Пытка

      Битва с Тартаром закончилась уже полгода назад, но воспоминания свежи так, словно это всё было вчера. Гильдию сразу же расформировали, и теперь Эльза не могла отвлечься от мыслей в общении с товарищами и друзьями. Просто потому, что рядом не было никого, и Титания — которая вовсе не такая, какой её считают — теперь должна была справляться со всем сама.       Сейчас она сидит на земле, прислонившись спиной к дереву, которое растёт рядом с обрывом скалы. Эльзе хорошо — тишина, тепло, лёгкий ветерок обдувает лицо и развевает волосы, — но ровно до того момента, как снова накатывают неприятные воспоминания.       Она помнит те дни в деталях. Помнит каждое сражение, каждую рану своих друзей, крики боли, что были рассеяны по всему полю боя. Она помнит всё это, но ещё больше она помнит тот день — или дни, она до сих пор не знает, — когда её пытали. Она не только помнит, она до сих пор чувствует эти пытки. Она мечется ночами в адских кошмарах, внутри которых она всё так же скована и подвешена на цепях, а рядом стоит этот демон. Демон, которому только в радость были её крики, стоны, кровь и слёзы, которые она никак не могла сдержать. Она опозорилась. Опозорилась прежде всего перед собой, и это никак не изменить. Ей придётся жить с этим всю оставшуюся жизнь — вскакивать посреди ночи от кошмаров, чувствовать невыносимую боль и винить себя за слабость.       Эльза с силой сжимает пальцами плечи. Ей хочется раздробить кости — наверное, даже это не так больно, как всё то, что происходило в той комнате. Она хмурится, ей хочется прогнать эти мысли и хотя бы один день провести спокойно, но она не может, и от этого чувствует себя ужасно. Вдобавок ко всему она не может не думать ещё об одной детали, которая разрывает её сердце.       «Скажи мне, где сейчас Жерар?»       Он оказался каким-то ключом к этому ужасному Лику. По словам этого демона, он и сам не знал об этом, но, чтобы снять печать, он должен умереть. Когда Эльза услышала это, она почувствовала, как её сердце на мгновение замерло. А через считанные секунды её вновь подвергли таким мучениям, что думать о Жераре она больше не могла. Она хотела лишь того, чтобы всё это прекратилось.       Когда ей удалось высвободиться из этих оков и заточить в них демона, Эльза изо всех сил желала ей отомстить. Отомстить так, чтобы ей было так же больно. Она висела на цепях в том же положении, что и Эльза какое-то время назад, и в один момент, когда что-то громыхнуло, она улыбнулась и сказала, что печать с Лика снята. Эльзу сразу пробила дрожь, и она выронила клинок.       Жерар мёртв?.. Он не мог… Никто не мог его убить, он просто не мог умереть…       Усила начала громко смеяться и что-то говорить, а потом она высвободилась из оков и хотела нанести Эльзе удар, но та быстро сориентировалась, призвала другой меч и вонзила его в демоническое тело, после чего отбросила её в угол. Когда она встала, Алая в мгновенье ока оказалась рядом и совершила ещё несколько ударов, в конце концов разрезав её в клочья.       Это был первый раз, когда Эльза убила кого-то. Пусть даже не человека, а демона. И она не хотела бы, чтобы это когда-нибудь повторилось, потому что это ощущение крови повсюду, этот мерзкий запах… Алая не смогла бы перенести это больше.       Она возвращается к реальности и понимает, что плачет. Гильдии больше нет. Жерара больше нет. Рядом больше нет семьи, друзей и любимого человека. Разве она может быть сильной тогда, когда всё потеряла?..       — Почему… Почему, Жерар… — она подняла голову вверх и посмотрела на тёмно-синее небо, которое было усыпано мелкими яркими звёздами. Оно напоминало ей о его магии и о нём. — Почему ты оставил меня… Почему тебя никогда нет рядом, когда ты так сильно нужен мне? Почему?! — она изо всех сил била кулаками землю и плакала. Понимала, что такое поведение — это не поведение Титании.       Но никакая она не Титания и не Королева Фей. Эти глупые прозвища, которыми её наградили, были грузом, который она несла на своих плечах. Тем грузом, который ещё больше заставлял её верить в то, что она никогда не может быть слабой, и сейчас это очень сильно давило на неё. Сейчас она не была Эльзой Алой. Она была маленькой Эльзой из деревни Розмарин, которая часто плакала и боялась. — Почему ты ушёл вместе со всеми… Я… Я не могу без тебя, Жерар…       Эльза вновь вернулась в прежнее положение, подтянула ноги к себе и спрятала лицо в коленях, закрываясь руками. Она выплеснула эмоции, но никак не могла прийти в себя. Смерть Жерара сломала её, словно вырвала часть сердца. Она уже никогда не придёт в себя.       Вдруг Эльза почувствовала чью-то магическую силу и услышала шаги позади себя. Её инстинкты всегда были обострены, и она никогда не могла пропустить человека, будь то просто прохожий или враг. Сейчас она склонялась ко второму варианту, так как местность, где она находится, не предполагает путников. Она призвала меч и встала в защитную стойку.       — Кто ты? Выходи, больше нет смысла скрываться, — из-за дальнего дерева показался человек в тёмном плаще, который постепенно приближался к волшебнице.       — Прости меня, Эльза, — этот голос… Она не верила в то, что слышала. Это просто не может быть он. Но его голос так отчётливо раздавался из уст этого человека, скрытого под плащом, что Алая была в смятении. Незнакомец вышел на свет и скинул капюшон, являя лицо Жерара.       — Это… Это и правда ты?.. — голос стих и задрожал. Эльза не узнавала в нём себя. Она чётко видела перед собой возлюбленного, но не верила в то, что она находится в реальности. — Это не сон?.. — Жерар подошёл к ней вплотную и обнял, крепко прижав к себе. Тогда Алая выронила меч и дрожащими руками дотронулась до него. Под пальцами она ощутила грубую ткань плаща и его твёрдую спину.       Это и вправду был он.       — Ты жив… — она словно из последних сил выдохнула эту фразу и успела слегка прижаться к нему, прежде чем потерять сознание.       Когда проснулась, она поняла, что видела прекрасный сон. Но этот сон сейчас причинил ей немало новой боли. Он раскрыл раны, которые и так не заживают в её душе и сердце. А потом она почувствовала лишний вес на плечах и увидела его плащ. Потом увидела ноги, что лежали по бокам от её ног, а потом и руки: левая лежала на её талии, а правая — совсем рядом, на его ноге. Она почувствовала его дыхание у себя на затылке и поняла, что лежит на его груди.       В этот раз она не почувствовала смущения от такой близости. Она чувствовала только облегчение и то, как заживает одна из ран на её сердце.       По его дыханию Эльза поняла, что Жерар не спит. Она выдохнула, кажется, весь воздух, что был в её лёгких, после чего накрыла его левую руку своими и прижала ближе. Она хотела касаться его, хотела чувствовать, что он действительно живой.       — Она сказала мне, что ты умер, — Алая заговорила голосом, который словно и не ей принадлежал. — Она… Она пытала меня. Не знаю, сколько часов, а может и дней, я провела в её камере. Её проклятия… Она медленно мучала меня. Она убивала, но не до конца. Она не давала мне умереть и начинала всё сначала из раза в раз, — вновь в глазах собирались слёзы и падали на его плащ. Эльза хмурилась. — А потом мне удалось вырваться из этого круга, но… Она сказала, что ты умер. Я… Все те пытки показались мне чем-то незначительным по сравнению с тем, что я почувствовала потом. Она разорвала моё сердце. Мне никогда не было так больно, — Жерар почувствовал, как сильно она сжала свои руки. Ещё чуть-чуть, и она с лёгкостью могла бы сломать ему пальцы. — Потом... Я не знаю, что стало со мной. Я словно стала демоном, как она. Я... Я убила её, Жерар. Очень жестоко убила. Я боюсь... Я никогда не хочу убивать... Не хотела... Я не хотела, понимаешь? Я не хотела!       – Тише-тише, успокойся, – Жерар сильнее прижал её к себе, пытаясь остановить накрывающую её истерику. – Я знаю, что ты не хотела. Ты бы никогда не стала. Только не ты.       — Я потеряла тебя. Я… Я не хочу просыпаться сейчас. Я не хочу, чтобы ты исчезал, – её тёплые слёзы капали на его руку, но она не обращала на это внимания. Она всегда плачет во сне, в этом нет ничего необычного.       — Я здесь, Эльза. Я никуда не исчезну, — он прошептал эти слова ей прямо в ухо, а свободной ладонью накрыл её руки в доказательство того, что это не сон. Но это не возымело никакого эффекта.       — Я знаю, что ты уйдёшь. Ты никогда не остаёшься. Ты всегда куда-то уходишь, и сейчас ты сделаешь то же. Просто позволь мне ещё немного побыть с тобой… — Жерар почувствовал, как она расслабляется. Снова уснула.       Ему было больно слышать это, больно видеть Эльзу такой — разбитой и совершенно беззащитной. Ему хотелось уничтожить всех её обидчиков, но Эльза уже давно справилась с ними, не оставив ему и шанса на это. Сейчас он мог только остаться рядом и защитить её от будущих напастей.       Он осторожно встал, закинул на плечо её сумку, которая лежала неподалёку, и взял её на руки. Аккуратно прижал к себе так, чтобы плащ не слетел с её плеч, и понёс вглубь леса, где они остановились с Меледи и новыми членами их гильдии. Розоволосая, увидев друга, который держал руках бессознательную Эльзу, не на шутку переволновалась и сразу же подскочила со своего места, но Жерар покачал головой, давая понять, что он справится с этим сам, и её помощь пока что не нужна. Бывшие Шестеро Просящих лишь смотрели на него ничего не выражающими взглядами — только Ричард и Кобра смотрели с сочувствием. Последний слышал его мысли и понимал, что значит для него аловолосая и её травмы.       Они все проследили за Жераром, который принёс Эльзу в заброшенный домик, стоящий неподалёку. Недавно он бросил тут несколько найденных откуда-то одеял для Меледи, но сейчас надеялся, что подруга его поймёт. Он аккуратно уложил Эльзу на одеяла и накрыл её плащом сверху, поправляя его так, чтобы она не замёрзла. Девушка заворочалась в беспокойном сне. Жерар понял, что ей снится кошмар.       — Нет… Прекрати это… Он не мог… Я…       После этих слов Эльза подскочила, тяжело дыша и беспорядочно осматриваясь по сторонам, так как сфокусироваться на чём-то одном не получалось.       — Вдохни и выдохни. Постарайся успокоиться, — он осторожно накрыл ладонью её плечо, не зная точно, что последует за этим, но Эльза даже не вздрогнула. Она сделала, как он сказал, и, кажется, постепенно возвращалась из сна в реальность. Волшебница повернула голову и встретилась с ним взглядом.       — Так ты и вправду живой… — она неверяще прикоснулась к его лицу пальцами, невесомо погладила по скуле и убрала руку. Жерар в ответ слегка сжал её плечо и поднял уголки губ вверх, показывая ей лёгкую улыбку. Эльза порывистым жестом прильнула к нему и обняла. Её дыхание всё ещё было сбитым, и теперь он ощущал его своей шеей. Он чувствовал, как её руки крепко и отчаянно обнимают его, и Жерар немедленно обнял её в ответ. — Не исчезай. Пожалуйста, не оставляй меня.       Он сделает всё, чтобы она никогда не чувствовала себя такой разбитой, чтобы она всегда только улыбалась.       — Обещаю.       Эльза верит ему. Она верит ему сейчас, верит и тогда, когда он говорит, что защитит её перед Акнологией и выживет. Верит, когда он провожает её на Столетний квест и обещает дождаться её. Верит, когда он обещает подумать над вступлением в Хвост Феи.       Эльза верит ему, ведь Жерар никогда её не обманывал.