blue movie.

Хенджин и понятия не имел, что его история любви будет написана подобно книге. В ней, в истории его отношений с милым парнем присутствовал и сценарий, и автор, и готовые реплики, и сеттинг. Втроем они шли с универа, по пути к остановке, как Джисон вдруг спросил: — Вот, что писать после знакомства? Хенджин, какая бы у тебя была реакция, если бы парень после дня общения спросил не «как дела и что делаешь», а «что тебе сегодня снилось»? Хенджин только пожал плечами. Он был человеком сентиментальным и мечтательным — так просто дать ответ Джисону он не мог. — Ну, я так не могу, мне нужна предыстория. — Хенджин задумался и, поправив лямку рюкзака, поморщился и продолжил: — Что за парень и как мы познакомились? Сынмин идеи Джисона схватывал налету: — Хорошо, смотри. — Развел он руки и развернулся к друзьям. — Ты сидишь в кофейне, пьешь свой лавандовый раф, думая о чем-то. Подходишь оплатить кофе, а бариста говорит, что его уже оплатил милый парень за соседним столиком. Вот такое знакомство. Ну, как? «Ну, как?» — спрашиваете? Хенджин в восторге. Он замер у стойки с картой в руках, и переводил взгляд с бариста на милого парня за столиком и обратно. И не мог поверить, что такое возможно. Все-таки судьба Хенджина любила. Еще вчера это — байка, придуманная Сынмином находу для безнадежного романтика Хенджина, а сегодня — реальность. Милый парень, заметив на себе чей-то очень пристальный взгляд, поднялся, вальяжно подошел к стойке и отдал Хенджину в руки холодный латте. — Ну, привет незнакомец. До тебя я и не знал о существовании лавандового рафа. Нравится? Милый парень усмехнулся и предложил прогуляться. А кто такой Хенджин чтобы отказываться? Он студент без личной жизни с дедлайнами и целями на жизнь в краткосрочной перспективе. Конечно, он согласился. И все же не мог отделаться от чувства дежавю. «Ну, как?» — спросил тогда Сынмин. «Идеально» — ответил ему Хенджин. Звали милого парня — Чонин. И он довольно стеснительный, так что его первый шаг в той кофейне и оплаченный лавандовый раф — потолок его уверенности. После лимит был полностью исчерпан и пополнение ожидалось только через несколько месяцев. Так же как и пополнение на их счетах — студенты же — поэтому в кофейнях они больше не встречались. Чонин учился на летчика. Он не понимал зачем ему экономика и еле наскребал баллы на промежуточных экзаменах. Он был свободолюбивым человеком и часто улыбался. — Что тебе сегодня снилось? — Спросил он Хенджина. Они были в библиотеке, что находилась на одной улице с той кофейней. Стол разделяла полоса света; она подсвечивала дерево и была своего рода барьером, ведь все учебники и тетради находились в тени, по разным сторонам от этого света. — А? — Хенджин поднял на него взгляд, подумал послышалось. А Чонин оказывается так и продолжал все это время смотреть на него: мягким взглядом и подпирая рукой щеку. Хенджину показалось будто по его сердцу провели чем-то очень мягким. Нежно коснулись, и не смотря на то, что это что-то от сердца вскоре отняли, он продолжал чувствовать тепло. Уголки губ Чонина дрогнули вверх. Он отнял руку от щеки и, невзначай положил ее на стол, на ту полоску света. Хенджин поправил дужку очков и отвел взгляд на секунду (в душе он кричал от того как собственная жизнь вдруг стала похожа на чей-то искусно написанный роман, где есть и сценарий, и сентиментальность, и символизм, и до безумия милый парень). — Я спросил: «что тебе снилось?» Кажешься немного потерянным. Больше, чем обычно. — Подмигнул ему Чонин и усмехнулся. — Мне снился ты. — Просто отвечает он, потому что это было чистой правдой. Ему снился Чонин прошлой ночью. В его милом и самом что ни на есть простом амплуа: с каштановыми волосами, жалобами на экономику, покрасневшими щеками и запоминающейся улыбкой. Губы Хенджина трогает улыбка от воспоминаний ото сна. А Чонин смотрит на него внимательно и пытается разобраться с собственными чувствами. Конечно, он жутко смутился от такого откровения и, конечно, он был потрясен до глубины души, потому что осознал, что его чувства взаимны. Хенджину снился родительский сад: вишня, поспевающая клубника и колющийся куст малины. Он парень, привыкший к солнечной погоде, к овощам и фруктами в шаговой доступности, про таких говорят: «южанин» и оправдывают его беззаботность такими словами: «южанин, что взять!» Хенджин не был в родительском саду со старшей школы, поэтому то, что именно он приснился ему не было чем-то удивительным. Редкие лучи солнца пробирались через ветви вишневого дерева. Хенджин стоял с ведерком ягод и щурился, пытаясь взглянуть на небо. На слабом, теплом ветерке струилась рубашка. Хенджин опускает взгляд на ведерко в руках и улыбается, потому что сзади кто-то подходит и обнимает со спины. Это был Чонин. Положив голову на его плечо, он спросил, что ему снилось. Хенджин проснулся.