Сдавайся

Дыхание сбивается. Ноги подкашиваются. Их выдают громкие и беспорядочные шаги. Японская империя не обращает на это внимания, охваченная всего одной мыслью: защитить, оторваться, спасти жизнь, не останавливаться. Она замечает переулок, едва не скрывшийся от ее глаз в темноте ночи, тут же заскакивает в него. Есть время отдышаться. Она роняет обмякшее тело союзника на землю, заставляя его опереться спиной о каменную стену, уже не расходуя силы на бережливость. Рассматривать его ранения не приходится: своими глазами видела то, как ему в живот попала советская пуля, а остальные раны на фоне этой были почти незначительными. Японская империя и сама не в лучшем состоянии: плечо прострелено, по всему телу участки плоти горели болью от образовывавшихся гематом, одежда липла к телу из-за сочившейся крови. Она осторожно присела перед мужчиной. –Рейх, держись. Я вылечу тебя, мы почти оторвались, потерпи немного, – ЯИ пыталась успокоить прежде всего не его, а себя. Несмотря на критичную ситуацию, сохраняла жесткость в голосе, волнение выдавали только нахмуренные брови. Она пыталась анализировать ситуацию, продумать план отступления, но в голове была только паника: на них напали вечером, уже затемно, исподтишка, стоило только немного задержаться в офисе, после долгой и тяжелой борьбы удалось сбежать, хотя оба были критично ранены, в отличие от их противников. Сейчас они почти в тупике, как загнанные в угол крысы, без возможности восстановить силы. Японская империя несколько раз глубоко вдохнула, снова пытаясь успокоиться, дала пару звонких пощечин Третьему Рейху, чтобы привести в чувство. Не помогло – он едва держался на краю сознания. –Рейх, чтоб тебя!.. – невольно прикрикнула, встряхнув за плечи. Он приоткрыл глаза. –ЯИ... – выдавил едва слышно, через силу. – Брось меня, беги. –Замолчи, не трать силы. Или я тебя сама убью, – она удивлялась собственным словам, смотрела в его глаза с жестокой уверенностью, стараясь скрыть беспокойство. Послышались шаги. Японская империя резко поднялась на ноги, едва не свалившись на землю. Переоценила свои силы. Тихо настолько, насколько могла себе позволить, подошла ко входу в переулок, слегка придерживаясь за стену. Заметила две тени, движущиеся в их сторону. Догнали. –Ладно, уже не так весело, – донесся до нее мужской голос с нотками недовольства. США. –Молчи, спугнешь, – грубо, но куда тише, ответил другой. СССР. –Зверьки они что ли какие-то? А... ну да. Выйдя из ступора, Японская империя метнулась в сторону Рейха, в пару движений перекинула его руку через свои плечи, заставила встать на ноги. Уходить, пока не поздно. Они еще не так близко. Сил тащить на себе мужчину тяжелее на десяток килограммов точно и выше на голову почти не осталось, кровь все еще активно сочилась из ран, покидала тело. Не думать об этом. Довольно медленно ЯИ двинулась дальше по переулку – путь, по которому они пришли, уже был для них закрыт. Заставляя себя не думать о худшем, заставляя ноги из последних сил идти дальше, заставляя свое сердце биться хоть немного медленнее, она прошла около десяти метров, свернула направо, решив, что по пути прямо их заметят куда быстрее. Прошла еще примерно столько же. Тупик. Японская империя едва не взвыла от отчаяния. Куда теперь? Некуда, некуда больше! Она двинулась в обратном направлении, чтобы попробовать еще один путь. Она понимала, что может двигаться только пока адреналин бьет по ушам, пока не чувствует боли, едва аффект пройдет и она свалится без сознания. Нужно обезопасить себя и его прежде, чем это случится. Не успев сделать и двух шагов, ЯИ поняла, что те двое уже в том же переулке, что и они. Рискнуть и идти, может, не заметят. Сделала еще пару шагов. Раздался выстрел. Мимо. ЯИ мигом вернулась за поворот. Видимо, она была услышана – к ним направлялись быстрые шаги, едва не срывавшиеся на бег. Быстро дошла к самому тупику, снова посадила Рейха к боковой стене. Не сдаваться. Сейчас надо защититься, нанести им хоть мало-мальски значительные ранения. Быстро подумав, она присела. –Есть патроны? – с надеждой спросила она у Третьего Рейха, заглядывая в его полуприкрытые глаза. Он медленно качнул головой. –Нет. –У меня тоже. Еще несколько секунд ЯИ сидела неподвижно, суматошно соображая, что можно им противопоставить. Но ответ был только один. Она медленно поднялась, опираясь руками о стену, со звоном вынула катану из ножен. Последняя надежда. Время тянулось невероятно медленно, казалось, американец с русским уже давно должны были их настигнуть и добить, но они все не показывались. Преимущество у них, это и так ясно. Японская империя нервно сглотнула, на почти негнущихся ногах приняла боевую стойку, приготовилась. В темноте она едва различила две фигуры. Прислушалась, ожидая выстрела, но никто из них не доставал оружия. Неторопливыми шагами, не сговариваясь, пошли в ее сторону. ЯИ невольно отступила на пару шагов. Они остановились в нескольких метрах от нее – катаной до них не достанешь, даже если сделать максимально широкий выпад. Две высоких фигуры отрезали ей последний выход. –Сдавайся, Японская империя, – раздался спокойный, но с нотками угрозы, голос Советского Союза. Она отдышалась, прежде чем ответить, чтобы голос звучал увереннее. –Живыми не возьмете, – ЯИ перехватила рукоять клинка покрепче, вжимаясь в плетение пальцами обеих рук. –Без проблем, – отозвался США, мигом перезарядив пистолет. Союз остановил его руку, не отрывая взгляда от ЯИ. Тот, хоть и с явным возмущением, послушался, опустил оружие. – Твой дружок уже откинулся, – она едва сдержала желание обернуться и проверить. –Пусть так. Вам придется убить меня. –Забавно, за этим и пришли, – Америка широко ухмыльнулся. – Бросай оружие, у тебя нет шансов. У тебя пуля в плече, ты на ногах еле стоишь, о какой драке речь? Давай, меньше крови будет, – он сделал пару вальяжных шагов, сокращая расстояние. Японская империя этим незамедлительно воспользовалась, рассекла клинком воздух, надеясь если не убить, то хотя бы серьезно ранить. –Сука... – прошипел США, прижимая к груди правую ладонь. Из нее сочилась кровь. Ему повезло, СССР вовремя среагировал и оттянул его назад за воротник. –Идиот, – шикнул он на Штаты. ЯИ сделала еще пару шагов назад. Мысли о жизни Рейха вытеснились соображениями о том, куда можно нанести удар. Через пару секунд ситуация ухудшилась – США все же направил на нее пистолет. –Или в немца сначала? – довольно улыбнувшись, он перевел взгляд на своего союзника. Тот сделал шаг назад, давая ему свободу действий. –Не сметь! – ЯИ бездумно кинулась на него, снова нанося удар по руке. Он выстрелил в воздух. Адреналин ударил в голову с новой силой, она почти не думала, двигаясь интуитивно, держа перед глазами лишь одну цель – шею Америки. Неожиданный удар сбоку пришелся на колено, нога подкосилась, она рухнула на асфальт, едва успев смягчить падение руками. Из носа полилась кровь, но боли она почти не чувствовала. Японская империя подняла голову: теперь двое мужчин, нависавших над ней, выглядели как две скалы, которые она никогда не сможет покорить. Раненые лишь незначительно, вспотевшие лишь слегка, они свысока смотрели на нее, совсем обессилившую, всю в крови, растрепанную и... побежденную. –Нет... нет, – ЯИ приподнялась на трясущихся руках, почти сразу рухнула обратно. Силы покинули ее окончательно. Советский Союз прошел рядом с ней, она лишь слегка схватилась за его штанину, но он, даже не взглянув, сбросил ее ладонь, подошел к Третьему Рейху. Пару секунд молчал. –Мертв, – заключил он ровным голосом. Японская империя мучительно взвыла, опустила голову, прижавшись лбом к холодному асфальту. Не успела. Удар в бок заставил ее перевернуться на спину. Она тут же закрыла голову руками, ожидая дальнейшего глумления, но больше ударов не последовало. Звук перезарядки пистолета. Холодное дуло коснулось ее лба. ЯИ медленно открыла глаза. Прямо над ней нависал Союз. –Одно твое упорство заслуживает уважения, – произнес он все тем же ровным голосом. Японская империя подавила желание ответить ему что-то вроде: "Мне не нужно твое уважение". Гордо промолчала. Убрала руки от лица. Сопротивляться нет смысла. Нужно смотреть правде в лицо. И смерти тоже. Даже если смерть – русский в черном пальто и с пистолетом.