Всё без толку.

Прошло чуть больше года после того, как Хёнджин и Феликс начали встречаться. С того времени прошло много часов, минут и секунд. У них всё было хорошо, с исключением того, что Джинни начал остывать. Он не ощущал этого до момента последнего поцелуя. Хван решил, что сегодня всё будет окончено, всё, что было с его "Ангелом" прекратиться, и он начнёт жизнь с чистого листа. Утро. На часах 7:12. Старший опаздывает на работу, он еле как встаёт с кровати и идёт в сторону ванной, быстро умывается, и не завтракая натягивает на себя строгий, тёмно-чёрного цвета костюм. Вылетает из дома, на ходу открывая машину. Пока красноволосый работает, блондин спит, как мёртвый. Просыпается он только где-то в 12, но продолжает лежать, из-за того, что ему лень вставать. Феликс, не обнаружив никого в постели расстраивается, не прошло и часа, а он уже скучает по своему хёну, но ничего не поделаешь. Всё-таки он должен работать, если не хочет умереть от голода. Голубоглазый всё же встаёт и плетётся в ванну, ведь утренние рутины никто не отменял. Быстро умывшись идёт на кухню готовить рамён. Поев Ли убирает за собой, и остальное время просто сидит в телефоне, либо же ждёт Хёнджина. ... Время уже 7 вечера, а значит Хван с минуты на минуту подъедет домой. Наконец-то, дверь открывается, и заходит Джинни, младший уже бежит к нему, чтобы обнять. Как только блондин укутывает старшего в объяться, тот отталкивает его. Ликс с недоумением смотрит на Хёнджина. — Что случилось? — Ничего. – С холодом в голосе отвечает красноволосый. В его взгляде читалось жестокость и неприязнь, как будто он разочарован в младшем. Феликс берёт руку Хвана в свою. — Я же вижу... Скажи мне, что случилось? – Шёпотом спрашивает Ли. — Знаешь... я тебя разлюбил. – Голос старшего был спокойным. Словно ему было плевать на чувства младшего, хотя именно сейчас так и было. — И ты так легко это говоришь? – Ли чуточку прикинул. — Во-первых, не кричи. Во-вторых, да. — Ты хоть понимаешь, что говоришь?! – Тон Феликса повысился, а в глазах видно было огромное, надвигающиеся как быстрый ветер, цунами. — Давай не будем орать и всё тихо разъясним? — Нет! Ты потратил год моей жизни! Ты — тот самый, по которому я скучал днями напролёт! Ты думаешь, что я тебя забуду? — Я повторяю, чтобы ты не орал, а то я разозлюсь, и... – Не успев закончить предложение голубоглазый перебил его. — А то что? Разобьёшь моё сердце? Поздравляю, у тебя получилось, и сейчас смотря на тебя, я понимаю, что ты та ещё псина! – На последних словах Ли уже кричал. — Да ты заткнёшься уже или нет?! – Хёнджину надоел тот факт, что блондин перебивает и кричит на него. — Ты не можешь просто послушать меня?! Я сказал тебе не орать, но ты не послушал! Да как тебя такого вообще можно терпеть?! Сразу скажу, что тому, кто будет с тобой встречаться, явно не повезёт, потому что ты тот ещё отбитый на голову! – Пока красноволосый говорил это на повышенных тонах Феликсу, он видел, что у того уже выступают одинокие слёзы, которые в скором времени будут стекать на пол. Голубоглазый ещё несколько секунд смотрел на старшего, после чего пошёл на кухню. — Эй, ты куда?! Подойдя к столешнице он открыв её взял несколько тарелок и начал швырять их всей своей силой в своего, уже бывшего парня. — Ты совсем рехнулся?! – Хван подойдя к Ангелу взял того за воротник рубашки. — Ты что резко обезумел?! Нахуй ты тарелки бросаешь? Мало стекла в жизни? Я тебе устрою стекло, только уже в переносном значении! — Отпусти меня, мерзкий ублюдок! — Ах это я ублюдок?! Тогда ты бесчеловечная тварь, которую заботит только её жизнь! Джинни был прав, всё лицо блондина было в слезах, а глаза красными, как чистые рубины. — Знаешь что? – Начал говорить Ли. — Если ты в кого-то влюбишься, я возьму нож, острый как осколки стекла, и вскрою этому человеку брюхо. – Феликс говорил это тихо, через зубы, как будто он озверел и сейчас съест красноволосого даже не прожёвывая. — Давай-ка разъясним и поставим все точки на "ты". Моя жизнь тебя не касается, ты не умеешь права мною командовать или запугивать, права голоса у тебя нет. – Хван говорил это в нос блондина, мол, "замотай это себе на ум". — Если встретишь меня в толпе, просто пройди мимо... – голубоглазый уже успел искупаться в своих же собственных слезах, на вкус как самое солёное море. — Не будь таким уверенным. Я тебя даже не замечу... [Конец]