Смерть? Не слышали!

«Я не просил эту тьму. Но раз она стала частью меня, я заставлю её работать на себя. И горе тому, кто встанет на моём пути.»

Рик Риордан, «Перси Джексон и проклятие титана»

Я постепенно уставал от разговора. Сириус слушал внимательно и не перебивал — больше казалось, что я говорит сам с собой. — Сириус, ты вообще меня слушаешь? — А?.. Прости, задумался… — Хорошо, давай я тебе вкратце объясню. Сейчас я проверю твоё здоровье: ментальное, физическое и магическое. В зависимости от результата будем тебя лечить, а потом поговоришь с Вальбургой. — А с ней зачем? — взвыл мужчина. Я хмыкнул, но промолчал. Достав палочку из кобуры, он произнёс чары. От Сириуса тянулись три нити: тёмно-зелёная — физическое здоровье, бледно-красная — ментальное и чёрная — магическое. — М-да, я думал, лучше будет. Физическое в норме, ментальное и магическое на дне. Мне понятно ментальное, но магическое? Даже если его отрезали от рода, такого убытка не должно быть. Я задумчиво смотрел на мужчину. Тот выглядел взволнованно и ёрзал на месте. — Физическое у тебя в норме, но ментальное и магическое практически на нуле. Допустим, ментальное я примерно пойму, но магическое? Не поделишься? — Ну… Я же в Азкабане был… Может, поэтому?.. Я покачал головой, встал с места и прошёл на кухню. Не прошло и минуты, как Гарольд вернулся. В руке у него была кружка, от которой исходил пар. Он протянул её Сириусу. Тот, не ожидая подвоха, принял её, поблагодарив. После первого глотка Гарольд продолжил: — Сириус, как ты сбежал из Азкабана? Мужчина глянул на него и с улыбкой стал рассказывать: — Мне помог Альбус, — ожидаемо. — Только это было года три назад. Всё это время я был в другой стране. Альбус попросил меня уехать, чтобы тебя не нашли приспешники Тёмного лорда. Как он объяснил, если я возьму тебя под опеку, то с большей вероятностью тебя попытаются убить… Сириус продолжал, пока не заметил потемневшие глаза Гарольда. Он резко замолчал и испуганно уставился на парня. До него дошло, что он только что сказал. — Другая страна?.. Интересно… — Гарри! Нет, я... Ты неправильно понял! Попытался оправдаться старший, но я не стал его даже слушать. Выставив руку, чтобы он замолчал, я продолжил: — Мне не важно, почему ты предал меня, но лечение ты будешь проходить. Сириус опустил голову и послушно кивнул. Призвав эльфа, я отдал ему указания, а сам отправился в Хогвартс.

***

Незаметно пролетел месяц. Кроме того, что я почти не проклянул Уизли, ничего не произошло. В последнем матче по квиддичу победил Слизерин, получив кубок. За день до конца года я не выдержал нытьё Рональда. — Ужас! Слизерин выиграл кубок! Как же они меня бесят, эти чистокровные снобы! А эти новые мётлы? Наверняка старший Малфой подарил, чтобы сыночка пропихнуть в команду! — Рональд! Прекрати! — шикнула на него Гермиона. — Ты не понимаешь, Мио! — Я тоже не понимаю, Рон, — спокойно спросил я, хотя внутри постепенно закипал. — Ну что тут непонятного?! Эти змеи обыграли нас! Если бы не новые мётлы, Гриффиндор выиграл бы! — Не забывай, Рон, я тоже на Слизерине, и команде помогли не мётлы, а усердные тренировки. От моих слов Рональд побагровел и стал жестикулировать руками. — Гарри! То, что ты на Слизерине, это явно ошибка! Скорее всего, это пожиратели виноваты! От этих слов я аж воздухом подавился. — Ладно бы он сказал, что это просто ошибка, но как бы пожиратели подговорили артефакт школы? — Рон, как ты это представляешь? На школе защита, ни один приспешник Тёмного лорда не прошёл бы! — Ну хоть Гермиона в эту чушь не верит. Кивнув головой, я включился в разговор: — И да, Рон, новые мётлы подарил я команде. Тот аж подавился конфетой. Он смотрел на меня немигающим взглядом. — Зачем?! Ты бы мог потратить деньги на что-то лучшее! — Он проглотил конфету и быстро затараторил: — Из-за тебя мы проиграли кубок! — Рональд Уизли, — холодно отчеканил я. — Я сам разберусь, куда тратить свои деньги. Я спокойно поднялся с места и, перед тем как уйти, обронил: — И если на то пошло, я тоже змей и не советую говорить о моих друзьях. Я и в жабу превратить могу. — Гарри! Даже не став дослушивать этот бред, я удалился.

***

Драко, Тео и Блейз уже были в школе, чему я был рад. Неделю назад я успел сделать артефакты. В этом году выпускается Лукас. Думаю, свои люди вне школы будут полезны. Перед пиром я собрал ребят в гостиной. Те с интересом расселись по своим местам. — Ребят, перед пиром я хочу отдать вам артефакты. С их помощью мы можем общаться ментально. — Но зачем они нам в школе? — Тео, это последний год Лукаса. Свои люди вне школы не помешают. — Потти, это замечательная идея! — Знаю, Дракош. Так вот, Лукас, куда ты собираешься после школы? — Я думал о министерстве, отдел правопорядка. — Хмм... это может помочь в будущем. — Хорошо, свой человек в министерстве не помешает. Я раздал артефакты: два кольца, три подвески и две серьги. Кольца взяли Маркус и Лукас, подвески, Шон, Тео и Гелиос, серьги, Драко и Блейз. — Метки не позволяют общаться ментально. Эти артефакты настроены на вас. Я могу слышать вас постоянно, закрыть канал могу только я. — Это напоминает внутренний круг Тёмного лорда… Я посмотрел на Лукаса. Тот вертел кольцо в руке, рассматривая чёрный камень в огранке. — Возможно, но не думаю, что вам понравится, если я действительно буду вести себя как он. Они переглянулись. Лукас поджал губы, а кольцо в его руках мелко задрожало. Посмотрев на него поверх очков, я почти шёпотом произнёс: — Ну так что? Мне внести коррективы? В тишине гостиной это прозвучало отчётливо громко. — Нет… — Лукас, успокойся. Маркус положил ему руку на плечо, успокаивая. Тот от прикосновения расслабился и слегка улыбнулся. Я смотрел на эту картину и не мог сдержать ухмылки. — Потти? Ты чего? — Дракош, сам посмотри. Драко посмотрел на Маркуса и Лукаса. Он не понял и переводил взгляд от них ко мне. — Маркус, Лукас, могу поздравить вас. Они быстро переглянулись, их лица покраснели, они отвели взгляды от меня. — Но как ты догадался? Мы где-то спалились? — Нет, Маркус, просто я наблюдательней других. Обычно Лукас не терпит прикосновений, а тут он расслабился от твоего. Тут подскочил Драко: — Они вместе?! — Дошло. Все засмеялись, глядя на Драко. Тот смотрел на меня, ища что-то в моём выражении лица. Не найдя того, что он искал, он успокоился. — Гарольд, у меня есть интересная идея. — Тео? Надеюсь, это не новые идеи по травле Гриффиндора? Хотя я и сам не против. — Нет, нет! Как тебе идея сделать свою форму? — Типа как у пожирателей? — Почти. Верх сделать простым и практичным. Думаю, белые водолазки подойдут. Низ тоже должен быть удобным и подвижным. Широкие брюки могут подойти. Жакеты будут лишними — они могут сковывать движения. Мантию… можно сшить белые на заказ, можно сказать, будет фишка. Ну и маски, чтобы скрыть лица. — Тео, это прекрасная идея! — Согласен с Потти. Я видел форму отца: на вид она жутко неудобная, больше похожа на официальную. Она полностью чёрная, а маска серебряная. — Думаю, маски можно сделать серебряными и добавить линий разного цвета. — Хорошая идея, Шон. Думаю, вместо линий можно сделать одну змейку сбоку, чёрного или зелёного цвета. Или цвета будут зависеть от того, кто какое место занимает. Я позже набросаю и определимся. — Отлично. Тогда изготовление масок пусть возьмёт на себя Гелиос, а мантии — Драко. У них личный портной, много вопросов задавать не будет. — Хорошо. Тогда я нарисую эскиз маски и отправлю тебе. Главное, чтобы было меньше вопросов, зачем столько масок. — Хорошо, Гарольд. — Ну что ж, пора на пир, мои адепты Чёрного Феникса. Гарольд поднялся с места и, смеясь, направился к выходу. — Поттер, почему адепты Чёрного Феникса? — Ну разве не иронично? Есть Орден Феникса, а мы — противоположность. — Умно, Гарольд. Но может, другие варианты рассмотрим? — Я перевёл взгляд на парня. — Блейз, есть другие идеи? — Жнецы Рассвета? — Хорошая попытка, но нет. Мы — адепты Чёрного Феникса. Чтобы что-то имело успех, на пепле нужно построить новые правила. Раз директор хочет поиграть, тогда сыграем партию на моих правилах. Дошли они в молчании. Каждый думал о своём. Гул в Большом зале отгонял всякие мысли. Самым громким был Гриффиндор: с их стола были слышны голоса, смешки и радостные вопли. Стол ломился от разных блюд. Есть мне не хотелось, поэтому я пил только кофе. Тинки согласилась наливать мне кофе — хоть что-то хорошее. Дамблдор смотрел на меня, не отводя взгляда, будто следил. — Думаю, пора ходить мне. Что ты сделаешь, когда я начну ходить? Альбус, ты сделал много ошибок, пора начинать платить.

***

Пир подходил к концу. Преподаватели шептались между собой, будто кого-то обсуждали. Послышался мелодичный звон бокалов. Альбус медленно поднялся с кресла. Его взгляд медленно скользил по рядам учеников: от взволнованных первокурсников до серьёзных выпускников. Он поправил свои очки, и на его лице появилась лёгкая улыбка. — Дорогие ученики, прежде чем мы отпустим вас на летние каникулы, на шум магловских поездов и на тишину магических усадеб, мне бы хотелось задержать вас ещё на мгновение. Всего на одно мгновение, чтобы поговорить о дорогах. — Он сделал паузу, голос стал мягче. — Год, что подошёл к концу, как и любой другой, был полон выборов. Выбирали, какую книгу взять в библиотеке, как ответить на уроке зельеварения, — со стороны Снейпа послышался смешок, — за кого болеть на квиддиче. Но были и другие выборы, тихие, невидимые. Те, что происходят здесь. — Он прикоснулся рукой к сердцу. — Их никто не видит. Мы часто слышим, что мир делится на свет и тьму. Что есть один верный путь, освещённый фонарями, усыпанный розами и отмеченный яркими указателями. И есть другой — тёмный, запутанный, проросший тернием. Нас учат выбирать первый путь. — Его голос стал тише, приобретая металлические ноты. — Но я скажу вам сегодня, дорогие мои ученики, что суть пути не в его освещённости, а в том, кто идёт по нему. Бывает так, что и на самом светлом пути можно найти зависть, трусость и равнодушие, холодное как лунный свет. А бывает, и поверьте старику, знающему кое-что в заблуждениях, что в самой густой тьме можно отыскать свой собственный свет. Искру раскаяния, тлеющий уголёк милосердия, неожиданную решимость повернуть назад, даже когда все тропы, кажется, ведут только вперёд, в глубь леса. — Он обвёл взглядом стол Слизерина, задерживаясь на мне, давая понять, что обращается к слизеринцам. — Выпускники этого года… Вы стоите на пороге и выбираете не тропу, а целое направление. Помните: какую бы карту вы ни взяли в дорогу, самым важным компасом всегда будет ваша совесть. Она может тикать как надоедливые часы, но она никогда, слышите? Никогда не соврёт. А вам, мои юные друзья, которым ещё предстоит столько открытий в этих стенах, я желаю вам смелости. Смелости пробовать разные тропы. Смелости протянуть руку тому, кто заблудился, даже если он стоит в тени. Смелости, чтобы иногда просить помощи, если ваши собственные свечи начинают меркнуть. — Он снова улыбнулся, и в его синих глазах загорелись весёлые искорки. — А теперь, когда я, пожалуй, слишком увлёкся метафорами и заставил вас изрядно задержаться… Пришло время для традиционного подсчёта очков! В этом году на четвёртом месте, получившие четыреста пятьдесят восемь очков, Когтевран! — В Большом зале послышались аплодисменты и даже свистки. — На третьем месте, получившие пятьсот шестьдесят очков, Пуффендуй! — Вновь в зале раздались аплодисменты. — На втором месте, получившие шестьсот девяносто восемь очков, Гриффиндор! — Зал разразился ещё большими аплодисментами и вскриками. — И на первом месте, получившие восемьсот пятьдесят очков, Слизерин! А также Слизерин получает кубок квиддича за победу в матче! — В зале воцарилась тишина, только спокойные хлопки были слышны с нашего стола. Альбус поднял бокал с тыквенным соком и щёлкнул пальцами, сменив флаги на герб Слизерина. — Что ж, желаю приятных каникул! — Он отпил из бокала, и зал взорвался аплодисментами и счастливыми возгласами. — Кажется, кто-то слишком нас любит. — Нет, он просто решил, что мы о чём-то задумаемся, Гелиос. — О чём ты говоришь, Гарольд? — Он же думает, что мы светлые невинные мальчики. — Да, Потти, ты у нас самый святой. — Конечно, Дракош, я невинный мальчик, который по ошибке попал на Слизерин. Ребята дружно прыснули смехом. Я тоже не удержался — тихий смешок сорвался с губ. — А, Потти… — Я вопросительно посмотрел на него. — Матушка спрашивала, ты придёшь? Она говорила, что хочет что-то обсудить. — Дракош, конечно, приду, только в середине лета. Сам понимаешь, Гримм дома. — Хорошо, я ей передам.

***

Дом встретил меня уютной тишиной. Только голоса из гостиной нарушали молчание дома. — Кикимор! — Добро пожаловать домой, хозяин, — лапоухое создание тут же появилось. — Спасибо. Отнеси мои вещи в комнату. А где Сириус? — Предатель сидит в гостиной, общается с госпожой. — Хорошо, можешь идти. Эльф поклонился и, забрав мои вещи, исчез. Пройдя в гостиную, я увидел интересную картину. Сириус сидел спокойно и тихо спорил с Вальпургой. Хотя их голоса были спокойны, я видел разочарование и гнев в глазах уставшей женщины, а её сын сидел спокойно. Остановившись в дверях, я переводил взгляд с одного на другого, пытаясь понять, о чём они спорят. — Сириус, ты просто жалок. Я воспитала тебя по-другому. Что с тобой стало? — Женщина устало покачала головой. — Почему ты бросил Гарольда? В самый ответственный момент. Ты раньше не был таким. — Так нужно было, — он поставил чашку на столик и откинулся на спинку кресла. — Ты не понимаешь… — Вот именно, сын, не понимаю. Семья превыше всего, ты же… — Он не дал ей договорить, вскочив с места. — Вот только не нужно вновь начинать этот разговор! Это не изменит ситуацию! Что случилось, то… — Вот именно, ничего не изменить. Тебе оказалось важнее мнение этого старика, чем я. Сириус тут же развернулся ко мне: — Гарри, что ты… — Это мой дом. Если бы ты хоть чуточку интересовался мной, знал бы, что я должен был сегодня приехать. — Гарольд, добро пожаловать домой. — Спасибо, леди, рад снова вас видеть. Вальбурга склонила голову и улыбнулась. — Как прошёл пир? — О, просто замечательно, леди! Такой чуши я за всю свою короткую жизнь не слышал, как сегодня! — Похоже, Альбус стал ещё хуже, — она покачала головой и слегка улыбнулась. — Думаю, мне стоит уйти. Я признательно склонил голову и улыбнулся. Сириус стоял молча, опустив голову. — Что ж, раз уж появилось время, можем поговорить. — Старший резко вскинул голову, глядя в холодные глаза Гарольда. — Но думаю, мы поговорим за столом. Я сейчас схожу переоденусь, а ты иди в столовую. Кикимор должен был уже накрыть. — А мы не могли бы поесть в… — Я тут же оборвал его: — Нет. Привыкай жить по моим правилам. Я прошёл мимо него, не обращая внимания на его рассерженное лицо.

***

Войдя в столовую, я слегка улыбнулся. Кикимор прямо расстарался: стол буквально был усыпан разными блюдами. На секунду я затормозил — на моём месте сидел Сириус с ухмылкой. — Сириус, ты, по-моему, забыл. — На лице медленно появлялась улыбка. — Ты не глава рода. Прочь с моего места. Он попытался что-то сказать, но магия хлестнула по нему. С его лица медленно сползла улыбка. Он уставился на меня широко открытыми глазами и тут же подскочил с места, садясь справа. Улыбнувшись краем губ, я прошёл на своё место. — Кикимор. — Чего изволите, хозяин? — Убери яблоки со стола, у меня аллергия на них. Эльф тут же упал на колени и стал кланяться: — Простите непутёвого! Я не знал! Простите!.. — Всё хорошо, Кикимор, просто запомни. Он тут же закивал и щелчком убрал их. — Можешь идти. Ужин прошёл в тишине. Сириус постоянно поглядывал на меня, что меня раздражало. Я же старательно делал вид, что не замечаю. Кикимор уже убрал со стола. Попросив кофе, я внимательно посмотрел на него. — Сириус, — тот вздрогнул. — Ты понимаешь, какую херню натворил? — В смысле?.. — Ты послушал Альбуса. Ты бросил меня, оставив на старика. Он отдал меня Дурслям. Ты понимаешь, что я пережил? Тот с непониманием уставился на меня. — Как?.. Он же сказал, что отправит тебя к Уизли! — И ты поверил? Серьёзно? — Но Дурсли ненавидят всё, что связано с магией! — Да. А теперь представь, что я пережил за одиннадцать лет в той семье. Тот смотрел на меня не веря. — О Мерлин!.. — Мерлин тут не поможет. Воцарилась тишина. Сириус опустил взгляд. Допив кофе, я поднялся с места, уходя и давая время подумать старшему. — Если тебе интересно, поговори с Вальбургой. Она знает всё обо мне, — не оборачиваясь, бросил я. *** Я шагал по тропинке, обдумывая всё, что узнал. — То есть Альбус пообещал, что отдаст меня Уизли, но что заставило его передумать и отправить меня к Дурслям? Узнавая всё больше, я перестаю понимать, что вообще задумал директор. Спиной я почувствовал, что за мной кто-то идёт. Нет, не следят, а именно идут под чарами. По спине прошёлся холодок. В прошлой жизни я привык к слежке. Реддл заставлял следить за нами многих — даже сосчитать трудно, сколько мы были в бегах… — Даа… Сколько тогда полегло его людей от нас? Не сотни, конечно, но всё же. Так странно, что мы больше не враги… Иногда кажется, что скоро вот-вот опять начнутся погони и убийства. Сложно избавиться от воспоминаний, каким он был. Безумный, кровожадный монстр в прямом смысле. До сих пор мурашки от его облика. Хоть сейчас он выглядит нормально. Аппарировав в старый переулок и осмотревшись, я пошагал. Шёл я долго, пока вдали не увидел парк. От воспоминаний я улыбнулся. Тогда, когда я не знал волшебного мира, я часто уходил в парк недалеко от дома. Там было спокойно и мало людей, особенно по будням, что я и любил. Дойдя до скамейки, я присел, держа в руках альбом с рисунками. Погладив корешок, я открыл его. Портреты, что смотрели на меня с бумаги, были будто живыми. Переворачивая страницы, я остановился на последнем рисунке. Марволо в домашней обстановке. Он был красив: бледная кожа, выразительные скулы, тёмные вьющиеся волосы, тёмные глаза, что отливали алым, аристократическая осанка. Повезло, что я застал тот момент. Чёрная рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, и узкие брюки, что подчёркивали его фигуру. Проведя пальцами по рисунку, я задумался. — Даже в домашней обстановке он выглядел ухоженно. Будь он хоть в футболке и шортах, его харизма не позволила бы ослушаться его. Портрет был будто живым. Не залюбоваться им было сложно. Теперь я понимаю, почему люди тянулись к нему. Не только его умения привлекали чистокровных, но и внешность. Многие были в то время любителями красоты. Перевернув последнюю страницу, я достал карандаш и, медленно продумывая каждую деталь, стал выводить линии будущих масок.

***

После ухода Гарольда я не мог понять, что меня так насторожило. Когда диагностика показала, что он почти истощён, я почему-то взбесился. Давно не испытывал это чувство. Какая-то тревога била по вискам, не давая заснуть. — Х-х-хозяин, я ч-ч-чувствую вашу тревогу. — А, Наги, я не понимаю, что меня встревожило. — Вы с-с-сами не с-с-свой после ух-х-хода мальчиш-ш-шки. Хмыкнув и щёлкнув по треугольной мордочке, я кивнул. — От мальчиш-ш-шки пах-х-хло вами. — О чём ты, Наги? — У него магия, как и у вас-с-с. Запах-х-хи пох-х-хожи. Мужчина промолчал. Он был тёмным, это факт. Но если его магия похожа на его… Это странно. Очень. Марволо лёг обратно, пытаясь заснуть, мысленно давая обещание, что разберётся позже. *** Первый месяц лета прошёл незаметно. Сириус даже не подходил ко мне. Вальбурга рассказывала, что после моего ухода он подходил к ней, а после разговора закрылся в комнате и до сих пор не выходил. Я его не трогал. — Ему нужно обдумать всё, что с ним происходило. Скорее всего, у него была ментальная закладка, ну или куча зелий. — Кикимор. — Чего изволите, хозяин? — Я ухожу к Малфоям. Срочные бумаги будешь приносить. Я поговорю с лордом, чтобы тебе дали доступ. А также присматривай за домом и Сириусом. — Хорошо, хозяин. Кивнув самому себе, я аппаратировал. — Защита теперь пропускает меня? Ритуал крестин даёт свои плюсы. На этот раз я оказался с другой стороны поместья. Тропинка, украшенная живой изгородью, а вдали виднелись кованые ворота. — Насколько я помню из прошлой жизни, для ворот был отдельный знак. В противном случае на воротах появлялось лицо, спрашивая, зачем он здесь. Дальше дорога была украшена тисом, где виднелся фонтан и пара белых павлинов. Сад Нарциссы — множество магических и немагических растений. Рядом с поместьем была беседка. В ней была Нарцисса. Быстрым шагом я добрался до неё. — Добрый день, леди. — Гарольд! — Она подошла ко мне и обняла. Я застыл. Мои руки слишком поздно поднялись, чтобы обнять её в ответ. Мы простояли так недолго. Отстранившись от меня, Нарцисса тепло улыбнулась и показала рукой на беседку. — Леди, Драко говорил, что вы хотели что-то обсудить? — Да, но давай сначала выпьем чая. Я кивнул. Похоже, ей нужно собраться с духом. Она позвала домовика, и через минуту на столике стоял чай. Клубы пара поднимались из чашек, но она упорно продолжала молчать. Когда молчание стало затягиваться, я решил его прервать: — Леди та… — Не успел я договорить, как меня перебили: — Цисси, или крёстная. Кивнув, я продолжил: — Крёстная, так о чём вы хотели поговорить? — Гарольд, я надеюсь, этот разговор не поселит раздор между нами. — Дождавшись моего кивка, она продолжила: — К нам недавно приходил лорд. Он спрашивал про тебя, интересовался всей информацией, которую мы знаем. Мои глаза расширились от удивления. Отставив чашку подальше от себя, я ждал продолжения. — Мы рассказали ему всё… — Я моргнул, уставившись на неё. — Прости… Он… Угрожал нам сыном… Мы не могли поступить иначе… — Нарцисса не смогла сдержать слёз. Я видел вину в её глазах. Встав с места, я подошёл к ней и обнял за плечи. Она накрыла мои ладони своими и постоянно говорила «прости». — Крёстная, прошу, перестаньте плакать. Вы не могли поступить иначе. — Мы… Нет, я не смогла сохранить твою тайну… Ты мой крёстный сын… Прости… Я продолжал гладить её по спине, пытаясь успокоить. Она плакала тихо, даже всхлипов не было слышно. — Гарольд… — Я остановил её рукой, опустившись на корточки, чтобы она могла полностью меня видеть. — Послушайте, вашей вины тут нет. Вы всё правильно сделали. — Я смотрел на неё, и даже гнев сошёл на нет. — Тут только моя вина, что не смог достаточно защитить вас. Она пыталась что-то сказать, но я опять остановил её. Поднявшись, я протянул ей руку. — Крёстная, пойдёмте в дом. Думаю, ваш муж вас потерял, а я ужасно соскучился по Дракону. Нарцисса смотрела на меня не моргая, а потом улыбнулась виноватой улыбкой и приняла мою руку. Шли мы в тишине, каждый думал о своём. На пороге дома нас встретил Люциус. — Дорогая, я как раз хотел пойти за тобой. Гарольд? Рад тебя видеть. — На его лице была улыбка, настолько натянутая, насколько возможно. — Здравствуйте, Люциус. А Драко?.. — Он в своей комнате. Я попрошу эльфа отвести тебя к нему. Кивнув ему, я пошагал за Лири. — Похоже, новый домовик или просто я не видел её… За размышлениями я не заметил, как мы подошли к комнате. Эльфийка поклонилась и исчезла. Стукнув в дверь, я услышал: — Ма, я скоро спущусь! Улыбнувшись, я открыл дверь. — Я, конечно, не мама, но тоже рад тебя видеть. Драко резко повернулся и улыбнулся во все зубы. — Гарольд! — Он влетел в мои объятия, по-другому не скажешь. — Ну-ну, тише, Дракон. Не так быстро. Он рассмеялся так искренне, что даже я не смог сдержать улыбки. — Гарольд, ты разговаривал с матушкой? — Он поднял на меня глаза, не отпуская. — Да, но тебе не обязательно знать о чём. — Я щёлкнул его по носу, от чего тот скривился. Разговор шёл сам собой. Мы умудрялись перескакивать с одной темы на другую, даже не замечая, как начало темнеть. В комнату постучали, и в дверном проёме показалась леди. — Мальчики, пора ужинать. — Хорошо, мам. — Сейчас спустимся, крёстная! Мы сказали это одновременно, от чего засмеялись, а Нарцисса не стала вновь повторять и вышла из комнаты. Драко уже собирался выйти, как я окликнул его. — Драко. — Он вопросительно посмотрел на меня через плечо. — Ты сделал заказ мантий? — Да, но готовы они будут только к концу лета или в начале сентября. — Хорошо, но чем раньше, тем лучше. Он кивнул и вышел из комнаты, оставив меня одного. Оставшись один, я выдохнул. На душе поднимался гнев с отчаянием. — С одной стороны, я ужасно зол, что они рассказали Марволо правду. С другой, я их понимаю. Марволо поступил подло, угрожать Драко, чтобы узнать информацию. Низко, очень низко. — Откинувшись на спинку стула, я закрыл глаза. — Хорошо хоть сказали, а не стали скрывать. Но теперь посмотрим, что он будет делать. Хоть они не знают, что я хоркрукс. Вскочив на ноги, я тряхнул головой, отгоняя мысли. Спускаясь вниз, на меня напали старые воспоминания. Оказывается, до Пожирателей поместье было шикарным, по-другому не назвать. Я запомнил его совершенно другим… В столовой были слышны голоса. Драко что-то рьяно рассказывал матери, а Люциуса не было слышно. Когда я вошёл, разговоры прекратились будто по щелчку. Нарцисса попыталась улыбнуться, но вышло натянуто, а её муж был хмурым. Видимо, я задержался немало. — Прошу прощения, что долго, — на губах появилась лёгкая улыбка. — Гарольд, я ушёл полчаса назад, почему ты так долго? Я лишь виновато покачал головой. — Драко, если ты поел, можешь подождать меня в комнате? Пожалуйста. Пожав плечами, Драко поднялся с места и вышел из столовой. Сев напротив Нарциссы, я посмотрел на обоих. Леди виновато отвела взгляд, а Люциус поджал губы. Помолчав некоторое время, я решил прервать тяжёлую тишину. — Люциус, крёстная, — оба как по команде посмотрели на меня. — Прошу, успокойтесь. Я услышал тяжкий вздох Люциуса и как леди нервно помешивала чай или кофе. Отставив тарелку и подвинув чашку ближе, я сделал глоток кофе. — Я буду откровенен. Конечно, плохо, что Марволо узнал правду, но! — На этом слове Люциус посмотрел мне в глаза. — Я понимаю, что по-другому нельзя было. — Гарольд… — Не дав договорить, я продолжил: — Люциус, я бы так же поступил. — Было видно, как плечи Нарциссы вздрогнули. — Тут и моя вина есть. В день крестин я был у него, нужно было поговорить. И так получилось, что он узнал, что вы стали моей крёстной. — Сняв очки и положив их на стол, я пытался расслабиться, но выходило так себе. — Гарольд, ты разговаривал с ним? — почти шёпотом спросила крёстная. Я только кивнул. — О Мерлин!.. — тихо воскликнула она. — Я с ним позже поговорю, но мне и самому интересно, что он придумает! — Я не смог сдержать хохот, от чего супруги переглянулись. Дальше была тишина. Никто не решился что-то сказать. — А, лорд Малфой, — тот посмотрел на меня. — Могли бы вы дать разрешение моему эльфу приходить? Сами понимаете, документы и всё такое… — как бы невзначай сказал я. Он кивнул. Как только я собирался уйти, передо мной появился эльф. — Хозяин! Кикимор плохой! Плохой эльф! — Спокойно. Что случилось? — Предатель как-то вышел из дома! Плохой Кикимор! Не смог уследить за ним! — Вот как… Что ж, раз вышел, ничего. Ты же чувствуешь, где он? Тот быстро закивал. — Тогда проследи за ним, потом расскажешь. — Хорошо, хозяин! — Это всё, Кикимор? — Точно, хозяин, вот! — Он протягивал простой конверт без подписи снаружи. — Прилетела сова, оставила письмо. На нём нет чар или зелий. Забрав письмо, я сразу распечатал его. "Здравствуй. Мне срочно нужно с тобой встретиться, в самое ближайшее время. Сообщи, когда будешь, чтобы открыть камин." "С уважением, Т.М.Р." — Кикимор, можешь идти. Он кивнул и исчез. — Люциус, я завтра отлучусь ненадолго. Сможете открыть камин? — Я махнул пергаментом. — Он уж очень хочет встретиться со мной. — Это письмо от Лорда? Я кивнул. — Как думаешь, что он хочет? — Не знаю, Люциус, не знаю. Но очень интересно.

***

Ночь пролетела как одно мгновение. Поспать толком не получилось — если и поспал часа три, и то хорошо. Зайдя в ванную, я посмотрел на себя в зеркало. Отражение было не очень презентабельным. Отправив вчера патронус Марволо, мы разошлись. Где-то до полуночи мы с Драко разговаривали, а потом разошлись. Мне выделили гостевую рядом с его комнатой. Тёмные круги под глазами были выразительными, а сами глаза больше не были ярко-зелёными — они стали тусклее, темнее. Теперь цвет приобрёл тёмно-изумрудный оттенок. Умывшись, я убрал мокрую чёлку, прилипшую ко лбу. Взгляд зацепился за шрам. — Что? Края шрама выглядели воспалёнными, будто кто-то прикоснулся раскалённым металлом. — Неужели так быстро догадался? Пытался собрать хоркруксы воедино? — Кикимор, — почти шёпотом позвал я. — Чего изволите, хозяин? — Принеси бодрящее зелье, крововосполняющее и умиротворяющий бальзам. — Хозяин совсем не бережёт себя. — Кикимор! Тот встрепенулся, исчез и тут же появился, держа в маленьких руках три флакона. — Держите, хозяин. Как только я забрал бутылки, эльф ушёл. Залпом осушив все зелья, я по-быстрому принял душ и оделся. — Темпус. — Яркие золотые цифры показывали начало седьмого, а рядом дата — пятнадцатое июля тысяча девятьсот девяносто третьего. — Надеюсь, Нарцисса уже не спит. Быстро спустившись с лестницы, я зашёл в гостиную. Нарциссы не было, зато был Люциус. — Доброе утро, лорд Малфой. — Доброе, Гарольд. — Можете открыть камин? Он щёлкнул пальцами и уставился на меня. — Пожалуйста, будь осторожен, Гарольд. — Всегда. И шагнул в камин, глядя на него сквозь зелёное пламя.

***

Поместье Салазара встретило меня тишиной. Хозяина не было видно. Решив пойти в кабинет, я увидел портрет Салазара. — Здравствуйте, юноша, — портрет осматривал меня не стесняясь. — Здравствуйте, Салазар Слизерин. — Сделав поклон, я рассматривал его. Лицо худое, с резкими, угловатыми чертами, высокие скулы, узкий нос, впалые щёки, глаза холодного серого цвета, длинные седые волосы и борода. Он стоял прямо, на руках были видны перстни с головой змеи, а в одной руке он держал посох с навершием в виде змеи. Голос был шипящим, как у змеи. — Позвольте представиться: Гарольд Джеймс, лорд Поттер-Блэк-Певерелл. — Три рода сразу? Весьма неплохо. — Засмеявшись, проговорил он. — Давненько я таких магов не встречал. — Благодарю. — А вам сколько лет-то, юноша? Довольно молодо выглядите. — В следующем месяце тринадцать. — В тринадцать быть трижды лордом? Похоже, вы довольно сильны. — Простите, но мне нужен Марволо. Не подскажете, где он? — Ох, молодость… — Он покачал головой. — Да он в кабинете. Поблагодарив его, я постучался в дверь. Никто не ответил. Когда и на третий раз мне никто не ответил, я толкнул дверь. Осмотрев помещение, я заметил его на диване с книгой. Подойдя ближе, я застыл. — Спит. Удивительно, даже во сне он красив. Не зная зачем, я протянул руку. Как только моя рука почти прикоснулась к его волосам, он открыл глаза. Он резко вскинул руку, и меня отшвырнуло в конец комнаты, в стену. Затылок нещадно зажгло, в глазах всё поплыло, а во рту почувствовался металлический привкус. — Гарольд!? — Марволо подскочил ко мне, приподнимая с пола. — Марволо, какого мородёра ты творишь!? — зашипев, прокричал я. — Так зачем ты руки тянул ко мне!? — Придурок! Разбудить хотел! Он что-то продолжал говорить, но в ушах стоял звон — я его не слышал. — Кикимор… — Хоз… Хозяин! Что случилось!? — Принеси… кха… — со рта потекла кровь. — Принеси зелье под номером… кха-кха… двадцать. Эльф тут же пропал. — Прости, Гарольд, это привычка. Сил хватило лишь кивнуть. Эльф появился с громким хлопком и передал зелье Марволо. Тот даже спрашивать не стал, а просто влил его в меня. — Да… Похоже, сломал рёбра. Вот тебе и доброе утро, блять… — Марволо, можешь… перенести меня на диван? Он подхватил меня и быстрым шагом донёс до дивана, аккуратно положив. — Ты как? — Такое ощущение, кха-кха… — я вытер кровь рукавом. — Будто я упал с астрономической башни. Хмыкнув, он сел рядом. — Мне больше интересно, что это было? На простое заклинание не похоже. — А, стихийная магия. — Стихийная магия? Не слышал о таком. — Не удивительно, информацию сложно найти. Последнюю книгу я нашёл в Хогвартсе. Если интересно, поищи в библиотеке Хогвартса. Может ещё осталась информация. Зелье начало действовать. Сняв очки и положив их рядом, я пытался сфокусировать взгляд — неудачно. Закрыв глаза, я стал ждать, пока станет лучше. — Так о чём ты хотел поговорить? Было слышно, как зашуршала одежда. Марволо что-то взял со стола, и в тот же момент в меня прилетела папка с документами. Открыв глаза и кое-как сфокусировав взгляд, я принял сидячую позу. Посмотрев на папку и на него, я спросил: — Читай. Пожав плечами и открыв папку, я стал читать, и с каждой новой строчкой мои глаза расширялись от шока. Имя: Том Марволо Гонт-Слизерин (жив) Возраст: 66 лет Отец: Том Реддл (мёртв) Мать: Мериопа Гонт, чистокровная в 57 поколении (мертва) Крёстный отец: — Крёстная мать: — Наследник родов: Гонт — непризнан Слизерин Дары рода Гонт: НЕ ПРИЗНАНЫ МАГИЕЙ Дары рода Слизерин: Парселтанг (100%) Боевая магия (100%) Ранее магический опекун: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор Дар повелителя ветра: стихийная магия ветра (Род Гонтов примет наследника, если он соберёт осколки души!) Оставшиеся хоркруксы: дневник, кольцо Марволо Маркса, медальон Салазара Слизерина, чаша Пенелопы Пуффендуй, диадема Кандиды Когтевран, Гарольд Джеймс Поттер-Блэк-Певерелл, змея (Нагайна). Отложив бумаги, я посмотрел на него. — Я думал, твоя мать была Марксом. Оказывается, Гонт... Интересно... — Меня сейчас не это интересует! Ничего не хочешь мне рассказать!? — Марволо за один шаг преодолел расстояние и навис надо мной как туча. — Как ты стал хоркруксом!? — Ты не шипи на меня! — Вскочив на ноги, уже я стал напирать. — Сам создал в ту ночь! — Схватив его за шиворот рубашки, я тряхнул его. — Не забывайся, Марволо. Если бы я не помог, ты бы сейчас здесь не стоял! — Щенок! Как ты смеешь! — Он оттолкнул меня, от чего я пошатнулся. — Ты совсем страх потерял! Я на автомате выставил щит, отходя от него. Я принял боевую готовность. — Он взбесился не на шутку. Нужно быть осторожнее. Язык — враг мой… — Конфундус! — Заклинание ударилось о щит. — Круциатус! Орбис! Экспульсо! — От последнего заклинания пришлось уворачиваться. — Он мне не по силам! Чёрт, чёрт! Посыпался град заклинаний. Не всё время получалось уйти от атаки — плечо задело и ногу. На удивление, он быстро выдохся. — Ты закончил? — с опаской поинтересовался я, глядя, как он медленно оседает на пол. — Ты!.. — говорил он с натяжкой. — Да, я. А теперь давай поговорим как нормальные люди. Я подходил медленно, готовый в любой момент отскочить, но, похоже, он выдохся, и можно было не опасаться. Подняв его на ноги и отведя к дивану, я сел на противоположное кресло, ожидая, когда он придёт в себя. — Марволо, я понимаю, почему я взбесился, но ты-то взрослый человек. Какого чёрта? — Ритуал… Он сделал меня менее стабильным. — То есть из-за хоркрукса ты меня позвал? — И да, и нет. Мне очень интересно, каким образом ты переродился. — А… Всё довольно просто и сложно одновременно. Хель, она же Смерть, помогла. Как она мне объясняла, я её потомок. В тот день ты меня убил. Я уже тогда знал, что я твой хоркрукс. А когда Авада прилетела в лоб, я очнулся на Аллее. А знаешь, что самое интересное? На тот момент я думал, что Альбус мёртв, но оказалось иначе. Они тебя убили, а мои друзья даже не горевали, а просто опустошили мой сейф. — То есть по сути тебе больше двенадцати лет? — Да, душа осталась в том возрасте, но не тело. Тишина была недолгой. Её прервал мой эльф. — Хозяин! — Что случилось, Кикимор? — Предателя забрали! Увели обратно в Азкабан! — Что случилось?! Мерлин мне свидетель, на один день уйти нельзя! — Когда он сбежал, он направился…

***

Сириус заметил, что после лечения он стал мыслить яснее. Он приходил в ужас от того, как обошёлся с собственным крестником. Было стыдно появляться ему на глаза. А когда он ушёл к Малфоям, он решил попробовать выйти. Когда побег удался, он аппарировал на территорию Хогвартса. Понимая, что его могут заметить, он быстро добрался до замка. Кабинет директора он помнил со школьных времён. Только вот пароля он не знал и стал пробовать все разные варианты. После пятой попытки его отшвырнуло к соседней стене. В этот момент появился Альбус. — Сириус? Мальчик мой, что ты тут делаешь? — Мне нужно поговорить с вами. От него не укрылось, как директор разглядывал его. Он этот взгляд знал с детства — оценивающий. Поднялись они быстро. Зайдя в кабинет, он оглядел помещение — всё как было, ничего не поменялось. — Мальчик мой, ты в порядке? — Конечно, Альбус. — Зачем ты здесь? — Взгляд холодных синих глаз пробирал до кости. — Я хочу узнать, как Гарри… — Ах! Точно, точно. — Как он живёт у Молли? Хорошо себя ведёт? — Конечно! Мальчик славный! Только… Он учится на Слизерине. — Не вижу ничего плохого в этом факультете! — Сириус заметил, как Альбус пристально следил за ним. — Всё же там учился мой брат… — Конечно, конечно! Регулус был хорошим юношей… Тишина заполнила пространство. Сириус следил за директором, ища хоть какой-то намёк на ложь. — Альбус, я хочу увидеть своего крестника. Могу я пойти к Молли? — НЕТ! — Слишком резко ответил и тут же исправился: — Нет, мальчик мой, сейчас не лучшее время… — Что-то вы темните, Альбус. Где Гарри?! — Тише-тише, мальчик мой. Гарри пожелал познакомиться со своими родственниками по материнской линии. — Дурсли?! Альбус! Они ненавидят всё, что связано с магией! — Что ты, мальчик мой! Они рады были Гарри. — Я иду к нему прямо сейчас! Не успел он встать, как тут же рухнул на пол. Портрет Арманда обронил: — Что же ты творишь, Альбус?

***

— А потом пришли авроры и забрали его! — Я тяжко выдохнул. — Можешь идти, Кикимор. Эльф ушёл, оставив молчание в помещении. Реддл Гонт смотрел на меня ожидающе. — Марволо, скажи, тебе нужен Хвост? — Нет, бесполезный трус. — Можешь отдать его мне? А я помогу соединить тебе душу. — Услуга за услугу? Хорошо, по рукам. — Когда ты хочешь провести ритуал? — Сейчас. — Хорошо, пошли в ритуальный зал, захвати Нагайну. Мы поднялись с места и пошли вниз. Ритуальный зал был в подвале, что неудивительно. Змея находилась рядом, поэтому мы довольно быстро начали ритуал. — Марволо, начерти знак Даров Смерти. Он без лишних слов начертил. — Встань в середину и змею захвати. — Что ты с-с-собираеш-ш-шся делать? Я проигнорировал змею, встал на верхушку треугольника и, взяв кинжал, провёл по ладони, пуская кровь. Отдав его Марволо, он сделал то же самое. Алая жидкость смешалась на полу. Змея измазалась в крови и обвилась вокруг хозяина. — Повторяй за мной. Никаких слов, лишь кивок с его стороны. — Кровь — это кровь, душа — это часть меня. — Кровь — это кровь, душа — это часть меня. — Разорвав её, я потерял себя! — Разорвав её, я потерял себя! — Великая, услышь моё раскаянье и верни, что потерял. — Великая, услышь моё раскаянье и верни, что потерял. Поднялся вихрь, окутывая нас чёрным дымом. Послышался голос, что отдавался эхом. — Марволо, ты прятался долго от меня! Но от судьбы не убежать! — Он молчал, слушал, с силой сжав кулаки. — Я помогу, но сохраню твоё бессмертие. Гарольд. — Хель, — я опустился на колено, преклоняя голову. — Ты добровольно пошёл на ритуал? Я лишь кивнул, зная, что она увидит. — Хорошо, да будет так! Я видел, как дымка окутала Марволо. Его подбросило вверх и резко, с хлопком, бросило вниз. Я попытался встать и подойти к Марволо, но рухнул на пол. Перед тем как отключиться, я услышал: — Я заберу твоё обещание магии. Это мой подарок на твой день рождения. И отключился.

***

Приходил в сознание я тяжело. С трудом открыв глаза, я пытался сфокусировать взгляд. На удивление, я уже не был в ритуальном зале — это была какая-то комната. Приняв сидячее положение, я огляделся. Освещало комнату только тусклый свет лампы, что позволило немного разглядеть помещение: тёмно-зелёные обои, на полу белоснежный ковёр. Возле кровати стояла тумбочка из тёмного дерева, на ней стоял светильник. Поодаль было кресло, в котором сидел Гонт. — Очнулся? — Да. Сколько я был в отключке? — Около семи часов. — Получается, почти вечер. — Ты истекал кровью больше, чем я. — Последствия ритуала. И ты вытащил из меня кусок своей души. Тишина. Только ветер за окном выл. Встав с постели, я застыл. — Ёпт! Сириус! — Марволо, мне нужен Хвост сегодня. Нет, прямо сейчас. Я быстро оглянулся, ища свою палочку. Она была у него в руках. Он держал её и как-то странно смотрел на меня. — Марволо? Что-то произошло? Тишина. Его пристальный взгляд пробирал до костей. Сейчас его глаза были алыми, будто раскалённые угли. Я невольно дёрнулся. Сразу всплыл его прошлый облик. Белая кожа, лицо как обтянутый кожей череп, вместо носа — две щели, как у змей, ярко-красные вертикальные зрачки, скелетоподобное тело, длинные, почти паучьи руки с неестественно длинными пальцами. — Он выглядел до жути пугающе. Сейчас его взгляд был как тогда — прожигающий. Я думал, что теперь-то я не увижу этот взгляд. Ошибся. Я сделал ещё шаг назад. Страх сковал тело, как тогда. Как на той чёртовой поляне. — Марволо?.. — Голос дрогнул, в горле стал ком. Гонт, кажется, не моргал, даже дыхания не было слышно. — Том? Что-то случилось? Тот моргнул, будто выйдя из транса. — Ты чего? Почему ты пятишься? — Ты не мог бы вернуть мою палочку? Он просто вытянул руку, протягивая её мне. Медленно, с опаской я подошёл и взял её. Меня словно током ударило. Она легла мне в руку как и раньше, но ощущения не те. Присмотревшись в темноте, я увидел палочку Гонта. — Что-то не так? — Он спросил так, что по коже прошёлся холодок. — Ты дал свою палочку. Его улыбка стала шире, больше похожая на оскал. — Разве это не странно, что моя палочка подходит тебе? — Марволо, я был твоим хоркруксом, поэтому и подходит. А теперь верни мою палочку, пожалуйста. Он как-то странно посмотрел, медленно достал палочку — на этот раз мою. Вытянув руку, он ожидающе посмотрел на меня. Аккуратно взяв её, я вложил в его руку его. — Марволо, ты пугаешь. — Да? Возможно... — Ладно, я не хочу разбираться. Мне нужен Хвост. — Пока ты был в отключке, я его призвал. Вон в клетке. Он рукой махнул в сторону двери. Маленькая клетка с крысой. — Ты хоть стёр ему память? — Да. Я только кивнул, подхватил клетку, последний раз посмотрел на него и вышел.

***

Аппарировав в министерство, я быстрым шагом направился к стойке. Там сидела девушка. Заметив меня, она привстала и пристально смотрела. — Кто вы? И к кому? — Я Гарри Поттер. Мне нужен министр. Её глаза расширились. — Конечно, конечно! Мистер Поттер, я провожу вас. Я Мелисса Тернер. — Благодарю вас. Она моментально выскочила и повела меня к лифту. Она продолжала тараторить, сильно раздражая — вечная лесть и попытка узнать что-то. — Будь добра, закройся уже. Она вздрогнула и стушевалась, опустив глаза в пол. Дошли мы быстро. Девушка постучала в дверь. — Министр, к вам особый посетитель. Ответа я не услышал. Девушка приоткрыла дверь, жестом показывая войти. Кивнув ей, я вошёл. Это была большая комната, обставленная массивной деревянной мебелью, с высокими потолками и большими окнами, выходящими на Атриум — главный зал Министерства. Стол министра был завален свитками пергамента, магическими отчётами, бумажными самолётиками и какими-то артефактами. За столом сидел мужчина: седые спутанные волосы, усталое лицо, карие глаза смотрели на меня поверх очков. Этот взгляд я узнаю всегда — оценивающий. — Добрый день, молодой человек. Представьтесь. — Сомневаюсь. Я Гарольд Джеймс, лорд Поттер-Блэк-Певерелл. Фадж подскочил с места. — К-как? Поттер-Блэк-Певерелл? Это невозможно! — Почему же, министр? Я был в банке, и роды приняли меня как главу. — Я прошёл и сел на кресло. — Я думаю, вы догадываетесь, зачем я здесь. — Н-не имею понятия. — Он достал платок из внутреннего кармана пиджака и вытер выступающий пот на лбу. — Да? Я думал, вы более сообразительны. Я хочу вновь собрать слушание моего крёстного, Сириуса Ориона Блэка. — Это невозможно! — Почему? Что мешает вам собрать Визенгамот? — Я не могу вот так просто собирать суд! Это нужно соби… — Он не успел договорить. — Послушайте, я не прошу вас. Я ставлю условия: либо вы прямо сейчас собираете Визенгамот, либо я вспомню о вире*, которую ваш род задолжал Певереллам. Фадж открывал и закрывал рот, словно рыба на суше. Не найдя, что ответить, он кивнул. — Х-хорошо, мне нужно два часа. — Отлично! Рад, что мы нашли выход. Ах да! Мне нужны все члены Визенгамота. Он что-то крикнул мне вдогонку, но я уже не слышал. Выйдя из кабинета, я шагал по просторным коридорам. Клетка с крысой бешено болталась в руке. — Очнулся? Что ж, Питер. Пора платить за предательство.

***

Я вновь сидел в этом зале. Узкое помещение с низким потолком, стены из тёмного камня и несколько факелов на стенах в металлических держателях. В середине — каменный стул. На подлокотниках мирно лежали золотые цепи. Я невольно потёр запястья, помня, как в прошлой жизни они схватили меня. Каменные скамьи, поднимающиеся крутыми ярусами к потолку. На них уже сидело около пятидесяти волшебников и ведьм. В зал ввели Сириуса и небрежно усадили на стул. Золотые цепи моментально схватили его. Голос Фаджа разнёсся эхом от пустых стен. — Идёт слушание дела Сириуса Блэка. Он обвиняется в предательстве Поттеров и массовом убийстве маглов. На этих словах я встал со скамьи и вышел на середину зала. — Добрый день, уважаемые. Я Гарольд Джеймс, лорд Поттер-Блэк-Певерелл. — По залу пошли возгласы. Фадж призвал их к порядку. Я же продолжил: — Я буду защищать члена своего рода и моего крёстного. Всем нам известны события тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года в Годриковой впадине. — Мальчик мой, что ты здесь делаешь? — Вот и Альбус. Проигнорировав его, я продолжил: — В тот день Тёмный лорд убил моих родителей из-за пророчества. Кто из вас знает, что говорилось в пророчестве? В зале стали переглядываться. Шёпот отражался от стен, создавая гул. — Если судьям интересно, я могу сказать. Один за другим закивали — кто-то сдержанно, кто-то более энергично. — «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного лорда, родится на исходе седьмого месяца...» Тишина повисла в зале. Только Сириус встрепенулся, и его взор стал прикован ко мне. — В тот день магическая Британия потеряла волшебника и ведьму, а Сириус — свою семью. Мой отец был единственным, кого Сириус любил как брата больше, чем собственную семью. Вы действительно думаете, что он был способен предать тех, кого считал семьёй? — Это всё не имеет значения! У вас есть более весомые доказательства?! — Это была Амбридж. — Конечно, мисс Долорес. — Подняв клетку, я показал её судьям. — Крыса? Мальчик мой, зачем она тебе? Было видно, как директор занервничал. — Мистер Фадж, тут же стоят антианимагические чары? — Дождавшись его кивка, я открыл клетку. Крыса тут же метнулась и выпала. Не прошло и минуты, как появился Питер. — Вашему вниманию — Питер Петтигрю. Тот, кто предал моих родителей и по чьей вине посадили моего крёстного. Мужчина пытался встать и побежать, но я приковал его силками. — На его предплечье — метка Тёмного лорда. А чтобы доказать невиновность Сириуса, прошу применить Верасерум. В зале поднялся шум. Министр выглядел ошарашенным, а Альбус — злым. Очень злым. Похоже, самое интересное начнётся позже. — Амелия, Верасерум у вас с собой? — Конечно, министр. Женщина была крупного телосложения, с короткими волосами. Было непонятно, седые они или просто серые. Её усталые карие глаза смотрели на нас. Монокль придавал её лицу консервативность. Она откупорила флакон и махом влила зелье Сириусу. Тот закашлял, его зрачки стали больше, заполняя радужку. — Начнём. Ваше полное имя? — Сириус Орион Блэк. — Дата рождения? — Третье ноября тысяча девятьсот пятьдесят девятого. — Являлись ли вы пожирателем смерти? — Нет. — Вы были хранителем тайны Поттеров? — Нет, это был Питер Петтигрю. — Вы нападали на маглов? — Нет и да. — Поясните. — В тот день я погнался за Питером. Я бросал заклинания и случайно зацепил одного из них. Я целился в него, но он успел принять анимагическую форму и уклониться. В зале послышались возгласы. Все переговаривались, и каждый пытался перекричать другого. Фадж постучал молоточком. — Тишина! — Все замолкли. — Голосуем. Кто за то, что он невиновен? Руки тут же метнулись вверх: раз, два, три… Двадцать девять. — Кто за то, что он виновен? Раз, два, три… Двадцать один. — Сириус Орион Блэк признан невиновным! Все обвинения сняты! Золотые цепи, что держали, разомкнулись, освобождая руки. Я подошёл ближе к нему, положив руку на плечо, сжал. — Питера Петтигрю — под стражу и в камеру допроса! Я освободил мужчину от силков, и мракоборцы схватили его под руки и выволокли из зала. — Благодарю вас, министр. — К-конечно, обращайтесь, лорд Поттер-Блэк-Певерелл. Улыбнувшись ему, я помог встать Сириусу и вывел его из зала. Нас окликнул Альбус. Остановившись на месте, я заметил, как у Сириуса задрожали руки. — Сириус, мальчик мой, я рад, что с тебя сняли обвинения! Как ты себя чувствуешь? — Директор, рад вас видеть. — Гарольд! Я очень удивился, увидев тебя здесь! Как ты поживаешь? Проигнорировав его вопрос, я осторожно отошёл от Сириуса. — Может, хотите пойти с нами? Думаю, сейчас чашка чая не повредит. — Конечно-конечно! Я с удовольствием! Я позвал эльфа. Тот косо посмотрел на директора, но аппаратировал нас на Гриммо. — Сириус, ты как? — Я... Нормально, вроде как… — Если хочешь, можешь пойти в комнату, отдохнёшь. — Нет, всё нормально. Правда. — Хорошо. Ты хочешь чего-то? — Что-то сладкое. Дементоры выкачали все силы… — Кикимор! — Что желаете, хозяин? — Сделай нам чай и в кружку Сириуса капни Амортенции без привязки. Флакон десять. — Хорошо, хозяин. — Мальчик мой, откуда у тебя зелья? — Сам сварил. Альбус как-то странно посмотрел на меня. Я же жестом показал, чтобы он проходил. В гостиной уже стояли чашки. Посадив Сириуса, я протянул ему кружку. Тот дрожащими руками взял её и сделал глоток. — Угощайтесь, директор. — Ох, спасибо, мальчик мой. Я только улыбнулся ему. Стоя рядом с Сириусом, я крепко сжимал его плечо. Тот поднял взгляд на меня. — Гарри, прости, я… — Бродяга, — он вздрогнул и с удивлением посмотрел. — Успокойся, всё хорошо. Ты дома. Увидев тусклую вспышку, я повернул голову. Я ничего подозрительного не заметил. Даже Альбус сидел и просто смотрел на нас. — Директор, невербальные чары на меня не действуют. — Мальчик мой, я не понимаю, о чём ты! — Легилименция. На мне родовые артефакты. Или вы всерьёз думали, что я не знаю о ваших попытках? — Мальчик мой, я лишь хотел убедиться, что это ты! — Альбус! Ты применял магию к моему крестнику?! В моём же доме?! — Сириус, что ты! Я не хотел ему навредить! — Ладно, господа, хватит ссориться. Сириус, как ты? Он недоверчиво посмотрел на директора, а потом на меня. — Я готов любить весь мир! — Похоже, Амортенция была сильной, — улыбка появилась на моём лице. — Ладно, о чём вы хотели поговорить, директор? — Не о чём таком! Я рад, что ты помог крёстному. Но, мальчик мой, почему ты не попросил меня помочь? — Попросить помощи у вас? У того, кто и отправил его? Он перестал улыбаться. — Я не понимаю, о чём ты. — Сириус, — тот моментально вскинул голову. — Что случилось? Почему ты вновь оказался в Азкабане? — Ну… Я… Вроде ходил к Альбусу… Дальше не помню, туман какой-то… — Обливейт. Гуманно, очень. Правда, господин директор? — Мальчик мой, я всё ещё не понимаю тебя. — О ради Салазара! Господин директор, как вы думаете, что вспомнит Сириус, если я завтра поведу его в Мунго? Альбус замер. Его голубые глаза стали холодными, пронзительными. Он поставил чашку на стол, медленно обвёл нас взглядом и встал. — Думаю, мне пора. — Конечно, господин директор. Буду рад вас видеть. — Конечно, лорд Поттер-Блэк-Певерелл. Оскал сам собой появился на лице. Проводив его взглядом, я устало опустился на диван. Очки полетели на стол. — Гарри, ты как?.. — Всё отлично, Бродяга. Ты-то как? — Сейчас отлично. — А вот теперь скажи, какого чёрта ты попёрся к нему? — Щеночек, я просто хотел поговорить… — От прозвища я дрогнул. В прошлой жизни он часто меня так называл, что я и забыл об этом. — Ну, хоть один плюс — на тебе больше нет обвинений. Ладно. Встав с дивана, я подхватил очки, мантию, что успел снять по пути. — Я иду обратно к Малфоям. Если что случится, присылай эльфа.

***

Я шёл по Хай-стрит*. Солнце уже садилось, мягко освещая здания. Лёгкий ветер приносил запах выпечки и цветов. Магические фонари и светлячки зажигались сами собой, разливая мягкий золотистый свет, который танцевал на неровных стенах старых зданий. Людей на улице было мало. Несколько взрослых волшебников в длинных мантиях спешили домой, их палочки торчали из карманов. Где-то вдалеке слышался приглушённый смех. Из-за угла вышло трое магов, весело о чём-то споря. Улыбнувшись своим воспоминаниям, я аппаратировал на площадь дома Малфоев. Закат уже сменился сумерками, на небе стали появляться звёзды, а луна поднималась, сменяя солнце. Я быстро зашёл. Меня встретила Лири. — Гость задержался! Хозяева переживали! — Всё хорошо, Лири. Где Люциус и крёстная сейчас? — Хозяева сейчас в столовой! — Спасибо, можешь идти. Домовушка закивала и аппаратировала с тихим хлопком. Пошагав в сторону столовой, я в голове прокручивал весь день. — Встреча с Реддлом Гонтом. Сначала он откинул меня в стену по привычке, потом мелкая драка, он собрал хоркруксы. Ну и вишенка — я оправдал Сириуса. Да ещё и разговор с Марволо. Везёт мне сегодня! Столько событий за один день — больше, чем за месяц. Шаги гулко отдавались по мраморному полу. Как ни странно, сердце не билось как сумасшедшее, а тяжесть дня не висела на плечах. Дойдя до столовой, я распахнул дверь. Тяжёлые дубовые двери с гулким стуком ударились об стену. Тишина в помещении была гнетущей, словно в воздух распылили что-то слишком сладкое, и теперь невозможно дышать полной грудью. Заметив меня, вся семья посмотрела в мою сторону. Драко же быстро встал из-за стола и налетел на меня. Потрепав его по макушке, я отстранился от него и подтолкнул в спину. Когда за столом уже все сидели, я чувствовал эту давящую атмосферу. Отложив приборы, я взглянул на всех. — Спрашивайте. Я же вижу, что вас что-то тревожит. — Кстати, где ты был? — заинтересованно поинтересовался Драко. — Ходил по делам. А ты соскучился? — Пф, больно нужен ты мне! Люциус с Нарциссой мялись, не решаясь задать свои вопросы. То ли их смущало присутствие Драко, то ли просто не хотели посвящать его в эту не очень приятную историю. — Думаю, вам тоже есть что спросить, я прав? — Взгляд Нарциссы тут же метнулся к Драко. — Пусть останется. Думаю, ему тоже интересно. — Как… Как прошла встреча с Лордом? — не слишком уверенно спросил Люциус. Было видно, как ему неприятна эта тема. — Ну, скажем так, довольно продуктивно. Драко тут же вскочил. — Ты! Ты!... Встречался с Лордом?! — Дракош, не вопи. Да, я утром ушёл к нему. Я жив и относительно здоров. Улыбка получилась кривой. Внезапно слабость упала на плечи, хотя недавно всё было нормально. — Что значит «относительно»?! — Тут уже подскочила Нарцисса. — Небольшое недоразумение с утра, ну и ритуал. — Какой ритуал? — Серые глаза Люциуса блеснули интересом. — А это я могу рассказать только под клятву. На крови. — Это что же за ритуал, что для разглашения нужна клятва на крови? — Теперь уже Драко смотрел с интересом. — Это не моя тайна. И если Марволо узнает, он сдерёт шкуру и, явно, не побрезгует приделать её обратно для повторения. Плечи Драко дрогнули, на лице появилось отвращение. — Понял. Меньше знаю — крепче сплю. На это я лишь усмехнулся. Драко умело играл пай-мальчика перед родителями. Кажется, только наедине он был собой. — Ах да! Совсем забыл! Я сегодня был в министерстве. — Зачем? — Крёстная, ты же знаешь ситуацию с Сириусом? — Она кивнула. — По обстоятельствам получилось так, что теперь он полностью легален и свободен от обвинений. — Как?! Я уже боюсь спросить, как ты доказал его невиновность! — Всё довольно просто. У нас с Марволо был уговор: я ему помогаю, он отдаёт Питера. — Это чем же ты помогал, что он одного из слуг отдал? — Люциус, иногда лучше ничего не знать. — Сделав глубокий вдох, я выпалил: — Ему нужна была помощь некроманта. — Так последний некромант был уйму лет назад... Подожди... Ты некромант?!... — Люциус подскочил с места и стал ходить взад-вперёд. — Быть такого не может! Мы бы заметили!! — Родовые артефакты Певереллов помогают сдерживать сырую манну. Без них уходит слишком много сил. — По силам ты должен быть сильнее лорда! — уж как-то слишком весело воскликнул он. — Когда я полностью освою некромантию и приму статус Повелителя Смерти — тогда да. Сейчас я просто жнец. — Потти, да ты у нас с сюрпризом! — Конечно, а ты как думал? Я бы не стал лезть в логово льва, если бы не был уверен в своих силах. Так делают либо глупцы, либо очень смелые. Я — пример тому в прошлой жизни. Тишина. Даже Люциус застыл. Им было жаль меня. Как я ненавидел, когда меня жалели. — А кстати! Вот это вам. — Из кармана я достал брошь, кольцо и цепочку на ногу. — Это защитные артефакты. Это гарант того, что вы будете в безопасности. Я не могу быть уверен, что успею спасти вас в нужный момент. Люциус выглядел недовольно. Его самолюбие задели — будто плевок в лицо, а не предложение защиты. — Спасибо, но свою семью я защищу сам. Я встал из-за стола. Цепочку я дал Драко, брошь — Нарциссе. Подняв кольцо, я сделал вид, что рассматриваю камень. — Хорошо, но я посмотрю, как вы сможете защитить их от Марволо, как в прошлый раз. Он остолбенел. Его руки задрожали, а пальцы сжались в кулак. Крёстная с интересом наблюдала за нами. — Вы думаете, что сможете защитить их, но это не так. Да, возможно, тех, кто вам по силам, — да. Но это не касается Лорда. Он прикажет вам, и вы ничего сделать не сможете. А Круцио — для ускорения. Он гневно смотрел на меня. Нарцисса выглядела задумчивой. — ТЫ!... — прошипел он мне в лицо. — Щенок! — Вы сегодня не первый, кто так меня называет. — Поправив очки, что съехали с носа. — Я предлагаю перейти на вежливую правду: вы не сможете защитить их от Марволо из-за татуировки на вашей руке. Он посмотрел на жену. Та лишь покачала головой, показывая, что она на моей стороне. Драко подошёл ко мне за спину, став моей молчаливой поддержкой. — Хорошо. Прошу прощения за вспышку гнева. — Конечно. Повисла тишина. Драко схватил меня за рукав и утянул из столовой. Дорога прошла в тишине. Каждый думал о своём. Хотя, наверное, наши мысли в чём-то сходились: его отец перегнул палку. Но возможно, это даже к лучшему — такие встряски иногда полезны. Затолкнув меня в комнату, он накинул заглушающие чары на дверь. — Гарольд, что произошло между тобой и Лордом? Ты выглядишь как-то по-другому, но почему — понять не могу. — Дракош, дашь клятву о неразглашении — тогда расскажу. Это не моя тайна. Он принёс клятву сразу, простую, не на крови. Ещё удивительно, как Марволо не взял с меня клятвы. — Теперь выкладывай. — Ты же прекрасно знаешь, что я переродился. — Он кивнул. — В той жизни я узнал, что я хоркрукс. Если кратко объяснять, то это часть души. Из-за этого маг бессмертен. Он не собирался делать меня хоркруксом, это получилось в ту ночь, когда он пытался меня убить. Он перебил меня: — Подожди, как так получилось-то? — Я был не единственным хоркруксом. Всего их семь было. Сегодня мы провели ритуал, и его душа соединилась. Но Хель… — Кто такая Хель? — Смерть. Не знал? — Тот отрицательно покачал головой. — Так вот, она сохранила его бессмертие. Не знаю почему. У Смерти свои заморочки. — Моргану мне в жёны, я вообще не понимаю, как ты проводишь в его обществе столько времени. Я его один раз видел, так от его взгляда хотелось провалиться. — Я очень рад, что ты его не видел таким, каким он был в прошлой жизни. От его внешнего вида кошмары снились. — Он выглядел иначе? — Да, но тебе не нужно знать. Я поберегу твою детскую психику. — Эй! Тебе столько же, сколько и мне. Я отрицательно покачал головой. — Мне будет двадцать один, Драко. Душа осталась в том же возрасте, что и умерла. — Вот оно что… Магия души — не шутка. Я много видел пергаментов, но думал, что это невозможно. — Дракош, я тоже думал, что много чего невозможно, но... — Встав с кресла, я мягко потрепал его по волосам. — Ладно, ложись спать, уже поздно.

***

Календарь сменился. Наступала осень. Листья падали с деревьев, на земле лежали давно пожелтевшие листья. Запах пергамента, чернил и тыквенного сока витал в воздухе. Множество новых волшебников и ведьм прибыли в Хогвартс. За прошедшие месяцы я успел наладить отношения с Сириусом. Теперь дома всегда было уютно, смех слышался из дома, а тишина, что была липкой, стала уютной. Мой день рождения выдался тихим и домашним. Были Малфои, Нотты, Забини, Розье и остальные. Даже от Марволо я получил подарок. И не просто какая-то книга или защитный артефакт — это был пергамент о некромантии. Автором была Моргана. Кажется, даже у меня не было таких экземпляров. — Лукас закончил обучение. На место отвечающего за четвёртый курс нужно искать нового. Попрошу Тео, пусть спросит, кто будет. Зал гудел от голосов. Новые ученики разглядывали помещение. Альбус слишком пристально следил за мной, от чего спокойствие сменялось раздражением. Пир закончился быстро. Гостиная была полна учеников. Староста объясняла правила Слизерина, а после пришёл Северус. Он беседовал с первокурсниками недолго. Он посмотрел на меня. Что-то в его лице меня напрягло. Бросив взгляд на Драко, я увидел скептическое выражение лица. — Гарольд, — он наклонился ко мне. — Тебе не кажется, что с деканом что-то не так? — Вот и мне показалось. — Ещё раз осмотрев Северуса, я повернулся к Драко. — Что-то не так, но вот что? Драко ещё раз окинул взглядом Снейпа, а потом он резко развернулся ко мне. — Гарольд, это не Снейп. — В смысле? Подожди, с чего ты взял? — А ты присмотрись. Движения не те, интонация совершенно другая, ну и взгляд. Действительно, вот что мне показалось не так: он говорил с лёгкой едва заметной улыбкой, что не свойственно профессору. Остальные подошли к нам. — Ребят, у нас проблема. — О чём ты? — Кто-то решил понаблюдать за нами изнутри. — Указав взглядом на человека, я стал думать, что делать с этим. — Гарольд… — неуверенно начал Маркус. — Но если кто-то притворяется деканом, то где он сам?.. Чёрт.