Любовь с привкусом соли

Настенные часы в окружной школе Калифорнии показывали 14:00. Уроки уже закончились, и старшеклассники бежали к своим шкафчикам, чтобы переодеться и поскорее свалить в закат. Шумные дети толпились в коридоре, не давая пройти друг другу. Где то там одиноко шел и главный тихоня школы - Артем Джексон. Он уныло вышел из класса и сразу же направился к выходу из школы, попутно рассматривая свои ботинки и пол под ними. С ним никогда никто не общался. Артема считали неудачником с того самого времени, как тот перевёлся в эту школу, ведь он так и не сумел влиться в коллектив и даже через 3 года по прежнему оставался "новеньким" в своем классе. Теперь Артем лишь тихо существовал посреди всех этих крутых ребят, для которых он был самым лучшим объектом травли и насмешек. Вот и сейчас Джексон мирно шел по коридору, витая где то далеко в своих мыслях, как вдруг из за угла вышел он, самый главный обидчик Артёма - Никита Мэнсон. Он как всегда был не один, а с толпой своих преданных друзей-футболистов, подобных ему самому. Никита сразу приметил Артема и быстрым шагом направился к нему. Резко дернув его воротник рубашки, Никита прижал свою жертву к стене. Артем затрясся от страха и паники, внезапным комом подступившей к горлу. - Я же сказал тебе не показываться мне на глаза,- сквозь зубы проговорил Никита и потряс Артема, - ты совсем не соображаешь, Джексон? - От... Пусти.. - Артем вновь и вновь пытался набрать в легкие воздуха, но волнение давало о себе знать. Друзья Никиты, стоящие за ним, в один голос рассмеялись и непременно захотели помочь ему совершить правосудие, но тот одним лишь жестом дал им понять, что закончит начатое сам. - Какое у тебя там зрение? - усмехнулся Мэнсон. - Нет...пожалуйста... Только не.. Но было уже поздно. Никита отобрал очки Артема, и, ударив школьника коленом в живот, повис над ним. - Ну и че ты мне теперь сделаешь? А? Мамочке побежишь жаловаться? Очки в руках Никиты хрустнули. -Ой, прости, сломал, - страдальческим тоном произнес тот, - я "случайно". Артем разошелся в истерике, увидев наглое выражение лица своего обидчика. Он попытался побить Никиту, но удары выходили слабыми, а живот все еще сильно болел. Да, по росту и комплекции Артём сильно уступал футболисту. Поэтому все что он смог в тот момент-это тихо прошептать спасительное "мама" и закрыть лицо руками. Он знал, что в школе его не будут бить, но за ее пределами... Оставалось лишь молиться. Тем временем Никите и его дружкам быстро наскучило все это жалкое зрелище. А директор на входе так совсем портил веселье. - Еще поговорим.- Бросил тот на ходу и кинул очки рядом с Артемом. Осколки разлетелись по полу. Артем всхлипнул и посмотрел Мэнсону вслед. Это был далеко не первый раз, когда вновь приходилось унижаться в стенах школы. Но вскоре он должен был стать последним... Артем улыбнулся своим мыслям и, подобрав осколки очков, медленно зашагал домой, опасаясь новой встречи с давними "приятелями". *** День подходил к концу. Артем шел по темной проселочной дороге в магазин. Он вновь был один. Один на всей улице. И уже без очков. Лишь странная корейская музыка в его наушниках нарушала невесомую тишину вечернего пригорода. Артем жил в неблагополучном районе, и ходить в таких безлюдных местах, вроде этой дороги, было для него рискованным занятием. Но он все равно шел. Однако пройдя чуть более половины пути, Артем ощутил чье то присутствие рядом. Он беспокойно оглянулся вокруг и приметил странную компанию парней примерно одного с ним возраста. Он не мог вспомнить, видел ли их когда нибудь раньше. Ему не удавалось разглядеть лица этих парней. Тем временем они уже заметили мелкого Артема и быстрым шагом направились к нему. Сердце Джексона замерло. Он понял, что не сможет убежать отсюда быстро и что сейчас случится что то страшное. Когда компания подошла, первым разговор начал самый высокий и накаченный из парней: - Че ты делаешь в нашем районе? - недовольно спросил тот. - Я просто иду в магазин...- Артем замешкался и начал было пятиться назад, но там уже стояло трое парней постарше. - Как ты посмел ходить по нашему району? Ты знаешь, что мы обычно делаем с недоумками вроде тебя? - усмехнулся высокий и подошел вплотную к Артему. Тот молчал и искал в глазах хоть у кого то из толпы горсточку сочувствия и понимания. Но не нашел. Злобные ухмылки парней не обещали ничего хорошего. Слух Артёма резанул голос одного из тех, кто стоял у него за спиной: - Да че мы ждем, бейте его. И вся толпа мигом накинулась на Джексона. Кто то повалил его на асфальт и сел сверху, скрутив руки. Другой уже копошился в его карманах, вынимая оттуда ключи и мелочь. Телефон Артема тоже быстро исчез в толпе. На школьника один за другим посыпались болезненные удары. Он даже не мог кричать - так сильно был напуган и обездвижен. Его вновь и вновь били по голове, рукам, животу. Из разбитого носа ручьем текла кровь. Парни и не думали останавливаться. Им было весело издеваться над беззащитным мелким мальчиком. Артем медленно терял сознание от боли и готовился прощаться с жизнью. Когда глаза уже закрывались сами собой, а тело наконец перестало болеть, он краем уха услышал знакомый голос. Голос Никиты. - Отойдите от него. Я его знаю, - Мэнсон растолкал толпу и пробрался к Артёму,- валите отсюда, шпана. Вам мало разборок с моими ребятами или еще кого позвать? - Да ладно, ладно, Мэнсон, че ты так сразу, - напрягся высокий парень и подмигнул своим,- мы уже уходим. Артем вымученно вздохнул, когда понял, что спасен, и сразу потерял сознание. Проснулся он от слабых ударов по лицу. Бил Никита. - Вставай, че разлёгся. Артем не смог ответить, но неспешно поднялся, опершись на плечо Никиты, и хриплым голосом спросил: - Кто это? Они ушли? - Уличная шайка. Мы с ними уже хорошо знакомы.- Никита задумчиво отвел глаза в сторону, - Тебя довести до дома или сам? - Сам, - прошептал Артем и стер немного крови с лица,- и да... Спасибо. - Пустяки. - Я бы умер там, наверное, - тихо прибавил Артём. Он впервые за все это время смог взглянуть в глаза своему спасителю. Тот уже было начал уходить, как Артём окликнул его: - Подожди. - Чего тебе еще? - Почему... Почему ты сделал это? Ты же так ненавидишь меня? Никита секунду постоял в растерянности, а затем, не ответив, развернулся и спокойно ушёл в темноту ночи. Артём ещё долго разочарованно смотрел ему вслед, не зная, что же делать дальше. Кажется, сегодня он понял что то важное. Он еще не знал, но тоже самое понял и Никита. И это его сильно беспокоило. *** Утро следующего дня. Артем задумчиво сидел за последней партой. В его кармане лежал перочинный нож, сворованный ночью у отца. Загадочная улыбка расплелась по лицу Джексона. Наконец то он будет свободен от мучений. Дело за малым. Артем поднял руку и отпросился в туалет. Учитель отпустил его безо всяких вопросов, хотя стоило бы задуматься. Джексон быстро дошел до туалета и опустился на пол. По руке мелкой струйкой полилась кровь. Одна струйка, вторая, третья. Артем всхлипывал, но не ревел. Терпел первый раз в жизни. Жгучая боль пронизывала руку до кости. Пол туалета быстро наполнялся кровью. Артем уже мысленно отпускал все свои земные мучения, как услышал тихие шаги в его направлении. Из за угла показался Никита. Он мельком взглянул на кровь, сочащуюся из руки Артёма и обомлел. - Чёрт, что ты делаешь!? Ты хоть думаешь вообще?? Артем не ответил, только прикрыл глаза и ждал... - Да что мне с тобой делать!?? Никита подбежал к Артёму и зажал порезы. Они были настолько глубокими, что кровь совсем не переставала сочиться. Взгляд Никиты остановился на печальных глазах Артёма. Что то вдруг щелкнуло в его голове. Пальцы Мэнсона с силой рванули малыша Джэксона вперед. Их губы на мгновение соприкоснулись. Казалось, Артём желал этого всю свою жизнь. Мэнсон, слегка придерживая голову "друга с привилегиями", все сильнее впивался в его губы. Секунды тянулись как вечность. Но все хорошее рано или поздно заканчивается. Джэксон вдруг закрыл глаза и упал на руки Никиты. - Что я натворил... - еле слышно прошептал тот и склонился к Артёму. Тишину нарушил щелчок камеры. Никита оглянулся назад, но там никого не было. Уже никого не было. Только тихий топот раздавался где то вдали коридора. Савва, одноклассник Никиты, радостно потирал руки в предвкушении нового скандала. На его телефоне теперь хранился снимок, который мог бы с легкостью сломать жизнь школьного задиры.