Ты - мой новый герой

Хогвартс стоял на ушах. Столько эпичных событий за пару часов стали сложными для тонкой душевной организации учеников и учителей. Хотя пора бы уже и привыкнуть. Каждый ученик делился с другими хоть каким-то крупицами известной информации. Дети собирались в общих гостиных, обсуждая имеющиеся факты и делясь впечатлениями. Кто-то волновался сильнее, кто-то наоборот выдыхал спокойно, а кто-то говорил о том, что это только начало и строил теории заговоров с канала Рен-ТВ. Профессора не сильно отставали от учеников, только не хотели этого признавать, ну и безумных теорий не строили. Волшебники находили себе какие-то дела в учительской и под этим предлогом сидели часами там, бессловно понимая общий интерес и завязывая невзначай разговоры, подводя их к Блэку. За сравнительно небольшое время в учительской Хогвартса собрался почти весь преподавательский состав, обсуждавший произошедшее. Не было только Люпина, Уваровой и Снейпа. Но если Люпин бегал где-то по лесу, нюхая мяту, то у Снейпа и Уваровой были другие занятия. Так как все сидели в своих гостиных или учительской, в коридорах никого не было. Даже Пивз куда-то подевался и не шалил. Тишина... Через раз были слышны шаги девушки. Уварова старательно обдумывала произошедшее. И всё вокруг старалось потока её мыслей не нарушать. Девушка расстраивалась: изо всех сил она старалась проникать в жизнь магической Англии и думала, что хотя бы процентов на 80 смогла узнать её, но поняла, что не знала и половины. Такое спокойствие вокруг, но внутри неспокойно. Задумывалась она и о Снейпе. Каким-то странным казалось его появление в её жизни. Вернее, её появление в его жизни. Ошибкой был не он, а она. Вдох. Выдох. Слишком насыщенный день. Неспешность Уваровой прерывается, когда за её спиной разносится шуршание мантии, и её больно хватают за локоть. От тоски сопротивляться не хотелось. Да, кстати, уже и давно не хотелось. Уварова была уверена, что действительно больно он не сделает. И пока сознание учительницы литературы находилось в притупленном состоянии, Снейп просто закипал. Сегодняшняя встреча с одним из тех, кто превратил его жизнь в ад, пробудила в мужчине давно скрытого за семью печатями глубоко несчастного мальчика. Блэк не просто посмел вернуться, он посмел снова и снова унижать его перед другими, унижать его перед Софи. А эта девчонка совершенно неудивительно была в своем репертуаре. Её жизнь была куда важнее выходок Блэка. Поэтому Снейп распахивает дверь комнат с яростью, слово желая отдать эту злость несчастной двери. - Что не понятно в фразе "в замок, живо"?! - прошипел Снейп, наклонившись над чересчур спокойной Уваровой. Пару черных прядей спали на бледное лицо мужчины, а глаза его опасно блеснули. Ему было интересно, что она о нем думает. Ему было страшно, что она о нем думает после встречи с Блэком... Её грудь вздымалась лишь чуть чаще спокойного состояния. И это не ускользнуло от внимания мужчины, как и слегка закусанная губа, выдавшая желание девушки не слушать эти причитания... Пристальный взгляд обсидиановых глаз заставил сердцебиение участиться, вот только не как раньше. Лишь периодически и иногда, даже не каждый день, Софи удавалось долго смотреть в его глаза, которые манили, затягивали... Северус знал, что Блэка не "поцелуют" дементоры, что ему снова всё сойдёт с рук, как и Поттеру. И до конца года студенты будут смеяться над неудавшимся счастьем злобного профессора. А что будет думать она? Но это будет потом. А сейчас он у себя в команте, перед ним стоит Уварова, которой вовсе не стыдно за подверждение себя опасности, за устроенное представление. Взгляд его метался по девчонке. Сам же молчал, чтобы успокоиться, взгляд его всё больше впивался в зеленоглазую, надеясь увидеть всю ту же любовь, а не осуждение. Однако всё было против душевного спокойствия Снейпа. Голубка стояла в шелковой черной юбке, которая слишком привлекательно подчеркивала бедра. Ещё тоньше была рубашка, на которую предательски падал свет, просвечивая её. Пока девчонка была в пальто, он и не обращал внимание на то, что под ним. Хотя сейчас с удовольствием уделил внимание тому, что под рубашкой и юбкой. - Дура - заключил зельевар и, не раздумывая, впился в её мягкие губы. Изначально он планировал по-другому... Девушка испустила короткий смешок в поцелуй, словно ожидала подобного. Его резкий, почти наказывающий поцелуй говорил намного больше слов. И вот уже руки Снейпа придерживают её за подбородок, за спину, согревая кожу сквозь одежду, вызывая тысячи таких приятных мурашек. Прижимая её ближе к себе, Снейп умело покусывает её нижнюю губу и угулубляет поцелуй, как будто извиняясь. Изящность движений была у мужчины не только в зельеварении... И эта почти неприличная мысль заставляет по-детски смутиться. Голубка так искренне, так желанно отвечает ему, что Снейпу просто не верилось. Как его, по его мнению, страшного, неказистого, полного неудачника в жизни может так целовать девушка. Внутри всплыли все семь лет вражды с мародёрами. Придерживая покрасневшую щеку Уваровой, Снейп отстранился - жить надоело? Рассеянный взгляд зелёных глаз, еле заметная морщинка недовольствия между бровями - всё говорит о том, что отчитывать её бесполезно, особенно сейчас. - Снейп, тебе, по-моему, сегодня уже намекали, что надо делать с такими красивыми дамами вместо пробирок, ворчания и погоней за Блэком - надулась она, смутив мужчину. Но ещё больше она его поразила, когда с совершенной наглостью вернулась к прерванному, сжав рукав мужской мантии. Софи была даже смелее обычного: без робости реагировала на каждое его действие сжимала мантию на его плечах, а когда он углублял поцелуй, то моментально запускала свои уже горячие пальцы в его черные волосы. И, между прочим, волосы у Снейпа были чистые. Это было одним из незначительных изменений, пришедших вместе с голубкой, потому что видя, как она моет голову каждый день, Снейпу даже стыдно становилось рядом с ней, только вот с мокрыми волосами старался ей не показываться. Она это давно заметила, но молчала, лишь украдкой улыбаясь. Софи не уступала жетским движениям его шершавых губ. Сегодня Блэк опять унизил Снейпа, указал на то, что его любить не могут, что девушка не может по-настоящему его хотеть, что он не может сделать ей... хорошо. И это злило, выводило из себя, заставляло буквально рычать и ударять кулаками по столу. Сильные руки вызывали лёгкую дрожь, до приятной боли сжав тело Софи и перемещаясь с бедер на талию и чуть выше, пытаясь запомнить каждый изгиб. Сначала Снейп действовал неуверенно, будто спрашивая разрешения, но пару недовольных выдохов, провокационных попыток перехватить инициативу, и Уварова уже плотно зажата между столом и зельеваром. Ей это нравится до обморока. Подбородок вздернут, а глаза широко раскрыты. Они ищут в глазах Снейпа тоже самое желание. И это не животная потребность. Тишина комнаты покрывается лишь их на двоих сбитым дыханием. Но и оно останавливается. Опять тишина. До этого порывистые Снейп и Уварова уже не такие смелые. Они робко переглядывются. Указательным пальцем Снейп проводит вдоль её суклы и заправляет прядь волос за ухо. А дальше как в тумане. Она приятно падает на холодные простыни, создающие волшебный контраст температур. Везде его губы, такие нежные и такие властные. Неприятное томление в пояснице и приятная боль, заполняющая всё тело. Её стоны, крики - его удовольствие. Их счастье...