Смерть? Не слышали!

«Иногда хватает мгновения, чтобы забыть жизнь, а иногда не хватает жизни, чтобы забыть мгновение». © Джим Моррисон. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Аппарировав в свой кабинет, я устало выдохнул. Отправление Поттера к Дурслям отняло больше сил, чем я предполагал. Не успел я сесть в кресло, как в кабинет ворвался Северус. Он выглядел встревоженным и потрёпанным — что-то его гложет, и я догадываюсь, что. — Альбус! Где Поттер? Я не могу его найти! — Его мантия разрезала воздух и хлестнула меня по ногам. — Тише, тише, мальчик мой, Гарри в полной безопасности. — Погладив седую бороду, я скрестил руки за спиной. — Альбус, ты же знал, что я хочу взять опеку! Так какого дракла ты устроил?! — Северус, не переходи черту. Я же сказал, что он в безопасном месте. — Поставив точку в нашем разговоре, я развернулся к портретам. Я чувствовал, как его магия заискрилась. Он выругался и ушёл прочь, с силой хлопнув дверью. Слабые артефакты дрогнули от вспышки магии, а портрет бывшего директора качнул головой. — Альбус, Альбус, не забывай, что люди — это не пешки на доске. Однажды заиграешься — и падёшь! — Армандо, ты слишком драматизируешь. Я делаю всё это, чтобы он не повторил судьбу Реддла... — Смотри, чтобы не получилось наоборот. — Качнув головой, он ушёл из картины. — Время покажет, время покажет… Северус Тобиас Снейп-Принц. После разговора с Альбусом я буквально вылетел из его кабинета. Спускаясь по винтовой лестнице, я выругался. Подол моей мантии бил по щиколоткам. Схватив свободный край, я ушёл прочь. Зайдя в свои покои, я с силой захлопнул массивную дверь. Сила от удара прошлась волной по каменным стенам, создавая вибрацию. Меня встретили тишина и покой. Чтобы успокоиться, я стал осматривать интерьер. Под ногами был тяжёлый и мягкий ковёр тёмно-зелёного цвета. В середине комнаты стоял стол, накрытый бархатной скатертью серого, почти чёрного цвета, и задвинутые стулья из красного дерева с мягкой обивкой. В дальнем углу одиноко стоял стеклянный журнальный столик, на котором лежали книги разных жанров, пара рабочих бумаг и хрустальная ваза с сухоцветами. Возле камина — диван и два кресла, рядом кофейный столик. Вдоль стен стояли антикварные стеллажи: в первом — зелья, которые я варил для себя на экстренные случаи, и дорогой сервиз из горного хрусталя; во втором — литература разного содержания. Оглядев обстановку ещё раз, я сел за стол и опустил голову на руки, прокручивая всё, что произошло за месяц. Пророчество. Всё началось с него и им же закончилось… Близилось время, когда должен был прийти Альбус. Он ни с того ни с сего назначил мне встречу. До этого приходили совы с письмами, но я их сжигал. Однако на встречу я решил прийти — мало ли, может, будет информация, которая поможет Лорду. Я зашёл за пятнадцать минут до начала. Подходя к приватной комнате, где должна была состояться встреча, я услышал до ужаса хриплый, но, к моему удивлению, женский голос. Заглянув в щель, я увидел Альбуса и женщину. Её лица не было видно — она стояла ко мне спиной. Но тут я услышал то, от чего волосы встали дыбом: — Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… Рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого. Тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца… Женщина произносила пророчество. На исходе седьмого месяца. Долгопупс недавно родила… и Лили! Не став ждать, я аппарировал к поместью Тёмного Лорда. На входе стояли дементоры — они не пропускали меня. С помощью Чёрной Метки я связался с ним, и он разрешил войти. Я пулей влетел в здание. Дойдя до кабинета, я втянул воздух и постучал. С той стороны послышался шипящий голос, от которого пошли мурашки по коже. Но, взяв себя в руки, я вошёл. На подобии трона сидел Лорд со своей змеёй. Она посмотрела на меня и зашипела. Её хозяин погладил чешуйчатую голову, и та отступила, сползая на гладкий камень у камина. — Мой Лорд… — Опустившись на одно колено, я продолжил: — Я только что вернулся со встречи. — Сглотнув вязкую слюну, я поднял глаза. — С Альбусом. Я не знаю, зачем он её назначил, но у меня для вас пророчество. Оказывается, у него была встреча до меня, но я пришёл раньше и… Я не успел договорить, как передо мной возник правитель. Он поднял меня за голову и впился взглядом в глаза. Я почувствовал, как он проникает в моё сознание, и отпустил блоки, направляя его к нужному воспоминанию. Прошло не больше пяти минут, как он вышел из моих мыслей и зашагал по помещению, словно стервятник. Я опустил голову, ожидая вердикта. Он резко остановился, схватил свою палочку с края мраморного стола и накинул мантию. — Можешь идти, Северус. А я наведаюсь к Поттерам. От его слов меня будто окатили ледяной водой. Дыхание перехватило. — Мой Лорд… Пощадите Лили, умоляю… Я почувствовал, как его магия заискрилась. Табун мурашек пробежал по телу, волосы на затылке встали дыбом. — Хорошо… — Он направил кончик палочки на меня. — С тебя клятва вечной преданности. Я успел лишь коротко кивнуть — и ритуал начался… 31 октября 1981 г. Том Марволо Реддл. Узнать адрес Поттеров не составило труда — «хвост» любезно всё рассказал. Глупец. Ступая по холодной земле у их дома, я уже знал, что предложить им. Обойтись без убийств — Поттеры могут пригодиться. Семья богатая, да и к тому же «светлая». Постучав в массивную дверь, я услышал шарканье тапок по полу. Секунда, две — и дверь открылась. Передо мной стоял Поттер-старший. Прежде чем он отскочил, я заметил чёрный блеск на его шее. Кинув в него «Остолбеней!», я подошёл ближе. На его шее был ошейник — «Чёрные Узы». Коснувшись палочкой замка, я услышал щелчок, и ошейник спал, как и сам Поттер. Его тело рухнуло на пол. За спиной раздался женский крик. Передо мной стояла невысокая женщина с рыжими волосами и зелёными глазами. Я кинул в неё то же заклинание, что и в её мужа, и проник в её сознание. Там я нашёл кучу блоков и изменений. Потратив около получаса, я снял всё лишнее и вернул ей воспоминания. Прошло не так много времени, пока они были без сознания. За это время их ребёнок взвывал. Заняв детскую, я увидел это «чудо» и понял, что даже палочку на него поднять не смогу. У кроватки стояла тумбочка с бутылочкой — то ли со смесью, то ли с молоком. Подойдя, я взял бутылочку, а другой рукой поднял ребёнка и поднёс к нему. Он жадно начал есть. В душе что-то перевернулось. Покормив малыша, я увидел, как он зевает и закрывает глаза. Уложив его обратно, я трансфигурировал ему мягкую игрушку в виде змеи и спустился вниз. Родители уже пришли в себя. Наколдовав «Темпус», я заметил, что прошёл уже час. Увидев меня, они вскочили и потянулись за палочками. — Успокойтесь. Я вас убивать не собираюсь. А ваш ребёнок спит… накормленный. Лили, будто только вспомнив, застыла на месте. В её глазах читался ужас. — Гарри! Что ты с ним сделал?! — Успокойся. Он кричал — я накормил его из бутылочки, и он заснул. Теперь вам нужно разобраться с тем, кто повесил на Джеймса «Чёрные Узы» и исправил твоё сознание. Оба Поттера остолбенели, будто что-то осознали. Я же прошёл мимо и сел в кресло позади них, ожидая. Тишину прервал Джеймс: — «Чёрные Узы»? Но этот артефакт не могут найти уже больше ста лет! — Вон там лежит. Я снял его с тебя — можешь посмотреть. — Мотнув головой в сторону ошейника, я взглянул на Лили. — А вот твоё сознание кто изменил? Девушка будто вышла из транса и посмотрела на меня. Подойдя к креслу напротив, она опустилась и выдавила: — Это… Альбус. Да! Точно! На нашей свадьбе! Он подошёл ко мне, мы говорили… и в какой-то момент я отключилась. А мне он сказал, что я переутомилась и упала. После этого меня преследовали идеи о «светлой стороне», и мы вступили в Орден! Пока она говорила, Джеймс ругался на французском: — Putain de merde, comme on l'a trouvé… Des traces de magie d'Albus, je vais étouffer cet enfoiré à mains nues! Вскочив на ноги, он крепче сжал палочку и уже хотел выйти, как дверь сама распахнулась. В проёме стоял Альбус, легко держа палочку. Он перевёл взгляд на меня. — Том, вижу, ты уже освоился тут… — Погладив бороду, он взглянул на Поттера — и тут же помрачнел. — Вот оно что… Ну что ж… Авада Кедавра! Тело Джеймса Поттера рухнуло на пол. Лили завопила и бросилась к мужу, но в неё полетел зелёный луч заклинания. Я выхватил палочку, поставил щит и поднялся. — Альбус, не ожидал… А как же ребёнок? — Ты же за ним и пришёл. В чём проблема? Или ты его уже убил, мальчик мой? Моё лицо скривилось, будто я съел что-то противное. Затянувшееся молчание прервал бордовый луч, летящий в меня. Отступив на шаг, я начал медленно отходить к детской. Пока я поднимался по лестнице, в меня летели проклятия — отнюдь не светлые. Я не подал виду, но удивился. Дойдя до комнаты, я быстро набросил защитный купол на малыша. Тот зевнул, открыл глаза и уставился на меня, а потом перевёл взгляд на старика — и заплакал. Кажется, мальчик понял, кто ему враг. От этой мысли я даже хмыкнул. Пока я подходил к кроватке, щит треснул. Что-то прилипло к моей шее. Мгновенно я отпустил все защиты и застыл в паре шагов от колыбели. Луч «Обливиэйта» ослепил меня. Очнувшись, я увидел женщину, лежащую у кроватки, и рыдающего ребёнка. Прошла минута раздумий — и смертельное проклятие полетело в мальчика. Но как только я собрался уйти, луч отрикошетил и попал мне в грудь. Секунда муки — и моё тело рассыпалось в пепел, который унёс ветер той же ночью… *** Слёзы текли по лицу. Я никогда ещё не чувствовал себя таким опустошённым — словно с её смертью оторвали кусок души. В ту проклятую ночь я понял, что остался один. Мне всего двадцать, а я потерял всех, кем дорожил: Лили… и матушку. Она умерла спустя несколько недель. Я хоронил её один — даже он не соизволил прийти. А про её семью и говорить нечего: после того как она вышла замуж за магла, от неё отреклись. Единственное, что осталось после её смерти, — титул Принца. Эйлин Принц — самая светлая женщина, которую я видел. Откинувшись на спинку стула, я выдохнул. Звук эхом разнёсся по пустой комнате. Я хотел забрать Гарри. Хотел воспитать его так, чтобы Лили на том свете была спокойна. Но этот старый маразматик… снова всё решил за всех. Он же знал! Знал, что я хочу взять опеку! Чтоб Мордрет его побрал… Надеюсь, у Гарри всё будет нормально. Из родственников у него немного вариантов: Блэки, Малфои и Дурсли. Беллатриса теперь в Азкабане. Остались Малфои и Дурсли. Зная Дамблдора, скорее последние, чем первые. Но как маглы будут воспитывать волшебника?.. Узнаю это только через одиннадцать лет. Остаётся только ждать и следить за Дамблдором. Лорд ясно дал понять, что нужно делать. Но вот то, что мне предстоит преподавать… Хоть я и лучший зельевар за последние десятилетия, но с детьми я не умею работать. О чём ты думал, Альбус? Что ж, пора составлять список на следующий месяц… Спустя одиннадцать лет. Директорский кабинет. — Альбус, я же сказал — не знаю, почему он в Слизерине! — Отступив к окну, я вглядывался в чёрные, как смоль, тучи. Погода идеально соответствовала настроению в кабинете. — Я не знаю, почему Шляпа отправила его в мой дом. Но значит, он обладает качествами Слизерина. — Северус, он должен был попасть в Гриффиндор! Ты должен сделать так, чтобы он захотел перевестись! — Прикрыв глаза, он отпил из чашки и закусил лимонной долькой. — Ты же понимаешь, что так будет правильнее. Я ничего не ответил. Кому правильнее? Ему? Или магическому обществу? Как я мог забыть — он же «символ света» и «надежда». Но почему-то мне казалось, что самому «символу» плевать. Что-то в его глазах меня пугало… Они были слишком взрослыми для одиннадцатилетнего мальчика. Словно он уже видел смерть близких и побывал на войне. Молчание затягивалось. В кабинете было душно. Решив закончить этот балаган, я развернулся и пошёл к выходу, бросив на прощание: — Я посмотрю, что можно сделать. *** На удивление, мальчик был примером послушания — вежлив, учтив, даже на мои колкости не реагировал. Он не был похож на своего отца. Совсем. Ни характером, ни внешностью. Скорее, он напоминал Блэков — Ориона, если точнее. Это одновременно пугало и радовало. Единственное сходство с его семьёй — глаза. Ярко-зелёные, как Авада. Как у его матери. От Джеймса же — только фамилия. Я следил за ним около полугода. Всё, что заметил, — его отрешённость. Он ходил на занятия, зарабатывал очки для факультета, подружился с Малфоем и его окружением, держал холодную дистанцию с гриффиндорцами. Больше всего меня удивило, что после первого урока он подошёл и попросил не сравнивать его с отцом. Откуда он узнал — не знаю. Но я пообещал, что постараюсь. После этого он подходил только когда его вызывал директор. Так и проходили дни, недели, месяцы. С его стороны не было ничего подозрительного, поэтому я бросил это занятие — мне и без того хватало дел… Рональд Уизли. — Мам, ну прекрати! Я всё понял! — Отвернувшись от её объятий, я оглядел вокзал в поисках виновника переполоха. — Рональд! Будь внимателен! От этого зависит будущее нашей семьи! — Упершись руками в бока, она окинула меня взглядом и отвернулась, отчитывая близнецов. Прождав на вокзале около получаса, мы не увидели никого, похожего на описание директора. Должен был прийти мальчик невысокого роста, со стрижкой «ёжик», нелепыми очками и в мешковатой одежде. За всё время прошёл только один человек: среднего роста, с длинными вьющимися волосами, собранными в хвост. Одет был роскошно — чёрная рубашка, свободные штаны и мантия с изумрудными вставками. На лице — очки в квадратной оправе с тонкими цепочками, уходящими под волосы. Видимо, сын богатых родителей. Не заостряя на нём внимание, мы прождали ещё, но так и не дождавшись Поттера, отправились в поезд. Пройдя все вагоны и не найдя его, я сел в свободное купе. Ко мне подсела Грейнджер. Мы познакомились и заговорили на разные темы. Так и доехали. Уже стоя на ступеньках, послышался шёпот, и вдруг голос Малфоя-младшего разрезал тишину: — Знаменитый Гарри Поттер приехал в Хогвартс. Это Крэбб и Гойл, а я — Драко Малфой. — Он протянул руку тому самому мальчику, которого я видел. Я остолбенел. Он совсем не соответствовал описанию директора! Пока я размышлял, Поттер уже тянул руку для рукопожатия. Тут я не выдержал и закричал: — Гарри, как ты можешь! Он же сын Пожирателя и будет служить Тому-Кого-Нельзя-Называть! Мой голос эхом разнёсся по залу. Шёпот нарастал. — Во-первых, я не разрешал называть меня по имени. Во-вторых, для тебя я — Гарольд Джеймс Поттер, Уизли. В-третьих, я буду дружить с кем хочу! — Закончив, он посмотрел на меня с такой горечью, что мне стало не по себе. Я покраснел от злости, пытаясь что-то сказать, но он уже потерял интерес. Меня отвлекла Гермиона, начав читать нотации. Пока она говорила, из огромных дверей вышла женщина лет пятидесяти (что для ведьмы — средний возраст). Шум стих. Объявив о распределении, она пропустила нас в зал. На потолке парили сотни свечей. У многих отвисли челюсти — я не был исключением. У большого окна стоял стол преподавателей. Рядом — та самая женщина и стул с Распределяющей Шляпой. Когда все собрались, Шляпа запела: Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите... Шапки, цилиндры, и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы сьела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боятся труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш – за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надёжные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. Когда она закончила, женщина вышла вперёд со списком: — Когда я назову ваше имя, наденьте Шляпу и садитесь на табурет. Начинаем! — Рональд Уизли! Сглотнув ком в горле, я вышел и сел на табурет. Шляпа недолго думая прокричала: — Гриффиндор! Спрыгнув, я услышал радостные возгласы братьев. Плюхнувшись рядом, я стал наблюдать за остальными. — Гермиона Грейнджер! Она гордо вышла. Не прошло и минуты, как Шляпа объявила: — Гриффиндор! Наш стол взорвался аплодисментами. Она, сияя, присоединилась к нам. — Драко Малфой! Из толпы вышел блондин с высоко поднятой головой. Шляпа едва коснулась его — и тут же: — Слизерин! Он самодовольно улыбнулся и направился к своему столу. — Гарри Поттер! Тишину прорезал гул: — Она сказала — Поттер? Тот самый? Шум не стихал, пока он не подошёл к табурету. Женщина надела на него Шляпу. Прошла минута… две… — Слизерин! Женщина пошатнулась. Кто-то вскрикнул — так были напряжены нервы. Он снял Шляпу, повернулся к ней, улыбнулся, а затем перевёл взгляд на директора, также улыбнувшись ему. Наш стол зашептался. Все думали, что он попадёт в Гриффиндор… но увы. Распределение продолжалось в гробовой тишине. Все переваривали мысль, что «символ света» оказался в Слизерине. Я обернулся на их стол: он спокойно общался с Малфоем и другими. От этого я ещё больше разозлился, но Гермиона не дала мне ничего сказать. Так началась наша война… Спустя год. Второй курс. — Альбус, ты серьёзно поставил на Защиту от Тёмных Искусств Локхарта? Он же ничего не знает! — Всё моё нутро кипело. Назначить такого болвана — верх идиотизма! — Северус, ты же знаешь — после исчезновения Квиррелла мало кто согласится на эту должность. — Он посмотрел на меня поверх очков и кивнул. — Тем более, я просил тебя присмотреть за ним. — Альбус, я не понимаю — зачем? Он преподавал тридцать лет. Что изменилось за год? Ты его в чём-то подозреваешь? — Я пристально посмотрел на него. Он что-то скрывал… но что? Махнув рукой, я развернулся и направился к двери. — Альбус, не знаю, что ты задумал, но мне это не нравится. Если с моими подопечными что-то случится — я не побрезгую тёмной магией. — Северус!... — Я всё сказал. Я вышел, громко хлопнув дверью. *** Громкий хлопок нарушил тишину. Я покачал головой и взглянул на Фоукса. Феникс спокойно сидел на жерди, словно чувствуя мой взгляд. Он открыл глаза, и мы несколько минут молча смотрели друг на друга. — Что же мне делать?... — прошептал я. Фоукс взмахнул крыльями и снова закрыл глаза. С портретов раздался голос Финеаса Блэка: — Альбус, ты уже погубил две жизни. Не пора ли остановиться? — Финеас, это не твоё дело. — Первый — твой партнёр, второй — твой ученик. Тебе не кажется, что ты губишь ещё одну жизнь? — При чём тут Геллерт? Он сам выбрал свою судьбу. Да, мы были партнёрами, но это не значит, что я должен был его отговаривать. Мы были молоды, амбициозны и глупы. Но пал он по собственной глупости. — Я развернулся к окну, скрестив руки за спиной. Холодный ветер гнул верхушки деревьев. Нелётная погода. Финеас продолжил: — Хорошо. А что насчёт Марволо? Скажешь, он тоже сам виноват? Ты же знал Меропу! Ты мог отдать его деду — Марволо Марксу или Морфину. Но ты отдал его в приют — во время магловской войны, да и магическая бушевала. И ты хочешь сказать, что ни при чём? Он покачал головой и исчез с полотна, не дожидаясь ответа. Я сел в кресло, обдумывая дальнейшие шаги. Если Финеас надеялся, что я передумаю, — он ошибся. Геллерт и Том сами виноваты в своей судьбе. Я лишь действовал ради всеобщего блага. Но теперь нужно решить, что делать с Поттером. Ни одно зелье на него не подействовало. А в этом году будет учиться младшая Уизли… Как же я ошибся, пообещав Молли, что её дочь станет женой Поттера… *** Первый год прошёл более-менее спокойно, если не считать стычек с Поттером и его компанией. Всё-таки я был прав — он станет вторым Тёмным Лордом. В этом году ещё будет учиться моя сестра. Директор пообещал матери, что Джинни выйдет за Поттера. Хоть кто-то будет счастлив… Мне же сказали, что я должен ухаживать за Грейнджер. Как говорила мама: «Стерпится — слюбится». Сборы прошли быстро. Единственное, где задержались, — книжная лавка. Мама стояла в очереди за автографом Локхарта. Краем глаза я заметил Поттера с Малфоями (старшим и младшим), но не стал отвлекать мать — иначе застряли бы ещё дольше. Когда мы вернулись домой, к нам пожаловал директор. — Добрый вечер, Молли. Я не помешал? — Он добродушно улыбнулся. Мать тут же засуетилась: «Нет-нет, проходите!» Нас выгнали с кухни, но мы подслушали: — Девочка моя, Рону придётся подружиться с Невиллом. — Отпивая чай, он бросил взгляд на дверь и подмигнул нам. — Но… зачем, Альбус? — Мать выглядела растерянной. — Видишь ли… Поттер теперь в Слизерине. Я не уверен, что всё пойдёт по плану. Поэтому, если что, Невилл станет «избранным». — Но… пророчество? — Можно сказать, что Шляпа ошиблась. Что пророчество — о Невилле. А то, что Том отметил его как равного… ну, скажем, это была случайность. Мать долго молчала, но в итоге согласилась. Директор допил чай и аппарировал. *** 1 сентября, ровно в полночь, меня разбудили и приказали взять отцовскую машину, чтобы отвезти Невилла. Не понимая зачем, я спросил — и получил такой взгляд, что сразу замолчал. Забрав машину и близнецов, мы помчались. Доехали только к двум ночи. Залезли в окно и вытащили его. Он что-то бормотал про домовика, который пугал его рассказами, что в школе опасно. Плюнув на это, мы просто отвезли его домой. К утру мать встретила нас взволнованно: — Куда вы пропали? А если бы вас увидели магглы?! Мы переглянулись, но промолчали. Пока она готовила завтрак, из комнаты выбежала Джинни: — Мам, куда ты убрала мантию?! — Увидев Невилла, она покраснела и убежала. Быстро позавтракав, мы отправились на платформу. На вокзале мы выстроились в ряд. Близнецы, Джинни и мать прошли сквозь стену. Мы с Невиллом решили разбежаться… И врезались лбами в кирпичи. Тележки перекрестились, мы шлёпнулись на пол. Тут подошёл охранник: — Эй, ребята, вы в порядке? — Д-да, сэр! Просто тележки тяжёлые, не справились! — Я поспешно встал. — Рон, что это было?! — Откуда мне знать?! Но если мы не смогли войти — значит, родители не смогут выйти! — Глянув на часы, я понял: если не действовать — опоздаем. — Невилл! Берём машину и летим в Хогвартс! Мы закинули чемоданы в багажник, посадили питомцев на заднее сиденье и взлетели. Найдя железную дорогу, мы понеслись вдоль неё, чтобы догнать поезд. Через полчаса услышали гудок… — Ура, догнали! — обрадовался я. Но Невилл обернулся и завопил: — ПОЕЗД!!! Я обернулся и вскрик, прибавив газу, я вырывался вперёд. Через несколько минут уже видел Хогвартс. Прибавив скорость, я не справился с управлением и потерял равновесие. Руль вывернулся и мы врезались в Иву возле школы. Как только мы "мягко" упали, я потерял сознание. пришёл я в себя, когда Ива стала нас сильно раскачивать, кинув вниз с силой. Машина относительно хорошо приземлилась, но как только я хотят взять палочку, я заворил: — Моя палочка! — Р-радуйся, что не шея… — хрипло сказал Невилл. У него была рассечена бровь. Я попытался выбраться, но тут появился Филч: — Ага! Вот вы и попались! Я простонал. Вот и отличное начало года…