодня стоит быть настороже. Не думаю, чтобы мне это сложно.
Даже не смотря на то, что Дилан настаивал на том, чтобы не откладывать написание сообщения для Марло ещё до начала встречи, Ло всё же настоял на том, чтобы тот придержал коней и подключился к телефону через аудио. В таком случае шатен смог бы подать ему знак того, что всё же стоит отослать сообщение, обозначив, что сказать нужно будет фразу "мне нужно будет встретиться с другом", на что Дилан с большим трудом согласился. Не сразу, но убедить его получилось. Время уже было позднее, так что пришлось поторопиться, чтобы добраться до того загородного клочка земли, адрес которого ему дал Санчез, и Лололошка, спрятав телефон во внутренний карман после просмотра карты местности, и направившись по улице к выходу из города.
× × ×
Ближе к половине двенадцатого ночи Джуди ненадолго вышла из бара чтобы подышать свежим морозным воздухом, как только снегопад немного уменьшился. Облокотившись спиной о стену у входа "для своих", блондинка сильнее кутаясь в тёплый тёмно-оливковый пуховик, когда увидела, как по одной из улиц совсем рядом с баром в сторону выезда из города пронёсся целый конвой полицейских машин, без звуковых сигналов и без мигалок, что заставило девушку напрячься. Чего уж говорить - её сердце ёкнуло и пропустило удар, когда пришло понимание того, что ехали они как раз в сторону того места, где в эту ночь должен был проворачивать дело Диего. Рука тут же потянулась в карман за телефоном, но, как бы это не было глупо, его она забыла в баре, на одной из полок под барной стойкой, решив позже поставить его на зарядку. Быстро спустившись к своему рабочему месту, чувствуя поднимающуюся где-то внутри панику. Вроде как и не было причин беспокоиться, они могли ехать в пригородный частный сектор, но в голове красной лампочкой горела только одна мысль: едут эти полицейские именно к Диего. Едут, и, если схватят, то прикончат на месте. Не помня точно, куда она в начале вечера кинула телефон, девушка быстро шарит ладонью по полкам между мелкими вещами, что они туда складировали - пара пустых и одна полупустая бутылка со слабо газированной водой, упаковка таблеток эмегеста, налгезин, обрез, пистолет, упаковка с пулями, дубликат ключей, блок любимых сигарет Диего, что она держала на всякий случай, помня, как этот идиот любит забывать о том, что выкурил последнюю из собственной, и, наконец, телефон, перевёрнутый экраном вниз, закинутый достаточно далеко. Разряженный под чистую, совсем не включающийся, не смотря на то, что когда Джуди клала его туда, на нём было ещё около 13% заряда. – Блять, – вырывается нервно, хрипло, едва слышно в давящей тишине пустого бара, в который с момента уезда Санчеза со "свитой" так никто и не зашёл. Джуди срывается с места и, уже не скрывая от самой себя то, что беспокойство начало захватывать тело, проникая под кожу и сжимая горло будто железными тисками, хватает с пола свою сумку, открыв её и начав копаться в поисках зарядки, вывернув всё её содержимое на барную стойку. Всё же найдя зарядное устройство, блондинка ставит телефон на зарядку, сев на стул и начав дожидаться того, что он включится. Аппарат тупит, глючит, не сразу реагирует на подключение к зарядке, следующие десять минут не включается, а паника уже больно колет сердце. Когда в дрожащих руках Джуди телефон всё же включился, та быстро набрала простенький пятизначный пароль, она тут же зашла в контакты, торопливо пролистав до номера Санчеза, прижав телефон к уху, но стало только хуже - как только раздался звуковой сигнал и женский голос сказал "Абонент временно недоступен, перезвоните позже", в животе что-то зашевелилось, задвигались, а к горлу подкатил ком. Во рту всё в мгновение пересохло, когда она, едва перебирая пальцами, набрала ещё один номер. А после ещё один, и ещё... В итоге ни один из набранных номеров не ответили. Часть были недоступны, по ним просто не проходили звонки, а вторая часть спустя минуту-полторы оканчивались "Истекло время ожидания, оставьте сообщение после звукового сигнала". Из лёгких будто выкачали весь воздух, перед глазами начало плыть, весь мир поплыл, и, если бы Джуди не сидела на барном стуле, то, наверное, свалилась бы на пол и вряд-ли поднялась бы без чужой помощи - болезненный узел тревоги и паники в груди дёргался, словно живое существо, скользящее ледяными щупальцами ужаса в груди девушки, не давая ей сделать ни одного глубокого вдоха. Тишина бара заставляла девушку тонуть в своих мыслях и липком, скользком, отвратительном ужасе, в лёгкие будто насильно залили воду, или, того хуже, жидкий бетон, пыль от которого мешала дышать почти так же сильно, как и страх. Страх не за провал миссии, не за то, что после того, как закончится облава в ангаре, то полицейские приедут именно сюда, в бар, а за своего босса. Плевать ей было на остальных членов банды, но вот за жизнь Диего сердце блондинки болело - сжималось, обливалось кровью, горело адским огнём. Как бы она не отрицала этого при "чужих", то есть при ком угодно из банды, кого Джуди или Санчез не считали достаточно близкими, она отрицала любые чувства к Диего, на самом деле у неё было обилие тёплых чувств к нему. Да, Диего шутил, как настоящий придурок, иногда слишком напивался, флиртуя с Джуди и, о чём она узнала не сразу, только с Джуди, однажды даже так напился, что пообещал жениться на ней, отвешивал умопомрачительные комплименты, часто на испанском, что было даже мило, а ещё... А ещё был ну уж очень хорош в сексе. Да, кто бы что не говорил, что эти двое никогда не будут в отношениях из-за стервозной натуры Джуди, но спали они друг с другом часто и во всех смыслах. Самым интимным в их общении Джуди считала даже не сам процесс, и даже не следующую за ним ночь в объятиях мафиози, а то, как с утра он заботливо готовил ей завтрак, делал чай, практически сразу запомнив, что девушка не слишком любит кофе, нежно целовал, обнимая со спины покрытыми шрамами, потёртыми ладонями, опуская их на живот и слегка прижимая к грудной клетке, прижимаясь щекой, покрытой короткой, колкой щетиной, к задней части шеи своей сотрудницы, сонно, но от того не менее решительно проникая пальцами под пижаму той, поглаживая живот и талию. Такие моменты особенно грели в холодные осенние и зимние дни, и эти же моменты, всплывающие сейчас в сознании Джуди, вызывали одновременно физическую и психологическую боль, что накатывала на девушку, словно неминуемое стихийное бедствие. Да, Диего был сильным, он всегда выбирался сухим из воды, у него всё было схвачено и подвязано, но если эти полицейские были связаны с Марло Брэндо, что ненавидел и презирал Санчеза, то была слишком велика вероятность того, что Диего могут убить. Мысли Джуди, смотря на всё это, стают уж слишком неутешительными. Всё тело дрожит, будто её со всей силы удалили в живот, давление на грудную клетку и глотку подходит к черте, и Джуди, срываясь с места, бежит в уборную, где её всё же тошнит. Ноги подкашиваются, нервное напряжение вызывают ещё один приступ тошноты, отдышаться от этого удачного ощущения никак не получается. Накручивать себя у Джуди получалось отлично, поскольку она прекрасно понимала, что могут сделать с её боссом кучка подкупных полицейских, давно желающих не просто запрятать Санчеза за решётку, а убить - с особым наслаждением, с особой жестокостью. После того, как её вырвало уже в третий раз, и ужин полностью вышел из организма девушки, та наконец-то может вдохнуть полной грудью - эти вдохи были мерзкими и обжигающими лёгкие, но без них Джуди просто грохнулась бы в обморок, в чём она была уверена. – Что же это за херня такая... Чёртов Диего, придурок, если ты там сдохнешь, то я... Кх, нихера я не сделаю... А ведь за своими мыслями она даже не заметила того, как на глазах выступили слёзы, небольшими жемчужными капельками скатываясь по красным от напряжения и нервов щекам, капая на рубашку. Да уж, выглядела она со стороны, наверное, отвратно. Пришлось сделать две или три попытки встать на ноги. Нужно было пойти к барной стойке, достать таки таблетки эмегеста, запить их бутылкой с водой и подыскать каких-то таблеток успокоительного. Вместо них, конечно, хотелось использовать сигареты, но не в её положении было их брать - даже если бы она вытащила сигарету, то не смогла бы зажечь её, в дрожащих руках просто не могла нормально держаться зажигалка. Опустившись за барную стойку, Джуди дрожащими руками вытащила светло-розовую упаковку таблеток от тошноты, не сразу открыв бутылку воды, ещё и выронила из рук чёртову таблетку. В таком состоянии она даже не могла нормально думать о чём-то кроме того, что сегодняшняя ночь может жёстко поменять жизнь всей банды Санчеза, в том числе и самой Джуди. Как на зло взгляд тёмных карих глаз девушки упал на минималистичное помолвочное кольцо, надетое на безымянный палец, слабо блестевшее в мягком освещении бара. От одного его вида снова начинало мутить, что заставило барменшу поджать губы и скривиться. У неё было ужасное предчувствие, от которого невозможно было избавиться. Джуди казалось, что её лёгкие сейчас обжигал каждый вдох, хотелось умыться и успокоиться, но сил на это не было. Руки тряслись, словно их раньше времени тронул тремор, казалось, что ещё немного, и блондинистые волосы будут частично покрыты сединой, нервы на пару с гормонами шалили и били по голове, перед глазами плыло и темнело, тяжесть в груди заставила согнуться в три погибели, опустив голову на сложенные на барной стойке руки. Из груди вырвался сдавленный всхлип, из глаз закапали слёзы, но несколько долгих минут со слезами закончились неожиданным и коротким, но очень приятным успокоением, что дало девушке возможность отдышаться и, поднявшись к общему входу в бар, закрыть его, повесив табличку о том, что сегодня бар не работает. Не смотря на то, что через некоторое время Джуди уже немного взяла себя в руки, и тогда смогла немного попить воды, сжимая стакан в дрожащей ладони, пальцы которой были бледными, от них очень быстро отлила кровь, что однозначно не было хорошим знаком. Если так подумать, если честно и без лукавства, когда на телефон поступил звонок с номера одного из парней Санчеза, то от души у Джуди отлегло: она взяла телефон в руки и поспешно ответила на звонок, прижав телефон у уху, однако вместо весёлого голоса молодого парня, что был у неё в баре уже завсегдатаем, услышала его тяжёлое дыхание и звуки ломающихся веток под его ногами. От этих звуков внизу живота что-то грузно упало, словно в желудок упал камень. – Камиль... Что, чёрт возьми, происходит? Собственный хриплый от нервов и долгого молчания кажется абсолютно чужим, но Джуди это игнорирует. Где-то в стороне слышится выстрел, крик и мат на испанском, от которого сжимается что-то в груди. Парень чертыхается себе под нос, ускоряет бег и, судя по звукам, перепрыгивает то ли овраг, то ли поваленное дерево, ненадолго дёрнулся в сторону, обернувшись через плечо, чтобы на что-то посмотреть, после чего вернулся к телефону, говоря не слишком громко, сипло, что усугубляло звучание. – Всё хреново, Ви, чертовски хреново! На нас совершили облаву - часть ребят схватили, нескольких пристрелили, а я... Мы... Мы с ещё двумя парнями сбежали, но, кажется, одного из них тоже подстрелили... Ви, не езжай сюда, пожалуйста, вызови подмогу для ребят. За мной тоже бегут, я не смогу долго от них удирать. От каждого следующего слова к камню на душе словно добавлялись килограммы, было сложно даже подумать о том, скольких из их ребят уже положили... И скольких ещё решат положить. – Что с боссом? – Он был в амбаре, я не видел, что с ним, но я слышал оттуда выстрелы, думаю, чт— Голос Камиля прервался громким выстрелом, и телефон вместе с его телом упали на холодную землю, что скрыла устройство, упавшее, видимо, лицевой стороной на сухую траву, под небольшой покров листьев, ибо как она поняла позже - его не заметили. Джуди практически физически ощущала то, как из груди парня вырывались сгустки крови - скорее всего пуля, имеющая свойство к разрыву, попала прямиком в лёгкое, и по звукам, громким и ужасно близким, словно они происходили у неё прямо над ухом, Камиль, кажется, пытался ещё двигаться, выбиваясь из сил. Не смотря на то, что Джуди очень хотела оторвать телефон от уха, она сразу после выстрела застыла на месте, как олень в свете фар. Ни убрать телефон, ни сбросить вызов, ни сказать хоть что-либо. Девушка могла только молча слушать, прекрасно понимая, что парень уже не жилец. За ним следовали копы с явным намерением убить, в него уже попали, и выжить ему явно не дадут. По звукам он ненадолго затих, кашляя и с отвратным бульканьем выплёвывая кровь, но снова начал двигаться, хаотично двигая руками по земле, когда послышались приближающиеся шаги. – Кончай с ним и давай возвращаться. Труп оттаскивать не будем, просто скинем геолокацию тем, кто будет собирать то, что останется. Ответа не последовало, но вместо него послышался взвод курка и выстрел, от которого мафиози вскрикнул, перестав двигаться после нескольких мучительно длительных секунд едва слышного дыхания, что довольно быстро затихло, а после очередной взвод курка, для, насколько Джуди поняла, контрольного выстрела - в голову. Так делали их люди, чтобы убедиться, что человек мёртв, но подобного копирования от полиции барменша не ожидала. Выключить вызов, когда в трубке перестали слышаться какие-либо звуки кроме ветра и шелеста травы, получилось тоже не сразу, онемевший палец, что до этого крепко сжимал телефон в ладони, попал по иконке отбоя вызова только с третьего или четвёртого раза, до этого успев нажать на другие кнопки, но Джуди было плевать. Подозрения по поводу того, что её босс уже не вернётся с каждым мгновением продолжали расти, и девушка едва не промахнулась, когда клала телефон на стойку, почти выронив его их похолодевших рук, в последний момент успев выровнять движение и отодвинуть звонилку от края, упираясь в столешницу ладонями по обоим сторонам от себя, пытаясь понять, действительно ли тело начало неметь вместе с языком, или это просто разум играет с ней, заставляя чувствовать себя именно так. В любом случае, после десятка секунд такого стояния всё же пришлось сползти на барный стул, потому что в противном случае начало накатывать желание опуститься на пол и выпустить все эмоции истерикой, чего устраивать нельзя было. Не сейчас. Место страха и паники Джуди позволила выйти гневу: руки, только отошедшие от онемения и ещё немного болящие от холода, снова схватили телефон, и то, что сделала девушка, было больше похоже на настоящую ддос-атаку, поскольку девушка начала активно звонить всем, кто так или иначе мог выйти из дома в этот вечер и поехать за город. И Ви действительно была готова потратить все деньги на телефоне, всю ночь, чтобы хоть кто-то откликнуться на этот призыв. Но всей ночи не понадобилось, оказывается - только пять или шесть повторяющихся звонков, на один из которых всё же ответил, пусть и сонным, недовольным голосом, но ответил. – Ви, у тебя, должно быть, есть охренеть какая важная причина, чтобы поднять меня насколько поздно в первый же мой выходной в Новый Год... Мануэль, один из парней Санчеза, что неплохо держатся в рядах мафии, кажется, не собираясь так легко умирать, как это делали некоторые, и неплохо находящий выходы из тех ситуаций, в которых кто угодно другой разобрался бы немного хуже, а может и умер бы, что не мог не отметить Диего, время от времени приберегая такого "ценного сотрудника" от обычной грязной работы. Да, он не был так хорош, как тот же Джон, но когда большинство людей меняется, как перчатки, держать под рукой пару-тройку достаточно лояльных людей, что неплохи и в работе, и в общении, которым Диего так же дорожил, это важное дело. – Мануэль, а ну быстро поднял свою задницу с кровати, собрался, забрал где-нибудь по дороге кучку наших и готовьтесь к выезду за город. У босса там проблемы, при чём проблемы с полицией и проблемы большие, потому что нескольких наших уже убили, включая Камиля, – судя по звукам, после чего, как мафиози вскочил из лежачего положения в сидячее у него что-то громко опрокинулось на пол, с гулким "хряск" ударившись о паркет, но парень, видимо, не спешил его поднимать, – Координаты я тебе скину, зацепи пушку, лучше две, и парочку наших, кто не боится перестрелки. Только постарайся как можно быстрее. – Я понял. Ответ был коротким, и Мануэль, отключившись, вновь оставил Джуди в тишине. Ещё один глубокий вдох и барменша, сделав ещё глоток воды из бутылки, чтобы немного успокоить свои нервы, она открыла мессенджер, найдя нужный номер и скинув геолокацию. Если бы Диего чуть меньше ей доверил, или если бы он забыл отправить ей сообщение с координатами этого ёбаного сарая с сообщением "После того, как я вернусь отсюда, мы сможем поехать в любой ресторан, который ты выберешь, детка♡︎", которому она теперь была даже рада, ведь появился шанс на то, что Диего вернётся. Потрёпанный, побитый, может даже подстреленный, но живой. Живой, снова подойдёт к ней со своей идиотской ухмылочкой, от которой хотелось дать ему в морду, обнимет руками со сбитыми костяшками, прижмётся щекой к шее, потрётся колкой щетиной, и начнёт в шутливой форме говорить о том, что никто его ещё не убивал и не убьёт, потому что удача на его стороне, потому что у него всё схвачено, и бла-бла-бла... Пару секунд помолчав, Джуди вышла из мессенджера и открыла галерею, пролистав её до сохранённой из одного из чатов фотографии, на которой пьяный Санчез делал Джуди предложение. Пиджак на половину сполз с плеча, открывая вид на светлую рубашку с салатовым воротничком, расстёгнутым и раскинутым по сторонам от ключиц, ведь сколько бы Джуди его не наблюдала, он очень редко носил галстуки, и даже когда надевал, то никогда и ни за что не завязывал их должным образом, стоит на одном колене, другую ногу неудобно подогнув, левую руку держит на груди, правой протягивая колечко ошарашенной ей. Улыбается, говорит что-то, весь красный - на тот момент он надрался донельзя, и язык у него заплетался, это Джуди помнила - и при всех сделал ей громкое предложение выйти за него. Понятное дело, как только всё началось, несколько ребят, что выпили поменьше, чем Диего, принялись фотографировать и снимать на телефоны это действо. Понятное дело, после того, как Джуди вернулась домой, ей отправили и фото, большинство "шакального" качества, и трясущиеся видео, но вот это фото быстро запало девушке в душу. Оно было сделано как раз Камилем, и она могла бы посмотреть на него и в мессенджере, но открыть чат с... Другом ему не позволяли воспоминания о том, как его убили, пока они говорили по телефону. Прикусив губу, Джуди отошла от этих мыслей, возвращаясь к воспоминаниям двухнедельной давности о том, как ей сделали предложение. В полупустом баре, перед всеми "своими", за что Джуди была готова его убить, но чёрт возьми... Это было чертовски мило, не смотря на то, что он мог бы сделать это ну на улице, ну где-то наедине...× × ×
Когда спустя время тело начало снова трясти, то Джуди закинула в себя ещё порцию успокоительного, прекрасно понимая, что её не скоро попустит от того количества стресса, что уже довелось пережить за ночь. А ночь ведь и не собиралась подходить к концу... Глупо было полагать, что Мануэль сделает достаточно много, чтобы все оставшиеся члены банды выжили, но так или иначе... И "иначе" всё же вышло - Джуди не заметила, как провалилась в сон, выжидая, когда ей позвонят и скажут, что же происходит, всё ли в порядке. Она лежала на барной стойке, держа голову на руках, погрузившись в неглубокий, тревожный сон. Если говорить по-простому, то её просто вырубило от переизбытка эмоций, а напряжённые мышцы, как только появилась возможность расслабиться, отключили тело и мозг. И, возможно, она бы проспала и дальше, если бы она не услышала через сон, как откуда-то сверху, за её спиной, с небольшим грохотом распахнулась задняя дверь, впуская в бар прохладный ночной зимний воздух, который, пролетев через небольшой коридорчик, коснулся спины Джуди. – СТОЯТЬ, Я БУДУ СТРЕЛЯТЬ! Выхватив обрез из-под барной стойки, Джуди вскочила с табурета, чуть не свалившись с ног, и повернулась лицом к проходу за барную стойку, наставив на дверной проём ствол, но плечи и руки сами собой обессилено упали, когда она увидела пришедших. Перемазанные в крови, в своей или в чужой не понятно, Санчез и Джон. И вид у них был... Ну, хреновый. Хреновый, потому что юлить не нужно было, потому что сказать нельзя было по-другому. У Диего была рассечена бровь и на скальпе был виден след от касательного выстрела пули, на лице было несколько синяков, а Джон... В его случае это было "без слёз не взглянешь", ибо лицо и шея у него были все в синяках. Это сейчас они были красными, и вперемешку с кровью их было не так сильно видно, а уже завтра или послезавтра они станут синюшно-фиолетовыми, и видно их все будет о-о-очень хорошо. Джуди не удивилась бы, если бы на теле у него обнаружилось несколько гематом - Харрис дышал прерывисто, и было явно видно, что после этой ночи, когда адреналин уйдёт, с кровати он встанет нескоро. Безмолвно выйдя из-за барной стойки, парень, что впервые показался перед ними без очков, сел на один из пустующих столов близь стойки, доставая откуда-то из карманов, видимо, бездонных, небольшой полупустой бутылёк и бинты, выудив откуда-то из внутреннего кармана плотный платок, намочив его спиртом, что неприятно ударил в нос острым запахом, после чего приподнял чёрную футболку, обрабатывая пулевое ранение в боку - сквозное, поскольку сзади его куртки было видно пятно крови, расплывшееся и немного смазанное. – Вы... Вы двое... Глубоко вдохнув и выдохнув, Джуди сглотнула слюну, ощущая, как ком в горле сильно давил, не давая выдать чего-то членораздельного, пока она шокировано смотрела то на Санчеза, что уселся за барную стойку, закуривая сигарету, то на Джона, продолжающего заниматься своими пулевыми ранениями, которых, оказалось, было не один и не два. – Вы сюда через лес и по улицам пешком шли? – А что нам ещё делать было? После того как Джонни пальнул в их главного, а потом уложил ещё нескольких, нам пришлось пройтись пешочком... Ну логично, что не на машине поехали, конечно... Выдохнув, Джуди протёрла глаза, на краях которых начали собираться слёзы, а после достала аптечку, положив её рядом с Диего на барную стойку, сев обратно на табурет. Тишину бара в эти моменты разрывало только тиканье часов, что показывали 5:17 утра. За то время, что эти двое обрабатывали себя и оттирали перекисью кровь с тела, барменша успела подняться ко второй двери и запереть и её тоже, после чего поспешно вернулась. Когда время постепенно перетекло к половине шестого утра Джуди налила в два стакана виски, кинув в них по паре кубиков льда, и поставила их перед Диего и Джоном, что уже оба сидели за барной стойкой. Пока Санчез пил, парнишка в голубом шарфике молча мял кусок бинта в руках, не зная, куда их деть, в конце концов свернув его в подобие цветка и оставив на стойке рядом со своим стаканом, и, поднеся его ко рту, отпил немного, просто чтобы перебить вкус крови на языке. – И что делать будем, Джонни? На этот вопрос Санчеза Джон перевёл на него взгляд, что из туманного и неосознанного быстро перешёл в холодный и спокойный. Подперев голову рукой он увёл взгляд в потолок, а после, тяжело и недовольно выдохнув, вытащил из глаз зелёные линзы, выкинув их, поскольку после того, как его приложили лицом в стену, иметь их на своих глазах было ужасно неприятно. Это молчание, казалось Джуди, должно было привести к чему-то не слишком хорошему... – Не Джон я. Пара секунд после этого заявления прошла в тишине, после чего Диего, до которого не сразу дошла суть, приоткрыл рот в удивлении. – Что? – Что слышал, Диего, – опустив лицо в ладони, лже-Джон продолжил, но уже тише, – Родственник я его, поэтому мы и похожи. Он меня сюда отправил вместо себя, чтобы я его проблемы решал. И пока я не разберусь со всем, то и выбраться так-то не смогу... И не нужно на меня так смотреть. Я хотел раньше сказать, но никто не стал бы помогать "брату Джона", а не самому Джону. Ты меня не водил за нос, и я тебя больше не буду - достало уже вести себя, как этот придурок. Лололошка я. Санчез смотрел на Лололошку, перебирая что-то в своих мыслях, и, честно, Джуди уже готова была достать из-под стойки пистолет, но Диего, отведя взгляд от своего "напарника", закурил ещё одну сигарету, пяля в стену напротив себя, сильно затягиваясь и выпуская изо рта небольшое облачко дыма, сложив подбородок на руки, хлопая глазами. – Да-а, compañero, и ведь у меня даже вопросов никаких не возникло, когда ты пришёл... Хорошо ты Джона отыгрывал, diablo azul... Но, ха-ха, думаю, что уж брат Джона как-то даже получше, чем сам Джон. Ложь я тебе прощаю, ты всё равно сегодня доказал свою лояльность, спасая меня от смерти... Только вот... А что на счёт ситуации с тем, что Марло хотел продать тебя Евсею? – А что с моей продажей... Марло знает, что я не Джон, но решил под видом Джона продать меня Евсею... Поэтому я к тебе и метнулся, что мне ещё оставалось делать? Ситуация одновременно комичная и грустная - и сорвавшаяся сделка, и побитые Диего с Джоном-не-Джоном, который Лололошка... Если бы не ограничения по здоровью, то она бы выпила вместе с ними, потому что вся ситуация была не самой обычной, но Джуди приходилось вывозить на водичке и успокоительных, ибо вариативности в её случае не имелось. – В общем-то всё логично, сложнее ведь выживать в городе в одиночку... Рад что ты выбрал именно меня, амиго. – Кстати об этом... Не хочешь своему амиго подкинуть немного денег на покупку новой куртки? Ибо моя белая уже... Не совсем белая. Сказав это, Ло стянул с себя куртку, что с обоих сторон была обмазана и обрызгана кровью, и имелись брызги как от выстрелов, что были более привычны, так и от каких-то других способов убийства, да и похожа теперь эта куртка была похожа больше на решето. Судя по её виду, в Ло попали больше, чем 7 раз, что было видно и на футболке, но в некоторых местах ранений от пуль как-то не наблюдалось. – Охо-хо... Вот уж не знаю... Хотя, думаю, это тебе понадобится. – Я был бы очень благодарен, если бы благодарность за спасение твоей жизни ты бы выразил в, допустим, в сумме 2300V на новую куртку такого же плана... И, например, ещё 790V за разбитые очки. – Это что за очки такие волшебные, что за них почти 800 нужно отдать? – А потому что мне ещё нужно будет туда вернуться и забрать их, а потом как-то починить. Вот вроде бы эти двое и взрослые мужики, а сейчас, после того, как их чуть не поубивали на неудачном задании, эти двое придурков торгуются в том, в каком проценте Санчез будет отдавать Лололошке свою благодарность за спасение жизни. Как ещё их можно назвать в такой ситуации? Два идиота, не более того. Она тут чуть не померла от страха, думая о том, что Диего убьют как Камиля и остальных, а сейчас они с Ло сидят в без десяти 6 утра, пьют виски после того, как оказалось, что их Джон Дейви Харрис на самом деле нихрена не Джон, и, скорее всего, так же нихера не Дейви. Долив этим двоим в практически пустые стаканы ещё алкоголя, Джуди села в стороне от них, облокачиваясь о край стойки. Теперь у неё появлялось ещё больше вопросов о том, как она могла влюбиться в этого человека.× × ×
Лололошка ушёл уже часам к восьми, поменяв бинты, подлатал свою чёрную футболку, получив таки денежный презент от Диего на руки вместе с его чёрной курткой, сказав, что раз уж Ло решил идти домой пешком, так ещё и собирается сначала сбегать к амбару за городом за своими дорогими очками, то она ему поможет не замёрзнуть насмерть в -9° с самого утра. Сегодня Диего выпил немного, по сравнению с тем, как он пил обычно, и Джуди не могла сказать, хорошо это или не слишком. – Детка.., – Джуди уже готовилась услышать очередное, привычное "Детка, повтори!", но Диего, кажется, желал немного другого, – Иди сюда... Остановившись от протирания стакана, что остался после Лололошки, Джуди поставила его к остальным на полку за своей спиной, а после вышла из-за барной стойки, подходя к Санчезу, когда тот обвил её талию руками, осторожно притянув к себе и усадив к себе на колени, ткнувшись носом в шею, оставляя на ней лёгкий поцелуй. Только теперь, оставшись наедине, она позволила себе немного расслабиться и слабо ударила его по плечу, обнимая руками за шею и осторожно прижав к себе голову Диего, прижимаясь щекой к его лбу. – Ты меня чертовски напугал, придурок... Вот как так можно было, а? – Ну Джуди, я ведь не специально так сделал. Мы просто немного прокололись в этот вечер, возможно не заметили, что за нами следили, вот кто-то нас и слил... В конечном итоге, мы ведь вернулись... Да, не невредимые, но всё же живые и вполне себе способные передвигаться дальше, а может ещё и нескольких полицейских и людей Марло поре- ауч! Санчез слегка зажмурился, когда блондинка слабо ударила его по макушке кулаком, чувствуя, как щёки краснеют, а на глаза наворачиваются слёзы. Теперь, когда первое потрясение прошло и эмоции вернулись, навалившись с новой силой холодной волной беспокойства, что снова сковала грудную клетку. Крепко обняв своего босса, девушка молча уткнулась в плечо Диего, сжимая низ его рубашки, пока тот успокаивающе поглаживал Джуди по спине, обняв второй рукой поясницу той, давая ей выплеснуть эмоции, в какой-то момент остановив руку между лопаток барменши, вскоре переместив руку сначала на плечо, а после и на щёку Джуди, поправляя её волосы и целуя в лоб. Когда через некоторое время слабо содрогающееся после небольшой истерики тело девушки отстранилось, Диего улыбнулся ей, достал из кармана рубашки салатовый платок, вытирая им слёзы с лица Джуди, что, как только почувствовала, что щёки стали сухими, отстранила руку мужчины, глядя на него как всегда - серьёзно и уверенно. – Диего, – она тихо шмыгнула носом, снова протерев глаза от слёз, дав себе ещё пару секунд на слабость, – Завязывай с этим. Со всем этим, я имею ввиду. Я не могу и не буду оставаться с тобой, если это будет означать, что ты в любой момент можешь быть убит. Я ставлю тебя перед выбором - или я, или вот это вот всё. Не хочу я в один день поднять трубку или услышать стук в дверь и узнать, что ты умер в погоне за большими деньгами. Я не хочу хоронить тебя так рано. Я этого просто не выдержу. Не смотря на то, что обычно Санчез был ловок на колкости, сейчас он смиренно молчал, глядя на Джуди, что перебралась с колен мафиози на место рядом. Она была права - ему нужно было выбрать, и выбирать нужно было с умом, и при этом быстро. В действительности ему не нужно было слишком долго думать, он и так знал, что нужно выбрать. Как бы ему не была важна работа, как бы он не любил деньги - Джуди-то была для него в разы важнее, нежели какие-то бумажки, и если Джуди поставила его перед фактом, что ему нужно было выбрать между бизнесом и ею, то он не выберет бизнес. К чёрту бизнес, к чёрту эту работу, если единственная девушка, что была ему важна, единственная, кого он любил, не будет рядом с ним. Диего подвинулся к девушке поближе, обняв со спины, придвигая её к себе, слабо касаясь щекой затылка Джуди, опустив ладони на руки девушки, осторожно оглаживая их, держа в своих тёплых, совсем недавно окровавленных пальцах, закрыв глаза, слегка навалившись на Джуди со спины. – Я выбираю тебя, Джуди. Остатки моей совести не позволят мне тебя оставить, mi alegria. Пройдясь языком по обсохшим губам, Джуди тихо вздохнула, повернувшись к Санчезу, практически сразу свалившись к тому в объятия, стараясь не слишком сильно вдыхать сильный металлический запах, что шёл от ворота рубашки того. – Если ты вздумаешь снова заняться чем-то этаким... Я прострелю тебе черепушку, asqueroso. Или проломлю чем-то тяжёлым. – Как скажешь, детка, поверю тебе на слово и проверять не буду... Приоткрыв карие глаза, мужчина слабо зарылся пальцами в светлые волосы Джуди, стараясь проявлять столько нежности, сколько мог, дабы немного успокоить девушку, что действительно беспокоилась о его жизни. А он её любит, чёрт возьми... Любит и готов пойти на всё, чтобы она не ускользнула от него. Она согласилась выйти за него, чего он добивался несколько долгих лет, что у него работала Джуди, и Диего уж очень не хотел, чтобы всё, что он делал, сошло на нет - и если это значило отойти от дел, то пусть оно будет так. Его мысли медленно перетекли в другое русло, и на лице появилась улыбка. – Слушай, Ви... – Да? – она приподнимает голову, внимательно глядя на приоткрытые карие глаза Санчеза, не совсем понимая, чего он разулыбался. – А мы позовём, этого, ну... Лололошку на свадьбу? А то мы с тобой договаривались на Джона, а вот на Лололошку - нет. Джуди несколько долгих секунд смотрит на Санчеза заплаканными глазами, а после, когда улыбка трогает и её губы, начинает тихо смеяться, положив ладонь на глаза: её эмоции были на пределе, и сейчас, когда Диего резко перевёл разговор из серьёзного русла в подобное, шуточное, будто они только что не решали свою судьбу на ближайшие месяцы, а может быть и годы. Хотя, на самом деле, определение гостей для свадьбы - тоже дело важное... – Боже, ты никогда не изменишься.., – пришлось приложить немного усилий, чтобы успокоиться, но всё же через некоторое время Джуди подняла взгляд на довольное, улыбающееся лицо мафиози, – Да. Да, позовём, почему бы и нет. Он вроде неплохой парень... Диего улыбнулся, после чего наклонился, целуя Джуди в губы, осторожно приподняв подбородок той двумя пальцами, нежно касаясь её губ своими, прикрыв глаза и начав медленно поглаживать щеку Джуди, пока не почувствовал, как она прикусила его нижнюю губу, из-за чего Диего вынужден был немного отстраниться, проведя языком по припухшему месту. – Я понял, что ты всё ещё злишься, детка... Не нужно больше так делать... Спустя пол часа они уже вышли из бара, закрыв его, и Джуди направилась вместе с Санчезом в сторону его квартиры. Не смотря на то, что было уже девять утра, и люди активно занимались своими делами на улицах, они оба понимали, что как только придут домой и примут душ - завалятся спать на ближайшие десять часов. Со всем остальным они разберутся когда-нибудь завтра или послезавтра, а сейчас им нужен отдых.
