Такое долгожданное "прости".

Вспыхнувшие перед глазами образы и резко сокращающиеся мышцы во внезапных судорогах вытягивают из сна. Да, сегодня было слишком много событий, чтобы просто взять и заснуть.    Перевернувшись с бока на спину, параллельно выслушав ночную серинаду матраса, взгляд светлых глаз устремится в потолок, который быстро размоется в глазах и станет просто белым холстом для воображения, рисующего на подобном чудные картины, пробуждая воспоминания. Где он свернул не туда?    В воспоминаниях резко всплывает одна из самых ужасающих ошибок прошлого... *** - Ты же веришь мне? - пиковый смотрит с такой любовью и наимеримым трепетом, что ответ приходит сам собой. - Да... - тихое и неуверенное срывается с губ, когда плечи накрывают чужие, но такие тёплые и добрые руки, придавая уверенности и, заставляя накрыть чужие пальцы своими ладонями. - Ну так просто сделай это, если доверяешь мне, - во фразе уже начинает проклёвываться приказной тон, немного пугая но в тоже время завораживая, - ты же понимаешь, что к этому всё шло? Просто посуди, - король отходит от плечей партнёра и присаживается на скрипучий стул перед тем, убрав телефон и сковывая кисти трефа в свои, не то шерстяными варежками, но то стальными браслетами, - ты в другом городе, не понятно где, неприятно с кем... Это утрировано, - быстро оговаривается, добавив последнюю фразу чуть ли не шёпотом, - а твоя названная семейка, уже молчу про друзей, даже и думать забыла где ты. Не так ли? И да, вопросы: "Как дела?" - через день, не считаются. Не думаю, что это всё, что они могут сделать, - голова склоняется чуть вправа, прищурив взгляд и скрыв нелестные мысли за миловидной улыбкой, - пойми, ты не один, у тебя есть я, сдешние друзья и моя семья.    Треф опускает приесполненный грустью взгляд в сторону мобильного устройства и тяжело вздыхает, повесив голову перед пиковым. - Ну же, ничего не изменится. Даже больше скажу, им же станет легче без тебя, - отпустив похолодевшие ладони партнёра, Пик ненавязчиво передаёт в руки предмет и, несводя глаз, ждёт. Минуты ожидания, король не сводит глаз с жертвы и продолжает пытку зрительный контактом, для убедительности положив руку на плечо Маку.    В тот день для Пика всё закончилось хорошо: собрав волю в кулак, треф с тяжёлым сердцем отправил роковое сообшение, отрезавшее от него все его корни, единственных его по-настоящему родных людей, заменив тех на абьюзера и целое стадо шестёрок, воодушевлённых рассказами о жертве лучшего друга. ***

Здравствуйте, тётя Белла! Спасибо вам за всё, что вы

для меня сделали, я безмерно благодарен за ваш тяжёлый

труд, терпение и заботу. Я никогда не забуду то, что вы делали

для нас с Эваном. С глубочайшим сожалением хочу

сообщить, что ныне, в своей новой жизни я не хочу знать вас

и вашего сына. Прощайте, и ещё раз спасибо за всё.

Отправлено, прочитано.

Пользователь заблокировал вас. Вы больше не можете отправлять

ему сообщения. Подробнее...

***    Слёзы наворачиваются сами собой, когда приходят воспоминания с того дня. Больнее становится от мысли, что эти люди далее не бросали попыток дозвониться, достучаться... Лишь через месяц пустого ожидания на почту с другого аккаунта пришёл ответ: "Что бы ты не думал, тебе всегда будут рады в нашем доме, сын". В своё время, именно это сообщение вывело на первую в жизни истерику.    Ему нет оправдания. Он ублюдок, которому важнее отношения, чем любящая семья. Эти мысли пришли ещё тогда. То сообщение... Оно было не больше, чем куском грязи, преподнесённой самым близким в его жизни людям, которые даже после этого "плевка в душу" готовы видеть его у себя. И возможно, до сих пор ждут. Жаль, что он этого не узнает.    Ворочаясь, переворачивается на бок, чувствуя, как на глазах тут же формируются первые слёзы. Устемив взгляд на унылую луну в окружении голубых облаков, наблюдает за ритмично наклоняющимися деревьями. Такая приятная тишина... *** - Пик? Что случилось? - зима на улице и начавшаяся вьюга не задержали пылкий нрав Пикового, который стоял перед дверью съёмной однушки серого. - Там... Вару... - голос трясся, как и сам его обладатель, догадавшийся пройти немалое расстояние между домами в домашних шортах и майке, накинув наверх тонкую кофту. - Проходи быстрее... - взволнованный монолог трефа прервали резкие объятья со стороны фиолетового. Прижавшись всем телом, тот невзирая ни на слипшиеся от снега ледяные пряди, ни на занимевшие от холода стопы в домашних тапочках, ни даже на ошарашенного, но ответевшего на спонтанные порывы трефа, так и замершего в дверях перед лестничной клеткой в объятиях лучшего друга. Да, я тоже думаю, что пиковый не до конца понимает смысл слова "друг". - Неважно... Я просто... Люблю тебя... ***    Он готов простить партнёру непозволительно много. Эти мысли долго преследовали трефа, когда он задумывался об их союзе. В тот вечер он буквально ответил взаимностью человеку в отношениях, без зазрения совести млел в объятиях и нежных поцелуях такого же, как и он, предателя и не задавал лишних вопросов, потому что боялся "спугнуть", "прогнать" или обидеть человека рядом.    И он простил. Закрыл рот и забыл, пропустил мимо ушей, не обратил должного внимания, если быть мягче. ***    Маку не больше, чем глуп. Сейчас, протирая тканью рубашки линзы розовых очков, видел просто погрязшего в проблемах и семейных конфликтах партнёра, что не виноват в тех выражениях, сказанных в лицо близкого человека. Он не виноват в паре ударов, что случайно легла на плечи серому, оставив не столько физические, сколько моральные следы. Он не виноват буквально ни в чем содеянном, пока треф с мягкой улыбкой и сочувствием будет смотреть на него таким влюблённым взглядом, оправдывая любые ужасные вечера и сцены насилия. Как жаль, что очки слишком поздно столкнулись с суровой реальностью, разбившийся в дребезги и оголив серую реальность. Такую же серую, как и стены комнаты с заштопанной шторкой на окне.