Будущее не за горами

После того, как всех людей, которые хоть как-то поддерживали тайное сообщество, название которого теперь нельзя называть в наших краях, посадили в специальную тюрьму, ходят слухи, что “нормальных” людей эти твари ставят на неправильную дорогу. Так сказать, заражают их и заставляют стать такими же, как и они. И вот в один из дней по легендам произошла такая ситуация. *** Мужчина в специальной форме с маской и очками идет по коридору и осматривает все помещения вдоль него. В каждой камере сидит по одному человеку .До ушей Иосифа доходят какие-то поочерëдные стуки. Кто-то переговаривается с друг другом перестукиванием. Рабочий сразу же должен был сделать так, чтобы это закончилось. Так он и поступил. Чтобы не дотрагиваться до “больных”, надел на руки перчатки с резиной в толщину примерно два сантиметра и взял тряпку, чтоб наверняка. Зашёл в камеру и резко взял ее за специальную ручку на спине. У каждого заключëнного такая была. Она прикреплялась на одежду сзади. Это также была мерой предосторожности. После он вытолкнул двух переговорщиков на холодный каменный пол. Там его уже ждал напарник, который должен был ему помочь. — Ну что? Пойдем отведем “этих”, - кивнул в сторону двух девушек, которые смотрели на них с каким-то презрением. Они взяли их за ручку на спине и с легкостью подняли. У всех разные истории попадания в это место. Некоторые выкладывали запрещëнные рассказы на общее обозрение. Некоторые рисовали непотребства, после просмотра на которые ты становился “ненормальным”. А некоторые вообще хранили дома некие книги, в которых рассказывали о двух недомужчинах или двух недоженщинах. Девушек закинули в небольшое помещение, где не было ничего кроме холодных стен. Это была комната, в которую ссылали на некоторое время непослушников. Там они не могли не смотреть на друг друга, не разговаривать. За этим строго наблюдали. И вот как обычно двое парней, которые патрулировали корпус один, а было их там, к слову, девяносто девять, закинули их туда и пошли на вышку, чтобы за ними следить. Вышка представляла собой помещение, которое находилось над потолком у “специальной комнаты” и оттуда было прекрасно видно всë, что делают заключённые. Это наказание было самое нежное из всех, что здесь могло быть. За самые маленькие проделки. Всего лишь просидеть часов шесть в полной тишине с другим человеком, на которого ты даже посмотреть не можешь, не то чтобы поговорить. Мужики сидят и смотрят за заключëнными. Но вот одна девушка встает и мужчины явно напрягаются и хотят уже предпринять меры, но вставать тут можно, поэтому все законно. Потом она подходит к острому углу и начинает тереть вены на руке об него. — Пока всë законно. Они же не смотрят друг на друга, -пожимает плечами один из мужиков, Петр. Через минут пятнадцать от трения руки со стеной у девушки пошла кровь. — А теперь что, - спрашивает Иосиф, наблюдая за действиями заключённой. — Законно, - листая книгу с законами этой тюрьмы и комнаты. У девушки уже во всю хлыщет кровь, лицо искривляется от боли и.. Некого удовольствия?.. Она капает несколько капель на пальцы и начинает медленно водить ими по стене. Выводит какие-то непонятные линии. Как вдруг другая выскакивает и спиной к ней, проходит к другому такому же углу и повторяет действие той девушке. Только в момент, когда у нее пошла кровь, она капает себе на подушечку указательного пальца, садится на пол и видимо начинает что-то писать. — А сейчас? - раздраженно спрашивает патрульный у напарника. — Ну пока что законно, -пожимает плечами тот. Через некоторое время у первой девушки начинает вырисовываться на каменной стене один голый мужчина. Он был совсем без одежды и стоял на четвереньках. Мужчина ошеломлëнными глазами смотрел на это всë, но также кивал другому, что “законно”. Вторая же еще что-то писала. Но с вышки нельзя было прочитать что. На рисунке начала появляться очертание второго человека. — Вот!,-прокричал Петр, когда увидел у второй фигуры что-то похожее на мужской половой орган,-не законно. Они подскочили и нажали на одну из красных кнопок. Она отвечала за тревогу, когда нарушают закон. После нажатия затрезвонила сигнализация. Там, грубым мужским голосом говорилось: “осторожно, нарушают самый главный закон”. Это повторялось несколько раз. В это время вторая девушка закончила писать, а первая рисовать. Они обе убрали руки за голову и ушли к другой стене, чтобы их “творчество” было всем видно. Через несколько минут в “специальную комнату” забежали трое мужиков. На них были огромные очки, те самые перчатки. И костюм, который закрывал каждую часть тела. Парни с вышки также спустились и одевшись в костюм, направились в комнату. У входа их встретил человек, который должен раздавать очки, чтобы ничего лишнего не видеть, но он лишь махнув головой, сказал: — Парни, очки закончились. — Это еще как? Мы сегодня за главных в этом корпусе, нам надо завернуть этих негодяек, - грубым голосом сказал Иосиф. — Я не могу ничего с этим поделать. Вы можете зайти, но смотреть только прямо. Только на негодяек, - все еще качав головой, ответил старичок. — Ну видимо у нас и правда нет выбора, - ответил напарник Иосифа на это предложение. Они кивнули друг другу, и брутально, размахивая руками туда-сюда пошли ко входу. Сфокусировали взгляд только на девушках и только тогда вошли. Шли они прямо, смотря только на заключенных. У них до сих пор из раны капала кровь. Но вот в один момент снова запищала сигнализация и один из них резко повернул голову в сторону звука и невольно увидел рисунок. Где кровью было изображено два парня, у которых отчётливо можно было увидеть палочки для рождения детей, но видимо не в их случае. Один стоит на четвереньках, другой подошел сзади него и вставил в его око два пальца. Теперь заворожëнно смотря на стену, у Иосифа резко увеличился пульс. Потекли слюни. И теперь он смотрел не на рисунок, а на своего напарника. Так как больше людей, кроме девушек в помещении не было, смотреть больше не на кого. Он медленно подошел к напарнику, который все еще смотрел только на заключённых, и нежно взяв его за подбородок, повернул голову в сторону стены с порнографией. — Неееееет, - было закричал Петр, но сразу же замолк. Также смотря на картину. Иосиф снова повернул его лицо к себе и нежно посмотрев на него, поцеловал. Когда они, не замечая ничего вокруг, целовались, снова закричала сигнализация. Но сейчас уже о нарушении закона. И парни знали, что этот закон нарушали именно они, но не могли ничего с собой сделать. Вот их уже уводят под белые рученьки в разные камеры, а они все ещё не могут оторвать друг от друга взгляды. Настолько нежные, настолько полные любви, но настолько же и неправильные. *** Через несколько дней, срок у тех девушек увеличивается еще на несколько десятков лет. А молодых людей сажают в соседние камеры. Их разделяет стена, но в этом случае оба хотят, чтобы их разделяла не эта мрачная стена, а хоть тысячи и миллионы километров. И вот они постукивают друг другу признания в любви. Они выучили этот язык, когда были патрульными. Каждый день приходилось это выслушивать. И наказывать за это. А теперь их тащат также за ручки на спине два огромных мужика в “специальную комнату”. Когда их туда небрежно закидывают в их нос ударяет терпкий запах перекиси водорода. Но первый видит, что текст так и не стерли. И садится рядом с ним. И начинает читать. Он был почти не разборчив и непонятно, что там написано, но у него всë-таки получается: “Любая любовь правильная. Независимо от пола, характера, знака зодиака, даты и время рождения, расы, национальности, цвета кожи, происхождения. Любая любовь правильная, если она искренняя”. И тут он резко встает и накидывается на своего бывшего напарника, настоящего партнера, с объятиями. С такими искренними, тëплыми, наполненными любовью объятиями. Такими, что любой закон не смог их разорвать. Никто не смог оторвать их друг от друга. До сих пор.