Ожидаемая неожиданность

      Поэтический вечер прошел на ура и подошел к своему завершению. Третьякова собрала врученные ей цветы и поспешила в гримёрку, ей хотелось поскорее закончить все дела и вернуться домой, к жене. Они ждали предстоящее выходные очень долго. Они начинаются с этого вечера.       Покидая помещения, Маша вызвала такси. Из сумочки была извлечена пачка Ричмонда со вкусом вишни. Розовые пухлые губы аккуратно обхватили сигарету. Уже немного замёрзшие ладони выудили из кармана серебристую зажигалку. Поджигая «волшебную палочку» и одновременно втягивая в себя воздух, девушка прикрывает глаза. Как же хорошо. Она прячет зажигалку в карман своего пальто и поднимает голову к небу. Взгляд устремился на звезды. Как же редко их можно увидеть в городе. Курит, временами поглядывает на экран телефона, отслеживая таксиста. Осталось 3 минуты. На плечи и макушку начали ложиться крупные хлопья снега. Январь подходил к концу. Докурив сигарету, блондинка спрятала руки в карманы и следила за проезжающими мимо машинами. Вот её водитель. Она садится на заднее сиденье и выдыхает. Скоро буду дома.       Из динамика авто доноситься интересная песня. Разглядывая огни вечерней Москвы, Маша не удерживается переводит взгляд на телефон и включает шазам. Выбивается Avim — Kill me, I'm a monster. Она читает текс, в голове переводит и ей очень нравится этот перевод.       Доехали достаточно быстро.       Лифт минует двадцать шесть этажей и вот двадцать седьмой встречает приглушенным светом. Выудив из сумочки связку ключей, Маша открывает дверь.       — Лаурчик, я дома. — снимает сапожки.       Из ванной доносятся шорохи, и слышится голос старшей женщины.       — Привет, Маш. Я ужин приготовила, садись кушать. Я сейчас приду.       Маша повесила пальто, шарф оставила на комоде и юркнула на кухню. На столе стоял любимый салат и стейк. Ещё минут пять назад, она и не думала о еде и не была голодна, но сейчас её желудок тихо заурчал. Есть хотелось. Я вымыла руки под струёй горячей воды. От перепада температуры, ладони приобрели яркий красный оттенок.       Она присела на стул, предварительно приподняв немного подол своего платья.       На кухню в халате вошла Лаура, она оставила поцелуй на щеке младшей и присела напротив.       — Как день прошёл? — спрашивает Третьякова помещая вилку с салатом в рот.       — Мы успешно закончили месяц. Никаких убытков. Отчеты сданы вовремя, модели довольны заработком. — улыбаясь ответила старшая разливая гранатовый сок по стаканам. — Как твой вечер? Гримёрка не взорвалась от подаренных букетов.       — Нет, — Маша тихо захохотала, — я оставила часть на сцене, о них позаботятся. Очень красивые.       Они обсуждали детали дня, делились впечатлениями. Маша не осилила и половину стейка, сидела пила сок и любовалась женой. Ей нравилось когда она что-то увлеченно рассказывает. Видно, что домой она приехала ненамного раньше самой блондинки. Та сделала такой вывод по ещё не совсем растаявшему снегу на сапогах Лауры. Женщина всё ещё была с макияжем, обычно после работы он не задерживается и на 10 минут. Но судя по каплям воды на шее, в душ она сходила. Освежилась.       Поев они сидели и долго смотрели друг на друга. Лукина оставила посуду на столешнице. Девушка наблюдала за брюнеткой.       Она встала, хотела помочь, но Лукина её остановила. Прижала к себе и впилась в губы своими. Поцелуй был неожиданным и очень страстным. Третьякова тихо простонала от резкости возлюбленной, но ничуть не удивилась. Это было даже немного ожидаемо.       Лаура держала ладони на спине и немного переходила на талию. Она потянула замочек на платье вниз и спустила его с плечей. Поцелуями начала покрывать шею и ключицы блондинки. Третьякова зарывалась руками в волосы несносной женщины и оттягивала их при поцелуе.       Брюнетка задрала подол платья вверх, и оно повисло на талии открывая вид на кружевные стринги и черные капроновые колготки. Она встала на колени и спустила бельё вместе с капроном. Подтолкнув Машу к столу, женщина встала на колени и обхватив чужие бедра руками, впилась губами в промежность жены.       — Ах, твою… Ж мать! — Маша громко застонала и схватилась ладонями за край стола. Она выгнулась и прикусила губу.       Лаура интенсивно ласкала клитор и моментами проникала языком во влагалище. Третьякова еле сдерживалась. Очень сильно её всё это возбуждало. Ноготки с красным маникюром прошлись по дрожащим бедрам, оставляя красные полосы.       — Мммм… Лаура, как же хорошо.       Лукина отстранилась, схватила младшую за руку и потащила в спальню. Перед самым входом в комнату она приподняла её и посадила на свои бёдра. Войдя, Лукина собрала пальцами влагу Третьяковой и размазала по анальному отверстию. Блондинка чаще задышала и уткнулась лбом в изгиб шеи директора модельного агентства. Скрыла своё смущение. Вторая ласкала плотное кольцо мышц и начала проникать пальцами.       — Ах, ммм…       — Какая же ты тугая, — женщина начала двигать пальцами внутри и убедившись, что девушка готова подошла к комоду, на котором крепился силиконовый член. Третьякова его не заметила. Приподняв младшую ещё выше, Лаура пристроила головку имитированного члена ко входу Маши. Когда та поняла в чём дело, её глаза загорели, а рот открылся в громком стоне.       — Блядь, Лукина! Мх! — она очень сильно выгнулась от растягивающих ощущений.       Лаура начала ласкать клитор, дабы ослабить боль. Вид такой Третьяковой дико завел, хотелось жестоко её оттрахать, так чтобы она ещё неделю сидеть спокойно не смогла. Насадив её до конца, она расстегнула лиф и припала языком и зубами к вставшим соскам. Она лизала, оттягивала, всасывала и больно, до крика, покусывала зубами. Маша изнывала от желания и дергалась. Она кричала, молила и ёрзала.       Оставив грудь в покое, женщина сняла с себя халат под которым было ничего, лишь ремешки от страпона, что крепились на бедрах. От увиденного Маша пришла в шок и легкий страх, от которого всё сжалось, посетил её нутро.       — Тише, тише, моя маленькая, — Лаура видела эту неуверенность и смущенность, но она видела и то как интенсивно начала сокращаться дырочка Маши, как она текла.       — Лаура, аккуратно, пожалуйста, — захныкала сидящая. Все её ощущения давно уде обострились от члена, что находился в её тугой попе, она дрожала и хныкала.       — Хорошо, малыш, я постараюсь. — Лаура обхватила пальцами подбородок Маши и медленно начала входить. — Смотри на меня и не смей отводить глаза.       Третьякова начала громко стонать её стеночку сжимали с двух сторон и всё это давило на точку G. Она краснела пуще прежнего, но и взгляд не отводила.       — Какая-же ты мокрая…       Маша зажмурила глаза от этого комплимента и Лукина, не оценив этот жест, грубо ворвалась до конца в промежность.       — ААААЙ, аааххх, мммммм — блондинка схватилась за старшую, прижалась к ней и слегка подпрыгнула, слезая с члена. Но женщина грубо насадила её обратно.       Маша задыхалась от ощущений, внутри всё натянулось струной. Она глубоко, рвано дышала и постанывала. Она чувствовала как сокращается вокруг двух членов, как её трясёт.       Лаура была резкой, жестокой, но её невинные комплименты, нежные поглаживания и тихий шёпот придавали шарма, это ещё больше заводила. Третьяковой нравилась эта комбинация жестоких толчков, грубых действий и нежных ноток в голосе и поглаживаниях. Нравился этот контраст.       Перестав медлить, брюнетка начала грубо врываться в киску младшей, а руками приподнимала её саму, дабы действия происходили в двух отверстиях одновременно. Маша кричала, цеплялась за спину старшей, хныкала от сильного удовольствия. Лаура хотела отыметь её, насладиться этим удовлетворенным личиком. Она трахала её, вдалбливалась в промежность, добивалась этих хлюпающих звуков. Машина попа уже давно приземлялась на мокрый комод. Ей было стыдно от того как она его намочила. Как же много влаги из неё вытекло и продолжало вытекать. Она чувствовала, что сейчас кончит, но не могла ничего выговорить.       — Котёнок, ты такая сексуальная, — Лаура начала делать толчки более грубыми. Она спустилась губами к груди и начала ласкать соски. Маша выгнулась и громко закричала.       Лукина почувствовала как девушка в момент оргазма выталкивает страпон и резко вышла. Из сокращающейся киски хлынула струя оргазма. Маша откинулась на комод. Женщина быстро начала ласкать клитор, продлевая удовольствие своей жены. Та начала дёргаться и кричать, оргазм снова её накрывал. Тело пробила крупная дрожь. Лукина не останавливалась, она наблюдала за тем как Мария сокращается и кончает.       Маша кричала и плакала, ощущения были до жути приятными, но уже немного больными. Ей казалось, что она сейчас потеряет сознание. Кончив четвертый раз она смогла сползти с фаллоса и обессиленно рухнуть.       Лукина наблюдала за этой картиной и чувствовала, что сама готова кончить. Опустив руку, которой ласкала Машу, к своему клитору, она начала круговые движения. Много времени не понадобилось и она кончила нависнув над девушкой.