Белая королева

Ночь, полнолуние, тихий ветер гудит между домов и деревьев и только спешные звуки босых ног прерывают тишину этого момента. Молодая девушка бежала по патриаршим прудам вдоль реки сбиваясь с дыхания. Она бежала не из страха, она убегала от статных но крайне противных милиционеров, которые упиваясь властью решили посрамить её честь и достоинство. Настасья прекрасно знала что и как эти люди хотят сделать, её можно было бы назвать наивной, но глупой она не была, а потому бежала изо всех сил, стараясь не спотыкаться, в такие моменты её разум был кристально чист, и страха в глазах не было. Множество шрамов на молодой белой коже, лишь доказывали её способность хоть немного постоять за себя, однако биться с двумя юношами при исполнении, даже ей, сумасбродной девке, казалось абсурдом. Пробежав ещё метров триста, Настасья позволила себе непростительную вольность и на бегу обернулась, с желанием проверить преследуют ли её. За подобную оплошность, девушка расплатилась падением и ударом об асфальт. Кричать было нельзя, потому она, уставшая и грязная, лишь закусила от боли губу и отползла в ближайшие кусты, ожидая когда эти двое граждан, пройдут мимо неё. Спустя пару минут, девушка услышала размеренные шаги и пьяный смех, затаив дыхание она сидела не двигаясь и сейчас больше походила на зверя, нежели на человека. Гражданку даже не смущала кровь капающая с её, разрезанного об камень, лба. Выждав с минуту, она выбралась из своего укрытия и уже медленно побрела обратно в сторону дома, по всем тем же, патриаршим прудам. Во время своей вынужденной прогулки, смотря себе под босые ноги, Настасья задумалась о том как вообще оказалась в столь абсурдной ситуации. А произошло это потому что из-за свободолюбивого и непокорного характера она часто попадала туда, куда не стоило. Хоть девушка и была гражданкой СССР, но особой любви к "уравниловке" не питала, она всегда была себе на уме. Её многие считали крайне привлекательной, но уж больно своенравной дамой: то волосы в белый цвет выкрасит, то платье на свой вкус порежет, то против веры выступать откажется. Да даже имя её было не совсем правильным, мама звала её Настей, как и прочие, но эта форма никогда ей не нравилась, и даже вызывала отвращение, уж больно плохая ассоциация была, слишком много плохих людей её так кличили, хотя само имя несло в себе крайне благоприятный и даже библейский подтекст, а потому, мы продолжим звать её Настасьей, да и признаться честно, ей эта форма имени подходит куда больше. Однако же, возвращаясь к нашей истории: девушка никогда не отличалась покорностью, а потому говорила всё что думала, даже иногда осознавая что лучше промолчать, благо её юный разум не был обременён знанием титулов и званий, а потому, она даже не смотрела на них, но всё же, это чаще выходило ей боком, вот и сейчас из-за грубого комментария в сторону нового жильца их дома, которого матушка чинно называла "отчимом", её - практически нагую, выгнали из дома, а следом и эти два не очень трезвых милиционера, как по часам, посмели к ней пристать. Стоит упомянуть что девушка не испытывала к ним злобы или ненависти, на последнее она вообще не была способна, да и был ли в этом прок? Сама Настасья не могла себе ответить на этот полуреторический вопрос. Эти люди вызывали в ней скорее жалость, нежели гнев, ведь в конце концов они поддаются лишь низменному желанию отстоять своё человеческое достоинство. Девушка это понимала, ведь сама периодически этим грешила, а значит и злится не было смысла, да и зачем, её гнев не будет замечен, или же ей только так казалось. Пройдя ещё несколько метров, она увидела странного господина, сидящего на одной из лавочек, которыми были утыканы все патриаршие, было удивительно увидеть кого-то в такой час, но сейчас, в её ситуации, она бы не удивилась даже второму пришествию, пусть и крайне верующей её назвать было нельзя, остановившись всего на пару секунд, Настасья выдохнула и подошла к этому гражданину: - извините Тихий, но при этом уверенный голос девушки разрезал тишину. Мужчина повернулся в её сторону, его тёмные, скорее даже чёрные глаза смотрели на неё погружая во тьму, а как казалось ей самой - в сами недры ада. - доброй ночи С лёгким акцентом отозвался он с интересом наблюдая за невинным созданием, хотя правды раде, они оба выглядели крайне гротескно: на мужчине был чёрный костюм, не похожий ни на какие прочие, с серебряными вставками и заклёпками, трость с головой Анубиса и уложенная назад причёска, лицо и его внешность сложно было определить к какой либо стране либо же нации. А девушка была больше похожа на жертвенную овечку, белые волнистые волосы ниже лопаток, такая же белая сорочка, светлые глаза, кожа, и контрастом всему этому была кровоточащая изо лба рана из которой сочилась алая яркая кровь, часть из которой уже успела впитаться в одежду. - не будет ли у вас закурить? - Всё так же тихо сказала девушка, всматриваясь в эти чёрные как смоль глаза, смотреть в них было сложно, но отвести взгляд или хотя бы переключить внимание на другие черты лица, казалось непосильной задачей. Однако Настасья держалась крайне стойко, эта юная особа была хоть и крайне ранимая, но бесстрашная и сильная, от того и сейчас, смотря на этого, крайне подозрительного иностранца, она не испытывала ни капли страха, скорее интерес. Всё же и сам господин, отвечал ей тем же, в конце концов даже для него, узреть подобную сцену было в новинку. - а что вы курите Mein Schatz (моя дорогая)? - да что предложите, вы не против если я составлю сам здесь компанию? - oh, was sind Sie (ох что вы), конечно нет, присаживайтесь Мужчина указал на место рядом с собой в пригласительном жесте. Внимание девушки привлекли его чёрные кожаные перчатки, они вписывались в фасон всего его образа, но почему-то ей казалось что под этими перчатками, у этого джентльмена скрываются длинные когти. В итоге, девушка предпочла отбросить эдакий бред и присев рядом с иностранцем, взяла из его рук, предложенную сигарету, кажется она была какой-то иностранной марки, такие по обыкновению курили в немецких дорогих барах и кабаках, но сама девушка об этом не знала, а потому закурив оную, даже не обратила внимание на то что это кажется была одна из самых, а может и самая, дорогая сигарета в её жизни. - спасибо вам, Господин - всегда пожалуйста, могу я задать вам вопрос? Иностранец заинтересовано повернулся к девушке. Она же, предугадывая его вопрос подала голос первой: - почему я в таком виде и в такое время? - что вы нет, всю вашу историю я видел - уверенно и спокойно проговорил мужчина, облокачиваясь на спинку лавочки. Настасья удивилась и уже она, с интересом повернула голову к нему: - тогда... Что же вы хотели спросить? - неужели вы не испугались подойти ко мне, Настасья? Вскинув брови от удивления, девушка тяжело вздохнула и пару минут порывшись в своих мыслях, она медленно перевела взгляд на мужчину и говорила она каждое слово так, будто обдумывала их несколько лет: - пожалуй нет, вы, почему-то, кажетесь мне, крайне безопасным. Странный ответ, пожалуй, удовлетворил незнакомца и тот, задумчиво кивнув отвернулся от девушки смотря куда-то вдаль: - позволите и мне вопрос? - конечно, юная леди. - как вас зовут? Вы не похожи на русского и говорите вы с акцентом - Крайне прямой вопрос, для кого-то даже грубый, но сама девушка не вкладывала в него ни грамм скверного ребячества. - моё имя Воланд. Приятно рад, нашему с вами знакомству. Он протянул ей руку в знак вежливости и девушка подала её в ответ. Посмотрев на неё пару секунд, Воланд поцеловал тыльную сторону ладони и отпустил руку девушки. Этот, кажется типичный жест, вогнал Настасью в краску, и она невольно засмущалась, для неё подобное было впервой. И вот рассматривая свою белую руку, и опустив взгляд, девушка промолчала ещё пару минут, докуривая сигарету. Иностранец же ей не мешал, тоже погрузившись в задумчивое молчание, во время которого, однако, он всё время смотрел на девушку изучая её. В конце концов, тишину прервала Настасья: - а как там? - где? - слегка удивлённо спросил Воланд - в аду... - совершенно спокойно ответила девушка, посмотрев в глаза иностранцу, сейчас она была практически полностью уверена что это сам дьявол, его глаза его выдали, да и как уже упоминалось, девушка глупой не была, хотя конечно и задавать этот вопрос на прямую, с таким прозрачным намёком, казался верхом наивности и лёгкой наглости. Иностранец же, удивлённо вскинул бровь, а взгляд тут же перестал излучать и каплю спокойствия: - вы крайне догадливая девушка. Неужели я так просто себя выдал? - справедливости раде, Месье Воланд, вы не то чтобы скрывались - по доброму шутя, ответила девушка. - пожалуй вы правы, миледи, однако даже сейчас я не вижу в ваших глазах страха - всё с тем же интересом и долей цинизма ответил господин - вы же и сами знаете миссир. Люди мо гут быть гораздо ужаснее дьявола. Иностранец тихо рассмеялся в ответ на такое наивное высказывание: - вы считаете что люди ужаснее дьявола? С душераздирающим спокойствием спросил Воланд смотря в светлые глаза - сложно сказать на самом деле, люди, ровно так же, как и Бог, и Дьявол - никогда не вызывали во мне ненависти, не смотря на всё что они делали. По моему мнению злых людей вообще не бывает. - Она говорила об этом с лёгкой, но до невероятного грустной, улыбкой. А мужчина же заворожённо наблюдал за этой необычной девушкой. - тогда что же они в вас вызывают, юная леди? - любовь - кажется она отвечала не раздумывая, уже зная точный ответ на этот вопрос. Она была уверена в этом, ровно так же как и в том что небо голубое, а трава зелёная. Загадочный господин лишь слегка усмехнулся её высказыванию, но беззлобно, а скорее даже снисходительно. Ответ для него был нетипичным, но вполне отвечающим на большую часть вопросов которые он задавал себе сам. - а вы? Вы, пожалуй, по рассказам, ненавидите людей - не скажите, они вызывают во мне интерес, хотя конечно, некоторые их действия и высказывания кажутся мне крайне опрометчивыми и наивными. Однако век людей до того короток, что они в своей жажде понимания бытия, упиваются своим мизерным знанием, раздувая его до огромных масштабов - Владыка говорил спокойно и размеренно, голос был задумчивым, тяжёлым, выдавая в нём реальный и действующий интерес в сторону этих, поразительно слабых и одновременно сильных, созданий. - вы имеете ввиду тот факт, что сейчас многие отказываются от Бога? - и это впрочем, тоже, однако, это далеко не единственное чем ваш вид успел отличиться. Хотя... Признавать вас обычным человеком это тоже самое что путать ад и рай - с лёгкой усмешкой сказал он - это был упрёк? - в шутку сказала она, смотря куда-то вдаль, на тихую гладь воды - и да и нет. Для меня то значение не имеет, но для вас, пожалуй воздействует, самым что ни на есть прямым образом - наклонив голову слегка в бок промурлыкал Воланд, смотря на Настасью. - да, но... Я не смогу от этого отказаться, это часть моей сущности, и, если можно так сказать, моя душа. К тому же этот мир... Он слишком сияет, я кажется никого так не полюблю, как эту землю, это небо, людей, Бога... И вас, пожалуй, тоже - она посмотрела ему в глаза, такие холодные и раскаленные одновременно, гражданка не врала, она и вправду любила всё это, ведь даже смотря на самого самого Короля и Владыку преисподней, она видела в этом мужчине искусство. Да тёмное и мрачное, но чарующее и восхитительное. Однако же сам Воланд был далёк от любви, подобное было оному не свойственно, что, кажется, очевидным исходя из его натуры, однако, любовь вызвала в нём интерес, то безумие и отчаяние на которое был способен человек раде одного единственного чувства, вызывало в нём живое увлечение. Вот и в последнее время, ему на глаза попалось уже трое людей, терзаемых и обременённых этим чувством: Мастер, Маргарита и эта балокурая девушка, что так удачно, как казалось самому Воланду, попалась ему на глаза. - вы полностью уверены в том что вы говорите? - судя по вопросу, смею предположить, что вы попытаетесь меня переубедить? - ни в коем случае - крайне холодно ответил он, без тени иронии, его точёные черты лица сейчас излучали исключительную серьёзность и странную заинтересованость. Они молча смотрели друг на друга, девушку это постепенно начало напрягать, однако, хотя нутро и говорило ей об опасности этого господина, разум, а если быть точнее, та его часть что отвечала за чувства, противилась этому базовому инстинкту "самосохранения". Всё же, Настасья решила прервать молчание первой: - зачем же вы прибыли сюда, Князь? - понимаете ли, юная дева, ежегодно я устраиваю бал, на котором присутствуют все мои подданные и грешники, а я, признаться честно, уже довольно давно - холост, а потому ищу себе королеву. Впрочем, это не единственная причина, я не был здесь уже достаточное количество времени. Я решил посмотреть на людей: на их взгляды, мечты, идеи - последнюю фразу он подкрепил движением трости, которая прошлась по ближайшим домам медленным и плавным движением. Студентка слушала его заворожённо и внимательно, каждое слово впитывала как губка, ведь осознавала всю важность этого момента. - я не думала что Дьявол одинок - почти неслышно сказала она, что, однако, не ускользнуло, от тонкого слуха господина - почему же? - я... Просто мне всегда казалось, что вы находитесь в окружении стольких бесов и грешников, что, пожалуй, остаться одиноким крайне сложно. - Воланд задумчиво хмыкнул и выгнул бровь - тогда почему же вы одиноки? И не говорите что это не так, Настасья - девушка молчала, конечно до она была одинока, пусть и не так безнадёжно как этот человек в чёрном фраке, однако признавать факт одиночества уж больно не хотелось, но что уж поделать, попытаться скрыть что-либо от духа зла, равносильно тому что маленький ребёнок захочет соврать родителям - вы.. пожалуй правы, но вы умнее, сильнее, серьёзнее, мудрее. Хотя... Наверное в этом и есть причина, я права? - верно, юная леди, видите ли, чем дольше я существовал, тем более одиноким я становился - а ... А как же Бог? - причём же здесь он? - просто... Он кажется, поймёт вас как никто другой, разве нет? Владыка рассмеялся раскатисто, тяжело и низко, но глаза не смеялись, этот хохот скорее походил на гром, нежели на обычный смех. - скажем так, он не очень жалует беседы - с мягкой улыбкой произнёс Дьявол, смотря на девушку - да и вам ли этого не знать - я... Думала что он просто меня не любит, или злится - ему не свойственно, впрочем, я могу понять почему вам пришли такие мысли - тут брюнет взглянул на свои карманные часы и слегка нахмурил брови, от чего на него переносице образовалась складка, а на лбу слегка усилились морщины - впрочем мне пора, спасибо что составили компанию - мне стоит надеяться, на ещё одну встречу с вами? - спокойно спросила она - пожалуй да, мне понравилась наша беседа.