Сложные отношения с мамочкой-красавицей

      Три часа на электричке, час ожидания на остановке, пол часа на маршрутке по раздолбанной дороге и вот я могу начать свой длинный пеший маршрут по заснеженным едва видным тропкам.       Тридцать первое декабря. И когда успело наступить? В этом году время шло так быстро, что заметил я это только сейчас, в последний день в году.       Была бы моя воля я бы приехал куда раньше, но чёртовы экзамены тянули меня до последнего.       Громкий крик «Сукин ты сын» разнёсся по заснеженному лесу. Это мой телефон. Я с радостью взял трубку и ответил на звонок Элизабет.       — Майк, ты уже приехал?       — Да, как раз собирался позвонить? Вы как?       — Никуда не ходи, мама выехала тебе на встречу, не хватало нам ещё, чтоб вы в такой мороз разминулись.       — Не беспокойся, я её вижу, скоро придём, пока…       Я бросил трубку как можно скорее и спрятал руки в тёплые карманы. В отместку за тёплое лето и начало осени, у нас была очень холодная зима.       Когда ко мне подъехала Джессика я был крайне рад, что мне не придётся пройти весь путь на своих двоих.       Мамина фигура в шлеме и роскошной шубе седлала мощный и крутой снегоход. Превосходное зрелище во всех смыслах.       — Запрыгивай!       Меня не пришлось упрашивать. Я радостно запрыгнул на заднее сидение и мы с шиком покатили домой.       Сердце стучало всё сильнее по мере приближению к хутору. Как давно меня там не было?       — Девочки уже заждались.       — Я тоже!       Мы ехали не так долго, а огни двухэтажного здания уже виднелись сквозь темноту. Как я был рад сюда вернуться.       Мама затормозила и мы оба сошли со снегохода.       Я был очарован видом милому сердцу здания, а Джессика тем временем сняла с себя шлем и поправила волосы.       — С возвращением домой, Майк.       — Да… Я вернулся.       Мама была с нами и она была довольна. Мне даже страшно, насколько быстро я к этому привык.       Счастливо я перешагнул порог.       Дома было хорошо.       Вся семья была в сборе. Моя старшая и младшая сестра - Сара и Саманта, моя близняшка - Элизабет, я, и папа с мамой - Оливер и Джессика.       Совсем недавно я узнал, что мама с папой оказывается не были в разводе. Джессика просто в порыве гнева крикнула, что они разводятся и думала, что этого достаточно. Ну что сказать, это вполне в её духе.       Скинув вещи я первым делом влетел на второй этаж и заглянул к себе в комнату.       Словно и не уходил. Всё та же маленькая кровать, всё то же гигантское окно на всю стену, всё тот же уютный крохотный уголок.       Не дав воспоминаниям задержать меня здесь слишком сильно, я небрежно кинул сумку на кровать и спустился на кухню помочь Элизабет с праздничным ужином. Всё-таки нас сегодня шестеро.       Приобняв сестрёнку со спины я получил в ответ милый вскрик, но стоило ей обернуться как она уже удивилась по настоящему.       — Майк, ты…       Мой цвет волос был не совсем ей привычен. На время экзаменов я смыл смыл с себя краску для волос и ходил под своим натуральным белёсым цветом волос. Прямо как у сестёр и мамы.       — Я решил, что мне это больше не надо. Ну что? Мне идёт?       Было забавно смотреть на растерянное лицо близняшки. Больше трёх лет я ходил с чёрными, конечно она удивлена.       Медленно и осторожно она коснулась моих волос.       — Наверное мне… Нравится.       Я улыбнулся, и она ответила мне в ответ тем же.       — Так нечестно сестрёнка! — Между нами возникла лучшая девочка - Саманта, — Братик только пришёл, а вы уже флиртуете!       — Нет, я не…       — Я тоже хочу! — она прижалась ко мне всем своим хрупким тельцем, — Братик, я скучала!       — Ты всегда скучаешь.       — И это твоя вина! Ты должен приезжать чаще!       Я только хотел похлопать её по головке, как моя рука угодила в ловушку совершенно другого типа. Она была в плену гораздо более вульгарного тела старшей сестры.       — Мне тоже было одиноко, — Сара ничего не стесняясь мялась об меня сиськами.       — Сара, ты приехала вчера! — Начала возмущаться Элизабет, — Когда ты успела соскучиться?!       — Но мы та-ак быстро попрощались, мы совсем ничего не успели, хотя я и так чуть не опоздала на поезд, но Майк, — она закончила шёпотом на ушко, — Сейчас я никуда не опаздываю.       — Уууу, Сестра опять заманивает братика. Так нечестно, я тоже хочу!       Было очень не просто скинуть с себя сестёр и вернуться к готовке. Я рад, что сёстры в хорошем настроении, но часики тикают и полночь уже не за горами.       Весь дальнейший день прошёл максимально мило и весело. Семья была вместе и это чудо.       К сожалению, или к счастью, Сара с Самантой при родителях вели себя гораздо сдержаннее, а вот Элли словно специально липла ко мне именно при них, чем вызывала у сестёр яркую зависть, улыбку у матери и конфуз у отца.       Короче, мы всё та же странная, непонятная, но семья.       Я даже не заметил как день подошёл к концу и меня отрубило. Без никаких снов я спокойно и довольно проспал свою первую ночь в году.       Правда проснулся я, с небольшой, но комфортной тяжестью на теле. Я сразу узнал вес тела Джессики.       Я был на диване в гостиной на втором этаже. Никто не выключил огни ёлки, поэтому тело моей матери освещалось переменным слабым светом. Спросонья меня встретило её очаровательное лицо. Она пристально наблюдала за мной.       Было так спокойно смотреть в мамины глаза. Казалось, что кроме этого мне больше ничего не надо. Но всё же медленно, совсем по чуть-чуть, мы приближались друг к другу. Обнимая голое тело своей матери я уже почти собрался её поцеловать.       — Что вы устроили с утра пораньше?       Нас прервала Элизабет.             Причёсанная и умытая она уже была в полном порядке. Словно и не было прошлой весёлой новогодней ночи.       Мама приподнялась и выгнув спинку сонно посмотрела на дочь. Её грудь нагло прошлась по моему лицу.       — Оливера вызвали куда-то по работе, поэтому… — она снова посмотрела на меня, — Я просто сделала то о чём мы все думали.       Проигнорив возражения Элли мы продолжили начатое.       — Стойте… Хотя бы позавтракайте, или в душ сходите…       На шум, из-за дивана выползли остальные сёстры.       — С добрым… Утром…       — Что за шум?       Мутными глазами они уставились на нас с мамой.       — Вы уже начали?       После вчерашнего на них ещё остались новогодние костюмы. Сара была рождественским оленем в шортиках, а Саманта милой сантой в мини-юбке.       Кстати Элизабет вчера была белым кроликом, а мама озорливой кошечкой, и мы ещё обязательно примером эти костюмы ещё раз.       Тем временем сёстры переползли диван и свалились к нам. Становилось тесновато.       — Братик по утрам… Такой бодрый…       — Мне кажется, что он всегда на взводе, кроме того случая конечно же.       Также как и Джессика они были сонными, но при этом невероятно горячими. Сегодня… Достанется каждой.       — Ну и фиг с вами.       Быстро скинув с себя футболку и юбку в одних чулках к нам запрыгнула и Элли.       — Только чур я первая.       — Не наглей, доченька.       — Правильно, братик будет мой!       — Может он сам выберет? Меня например?       Честно не помню кто был первым. Девушки не прекращали борьбы до самого конца.       За почти два года сёстры сильно изменились.       Сара уже почти не проявляет своих садистких наклонностей. Оказалось, что она больше любит, когда берут верх над ней. Последней точкой наверное стало, что по пятницам я наконец стал её товарищем по пиву. Та забытая батей банка была роковой.       Короче я рад, что у меня есть такой жопастый оленёнок готовый быть осёдланным где и когда угодно.       Саманта не очень любит груповухи. Даже участвуя она не выносит, когда кто-то ей мешает. Она всегда пытается перетянуть всё моё внимание на себя.       Её попытки повзрослеть потихоньку приносят свои успехи. Боюсь, что к восемнадцатилетию она может совсем перестать называть меня братиком, но даже так… Она остаётся серьёзной соперницей сёстрам. Я всё ещё не понимаю, как она с таким более хрупким и слабым тельцем умудряется не проигрывать сёстрам в выносливости.       Элли с каждым разом очаровывает меня всё сильнее. Я не могу ей сопротивляться, когда она сражается всерьёз. Изучив меня досконально она знает каждую мою слабость.       Недавно она запретила мне больше покупать презервативы. Я понимаю к чему всё идёт, но я рад, что она пока не торопит события. Я знаю, что не смогу ей сопротивляться, но с каждым днём я сдаюсь всё быстрее.       А Джессика… Ну что сказать…       В конце каждой групповухи мы всегда остаёмся вдвоём. Вот даже сейчас.       Пока сёстры устало спали на ковре в обнимку, мама и не думала слезать с меня.       Мучительно медленно её бёдра елозили по моему члену.       — Будь я помоложе... и не будь они моими дочерьми... я бы никому тебя не отдала, Майк.       — Конечно, Джесс... так бы и было.       Оставаясь одни мы звали друга по именам. Мы больше не были сыном и матерью. В моих руках она становилась просто женщиной с шикарным телом, от которой я был без ума.       Это было плохо, это было неправильно, и это было прекрасно.       Закончив со всеми я кое-как доковылял до кухни на своих двоих.       Знакомыми и заученными движениями я заварил себе чашку кофе.       День только начинался хотя и был уже полдень, но судя по позёвываниям и шёпоту сверху он и не собирался заканчиваться.       Допив чашку я заварил ещё четыре.       Это было меньшее, что я мог для них сделать и я был рад даже подобной мелочи.       Холодное январское утро было невероятно тёплым для меня, ведь я был не один.       Саманта, Элизабет, Сара и Джессика.       Медленно они спустились со второго этажа.       Скажу одно. Глядя на них я понимаю, что мне повезло с семьёй.       Семья? Кажется я как-то совершенно неправильно понимаю это слово, но и пусть.       Увидев улыбку каждой из них я понял, что также как они для меня, то и я дорог для них.       Что ещё нужно?