Чёрный тюльпан

      Непринуждённый и мелодичный звонок на обеденный перерыв. Все мигом покинули душный кабинет. Учитель перед тем как уйти открыл окна на проветривание. Пустые парты, пустое помещение, которое освещало и нагревало тусклое и палящее солнце через полупрозрачные белые занавески, превращая комнату в тихую, усыпляющую гавань с тёмным и светлым отливом коричного, где слышится пение ангелов. Через распахнутые створки дул ветер, развеивая ткань занавесок и разбавляя воздух в кабинете, легонько коснулся щеки и макушки волос Бомгю, что вновь накручивал себя, положив голову на сложенные руки, и тяжело вздыхал. Его взгляд был направлен на бескрайнее синее небо, уносившее мысли школьника далеко в детство. В то забытое старшим время, когда каждый день, каждая встреча была подобна празднику для них обоих, но реальность так и норовила вернуть в настоящее, где они друг другу являлись никем.       «После того случая прошло две недели, и мы с хёном больше не общались, плюс ко всему у меня закончились поводы проводить с ним время, а я для него до сих пор чужой человек… Это огорчает, — Бомгю проанализировал последние события и, придя к не самым приятным выводам, рухнул лицом в парту, несколько раз тихо стукнувшись об неё лбом, — как же к тебе подступиться? Что я должен сделать, чтобы всё стало как раньше?»       — Эй, не убивайся мне тут, — в кабинет вошёл Субин, развернул стул и сел напротив, похлопав друга по плечу.       — Э? — удивился Бомгю резко появившемуся собеседнику и поднял голову, выпрямившись.       — Что у тебя случилось? Снова баллы по математике съехали? Мне снова просить Ёнджун-а дать тебе пару занятий?       — Нет, нет. Учёба в порядке, — Бомгю покачал головой, в очередной раз вздохнув при упоминании Ёнджуна.       — Тогда почему такой кислый? Тебя муза покинула, поэтому не можешь аккорды на гитаре подобрать, хех? — Субин продолжал гадать, смеясь над «проблемами» творческих людей.       — Сейчас твоя душа покинет тело, если не перестанешь болтать глупости! — возмутился Бомгю, заметно оживившись и пригрозив кулаком старшему.       — Другое дело! Теперь узнаю своего вечно бесящего Чхве Бомгю, хе-хе.       — Я не только бесить, но так же и бить отлично умею, и ты это знаешь, сонбэ! — Бомгю сильно пнул под партой Субина, недовольно сдвинув брови.       — Ай-яй! Да успокойся, и лучше побереги силу для настоящей битвы, — успокаивал его Субин, потирая ушибленную ногу.       — Битвы? — не понял младший, изогнув бровь.       — Хюнин-а и Тэхён-а позвали нас в интернет-кафе на этих выходных, ты с нами?       — Нет, что-то настроение вообще никакое, — Бомгю вновь помрачнел и опустился на сложенные руки, глубоко вздохнув.       — Ты же ночами напролёт в игры рубишься, а тут отказываешься? Даже Ёнджун-а и то согласился, — возмутился Субин.       — Нет, я пойду! — Бомгю неожиданно встал из-за парты, хлопнув по ней ладонями и наклонившись вперёд, от младшего веяло надеждой.       — С чего такая переменчивость? — Субин выпучил глаза, уставившись на засиявшего Бомгю.       — Просто… Просто... Я хотел сыграть полным составом, — Бомгю растерянно почесал затылок, садясь на место.       — Только из-за этого? — недоверчиво посмотрел старший на младшего, прищурив глаза.       — Сонбэ, ну за кого ты меня принимаешь? — младший отвёл взгляд, стараясь не выдавать причины своего странного поведения.       — За чудика, у которого настроение меняется по десять раз за день, — старший отвесил щелбан в лоб.       — Сонбэ! Больно же, ты что творишь? — ворчливо завопил Бомгю, схватившись за пострадавший лоб.       — Тебя так весело дразнить, ни у кого не видел подобного выражения лица как у тебя, — усмехнулся Субин и ещё раз щёлкнул Бомгю по лбу.       Бомгю тут же толкнул друга в плечо, раздражённо скривив губы, а тот лишь рассмеялся. И так они дурачились ещё некоторое время, пока Субин не напомнил про обед, на что младший без возражений пошёл с ним в столовую.

***

      Бомгю неустанно теребил лямку рюкзака, ходил туда-сюда на остановке и ждал Субина, предвкушая встречу с Ёнджуном. В этот раз младший даже нанёс лёгкий, едва заметный макияж — выделил коралловым тинтом глаза и губы — и как следует подобрал одежду: полосатый чёрно-белый шерстяной оверсайз джемпер, чёрный рюкзак и такого же цвета джинсы. Он хотел показать себя с другой стороны, чтобы тем самым привлечь внимание любимого хёна. Каждую минуту Бомгю проверял телефон, думая, что время слишком медленно течёт. Весь извёлся, разнервничался, успел перегрызть все ногти, по десять раз перекатиться с пятки на носок и взвыть к небесам. Терпение почти близилось к концу, но тут всё-таки появился Субин, запыхавшись, пока бежал на место встречи.       — Ты чего так долго? — пробурчал Бомгю, поправив лямку рюкзака.       — Захотелось выспаться в законные выходные, не злись, — отмахнулся Субин, согнувшись пополам, и положил руки на колени, пытавшись отдышаться.       Старший тоже приоделся в бежевый джемпер, из-под которого выглядывал белый воротник рубашки с красным галстуком и в тёмно-синие широкие джинсы.       — Пока ты спал, три наших автобуса проехали. Мы давно бы уже были в кафе, но следующий приедет только через двадцать минут, — Бомгю выставил телефон с временем прямо перед лицом старшего, а после всплеснул руками, не находя себе места от возмущения.       — Прости-прости, просто реально с кровати никак подняться не мог, — Субин выпрямился и зевнул, прикрыв рот ладонью.       Бомгю убрал телефон в карман, скрестил руки на груди и закатил глаза, недовольно покачав головой и постучав ногой по асфальту. Он не любил, когда старший сам назначал встречи и сам же на них опаздывал.       — Заканчивай с претензиями и лучше расскажи мне, что у вас с Ёнджун-а происходит? — Субин поправил одежду, сделав серьёзное лицо.       — Э? У нас ничего не происходит, — Бомгю весь напрягся, но ответил моментально.       — Разве? Тогда почему всякий раз, когда я пытался спросить про репетиторство или про ваше общение в целом, то он либо игнорировал мои вопросы, либо тут же злился и уходил от разговора. Такое чувство, что Ёнджун-а не хочет говорить о тебе, замыкаясь в себе ещё больше, чем раньше, — Субин выглядел обеспокоенным за друга.       — Замыкаясь? — Бомгю склонил голову набок.       — Угу, с самого первого дня нашего знакомства он мало чем делился и на любые личные вопросы отнекивался. Хоть я и считаю его своим другом, но не уверен, что он того же мнения. А сейчас ситуация ухудшается, словно мы никогда хорошо не общались.       «Хён, что же с тобой произошло? Почему ты стал таким?», — Бомгю опустил взгляд, чувствуя вину, что не был рядом с Ёнджуном с трудное для него время.       — И я подумал, что может ты что-то знаешь, так как мне показалось, что вы были знакомы ранее. Пусть даже Ёнджун-а отрицает это.       — Я? Если ты не знаешь, то я тем более.       — Тогда почему в первую встречу, ты обратился к нему на «хён», будто вы давние близкие друзья? — Субин продолжал гнуть своё, не желая отступать.       — Я же сказал, что обознался, с кем не бывает, сонбэ, — Бомгю изо всех сил старался держать лицо, мысленно молясь, чтобы автобус пришёл как можно скорее.       Субин наклонился к его лицу, пристально выискивая признаки лжи. Бомгю снова напрягся и еле заметно сглотнул. Младший не знал, как объяснить старшему всю эту ситуацию, поскольку сам хотел бы получить ответы на вопросы о странностях между ним и Ёнджуном.       — О, автобус приехал! — Бомгю кивнул на только что прибывший транспорт, что спас его от дальнейших расспросов.       Субин насупился и сел вместе с другом в автобус, как обычно он с краю, а Бомгю у окна, чтобы рассматривать живописные виды. Бомгю задумался над словами Субина, подперев щёку кулаком.       «Получается хён не только со мной так принципиально холоден, он в принципе людей к себе не подпускает. Но с чем это связано?»       Субин отвлёк его от рассуждений своим рассказом о том, как он вчера ночью добил последнего и самого мощного босса, чтобы поднять свой уровень с серебра на золото. И именно эта затяжная прокачка и являлась причиной опоздания, на что Бомгю лишь закатил глаза, прося старшего быть более рациональным в таких случаях.

***

      Как только Субин с Бомгю переступили порог кафе, так на них набросился Кай с объятиями.       — Субин-хён, Бомгю-хён, вы наконец-то пришли! — Кай стиснул их своими крепкими накаченными руками, хоть с виду и казался хрупким.       На Кае был жёлтый худи, что делало его похожим на солнце, и чёрные джинсы.       — Хюнин-а, ты сейчас нас задушишь, — подал голос Бомгю.       — Прости-прости, Бомгю-хён, — Кай отпустил их, сделав шаг назад и неловко почесал висок.       — Учись рассчитывать силу, мы же не железные, синяки останутся, — вздохнул Субин, потирая предплечья.       — Прости, Субин-хён, я правда не специально.       — Всё, хватит. Мы собрались, чтобы в игры поиграть или твои извинения выслушивать два часа. Время аренды уже пошло между прочим, — встрял Тэхён и закинул руку на плечо Каю, обращаясь ко всем троим.       Тэхён же в отличии от Кая решил одеться по-модному: серая рваная футболка под современные тренды с английскими надписями, из-под которой выглядывал чёрный джемпер, такого же цвета джинсы, цепочка на шее и серьги-кольца.       — А Ёнджун-а пришёл? — поинтересовался Субин.       — Да, давно там сидит и выбирает, что заказать поесть. Идёмте уже, — Тэхён потянул Кая за плечо, кивком головы призывая остальным следовать за ними.       Бомгю и Субин поспешили за друзьями, пройдя про длинному тёмному коридору, и зашли в одну из дверок, за которой открылся вид на просторную комнату с приглушённым светом, где находилось три ряда столов с компьютерами. За одним из которых сидел Ёнджун и внимательно рассматривал что-то в экране монитора. Он был одет в белую майку, поверх которой была спортивная тёмно-синяя толстовка и такие же джинсы.       «Хён всегда выглядит таким сосредоточенным, когда дело касается еды», — Бомгю едва заметно улыбнулся, заглянув в монитор, где было представлено довольно обширное меню.       — Даже не поздороваешься? — Субин подошёл к Ёнджуну, сев за соседний компьютер.       — Отстань, я делом занят, — Ёнджун даже не посмотрел в сторону Субина, продолжая изучать меню.       — Ага, зависнуть на пибимёне* с самгёпсалем* и яйцом — это твоё важное дело?       — Да! — незамедлительно ответил Ёнджун.       — Субин-хён, расслабься. Кто из нас не любит поесть? — Кай сел за второй свободный компьютер справа от Ёнджуна.       — Он всегда таким был. Окружающие перестают существовать, если Чхве Ёнджун видит что-то вкусное. Но при этом, когда я его уговаривал попробовать мороженое из нового кафе, он ни в какую, — Субин не переставал жаловаться, вскидывая руками.       — Сахар и мясо нельзя сравнивать, — Ёнджун всё так же был непоколебим в своём мнении.       «Выходит, что-то из старого всё-таки осталось», — заняв место рядом с Субином, Бомгю посмотрел в сторону Ёнджуна, и на его лице вновь расцвела улыбка.       Ёнджун почувствовал на себе взгляд младшего и слегка повернул голову в сторону Бомгю. Тот моментально переключил внимание на монитор, делая вид, что не разглядывал старшего до этого.       «Зачем ты приходил ко мне? Зачем ты пытаешься сблизиться со мной? Почему ты постоянно пытаешься найти повод увидеться со мной? И почему ты отдалённо кого-то мне напоминаешь?», — Ёнджун на пару секунд задержал взгляд на Бомгю и после вернулся к рассматриванию меню.       Субин несколько раз перевёл взгляд с Ёнджуна на Бомгю и обратно:       — Я чего-то не знаю?       — Что? — Первым откликнулся Ёнджун.       — Вы последние несколько недель были очень странными. У обоих проблемы со сном. У обоих плохое самочувствие. Вы что-то скрываете от нас?       Бомгю нервно сглотнул, а Ёнджун искоса посмотрел на младшего. Ни тому, ни другому не нравились бесконечные расспросы Субина, однако хуже этого могло быть только это.       — Может быть Бомгю-хён и Ёнджун-хён встречаются? — предположил Кай, окинув взглядом ребят.       Ёнджун, Бомгю и Субин сначала посмотрели на Кая, а потом на друг друга, не зная, как вообще реагировать и что следует сказать. Они впятером никогда не обсуждали тему ориентации, и никто понятия не имеет как кто к этому относится. И стоит ли поднимать этот вопрос здесь и сейчас?       — И не стыдно тебе, хёнов смущать своим поведением, – вмешался Тэхён, дав близкому другу подзатыльник:       Все взгляды переместились на Тэхёна с Каем.       — Ай, да я ничего такого и не сказал, — Кай почесал ушибленное место, сделав виноватый вид.       — Не все понимают такого рода шутки, запомни это и думай в следующий раз, что говоришь, — Тэхён отчитывал Кая суровым взглядом.       — Хён, ну не сердись, пожалуйста, — Кай потряс Тэхёна за предплечье, но тот уже переключился на экран монитора.       — Я с тобой не разговариваю.       — Ну, хё-ён.       Ёнджуна передёрнуло от последнего слова, а Бомгю погрустнел.       «Как бы я хотел иметь возможность называть Ёнджуна хёном», — Бомгю тихонько вздохнул.       «Как бы я хотел иметь возможность никогда больше не слышать это обращение», — Ёнджун сжал кулаки, сдерживая ярость.       — Играть будем или нет? Или у меня, по-твоему, деньги лишние были, раз я решил просто так комнату забронировать, — Тэхён по-быстрому сделал заказ и скрестил руки на груди, даже не подняв глаз на Кая.       Бомгю, Субин и Ёнджун вернулись к меню, почти наугад тыкнув в понравившиеся блюда.       — Ну, хё-ён, пожалуйста, прости меня, — не унимался Кай.       — Перед ними лучше извинись, — Тэхён отвёл голову в сторону, чтобы даже боковым зрением не смотреть на Кая.       Кай тут же встал со своего места и повернулся в сторону Субина, Ёнджуна и Бомгю, поклонившись:       — Ёнджун-хён, Бомгю-хён извините за мои беспечные слова. И ты, Субин-хён, извини, что доставил неудобства.       — Ничего страшного, Хюнин-а, мы же знаем, что ты не хотел никого обидеть, — Бомгю сразу активизировался, махая руками, чтобы показать, что всё в порядке.       Кай повеселел и повернулся к Тэхёну:       — Хён, теперь я прощён?       — Нет, — Тэхён продолжал смотреть куда-то в сторону.       — Я же извинился перед всеми… — Кай опустился на колени перед Тэхёном, продолжая дёргать того за руки.       — А кто сказал, что я тебя простил? Не умеешь себя вести, никаких тебе обнимашек.       — Умеешь же ты на него надавить, — усмехнулся Субин, откинувшивсь в игровом кресле, и убрал руки за голову.       — С ним по-другому нельзя, — равнодушно парировал Тэхён.       — Хён, пожалуйста, скажи я должен сделать, чтобы ты меня простил?       — Да хватит выпендриваться, Тэхён-а, у меня уши болят от его воплей, — не выдержал Ёнджун.       — Что? Обидно, что тебя никто хёном не называет? — Субин слегка толкнул друга в плечо.       — Больно надо.       Бомгю опять тяжело вздохнул, стараясь не заплакать у всех на виду. В груди так и ныло, так и ныло от безысходности сделать хоть что-то, чтобы этот кошмар всё же закончился.       — Хён, я сделаю всё, что скажешь, только прости меня, — взмолился Кай.       — Позже поговорим, сейчас выбирай игры, которые хотел, — Тэхён всё это время не поворачивал голову в сторону Кая.       «Сейчас я больше всего хочу, чтобы ты снова посмотрел на меня…» — Кай поднялся с пола, сев за компьютер, и рандомно тыкнул в блюдо и напиток.       «Безалаберность Кая порой выходит из-под контроля», — Тэхён делал вид, что продолжал рассматривать меню на случай, если захочет ещё что-нибудь съесть, но на самом деле аккуратно поглядывал на Кая.       — Хюнин-а, так во что ты хотел поиграть? — Бомгю сменил тему, повернувшись к Каю, и улыбнулся.       — В Perfect Partner,* — ответил Кай без прежнего энтузиазма, расстроившись.       — В этой игре надо делиться на пары, а нас пятеро, — заметил Субин.       — Детский сад, — Ёнджун закончил с заказом, скрестив руки на груди и усевшись в кресле поглубже.       — Чем тебе пингвины не нравятся? — Субин не понимающе посмотрел на Ёнджуна.       — Может тогда в Human: Fall Flat?* Она кооперативная, — продолжал предлагать Кай.       — Скучно, — бросил Ёнджун.       — Что насчёт Overwatch?* — подключился Тэхён, чтобы побыстрее закончить с выбором игр.       — Можно, — Ёнджун переводил взгляд с монитора на потолок, стены и прочее, за что мог зацепиться взгляд.       — Тогда выбираем персонажей, — заключил Бомгю.       — Кстати, Субин-хён, я хотел кое-что спросить, — Кай как будто снова забыл, для чего вообще собрал здесь всех.       — Что?       — Та легенда о тюльпане в вашей школе, это правда? — продолжил свою мысль Кай.       — Что ещё за легенда? — недоумевал Бомгю.       — О, ты не знаешь? Тогда я расскажу, — Субин сделал умный вид и начал историю, — на самом деле, это не просто слухи, так как мои сонбэ рассказывали, что были свидетелями того зрелища. Кто-то из параллельного класса был влюблён в их одноклассницу, и в какой-то из дней он решил признаться в чувствах, но сделал это довольно интересно. Он подарил ей белый тюльпан, что рос на заднем дворе школы.       — Насмотрелся американских фильмов?* Но там обычно розы дарят, разве нет? — перебил Тэхён, удивившись таким выбором цветка.       — Как мне сказали, он подарил то, что было, поскольку денег на нормальный букет не было. Вот, и она ответила ему взаимностью. Но вот про дальнейшие события не могу ручаться, — продолжил Субин.       — А что было дальше? — Кай выглядел любопытным.       — Дальше ходили слухи, что этих влюблённых ничто не могло разлучить. Ни какие-либо ссоры или даже несчастные случаи, они оба живы, здоровы и любят друг друга. Однако была и противоположная ситуация, когда парень так же признался с тюльпаном, но его отвергли, а сам тюльпан почернел до стебелька.       — И что было с этой парой? — осторожно поинтересовался Бомгю.       — Об этом сонбэ умолчали с тяжёлыми вздохами и стиснутыми зубами. Единственное сказали, что в этом случае ничего хорошего точно не будет.       — Звучит очень романтично, — Кай украдкой посмотрел на Тэхёна, а в глазах мечтательно танцевали звёзды.       — Заказ готов, — заговорил Ёнджун, который всё это время молчал и меньше всех был заинтересован в данной истории.       Сотрудники принесли подносы с едой, поставив перед ребятами, которые тут же забыли все разговоры, так как были очень голодными.

Спустя два часа.

      Все пятеро друзей вышли из интернет-кафе, остановившись на тротуаре перед входом. У кого-то немного поднялось настроение после каток, у кого-то без изменений, но игры однозначно помогли отвлечься от той неловкой ситуации.       — Ух, хорошо сыграли! — Субин прогнулся, разминая спину, и потянул руки вверх.       — Счастливо, ребят, — Тэхён помахал всем рукой и быстро удалился.       — Эй, хён, подожди меня! —Кай помчался за Тэхёном, не обращая ни на кого внимания.       — А вы не хотите ещё куда-нибудь сходить? — предложил Субин.       — Я домой, — твёрдо заявил Ёнджун и, не дожидаясь реакции, быстрым шагом направился в сторону дома.       Бомгю проводил его опечаленным взглядом, уже в который раз за весь день с досадой вздохнув.       — Как всегда, ну, ладно я тогда тоже пошёл, — Субин помахал Бомгю на прощание.       — Увидимся в школе, сонбэ, — Бомгю помахал в ответ и, оставшись один, последний раз взглянул на исчезающий силуэт Ёнджуна, прежде чем уйти.       «А я и не знал, что в нашей школе ходит такого рода легенда, Кай прав, звучит действительно романтично и одновременно грустно, но, — размышлял Бомгю, на секунду остановившись, — попробовать не грех? Пусть хён и не помнит меня, но может это поможет нам стать ближе? И может я смогу узнать его заново, а он меня?»

***

      Очередной скучный урок истории, на котором Ёнджун всё-таки заснул под конец.       — Эй, просыпайся, — Субин потряс его за плечо.       Тот нехотя поднял голову и недовольно посмотрел на Субина:       — Всё равно последний урок, чего тебе от меня надо?       — Тебя Бомгю искал, — Субин показал на выход из кабинета, где стоял их хубэ.       Ёнджун посмотрел на Бомгю, что осторожно выглядывал из коридора, похлопал глазами и с трудом поднялся со своего места, будто собственное тело стало весить под тонну. Они вышли в коридор, и Бомгю повёл их на другой конец, где в это время всегда были свободные кабинеты. Пока они шли, Ёнджун заметил, что Бомгю что-то старательно прятал, однако не было не единой мысли, зачем он понадобился Бомгю. Зайдя в кабинет, в котором было очень прохладно из-за открытых окон, парни встали друг напротив друга.       Бомгю опустил голову вниз, пряча за спиной что-то, и перекатывался с пятки на носок, поджимая губы. Ёнджун с минуту рассматривал его с ног до головы и обратно, пытаясь понять, из-за чего нервничает младший, поэтому терпеливо ждал, когда тот заговорит.       Бомгю смачно сглотнул и, не поднимая глаз, разжал губы:       — Сонбэ…       Неспеша, аккуратно прощупывая:       — Ты…       Трепетно, словно первый весенний распустившийся цветок:       — Очень давно…       Дрожащим голосом, словно от этого зависит чья-то жизнь:       — Нравишься мне…       Бомгю протянул старшему белый тюльпан.       Широко распахнув глаза, Ёнджун остолбенел, проморгался и, опустив взгляд, ответил:       — Прости… Но мне уже нравится кое-кто другой…       «Некто, кого я ищу и пытаюсь вспомнить уже пять лет, хоть я и думаю о том, чтобы он просто отпустил меня, но что-то внутри меня само не даёт оставить эти бессмысленные попытки хоть сколько-то воссоздать картинку в моей голове»       Для Бомгю эти слова были сродни последней каплей в переполненном кувшине:       «Хён… Почему?..»       Застыл с глазами мертвеца, почти не дыша:       «Почему ты в очередной раз… Делаешь мне больно?..»       Цветок в руке Бомгю почернел, засветился фиолетовым, поглощая светом юношу целиком, ослепляя Ёнджуна и заставляя его отойти на несколько шагов назад, закрывшись руками. Когда свет погас, Ёнджун убрал руки и перед ним предстал Бомгю, но… Как будто совершенно другой человек: вместо школьной формы свободная рубашка тёмно-бирюзового цвета с длинными рукавами фонариками и чёрные шорты с массивными ботинками такого же цвета, волосы покрашены в огненно-рыжий, глаза выделены тёмно-коричневыми тенями, а шею обвивал чёрный венок с шипами.       От одного дикого взгляда на себя Ёнджун ещё немного попятился назад к двери. Показывая обворожительно белые зубы, Бомгю медленно расплылся в удовлетворительной улыбке, даже слишком, а в глазах заплясали бесы. Ёнджун нервно вздрогнул, продолжая пятиться. И только Бомгю открыл рот, чтобы что-то сказать, как Ёнджун рванул из кабинета со всех, носясь по коридору.       — Хён, — глубоким эхом разнеслось по всей школе.       А Ёнджун спускался вниз по лестнице, запинаясь об собственные ноги. Оставшийся в кабинете Бомгю сделал несколько неторопливых шагов, выйдя в коридор, и стоило ему двинуться, как стены, пол и потолок начали покрываться мхом, а из бетона вылезать длинные, толстые, ползучие лианы, что метнулись в сторону лестницы.       — Куда же ты убегаешь, хён? Мы ведь только встретились, — Бомгю прогуливался по коридору с улыбкой озабоченного маньяка.       Пока Ёнджун спускался на первый этаж, лианы загородили выход из школы, заблокировали все классы и даже туалеты, преследуя Ёнджуна.       — Не надо, не надо, не надо, не надо, – причитал юноша с лицом полным тревоги, как будто от смерти убегал.       Заметив под ногами траву с мхом, Ёнджун ускорил шаг, периодически оглядываясь назад на тёмно-зелёные лианы, что разрушали и уродовали стены с потолками, пытаясь поймать школьника. Он не знал, где мог бы спрятаться, поэтому просто бежал, ища взглядом потенциально безопасные места, куда ещё не добралась растительность.       — Хён, разве ты не скучал по мне? — Бомгю дошёл до лестницы и вальяжно переступал со ступеньки на ступеньку, почти перепрыгивая, — а я вот соскучился.       Добравшись до последней ступеньки, Бомгю задорно направился прямо по длинному коридору, на распутье которого лианы схватили Ёнджуна и привязали к стене, разведя руки и ноги в разные стороны. Бомгю остановился буквально в пяти шагах напротив Ёнджуна, что дёргал руками, скованными толстыми растениями, а на лице отражалась тревога от неизвестности. Бомгю взял того за подбородок и ехидно посмотрел на него, оттянув уголок губ и сверкнув диким огоньком в глазах.       — Хён, а ты догадываешься, почему я стал таким? — Бомгю с наслаждением смотрел на растерянность Ёнджуна.       Ёнджун помотал головой, не имея ни малейшего понятия, что вообще происходит, и почему они оказались в такой ситуации.       — Ты разбил мне сердце, обманул и оставил одного! А ты ведь даже не представляешь, как я тосковал по тебе, — Бомгю начал с сарказмом, но с каждым словом становился всё яростнее, вымещая всю накопившуюся за эти годы ненависть на беззащитном Ёнджуне, — и та легенда о чёрном тюльпане не просто легенда, а олицетворение того, как чернеет сердце от безответной любви; и сейчас я могу либо попытаться добиться взаимных чувств, либо убить тебя.       На последнем слове лицо Бомгю исказилось в нездоровой улыбке, а брови приподнялись в предвкушении. Зрачки Ёнджуна расширились, рот раскрылся в немом шоке, в голову ударило осознание, что вне зависимости от выбора Бомгю исход будет удручающим.       Бомгю в свою очередь приблизился на несколько шагов, обхватил лицо Ёнджуна обеими ладонями и с отчаянным рвением прикоснулся к его губам. Ёнджун моментально закрыл глаза, готовясь к худшему, поцелуй вышел хоть и требовательным, но довольно аккуратным и в некотором смысле молящим. Бомгю перебирал, мял и слегка покусывал губы Ёнджуна, не заходя дальше, будто прося разрешение. Ёнджун же просто застыл в изумлении от столь нежных заигрываний с его губами, не веря, что человек, который минутой ранее выглядел как злодей, сейчас больше походил на сказачного принца. Неуклюже мусоля губы, Бомгю размазывал поцелуй, задевая подбородок и вызывая своими действиями наэлектризованные мурашки по всему позвоночнику Ёнджуна. Подарив короткий поцелуй в уголок рта, Бомгю вновь принялся терзать губы, что успели немного опухнуть. Ёнджун еле-еле шевелил ртом, отдавшись власти мокрым касаниям Бомгю, что всё мучил-мучил своего хёна. Когда же Бомгю отстранился и посмотрел на побледневшее и дрожащее лицо Ёнджуна, то сразу отпрял, ужаснувшись от результата своих действий.       Не таким он хотел видеть своего хёна в объятиях, не с таким лицом. Бомгю поджал губы и сжал ладони в кулаки, злясь и на себя, и на Ёнджуна, и на всю их ситуацию. Руки потянулись к шее, сцепив пальцы на кадыке и сильно надавив. Ёнджун всё это время не открывал глаза, а почувствовав давление на перекрытие дыхательных путей, и вовсе поморщился. Бомгю всё сильнее и сильнее сжимал горло старшего с кривой улыбкой, будто ему тоже больно от своих же действий. Стиснув зубы, младший через силу старался причинить старшему боль, чтобы показать как было больно ему самому.       – Не-мо-гу! – сделав последнее усилие, Бомгю сдался и упал на колени перед Ёнджуном, опустив голову, и, почти плача, проговорил – я не могу ни принуждать тебя, ни тем более причинить тебе боль, хён.       Ёнджун закашлился, когда неожиданно получил необходимый кислород, и проморгался, видя перед собой сгорбившегося Бомгю, что ногтями сгребал грязь на полу.       – Было намного проще и менее болезненно, если бы мы оба забыли о том, что когда-то знали друг друга, – Бомгю съёжился, наклонив голову ещё ниже, как будто извиняясь.       Младшего снова окружило фиолетовое сияние, полностью поглощая сначала его, а после распространилось на весь коридор и школу. Ёнджун ничего не успел ответить или попытаться сделать, растворившись вместе с Бомгю в ослепляющем свете.