Путешествие

Июльское яркое солнце игриво заливало приют ярким светом, а витражные окна раскрашивали проникавшие в здание лучи яркими цветами. В это время года ученикам давали намного меньше нагрузки, но не исключали вовсе. Воспитанник Дома Вамми должен был быть готов ко всему. Талантливые ребята с раннего возраста умели оказывать первую помощь, быстро собираться, ориентироваться по картам и многое другое, затем все постепенно начинают изучать школьные предметы. Самым выдающимися воспитанником был Эл. Казалось, что этот юный чудаковатый мальчик умел всё, а его успехи прослеживались с самого детства. На него в приюте равнялись многие. Второй по гениальности, если можно так выразиться, из их поколения был Бейонд. Или же просто ББ. Он практически ни в чём не уступал Элу и даже был поразительно похож  внешне, только черты лица острее: те же взъерошенные волосы угольного цвета, такие же тёмные глаза и практически идентичный гардероб с Эл, последнее, кстати, не редкость для Дома Вамми. Индивидуальных вещей у воспитанников было мало, в основном всё выдавали воспитатели, чтобы лишний раз не путаться. Но у Бейонда был один секрет, он знал то, что никто другой знать не может. Всю жизнь он видел над головами людей алые цифры. А с возрастом и опытом догадался, что это даты смерти. И это никак не контролируется, оставалось только смириться.  Для обоих приют стал родным домом и безопасным местом. Переезжать никуда не хотелось, смысла и желания не было. Здесь им все рады, здесь они точно полезны, ведь приглядывают за воспитанниками, параллельно занимаясь своими делами столько, сколько потребуется. Да и очевидным плюсом является то, что Ватари сам лично сюда привел сначала Эл, а через несколько месяцев и Бейонда. И за двадцать лет их жизни и пребывания здесь, ни разу не пожалел.  Поколение чуть помладше тоже не без местных звезд. На фоне остальных очень выделялась одна троица. Всегда самый первый по спортивным соревнованиям, ловкий и смелый, красивый и ухоженный Мелло, пронырливый и хитрый Мэтт, которому по плечу практически любая компьютерная задачка и Ниа. Он был нелюдим и совсем не активен, за это и за необычную внешность мальчик получил прозвище «привидение». Было ещё кое-что. Мелло и Ниа с долгих времен не в ладах. Будучи совсем маленькими они дружили, а потом Ниа стал превосходить товарища почти во всём, что очень выбесило Мелло. Как это так? Он же старше, он должен быть наставником и помощником, но никак не вторым номером. В общем, они поссорились, Мелло аргументировал это как: «надоело возиться с малышнёй».  В Доме Вамми принято знать три языка помимо английского. Мелло выбрал японский из-за того, что его знал Эл, немецкий, чтобы халтурить (удивительно, что ему разрешили выбрать свой же родной язык) и русский, аргументировав это тем, что очень любит русский мат. Мэтт остановился на французском (его аргумент — по-приколу), испанский так вообще методом тыка, а русский по такому же аргументу, что и у Мелло. Ни дать ни взять. Маяковский и Есенин в оригинале сами себя не прочитают. Ниа выбрал китайский и русский, как два самых сложных языка, а так же японский. Мотивация последнего выбора неизвестна. Остаётся только предпологать.   И всех троих связывал один язык. Ватари и Роджеру в голову приходит идея.  А что, если…. И вот, великолепная пятёрка полным составом стоит с рюкзачками, слушая указания. Эл послушно забирает путеводитель из рук Ватари, Бейонд кивает головой на каждое слово Роджера, Мелло и Мэтт спорят насчёт того, кто будет сидеть у окна в самолёте, а двенадцатилетний Ниа пересчитывает свою колоду карт таро. Ровно семьдесят восемь.  А направляются они на экскурсию в Россию, а если конкретнее, в Санкт-Петербург.  — Почему именно туда? — спрашивает любопытный Мелло, поворачиваясь к Ватари. — В Москве населения почти в два раза больше, чем в Лондоне и потеряться там легче лёгкого, тем более вы, — Ватари неодобрительно посмотрел сначала на Мелло, а затем на Мэтта, безмолвно напоминая об их хулиганствах во время поездки в тот самый Лондон, — и климат там тоже вам будет знаком.  Мелло кивнул, закусив губу. В Лондоне они с Мэттом убежали от остальных и забрались в кабинку колеса обозрения без билетов, на котором произошла авария. Удивительно, что на этот раз их так спокойно отпустили. Ещё и в такую даль. Возможно всему виной авторитет Эла и Бейонда, которых бонусом еще и младшие безумно уважали.  Когда воспитатели в третий раз убедились в том, что рюкзаки детей собраны правильно и никто ничего не забыл, всех пятерых отпустили в добрый путь. За ними уже приехал водитель на черной и вместительной тойоте. Эл всегда сидит спереди, так как его укачивает. Позабыв о том, что машина праворульная, Эл словил недоумевающий взгляд водителя, скомкано извинился и пошел открывать дверь слева. Все два часа ребята добирались в аэропорт. Ниа сидел у окна и разглядывал быстро меняющиеся пейзажи, Мэтт и Мелло по очереди играли в приставку, ББ спал, а Эл рассматривал путеводитель вдоль и поперёк, держа его за кончик большим и указательным пальцами левой руки.  Когда Мелло в седьмой раз проиграл другу, он отдал приставку назад с криками «забирай свою шайтан-машину!» с ярким немецким акцентом. Ниа беззвучно хихикнул, прикрыв рот рукой, чтобы его не заподозрили. За неимением досуга Мелло достал из кармана немного подтаявший шоколадный батончик и громко зашелестел обёрткой, открывая сладость. Эл попросил половину.  — Слушай, Эл, а ты когда-нибудь был в России? — спросил Мэтт.  — Да, — ответил жующий Эл, — в Москве и Петербурге помогал ловить опасную русскую мафию. — Вау, — оживился Мелло, — хотел бы и я тоже. — Тоже в мафию? — Эл засмеялся. — Да ну вас, — показательно нахмурился Мелло и скрестил руки.  Ехать до аэропорта оставалось ещё полчаса, всё это время ребята слушали попсовое радио.  Аэропорт «Лондон Лутон» встретил их множеством недовольных лиц, спешивших по своим делам, Мелло гиперболизированно пародировал их. Его кривляния смешили не только Мэтта, даже Бейонд улыбался. Эл и Ниа перепроверяли билеты, время и прочую скукоту. Повезло, что с багажом не было проблем.  Несмотря на то, что все плотно поели в приюте перед отъездом, все равно каждый съел по хот-догу с заправки, куда они заезжали ещё будучи в минивэне. — ЧТО?! ТРИ ЧАСА ПЕРЕЛЁТА С НИМ?! — Мелло явно озадачила такая рассадка. И не просто озадачила. Он громко выругался, косо смотря на Ниа, привлекая внимание прохожих.  — Распоряжение Ватари, — Бейонд пожал плечами, слова поддержки не находились.  Обстановка накалялась, безумный взгляд Мелло пугающе метался то к Элу, то к Ниа, то к ББ. Мэтт пытался успокоить товарища, которого аж потряхивало от злости.  «Да гори оно все синим пламенем!»  Мелло отправляется на борт последним, ни с кем не разговаривая. Приторные улыбки стюардесс раздражали, светлые пряди прилипали к лицу, казалось, уже ничто не спасет эти выходные. Пройдя к нужным местам, он заметил злополучную фигуру Привидения, уступающую место у окна. — Danke, — раздраженно выпалил Мелло и сел на заслуженное пижонское место. В ответ Ниа молча кивнул.  Лететь предстояло около трех часов. Без лучшего друга это время ощущалось пыткой. Чтобы заглушить шелест страниц книги, которую читал белокурый сосед справа, Мелло достает плеер и наушники, купленные во время очередной вылазки с Мэттом.  Из бушующего любопытства, аккуратно подсмотрев в книгу, Мелло хмыкнул и подметил в своей голове: «Сборник стихов. На русском. Культурой проникается.»  В наушниках Раммштайн, за иллюминатором облака и лазуритовое небо. Обстановка больше не казалась напряженной, в одиночку в принципе даже реально выжить, если постараться.  Что-то было не так. Мелло всматривался в облака, поправлял свои пшеничные волосы, а потом дошло – кто-то дергал его за рукав собственной черной кофты. Если резко повернуть голову вправо, там конечно же обнаружится Ниа. Взгляд у него был жалобный, а ухо заткнуто рукой. Мелло ставит на паузу музыку. — Чего тебе?  В ответ Ниа с распахнутыми глазами  осторожно показывает большим пальцем бледной фарфоровой руки назад. Мелло вытаскивает один наушник и обнаруживает, что прямо сзади них громко плачет маленький ребенок.    — Не могу найти свои беруши, — вполголоса сказал Ниа.  Мелло прищелкнул языком. Хотелось послать младшего куда подальше, но потребовалось лишь несколько секунд, чтобы проникнуться ситуацией и вставить собственный наушник в чужое левое ухо, спрятанное за пепельными волосами. В плеере включил Дефтонс, чтобы Привидение, не дай бог, не оглохло.  — Do you like the way the water tastes? It's like gunfire, — Ниа еле слышно подпевал, Мелло заметил и удивился, но виду не подал. Все-таки одна рука держалась за ухо, заглушая детский плач. 

*** 

Найти такси для пятерых — задача не из легких. Это в Вамми им и поездку в минивэне устроят, и поляну перед уездом накроют.  Только спустя полчаса поисков какой-то усатый седой мужичок согласился довезти компанию до места назначения за двойную плату.  «Мда, умрет через неделю», — подумал Бейонд, залезая в машину после Мелло и Мэтта, а затем усаживая на колени Ниа.  — Не ссорились? — спрашивал ББ над ухом. Ниа отрицательно качал головой в ответ.  Бейонд улыбнулся. По дороге до отеля все пассажиры разглядывали город. Впечатляющая архитектура никого не оставила равнодушными. Красота, которую сложно описать словами.  — И откуда вы к нам такие? — таксист оживился, — акцент у вас такой, забугорный.  — Какой-какой? — поинтересовался Эл, сидящий рядом с ним.  — Ну, — мужичок почесал усы, — необычный, из Америки что-ли занесло? — Мы из Лондона в гости, — Мэтт тоже включился в разговор. — Ого, Биг-Бен и красные будки надоели, елки-палки?  — Ну, можно и так сказать, — ответил Эл. Спустя еще минут десять разговоров о всяком, поездка завершилась. Под наставления таксиста «не пить чай на Невском» и «не фоткаться с конями», туристы забирали свои чемоданы. Бейонд расплатился, а мужичок протянул ему свою визитку с номером: — Вы вроде толковые ребята, звоните, если что! — До свидания, спасибо вам, от всех нас, — Бейонд хмыкнул. — Покеда, молодежь! — и машина уехала. Видимо, все-таки придется прибегнуть к его услугам не только ради поездок, но и ради погружения в местный слэнг. Ватари любезно выдал для компании маленький цифровой фотоаппарат, чтобы фотоотчет принесли. Мелло и Мэтт, волшебным образом выкравшие его из чемодана уже сделали пару снимков из окна машины, пока стояли на светофоре. Петербург был в их распоряжении всего на два дня, поэтому без какого-либо отдыха, первым делом английские туристы двинулись в Эрмитаж, предварительно оставив вещи в отеле, до которого они и доехали. А уже налегке двинулись к метро.  Дворцовая площадь летом чудесна. И погода отличная. Мэтт сфотографировал колонну и Эрмитаж снаружи.  От внезапно навалившейся роскоши, у Мелло закружилась голова. Внутри музей выглядел невообразимо красивым.  — Как думаешь, как быстро мы пожалеем о том, что ввязались в это? — ББ нервно посмеялся, вопросительно поглядывая на Эл.  — Ввязались в то, что сэкономили на экскурсоводе?  Бейонд продолжал хихикать, прикрывая рот ладонью. — Хоть Ниа под рукой, его целым и невредимым обратно привезем уж точно. Как быстро мы потеряем остальных?  — Уже, — Эл наблюдает за тем, как «остальные» убегают по ступенькам на верхние этажи.

***

— Смотри, твой фасон? — Мэтт показывает на роскошное пудровое платье.  — Помолчи, а?  — Ну чего ты такой злой, окультуривайся, одухотворяйся. Вон, смотри, картина какая огромная. Женщины какие-то… Ни черта не понятно! — Господи, Мэтт, — так хотелось дать ему щелбан, но увы, место не позволяет. И Мелло раздраженно принялся разглядывать наряды и картины на стенах, затем люстры. Молча. Но долго обижаться на друга не получалось, поэтому всем дуэтом они поскакали в зал со скульптурами.  И только Ниа слушал рассказы старших про различные произведения. Даже конспектировал что-то в слегка помятый блокнотик.  Когда энергия закончилась и делать не хотелось вообще ничего, когда ангелы на потолках перестали восхищать и голова начала кружиться еще сильнее, Мелло с Мэттом уселись на потрепанный диванчик напротив скульптуры Орфея.  — Греческая мифология, так-то, — Мелло решил блеснуть умом, — ты хоть знал, что он за женой умершей спустился? Правда, не получилось у него ничего, вот у тебя кто любимый герой? Ты вообще знаешь что-то, кроме компьютеров библиотечных? — Мелло, разумеется, в курсе всего, что происходит в жизни друга. И знал, что ничерта он не задрот. Но хотелось фантазировать.  — Медуза Горгона, — выпалил Мэтт, — сидит себе, кошмарит всех. Жалко, что убили в итоге.  И Мелло слушал. Ему интересно. И повод есть. И вообще все хорошо. И голова заболела. Сколько времени они уже гуляли по музею — неизвестно. Мог подсказать только вид за окном. Вечерело. Было принято решение спуститься на первый этаж и побродить где-нибудь недалеко, чтобы их забрали.  Так и случилось, их подобрали и  квинтет Вамии-хауса поплелся к выходу. Безумно хотелось пить. Уже на Невском, отмахиваясь от назойливых коней и Петров с Екатеринами, как от мух, вся компания была снабжена бутылочкой воды и шаурмой. Ларек подсказал небезызвестный таксист.  Каждый восхищался городом по своему: Ниа рассматривал архитектуру, делал быстрые наброски, Мелло с Мэттом фотографировали все подряд и забегали в парадные, а Бейонд и Эл шушукались о своем. Колес обозрения поблизости не наблюдалось, поэтому переживать было не за что.  И правильно, прогулка по проспекту прошла без всяких проблем.  Все вернулись в отель убитыми, ноги гудели, в голове крутились все сегодняшние воспоминания от перелета до танцующего бездомного. Наконец-то законный отдых.  — Доброй ночи, — Эл зевнул.  — Доброй ночи, малышня. Следующий маршрут определим завтра, — продолжил Бейонд и ушел вместе с компаньоном в другую комнату, оставляя ребят одних.  Эл и ББ уединялись в кухне-гостиной, где единственное спальное место — один лишь раскладной графитовый диван. По телевизору крутили Верку Сердючку. — Нравится? — спросил Эл, положив руку на чужое плечо, — ты уже минут пять сидишь неподвижно. Я нашел какой-то джем. Вкусный или нет — не знаю, но здесь бабушка нарисована. Доверительно.  Бейонд вздрогнул, словно ошпаренный, оторвал взгляд от огромной звезды на лбу артиста: — Я просто задумался, — ББ улыбнулся и принял банку малинового джема. Засунул внутрь указательный палец, отправил в рот, — спасибо, вкусно.  Мелло, узнав, что ему придется делить комнату с двумя другими людьми, был слегка не в восторге. Компании Мэтта он всегда был рад, тем более в приюте их раскидали по разным комнатам на месяц, наказание за ночные вылазки. Но Ниа в их планы вообще не входил. Что с ним делать?  Вообще-то, пока Мелло с Мэттом отставали, второй смог кое-как раздобыть сигареты. Как теперь проверить третьего лишнего на вшивость?  — Значит так, — Мелло не стал церемониться, — Мэтт сейчас сходит и покурит у окна, а ты об этом никому не рассказываешь, — Мелло показательно вытаскивает из пачки две сигареты и убирает в карман, снова поворачивается к самому младшему из их тусовки, — иначе я затолкаю их тебе в жо…  — Ну потише, друг, вряд ли ему нужны проблемы, он же умный пацан, — Мэтт потрепал волосы Ниа, развернулся и пошел к окну.  — Возможно, нам стоит решить вопрос с кроватями, — наконец Ниа заговорил, заговорил действительно о важном, проигнорировав угрозы. Конечно же, никому и ничего он не скажет.  В их комнате раздельно стояли три односпальные кровати в ряд, — мне, в принципе, все равно.  — Тебя рядом с собой я точно не хочу видеть, особенно утром, — сказал Мелло зевая и делая ленивый хвостик.  — Тогда я сплю посередине, — в разговор вклинился Мэтт, ему на спальное место вообще было до фени. Вот и разобрались. В восемь утра Эл и Бейонд пришли будить ребят и перед ними нарисовалась забавная картина: подушка у Мелло валялась на полу, хвостик на коротких волосах успел  растрепаться, а простынь так и мечтала уползти восвояси.  Мэтт спал звездой и в уличной одежде. Удивительно, что никого не задел.  Ниа дремал на правом боку, только у него все постельное белье было на месте. Самый беспокойный сон. От проницательного и чистоплотного ББ не уйдет никакая деталь, даже еле заметный пепел на полу. Он промолчал, хотя знал, кого и за что следовало бы поругать. А потом подумал, что это не принесет плодов и вообще только испортит настроение.  — Встаем, ребят, встаем! — громко разговаривать было не в духе Эл. Все об этом знали, поэтому рефлекторно по-солдатски открыли глаза, — возможно, мы с тобой делаем успехи в сфере педагогики, — заключил Эл, повернув голову на Бейонда и увел его в другую комнату, тем самым позволяя ребятам окончательно проснуться и давая немного личного пространства.  Перед выходом в свет Мэтт успел немного поиграть в приставку, Мелло ел маленькую шоколадку из ларька, переодевался и отчаянно пытался придать адекватный вид своим волосам, а Ниа… А куда он, собственно, делся?  — Мелло, а что будет, если он расскажет?  — Ничего не будет, плохо ему будет, вот что. Пошли к остальным, пока не проболтался. У Мелло получилось обнадежить друга и вытащить его из мира игр на приставке. Как и ожидалось, Ниа сидел вместе со старшими и пил горячий зеленый чай. Единственный, кому был противен и непонятен кофе — мальчишка с облачными волосами, чистой белой свободной пижамой и выразительными темными глазами. Два уголька, казалось, способны были заглянуть прямо в душу и прочитать все мысли. Мелло засмотрелся. Мэтт пощелкал перед его глазами, вывел из транса.  Слава всевышнему, никто и ничего не заметил.  — И так, скауты, наша сегодняшняя цель — исследование Петергофа, а когда мы в край задолбаемся — уедем с песней на катере, будем смотреть на развод мостов. Завтра в обед у нас обратный самолет, — Бейонд командовал, но комичности ситуации придавало то, что в это время он слизывал джем с собственных пальцев.  И ничего такого он в этом не видел. Как и все остальные. Бейонд как Бейонд — ни дать, ни взять.  Дорога до Петергофа долгая, но стоила того на все сто процентов.  «Большой каскад», встретивший гостей, впечатлял своим величием. Мэтт фотографировал все, что видел. И белочек, которые бегали по парку, и памятники, и чарующие своим определенным флером фонтаны.  — Красота… — вырвалось у Мелло вполне оправдано. Петергоф — историческая ценность. Не зря Ватари настоял на том, чтобы посетить это место. — Попробуйте сосчитать, сколько фонтанов всего, — предложил Эл. Из за собственного авторитета он был уверен в том, что дети его слушаются и немного пользовался этим в учебных целях. Молодые головы требуют свободы и учебы одновременно. Нелегко с этим справляться, но приходится. Что Эла, что Бейонда воспитывали так, что милосердие — самое важное качество, которым они должны обладать, находясь в приюте. Всегда помогать и принимать помощь, вместе решать проблемы. Без этого гениальные умы бы просто сломались, треснули бы по швам и все, тушите свет. — Тебе не кажется, что мы даем им слишком много свободы? — спросил Бейонд, уводя Эла в сторонку. — Не путай свободу, которую даем мы с анархией. Заметь, никто из всей троицы никогда до этого не увлекался фотографией. Привезут для Линды снимков, та и рада будет. Обрисуется на год вперед. Получается, что мы с тобой — двигатели прогресса.  — Справедливо. Ниа взяли с собой в дуэт, чтобы тот фотографировал. Мэтт с осторожностью, Мелло со скрежетом зубов. Старшие отказались под предлогом: «вы стащили вещь без спроса — сами и выкручивайтесь». Справедливо. Зато у двух друзей теперь есть отличные совместные кадры на фоне дворца. Нет худа без добра. Ниа они тоже щелкнули, из принципа. И из-за того, что все-таки воспитатели в приюте просили отчет. В отличие от кадра с Мелло и Мэттом, где оба корчили гримасы, Ниа на снимке просто стоял неподвижно. Будто заставили, но сам он не видел в этом какой-либо проблемы. Мелло цокнул: — Точно привидение. — Да расслабься ты, вдруг он мечтал сфотографироваться в такой день именно в белой рубашке и именно смирно, — Мэтт решил заступиться за самого младшего. Было заметно по грустному взгляду, как ему надоели все пререкания.  — Ах, нумеро уно у нас теперь в почете? Это ты к нему подлизываешься, чтобы он про вчерашнее не рассказывал?  — Да почему ты так решил, чувак?  — А я смотрю тебе и приятно стелиться. Не хочешь дружить — не дружи. Поздравляю с новым лучшим другом, подлиза, — рассвирепевший Мелло активно жестикулировал. — Ну и ну, ведешь себя, как капризная фройляйн. Научишься общаться — приходи, — Мэтту тяжело дались эти слова, но когда лучший друг ставит под сомнение собственную мораль — оставаться хладнокровным человеком становится все сложнее. Мелло, не совладая с собственной агрессией ринулся к старшим. Но жаловаться он не спешил, не в его стиле. Да и не на что. Он просто неспешно шел чуть позади них, ссылаясь на то, что хотел бы послушать про «вон тот шахматный фонтанчик». Мэтт и Ниа стояли, как вкопанные, переваривая то, что произошло еще несколько секунд. — Тебе не стоило этого делать, я к этому привык, — внезапно Ниа нарушил неловкую паузу. — Да брось ты. Ему пора подумать над своим положением. А насчет сигарет я не парюсь — не докажешь. А докажешь — расскажу все воспитателям и всем будет выговор, мол, не уследили, — рассуждал Мэтт, поправляя свои оранжевые очки, которые выступали в роли ободка против назойливой багровой челки.  Тучи начали сгущаться, вот-вот должен был начаться дождь. Запахло озоном и ребята, до сих пор не отошедшие от конфликта, поплелись к остальным. Было принято решение переждать непогоду и скоротать время в небольшом кафе-мороженом и уже ближе к позднему вечеру отправиться покупать билеты на катер.  Мелло молча ковырялся в креманке с шоколадным шаром, Мэтт уплетал фисташковое мороженое в вафельном рожке, а Ниа довольствовался обыкновенным пломбиром. И тоже в креманке.  Бейонд и Эл непонимающе переглядывались. Перед ними красовались два подтаявших мороженных с малиной.  Последующую прогулку Мелло тоже молчал, что вызвало волнение у старших. Не сильно хотелось закончить поездку разладом в коллективе.  Развод мостов в Петербурге — зрелище, которое должен увидеть каждый, кто попадает в этот волшебный город. Все происходит так плавно, так красиво. Проплывать на катере под ними очень интересно. И прохладно. Каждому пассажиру выдали плед мятного цвета. Мимо проносилась другая жизнь: туристы, смотрящие с суши, улыбались и махали руками, потухшие окна в домах, такси, проплывающие мимо катера с громкой поп-музыкой. Жизнь чувствовалась в каждом сантиметре города. Неповторимое чувство.