Lions and Tigers and Love, Oh My!

Что-то было не так. Спокойный сон Субина нарушал какой-то странный шум. Закутанный в одеяло, которое мать подарила ему на Рождество, он недоумевал, почему проснулся так рано, когда смог наконец распахнуть глаза и хорошенько разглядеть будильник. Он резко подскочил, разворачивая свою уютное одеяльное буррито, и рванулся к тумбочке, чтобы схватить телефон. Черт. У него было два пропущенных от Рене Лонг, матери лучшей подруги Союн из школы. Матери ребенка, которого Субин должен был отвести в школу вместе со своей дочерью. Он скатился с кровати и натянул первые попавшиеся спортивки, прежде чем вывалиться из спальни и направиться к входной двери, где Союн уже возилась с замком. Субин осторожно протиснулся мимо нее и щелкнул замком, распахивая дверь и оказываясь лицом с лицу с нахмурившейся мамашей. – Вы только что проснулись, мистер Чхве? У Субина было желание соврать. Но судя по состоянию его волос, она наверняка уже знала ответ. Бросив взгляд на дочь, стало ясно, что та уже оделась: розовая толстовка с кроликом, леггинсы в радужную полоску и нарядная юбка из фатина в придачу. По крайней мере, не платье Белоснежки с Хэллоуина. – Простите, простите. Будильник не сработал, – Субин не мог взглянуть ей в глаза, провожая ее дочь в собственную гостиную. Девочки уже направлялись к комнате Союн. На пару хихикая. – Я опаздываю на работу. – И снова, мне очень жаль. Я не хотел… Рене тяжело вздохнула, и ее нахмуренное выражение сменилось улыбкой. – Знаете, я понимаю. Тяжело вдруг справляться с ребенком в одиночку. Субин кивнул, внезапно почувствовав легкую тошноту. Рене недавно развелась. Родительский комитет только об этом и говорил в последние месяцы. Но это было не то же самое, через что прошел Субин. Субин был не в себе с сентября. На дворе стоял март. В конце концов Рене ушла, стоило Субину напомнить ей, что она опаздывала, и Субин бросился на кухню, распахивая шкафчики в поисках ланч-бокса Союн с Тинипин, который она выбрала во время семейной поездки в Корею прошлым летом. – Где, чер… – Пап? Субин захлопнул рот и взглянул вниз, на стоящую рядом Союн. Рядом с ней стояла ее подруга, Клара, с их плеч свисали до смешного огромные рюкзаки (в первом классе у них и близко не было достаточно школьных принадлежностей, чтобы набить их целиком). А в ее крошечных кулачках был зажат ланч-бокс с Тинипин. У Субина заболело в груди. – Ты собрал его с вечера. – Точно, точно, – Субин протянул руку и взъерошил ей волосы. – Тогда поехали, да? Только высадив их перед школой, Субин осознал, что Союн все еще была в домашних тапочках в форме медвежат (подарок дяди Гю), а не в нормальной обуви. *~*~*       Субин не любил вспоминать сентябрь. Но его босс, казалось, был одержим желанием напоминать ему при каждой возможности. Работа Субина всегда ему нравилась. Он вел веб-серию для онлайн-журнала – Ням-ням – где еженедельно снимал обучающие ролики по приготовлению различных вкусностей. Работа была удобной, потому что он мог снимать у себя на кухне, а затем отправлять отснятый материал команде редакторов, а те заботились об остальном. Он к тому же и неплохо зарабатывал, особенно потому, что его шоу становилось все более и более популярным. Он был своего рода знаменитостью среди женщин среднего возраста. Ему также нравилось то, что ему практически не приходилось ездить в офис. Но раз в месяц он приезжал согласовать с боссом расписание планируемых рецептов на следующий месяц. Раньше он любил эти встречи. Но в последние полгода они стали весьма мучительными. Потому что, что ж, его босс всегда начинал их подобным образом: – Как твои дела? – и сочувствующий взгляд в придачу. Субину не хотелось сочувствия от своего босса. Ему просто хотелось иметь возможность поговорить о выпечке. Он подумывал приготовить Хотток с нутеллой, у него также было несколько идей для пасхальных угощений – печенье с джемом и птенчики из домашнего зефира. – Неплохо. Очередной категорический взгляд от босса. Боссом Субина был мужчина по имени Роберт, где-то за сорок. Волосы у него редели, но лишь на плешке, и были такими тонкими и светлыми, что издалека тот все равно казался лысым. В противовес этому тот отрастил огромные, густые усы. Они находились в офисе Роберта. Позади стола висела доска с названиями их сериалов на Ютубе в виде таблицы с заметками для индивидуальных шоу. Субин не мог проигнорировать тот факт, что его колонка в таблице была начисто стерта. Не было даже остатков прежнего расписания, несмотря на то, что он прислал отснятый материал по приготовлению клубничных мини-пирогов всего день или два тому назад. – Ты уверен, что не хочешь взять перерыв? Субин скользнул ниже в кресле и скрестил руки на груди. Высадив Союн у школы, Субин съездил домой и переоделся ради этой встречи. Но все равно выглядел не самым профессиональным образом. Конечно же, он надел нормальную рубашку, но по сути все еще был в спортивных штанах – несмотря даже на то, что то были более дорогие спортивные штаны. – Я уже брал перерыв. Прошлым летом, когда ушел в отпуск почти до самого Хэллоуина, – Субин вспомнил, как странно чувствовал себя, обучая мамочек в интернете, как приготовить лучший пунш для вечеринок или домашние батончики Сникерс для своих детей, тогда как у его собственного ребенка больше не было мамы. – Более длительный перерыв. Я вижу, что ты все еще сам не свой. – Я в порядке. И было бы еще лучше, если бы вы перестали меня жалеть. – Это не жалость, Субин. Просто… твоя жена умерла. Субин бросил на него взгляд. – Ладно, это все же слегка из жалости! Но разве это так плохо? – Роберт вскинул руки вверх и преувеличенно вздохнул. Субин обдумал его слова. Его контент и правда в последнее время не был прежним. Он по-прежнему отлично справлялся с рецептами, показывая последовательность шагов и все остальное. Нет, перемена в его контенте была более неуловимой. Но его «фанаты» – Субину правда не нравилось их так называть – заметили. Он грустил. Об этом упоминалось как минимум раз десять в комментариях под каждым видео, что он снял с сентября. Он зарылся лицом в ладони и вздохнул. – Насколько долгий перерыв? Роберт тоже вздохнул. – Насколько долгий перерыв ты готов взять? Субин сможет приготовить птенчиков из домашнего зефира на следующую Пасху. – Как насчет месяца. – По рукам. *~*~* – Ты. Ты берешь перерыв от работы? – звучал Бомгю весьма шокировано, пока они с Субином вместе прогуливались по тротуару. У Бомгю был обеденный перерыв, и как младший брат Субина тот утверждал, что теперь это его ответственность – не дать Субину загнуться от одиночества, поэтому он стал назначать «обеденные свидания» по несколько раз в неделю. Обычно это подразумевало, что они вдвоем гуляли в центре города. Бомгю пытался уговорить Субина разделить пиццу в ресторанчике, что раньше был «местом для свиданий» с его женой, а Субин отказывался. Тогда они направлялись в кафе по соседству или в старомодную закусочную через дорогу. Иногда это также подразумевало, что Бомгю тратил непомерное количество времени, пытаясь убедить Субина подкатить к людям, которых они встречали тут и там. Субину это было попросту неинтересно. Он не хотел замены и встречаться со случайным незнакомцем тоже не хотел. Он не особо понимал, чего хочет, и было весьма трудно справиться с мыслью о том, чтобы влюбиться в кого-то еще, будучи при этом влюбленным в свою жену. – Ага, – Субин пожал плечами, словно это было не такое уж великое дело. На самом деле, было. – Чем еще займешься? Продашь дом и переедешь в другую страну? – Прошу, – Субин усмехнулся. – Я бы так не смог, – хотя Субин уже не впервые об этом задумывался. Было так тяжело находиться в том же самом доме, где они жили вместе. Она была повсюду. Порой было тяжело двигаться дальше. Потому что он ожидал увидеть ее за кухонным столом, читающей книгу или жующей хлопья, или растянувшейся на их кровати с ломтиками огурцов на глазах. Не то чтобы Субин отчаянно желал убраться из города. Он просто хотел хоть день прожить без всепоглощающего чувства горя и отчаяния, что, казалось, преследовало его по всему дому. Возможно, именно поэтому его работа и стала своего рода палкой о двух концах. Не говоря уже о том, как это влияло на Союн. Дни Субина сливались воедино. А поскольку он мог работать фактически когда сам того хотел, он терял представление и о ее расписании тоже. Что было неловко. Мало того, что он не справлялся со своей работой – он к тому же и провалился как отец. Бомгю знал это как никто другой. Субин плакался ему об этом по телефону несколько раз. Субин плакался ему об этом несколько раз и при личной встрече. – Может… может, тебе нужно начать с чистого листа. Вот это была идея. Начать с чистого листа. Звучало неплохо. – Может, ты и прав. У меня все равно месячный перерыв. Будет чем заняться. Бомгю кивнул. – Да, именно, будет лучше, если ты не будешь предоставлен самому себе. И затем они остановились. Субин глянул на пиццерию впереди. – Хочешь разделить пиццу? – Пока нет, – пробормотал Субин себе под нос, а затем развернулся и направился в противоположном направлении. – Давай сходим в новое китайское местечко, что открылось в прошлом месяце. Бомгю вздохнул, но последовал за ним по тротуару. *~*~* Возможно, то было слишком важное решение, чтобы принимать его так спонтанно. Но Субин, не теряя времени, связался с риэлтором. Он выставил их дом на продажу и начал процесс упаковки вещей и поиска нового дома. Субин решил, что чем раньше они начнут, тем будет лучше. Спустя неделю он выделил целый день, чтобы просто прокатиться по городу с риэлтором, мистером Джошуа Хоном. Он даже отпросил Союн от школы, чтобы взять ее с собой. Он решил, поскольку их всего двое, не менее важно, чтобы ей тоже понравилось место, где они станут жить. Так они вдвоем и оказались на заднем сиденье седана мистера Хона, разъезжая по городу и делая остановки, чтобы глянуть на дома. Им не нужен был большой дом, но Субин считал, что будет неплохо иметь дом с лужайкой. Он так и сказал мистеру Хону по телефону, когда они беседовали днем ранее. Но лужайки в городе найти было сложно. Первый дом, что они осмотрели, находился всего в паре улиц от того места, где они жили сейчас. Он был неплох и имел ту уютную атмосферу, которой так желал Субин. Но двор был заасфальтирован, а это было неприемлемо. Второй дом находился чуть дальше. В одном из тех «быстро-строящихся» районов, где можно внести небольшие изменения по мере строительства, если купить дом пораньше. Там был дворик, но шаблонный стиль дома, то, как они все выглядели пугающе похожими, отталкивало Субина. И Субину не нравилось, что все было бежевое. Конечно, это легко можно было исправить с помощью краски, но Субин знал, что они не ошиблись. Это место им не подходило. По мере того, как они отбрасывали вариант за вариантом, они все дальше и дальше отдалялись от центра, и Субин даже не был уверен, что они все еще находились в пределах города. До последнего места из списка пришлось добираться часами. Субин взял крошечную ладошку Союн в свою, и та взглянула на него со своего детского кресла. Она выглядела весьма забавно. Опять одевалась самостоятельно (Субин твердо верил, что стоит обозначать свои приоритеты – и сегодня он выбрал свои приоритетом правило «никаких конфет на завтрак»). На этот раз она дополнила прошлогоднее пасхальное платье ушками Минни Маус в стиле Эльзы. Она улыбнулась ему, походя на настоящего ангела, а затем повернулась к мистеру Хону и сказала: – Мистер Хон, я думаю, вы очень милый. Джошуа улыбнулся ей в зеркало заднего вида. – Что ж, спасибо, Союн. Я думаю, что ты тоже очень милая. И мне нравится твое платье. Похоже на платье принцессы. Союн хихикнула, порозовев от комплимента. – Спасибо, это был последний наряд, который мы с мамой купили вместе перед ее смертью. Джошуа поперхнулся, в панике распахнув глаза. Очевидно, не этого он ожидал от их беседы. Субин глянул на Союн и прошептал: – Союн, тебе не следует вот так говорить об этом людям. Особенно незнакомцам. Союн нахмурилась. – Но мистер Хон не незнакомец, папочка. Незнакомцы не помогают найти новый дом. Субин открыл рот, извинения уже крутились на кончике языка, но мистер Хон заговорил раньше: – Она права, мистер Чхве. Мы провели вместе весь день, думаю, это делает нас друзьями, – его голос все еще казался слегка потрясенным, но Субин был благодарен, что тот воспринял всю эту ситуацию «ребенок только что сообщил мне, что у него умерла мать» весьма спокойно. – Моя мамочка была очень красивой, мистер Хон. И доброй. Самой лучшей мамочкой на свете. Хотела бы я вас познакомить. Субин уставился на свои колени. Неужели он и правда расплачется на заднем сиденье машины своего риэлтора лишь потому, что его дочь говорила о его жене? Он зажмурился, пытаясь остановить слезы, норовящие скатиться по лицу. Союн наверняка заметит, если он начнет плакать. И затем скажет что-нибудь об этом мистеру Хону. – Хотелось бы мне с ней встретиться, Союн. Она кажется замечательной. Союн кивнула. – Как принцесса. – Значит, совсем как ты? А затем Союн снова захихикала и начала расспрашивать мистера Хона о его любимых принцессах (его любимой оказалась Рапунцель). Субин открыл глаза, когда вопросы Союн поутихли, и та восторженно ахнула. Он выглянул в окно и увидел, что они едут по подъездной дорожке к самому очаровательному, маленькому коттеджу, который он когда-либо видел. Почти округлый и выкрашенный в зеленый цвет, с небольшим садиком и качелями. Словно из сказки. – Это последняя недвижимость в нашем списке… – Джошуа замолчал. – Но прежде чем мы войдем внутрь, думаю, мне стоит рассказать вам о некоторых довольно уникальных проблемах, что идут в придачу. Субин услышал его слова, но не успел их переварить. Едва они припарковались, Союн расстегнулась и выскочила из машины, кинувшись к дому. Субин последовал за ней. Осматривая территорию, он пытался понять, какие здесь могут возникнуть проблемы. Они и прежде жили в старом доме, так что небольшой износ его не особо беспокоил. Они дождались, пока мистер Хон откроет дверь, и вошли в очаровательную кухню с винтажной отделкой. Там даже был кухонный уголок для завтрака. Субин любил кухонные уголки. Он уже мог представить, как снимает там видео. Маленький деревянный островок в центре станет для этого идеальным местом. И боже… раковина в фермерском стиле. Субин был в раю. Кухня вела в холл, где находилась лестница, ведущая на второй этаж, и еще две двери – в гостиную и небольшую ванную. Союн тут же направилась вверх по лестнице, а Субин, почти в оцепенении, заглянул в другие комнаты, прежде чем последовать за ней. Это место было идеальным. От винтажных обоев до мягкого света, льющегося сквозь окна. Создавалось такое ощущение, словно здесь им было самое место. Мистер Хон поскакал по лестнице вслед за ними и нашел их в одной из спален. Союн с благоговением смотрела в окно. – Мистер Чхве, – он весь запыхался. – Нам и правда стоит поговорить о… – А это что? – Союн указывала пальчиком в окно, прижавшись носом к стеклу. Субин, восхищавшийся глубиной встроенного шкафа, повернулся к окну и выглянул наружу. А там, на месте их заднего двора, находилась длинная, грунтовая дорога, что вела к ряду странных построек и заборов. Которые выглядели почти как… вольеры для животных. Хотя быть такого не могло. – Об этом я как раз и хотел с вами поговорить. Субин развернулся, чтобы взглянуть на мистера Хона. Нахмурив брови. – Осложнение, о котором я ранее упоминал… это место – зоопарк. Субин начал смеяться. Ну, конечно же, тот шутил. Кто продает зоопарк? Кто выставляет зоопарк по объявлению? Но мистер Хон не смеялся вместе с ним. Он улыбнулся и сказал: – Продавцы оговаривают, что тот, кто покупает дом, также должен присматривать за зоопарком. Зоопарк какое-то время находился на попечении государства, к нему также прилагается персонал, но из-за сокращения бюджета и всего остального дела у животных выглядят не лучшим образом, а предыдущие владельцы слишком стары, чтобы им управлять. У Субина отвисла челюсть. О боже, этот дом был идеален. Размер, дворик, атмосфера. Но зоопарк. Он не мог управлять зоопарком! Затем Союн издала восторженный визг, выбросив маленькие кулачки над головой и едва не сбивая мышиные ушки. – Я буду жить в зоопарке! И, что ж, это решило дело. Субин покупал зоопарк. *~*~* – Ты самый большой идиот из всех, кого я когда-либо встречал. Я серьезно. Мне нужно, чтобы ты принял мои слова к сведению, усвоил их и исправил свои ошибки. Ибо что значит – ты купил зоопарк? – Бомгю шепотом кричал на Субина, сидя за кухонным столом и наблюдая, как Субин заканчивает собирать все необходимое, а именно тостер и любимые тарелки Союн для хлопьев. – Спасибо, Гю. Для меня очень важно, чтобы мой брат поддерживал меня в периоды сильного стресса. – Ты бы испытывал меньше стресса, если бы покупал нормальный дом, а не целый чертов зоопарк. – Зоопарк идет вместе с домом. Бомгю закатил глаза. – Тогда ты ищешь другой дом. Я хочу, чтобы ты понял, насколько глупо сейчас звучишь. В твоем мыслительном процессе нет никакого смысла. Субин захлопнул клапаны сверху коробки и начал бороться со скотчем, пытаясь одновременно удержать коробку закрытой и оторвать кусочек ленты. – Ты не понимаешь, потому что еще не видел дом – можешь побыть полезным и помочь мне хотя бы отрезать скотч? – он идеально нам подходит, Гю. Подходящего размера, шикарный, с отличной лужайкой, на которой Союн сможет играть. – В часе езды за городом. Что будешь делать со школой? Субин покраснел. – Ну, в ту сторону ездит автобус. Но я также не против вставать пораньше, чтобы ее отвезти. – Тебе и так едва удается отвезти ее вовремя. Сдавшись, Субин бросил скотч и сел напротив брата. – Поэтому мы и переезжаем, чтобы я избавился от хандры. Чтобы я смог быть лучшим отцом. Бомгю вздохнул. – Ладно. Хорошо. Но я все равно придерживаюсь своего мнения: если ты хотел терапии с животными, лошади были бы вариантом попроще. Субин перегнулся через стол и легко ударил Бомгю по плечу. – Заткнись. Ты же знаешь, что дело не в этом. Вечером того же дня, когда Бомгю уехал домой, Субин направился в заднюю часть дома, чтобы уложить Союн спать. Та уже лежала в кровати и даже выбрала книжку. Это была ее любимая – "Зайчик Ноли Поли и я", история о маленькой девочке, что теряет свою любимую игрушку и несчастна, пока они не воссоединяются. Она была одной из любимых и у Субина. Он открыл книгу, чтобы начать историю, но на мгновение поднял взгляд и заметил, что Союн хмурится. – В чем дело? – он отложил книгу и придвинулся ближе, и Союн прижалась к его боку, издав чересчур тяжелый для шестилетнего ребенка вздох. – Иногда… мне кажется, что мамочка совсем как зайчик Ноли Поли. Как будто она просто потерялась и однажды вернется. И ох. Когда ей стало хуже, Субин и его жена усадили Союн и завели с ней очень тяжелый разговор. О том, что это значит, когда кто-то умирает. Они никогда не были особенно религиозной семьей, поэтому никогда особо не обсуждали концепцию рая. Не в каком-то конкретном смысле. Вместо этого они пытались донести до нее идею, что когда любимый человек умирает, с ним уже нельзя поговорить или поиграть, но он все равно будет с тобой в твоем сердце. Союн было трудно это понять. Смерть трудно понять даже взрослым. Он обнял Союн рукой и поцеловал ее в макушку. – Она все еще здесь, с нами, – прошептал он ей в волосы. – Наблюдает за тобой, заботится о тебе – ты просто ее не видишь. Но ты же ее чувствуешь, верно? Союн повозилась, чтобы взглянуть на него. – Ага. Ощущение вот такое, – и она вдруг обняла себя. Субин тяжело сглотнул. – Мамочка здесь, так? – он указал на ее сердечко. – Всегда, – кивнула она. И, ох, Субину хотелось свернуться калачиком и зарыдать. Но ему придется подождать, пока он не прочитает ей сказку на ночь и поцелует ее на ночь. Он поплачет позже, когда останется один в своей комнате. *~*~* В ночь перед переездом им оставалось разобраться лишь с одной комнатой, и да, можно было назвать его прокрастинатором, но Субин ничего не мог с собой поделать – это был офис его жены. Там осталось немного. Они пожертвовали большую часть ее одежды, кроме толстовки, которая в действительности принадлежала ему самому – поношенная, темно-синяя, с круглым вырезом университетская толстовка. Субин начал в ней спать (она все еще немного пахла ею). Так что ему оставалось лишь пересмотреть ее рабочий стол и книжные полки. Союн присоединилась к нему в офисе и помогала разбирать вещи. У стены лежала кучка для пожертвований, а то, что они решили сохранить, отправлялось в коробку. Субин достал с полки розовую коробку с подписью «Барби» закругленным почерком его жены. Он быстро ее встряхнул, чтобы убедиться, что та пуста. – Что думаем? – он протянул коробку в сторону Союн. – Оставляем или отдаем? Союн сидела в рабочем кресле и кружилась туда-сюда. Она на секунду перестала вращаться, чтобы взглянуть на коробку, которую держал Субин. Склонила голову набок, словно обдумывая. Субин собирался предложить ей оставить коробку, чтобы та могла сложить туда свои игрушки, когда в соседней комнате зазвонил телефон. Субин побежал в другую комнату, чтобы ответить на звонок – он ожидал звонка от мистера Хона, чтобы договориться о времени, когда сможет встретиться с персоналом зоопарка. Звонок не продлился долго, но когда он вернулся в небольшой офис, Союн умудрилась открыть ящик и вытаскивала бумаги и другие мелочи, засовывая их в пластиковый пакет от продуктов, что они хранили под раковиной. – Что ты там делаешь? – позвал Субин. Союн обернулась посмотреть на него. – Ох, это просто мамин ящик с барахлом. Субин кивнул и снова приподнял розовую коробку. – Что думаешь? Союн внимательно посмотрела на нее, прежде чем открыть рот и довольно категорично заявить: – Отдаем. Субин взглянул на коробку в своих руках. Она и правда была им не нужна. – Ладно, отдаем, – и положил ее в кучку для пожертвований. *~*~* День переезда оказался полон хаоса. Как и ожидалось. Союн проснулась этим утром и решила, что наряд, который выбрал для нее Субин, ей не нравится. Они переезжали в зоопарк, и она планировала одеваться соответственно. Что значило – Субину пришлось достать ее чемодан из багажника и позволить ей выбрать новый наряд: белый кардиган с вышитыми кроликами, розовое платье с жирафиками и, конечно, девчачьи ковбойские сапожки. Чтобы завершить образ, она заставила Субина перерыть коробку с ее вещами в поисках кошачьих ушек. Она была полна решимости представлять как можно больше животных. И после водитель грузовика разозлился, потому что они не были готовы к его приезду. И после Субин несколько минут потратил, чтобы уложить багажник, потому что тот никак не закрывался. Словно худшая в мире игра в Тетрис. Но наконец, наконец, они добрались до нового дома, и Субину отчаянно хотелось начать распаковку вещей, чтобы это место больше походило на дом. Однако у них была запланирована встреча с работниками зоопарка для осмотра территории. Встреча была запланирована на три часа. На часах было два сорок пять. Поэтому с тяжелым вздохом он подхватил Союн и направился обратно к машине. Вход в зоопарк находился на другой стороне их огромного «заднего двора». Для удобства экскурсии главный смотритель зоопарка попросил встретиться именно там. Так что Субин объехал корпус и остановился на пустой парковке для гостей. Когда они подходили к воротам, Субин осознал, что кто-то уже стоит там в ожидании. Мужчина. Субин ожидал кого-то большого и крепкого. Немного сурового на вид. Вроде Охотника на крокодилов. Вместо этого их встречал стройный мужчина с лисьими глазами и чертовски очаровательной улыбкой. Колени у Субина начали подозрительно превращаться в желе. – Здравствуйте, меня зовут Ёнджун Чхве, и я главный смотритель зоопарка на ферме Каролины. – О, привет, эм, я Субин Чхве. А это моя дочь, Союн. Союн косилась на Ёнджуна так, словно не совсем понимала, что о нем думать. – Приятно познакомиться. Так, вы только вдвоем или… – Только мы, – Субин изобразил нечто, похожее на гримасу, и, к счастью, Ёнджун понял намек. Просто кивнул и жестом пригласил их следовать за ним. Ведя их дальше по тропе, вглубь реального зоопарка. – Вы не одеты, как смотритель зоопарка, – сказала Союн, когда они проходили мимо билетной кассы. Ёнджун был в джинсах и толстовке. Он не выглядел неподготовленным к работе в зоопарке, однако учитывая, что всё предыдущее представление Союн о зоопарке складывалось по фильмам и шоу, где все были одеты, как, ну, Охотник на крокодилов, Субин понимал ее замешательство. К счастью, Ёнджун не обиделся. Он откинул голову назад и рассмеялся. – Ну, когда у нас нет гостей, нам просто хочется комфорта. Союн кивнула, будто это имело смысл. Пока они шли по тропе, Ёнджун немного рассказал про зоопарк. Раньше тот был довольно популярен, особенно летом. Люди приезжали с детьми, а лагеря планировали специальные поездки и все такое. Сам зоопарк был довольно уникален, поскольку был одновременно и контактным, и предлагал тур на тележке. – Вот и наши сады. Эту часть гости осматривают, пока ждут поездки на тележке. Как видите, у нас есть площадка для пикника на открытом воздухе, и когда зоопарк работает, мы продаем здесь закуски и напитки, – Ёнджун обошел площадку для пикника и распахнул ворота, ведущие в сад. – Здесь гости могут понаблюдать за нашими птицами. Внутри были самые разные птицы: некоторые сидели в маленьких клетках, где строили гнездышки, другие бродили по цветочным клумбам и дорожкам. Павлины, гуси, утки, курочки, попугаи, перепелки и лебеди. В глубине сада был даже небольшой пруд, что помогал им охладиться. – Все наши птички были спасены. Большинство из них попали к нам с перебитыми крыльями, поэтому мы не особо переживаем, что они улетят. Птицы вели себя слегка надменно – расхаживая кругом так, что Субину тут же вспомнились модели на подиуме. Союн особенно пугали павлины, и она пряталась за его ногами, пока они проходили мимо. Один гусь в частности пялился на Субина особенно пристально. – Это Джеральд, – сказал Ёнджун. – Кажется, вы ему нравитесь, – Субин не был в этом так уж уверен. Тропа вела их по кругу, и вскоре они снова оказались у ворот и направились во вторую зону: контактный зоопарк. Еще один вариант того, чем могли заняться семьи, пока ожидали поездки на тележке. Пришлось пройти через конюшню, где содержали лошадей, чтобы добраться до места, которое Ёнджун назвал их «фермерской зоной». Их встретил раскидистый холм, и тропа привела прямо к ограде. Ёнджун не забыл упомянуть, что они содержат всевозможные виды крупного рогатого скота: буйволов, бизонов, яки и других рогатых. В этой зоне стоял небольшой автомат, где за четвертак можно было наполнить кормом небольшое ведерко и покормить животных, что решались подойти. Животные заметили их приближение и подошли ближе. Они весьма мило ластились к ограде в попытке потереться головой об ограждение. Напоминали Субину больших кошек. А потом Союн хихикнула, когда одна из коров (Африканская ватуси, по словам Ёнджуна) лизнула ей руку. Чуть дальше находилась следующая часть контактного зоопарка. Здесь гости могли зайти на огороженную территорию, чтобы погладить коз, свиней и овец. Следующая точка оказалась гораздо дальше. Они покинули зону контактного зоопарка и вошли в «зону сафари», согласно знаку. Пешеходная дорожка была обнесена с обеих сторон заборами, и гостям не разрешалось гладить или кормить животных в этой зоне. – Это не потому, что животные могут вас обидеть, – поморщился Ёнджун, – по крайней мере, не нарочно. Но страховка, позволяющая, цитирую, «включить более экзотических животных в часть контактного зоопарка» – это просто кошмар. Субин добродушно усмехнулся. – Могу представить. – Папочка, смотри! – Союн потянула его за руку и указала за забор, где кенгуру наблюдали за ними издалека. Они уже прошли мимо верблюдов, лемуров, лам, дикобразов и северных оленей. Путь по сафари-зоне был хоть и интересным, но довольно долгим. – Прошу прощения за прогулку, уверен, вы уже поняли, что именно эту зону гости проезжают на тележке. Субину было любопытно, почему они не могли прокатиться на тележке. Особенно, когда некто, очевидно также работающий в зоопарке, посигналил им и помчался дальше на гольф-каре. Союн начала хныкать, так что Субин подхватил ее на руки, без малейшего колебания усадив себе на плечи. Ёнджун смотрел на них двоих так, словно не до конца понимал, что о них и думать. Сами корпуса были огромными, холмы, леса и природа были частью самого зоопарка. Субин никогда раньше не видел подобного зоопарка. Они прошли мимо пруда с рыбками кои. – Здесь мы останавливаемся и даем гостям размять ноги, посмотреть на рыбок. А вот там место для фото, – Ёнджун указал на деревянный стенд, который походил на те, что стояли в развлекательных парках для измерения роста детей, но на деле демонстрировал, насколько маленьким ты будешь казаться на фоне детеныша жирафа. Когда-то он, вероятно, казался очаровательным, но теперь выглядел слегка старым и затхлым, с облупившейся краской и размазанной грязью. Союн все равно захотела встать рядом, так что Субин опустил ее, и она побежала к стенду. Как и следовало ожидать, она оказалась гораздо ниже детеныша жирафа. Затем они втроем направились вверх по холму. – А здесь, наверху, наш источник дохода, – ухмыльнулся Ёнджун, когда они остановились у подножия забора, чтобы посмотреть на жирафов. – Во время тура на тележке мы паркуемся здесь, чтобы гости могли встать на скамейку и погладить жирафов. Союн помахала жирафам, дружелюбно поздоровавшись. – Пойдемте, я отведу вас в офис и познакомлю с остальными, – к большому облегчению Субина, на этот раз они взяли гольф-кар. Помимо своего первоначального впечатления, что Ёнджун моложе и красивее, чем он того ожидал, Субин не был уверен, как к нему относиться. Тот казался довольно милым. Союн устроилась в гольф-каре между ними, и Ёнджун помчался в сторону маленькой бревенчатой хижины, спросив по пути: – Итак, что вы думаете об этом месте? Союн посмотрела на него широко раскрытыми, блестящими глазами, словно Ёнджун был самым очаровательным существом, которое она когда-либо встречала. Так же она глядела на Стича в Диснейленде. – Оно замечательное! Ёнджун заулыбался. – Я рад. Что насчет вас, мистер Чхве? Субин согласно закивал. – Мне очень нравится это место. И животные замечательные, – он немного помолчал. – И, пожалуйста, зовите меня Субин. – Ладно, отлично, Субин, – гольф-кар замедлил ход и остановился прямо возле маленькой хижины, Ёнджун заглушил его, спрятал ключ в карман и спрыгнул вниз. – Ну вот мы и приехали. Они направились внутрь, и Субина сразу же поразил тот факт, что офис вовсе не походил на офис. Внутри комнаты располагался одинокий стол, на котором стоял пыльный компьютер, окруженный стопками книг о различных животных. Большую часть пространства занимали два больших мягких дивана. По какой-то причине на доске для дартса висела фотография мужчины в обычной офисной одежде с накинутым поверх жилетом, что обычно носили рыбаки. Он спросит об этом позже. В хижине находилось всего два человека, оба выглядели значительно моложе, чем Субин мог бы представить. И все же Ёнджун им улыбнулся. Он указал на того, что пониже, с большими, круглыми глазами. Тот слегка смахивал на милую версию Кота из Шрека. – Это Тэхён, мой протеже, еще один смотритель нашего зоопарка. Субин улыбнулся и кивнул. Союн слегка подвинулась, оказываясь позади его ног, и глядела на новых знакомых. Ёнджун указал рукой на высокого, долговязого парня с… безумно широкими плечами. – А это Кай. Наш мастер на все руки. Если на объекте что-то сломается – проблемы с корпусами, перестанет работать кондиционер, заклинит замок – он тот, кто нужен. – Приятно познакомиться с вами обоими. Я Субин, а это Союн, – сказал Субин и мягко подтолкнул Союн вперед. Она некоторое время смотрела на них двоих, слегка неловко стоя на своем месте, а затем открыла рот и воскликнула: – Почему они не одеты для зоопарка? Наступила пауза, прежде чем тот, что повыше, Кай, в приступе смеха упал на диван. Тэхён просто моргнул, а затем спросил, не грубо, а так, словно ему было искренне любопытно: – Что ты имеешь в виду? Союн указала на свой наряд. – Ну знаете… одежда для зоопарка. Губы Тэхёна дернулись, словно он изо всех сил старался сдержать смех. Ёнджун ухмыльнулся. – Прости, Союн, завтра мы приоденемся, – успокоил Ёнджун. Она решительно кивнула, словно все было решено. Ей не потребовалось много времени, чтобы сблизиться с Тэхёном и Каем, Субин и слова сказать не успел, а Тэхён уже подхватил ее на руки, пока Кай учил ее метать дротики. Вероятно, ему стоило бы вмешаться и остановить их, но те казались безобидными. Субин вздохнул и опустился на один из диванчиков, и Ёнджун занял место рядом с ним. – Сколько ей? – Ох, шесть. – Моему племяннику тоже шесть. Но, эм, Союн кажется умнее. Или, ну, лучше себя ведет. Субин фыркнул. – Ты бы видел ее сегодня утром, командовала мной, словно маленький тиран, потому что ей нужно было сменить наряд. – И все же, когда я в последний раз привозил сюда племянника, тот устроил истерику, потому что я не разрешил ему поплавать в пруду. – Что ж… думаю, потеря в каком-то смысле делает тебя старше, – едва слова сорвались с губ Субина, он понял, что сказал слишком много. Он встретил Ёнджуна только сегодня. Он буквально только на прошлой неделе говорил Союн, что нельзя сбрасывать подобные бомбы на незнакомцев. И судя по шоку, украсившему лицо Ёнджуна, это была та еще бомба. Субин застонал и закрыл лицо руками, прижав ладони и потерев глаза. – Прости, я не хотел… – Нет, нет, все в порядке. То есть… я вроде как понял, – последовала многозначительная пауза, словно Ёнджун очень хотел тщательно подобрать следующие слова. – Хотя мне немного любопытно… почему вы купили это место? Отец-одиночка с маленькой дочерью… эта работа отнимает много времени. И управлять этим местом дорого. Субин поднял взгляд на Ёнджуна. – Что ж, я хотел сменить обстановку. А еще у меня сейчас вроде как перерыв в работе. Мой босс считает, я слишком грустный, чтобы выступать. Ёнджун снова нахмурился. – Что? – Ох, эм, я своего рода… создатель контента, – Субин отмахнулся. – Не так уж и важно. Но я подумал, что это может стать чем-то новеньким, понимаешь? Ёнджун недоверчиво рассмеялся. – Я думаю, ты безумец. Субин откинул голову назад и закрыл глаза, на его губах играла легкая улыбка. – Думаю, ты поладишь с моим братом. Он сказал то же самое. *~*~* На следующий день после переезда Субин и Союн встретились с Бомгю, чтобы отправиться на шопинг и прикупить Субину больше уличной одежды. Аргументы Бомгю заключались в том, что раз уж Субин планировал делать что-то безумное, стоило идти до конца. Когда они вернулись домой, гардероб Субина пополнился парой ботинок со стальными носками и несколькими фланелевыми рубашками. В следующий понедельник Союн пошла в школу, а Субин отправился в зоопарк, чтобы попробовать помочь ребятам с животными. Ключевое слово – попробовать. Его новые рабочие ботинки оказались увесистыми, и он постоянно в них спотыкался, даря ребятам впечатление, что был значительно более неуклюж, чем на самом деле. Когда во вторник он заявился в бейсболке, они посмеялись над тем, как глупо в ней выглядит его голова (больше он ее не носил). И, стыдно признаться, он был недостаточно силен, чтобы помогать с основными обязанностями – латать забор или переносить мешки с кормом из маленького сарайчика и обратно, пока они кормили животных. Не говоря уже о том, что в четверг ему как-то удалось обидеть гуся (это был Джеральд), и тот гонялся за ним по саду, пока он не упал в пруд. Пошла вторая неделя, и у Субина с Союн появилась некая рутина. Вроде как. Они вставали утром и собирались, затем шли выпустить птиц, чтобы те могли побродить по саду, а затем направлялись на автобусную остановку. Союн шла в школу, а Субин возвращался домой, чтобы помочь в зоопарке. Затем следовал обеденный перерыв, во время которого парни высмеивали его за руки-палки, а потом они занимались дневными делами. Субин уходил пораньше, чтобы забрать Союн, а затем, при условии, что она закончила всю домашнюю работу, он брал ее с собой, чтобы помочь в зоопарке. Она ничего особо не делала, кроме как наблюдала, но иногда ей давали пригоршню корма и позволяли покормить животных на ферме. Спустя три недели Союн стала садиться на забор и читать вслух свои истории Каю и Тэхёну, пока те работали. Тэхён даже начал помогать Союн с домашним заданием по математике во время своих перерывов. Однажды Субин остановил его, когда тот выходил из офиса, чтобы вернуться к работе. – Знаешь, тебе не обязательно… – Субин замолчал и указал в сторону дочери. Тэхён лишь улыбнулся. – Знаю, но я сам этого хочу, – а затем он ушел, и на этом все. Это частично заставляло Субина думать, будто он живет в каком-то безумном перезапуске «Фулл-хауса». Четверо взрослых мужчин воспитывают одного маленького ребенка. Но было здорово. Субин мог вставать по утрам, и его чуть более устойчивый график не позволял мыслям брать вверх, но сохранять мотивацию. Держал в узде. Это продолжалось около месяца, пока их не поразили кое-какие новости. А точнее, письмо от АЗА (организации, как выяснил Субин, которая отвечала за соблюдение стандартов качества в зоопарках и аквариумах). После того, как Субин выкупил это место, они постепенно двигались к тому, чтобы попытаться снова открыть фермы Каролины для публики. Если они планировали открыться в июле, то проверка придется на май – что даст им месяц на то, чтобы устранить любые проблемы. И став свидетелем того, как ребята сходят с ума от этой новости, Субин случайно узнал, чья фотография висела на доске для дартса. Они все умостились на одном диване, чтобы прочитать письмо на ноутбуке Ёнджуна, но ребята вскочили и начали расхаживать по комнате. Общаясь своего рода шифром. – Они могут и не прислать его в этот раз. Может, пришлют кого-то другого! Кай рухнул на другой диван, скрестив руки на груди и надув губы. Он походил на Союн, когда Субин говорил ей, что нужно сперва доесть горошек, чтобы получить мороженое после ужина. – Пошлют его. Они всегда посылают его, – Кай звучал по-настоящему сердито. Его голос приобрел резкость, которой Субин никогда раньше не слышал. – Кого? Они проигнорировали Субина и продолжили беседовать между собой. Он снял ноутбук с колен и встал, словно внезапное движение могло привлечь их внимание. Не привлекло. – Что ж, неважно, кого они отправят. Мы не пройдем, – в голосе Тэхёна звучало раздражение. – Думаю, мы подали заявку слишком рано. Ёнджун покачал головой. – Нет, если мы хотим успешного открытия, это должно произойти летом, когда дети не ходят в школу. Если ждать слишком долго, мы не вернем ни копейки вложенных денег. – Ничего из этого не будет иметь значения, потому что они отправят для проверки самого презренного придурка, что когда-либо ступал по этой земле, и даже если бы это место было идеальным, он бы все равно нас не одобрил, – крикнул Кай, завалившись набок. Ёнджун присел перед ним на корточки и взъерошил ему волосы. – Не станет он этого делать. Могу поспорить, он даже не помнит! – Кто? – заговорил Субин с гораздо большим усилием. Остальные повернулись и посмотрели на него. Ёнджун поморщился. – Брэдли Джонс, – сказал он, указывая при этом на мишень. Брови Субина взлетели до самого лба. Они бросали дротики в инспектора зоопарка? – Мой заклятый враг, – сказал Кай в то же самое время. Субин нахмурился. – Твой заклятый враг? – ему было сложно поверить, что кто-то мог ненавидеть Кая. Тэхён закатил глаза. – Однобокая вражда. Кай опозорился, когда тот был здесь в последний раз, и по совпадению… именно та проверка заставила нас закрыться для публики. Около четырех лет назад. Субину было любопытно, как именно Кай опозорился, но он подумал, что сейчас, возможно, было не лучшее время спрашивать. Он взглянул на Кая, что сидел на диване – тот отчасти выглядел так, словно снова переживает тот момент. – Ох, – выдохнул Субин. – Мне нужно будет вернуться на работу в мае. Кай нахмурился. – Ты нас бросаешь? Субин начал было отрицать, но Ёнджун его прервал. – Он создает контент. Он работает из дома, так? – Да, – выдохнул Субин. – Точно. – Круто, – заговорил Тэхён, пытаясь стащить Кая с дивана, чтобы вернуться к работе. – Какой именно контент? – Ох, просто… ну, знаете. Кулинарное шоу. Кай вскинул голову. – Вроде Босоногой графини? Или леди Пионерки? – Не совсем, но вроде того. Затем Кай протиснулся мимо Тэхёна и подскочил с дивана, приблизился к Субину, схватил его за руки и милейшим образом надул губы. – Значит ли это, что ты как-нибудь приготовишь нам ужин? – Эм… конечно. Почему бы и нет? Настроение Кая значительно улучшилось после обещаний о бесплатной еде, и они смогли вернуться к работе, а Субин снова вспомнил о проблеме, что преследовала его с самого первого дня в зоопарке. И то был не Джеральд, гусь, что отправил его прямиком в пруд – хотя тот точно был на втором месте. Нет, проблема просто заключалась в том, что погода становилась теплее. Стоял весенний полдень, солнце висело высоко в небе и палило сверху. Не говоря уже о вездесущей влажности юга. Поэтому они все потели, пока работали. И это было нормально. Субин начал носить с собой небольшое полотенце, чтобы промакивать лоб, когда становилось слишком влажно. Сам пот не был такой уж проблемой. Проблема заключалась в том, как Ёнджун задирал рубашку, чтобы вытереть пот с лица. И всякий раз, когда это случалось, взгляд Субина был прикован к его животу, не то чтобы он был извращенцем, но Субин определенно насчитал там шесть весьма выраженных мышц. И это шевелило что-то глубоко в его чреслах. Ему снились странные, абстрактные сны о том, как он облизывал кубики Ёнджуна, пока тот лежал на вершине огромного валуна в сафари-зоне, пока животные позади пели «Total Eclipse of the Heart»… версию из «Хора». Дело было плохо. И остальные наверняка заметили. Тэхён подошел и толкнул Субина локтем. – Давай я сгребу помет, а тебе пора за Союн. Субин пару раз моргнул и с опозданием понял, что у него приоткрыт рот. Его щеки слегка покраснели от смущения. – Ох, ох, да. Спасибо. Потерял счет времени. *~*~* Приближались пасхальные выходные. Субин совершенно об этом забыл. Он сидел за кухонным столом и просматривал карточки с рецептами, пытаясь понять, какие именно представит на своей встрече с Робертом. Он пытался сделать выбор между сэндвичами с мороженым и тортом из домашнего печенья для первого эпизода в этом месяце, когда Союн заговорила со своего места в кухонном уголке, где рисовала за столом: – Когда мы пойдем за моим пасхальным платьем? Не то чтобы они регулярно ходили в церковь, но его жена установила традицию – каждое Пасхальное воскресенье они ходили в местную церковь на Пасхальную службу, а затем брали Союн на охоту за яйцами, которую спонсировала церковь. С этой традицией шла в комплекте традиция ежегодно покупать Союн специальное платье для посещения церкви, что случалось лишь раз в год. Субин уже объяснил ей, что в этом году они не пойдут в церковь, но пообещал Союн, что она все равно получит свое пасхальное платье. Вот только он об этом забыл. И ему нужно было встретиться с боссом, а затем приступать к съемкам новых эпизодов «Вкусняшек Субина», не считая помощи с делами в зоопарке в ожидании инспектора АЗА. – Как насчет того, чтобы поехать в выходные? – спросил Субин, надеясь, что сможет найти время. Союн радостно кивнула. Субин остановился на сэндвичах с мороженым. *~*~* Обычно Союн ходила покупать пасхальное платье с женой Субина. На это выделялась целая суббота. «Девчачий день», так сказать. Субин не мог провести на шопинге целый день – у него просто не было времени. Поэтому он озвучил боссу свою идею: Союн могла бы помочь ему приготовить сэндвичи с мороженым. – Ты хочешь пригласить свою шестилетнюю дочь в свое веб-шоу? – на лице Роберта появилось недоверчивое выражение. И это был очень хороший вопрос. Потому что ответом было «нет». Но Субин не мог разорваться в субботу утром – одновременно снимать выпуск и приглядывать за Союн. Ее нужно было чем-нибудь занять, чем-нибудь веселым. Его первой мыслью, конечно же, было провести веселое утро с дядей Гю. Но тот был занят. Ему нужно было отправляться на корпоративный курорт. Босс Бомгю был слегка эксцентричным и постоянно заставлял сотрудников вместе ходить в походы или заниматься йогой на вершине горы, чтобы поднять боевой дух. Субин припомнил самый первый раз, когда Бомгю отправился на корпоративный курорт. Они вместе поехали в Джорджию, чтобы поучаствовать в грязевом забеге. Слегка в растерянности, он решил, что ему просто нужно найти няню или отправить ее к друзьям. Но у Клары была семейная встреча, а их привычная няня не хотела проделать такой долгий путь к зоопарку. Субин жаловался об этом на работе, когда Ёнджун заговорил, расчесывая волосы пальцами, его бейсболка свисала с кончиков пальцев, что Субин мог описать лишь одним словом – соблазнительно. – Я с ней посижу. Все замерли. Тэхён и Кай, что играли в дартс, развернулись взглянуть на Ёнджуна с глупыми ухмылками на лицах. – Что насчет зоопарка? У нас полно работы, и у нас и так будет на одного работника меньше из-за… – не то чтобы Субин не хотел помощи Ёнджуна. Вообще-то, это стало бы подарком судьбы. Но они планировали заменить расшатавшуюся черепицу на небольших вольерах для животных в сафари-зоне. Не совсем подходящая для детей работа. – Думаю, мы с Тённи справимся без вас один день. А все, что не закончим, доделаем в воскресенье, нет проблем. – Уверены? Ёнджун улыбнулся и натянул бейсболку задом наперед, полностью обнажая лоб. Субин тяжело сглотнул. – Начинаю подумывать, что ты не хочешь моей помощи, – голос у него был дразнящий, но Субин все равно почувствовал себя слегка виноватым. – Нет! – он совсем не это имел в виду. – Я был бы невероятно благодарен. Спасибо. *~*~* Тем утром Ёнджун появился точно вовремя. Он поднял брови, оглядывая кухню. Субин уже приготовил автомат для мороженого и все остальные необходимые ингредиенты для приготовления домашнего шоколадного печенья. – Союн наверху, – сказал Субин вместо приветствия. – Я тебя провожу – она запланировала для вас чайную вечеринку. – Я люблю хорошие вечеринки, – улыбнулся Ёнджун. Субин фыркнул. – Подожди секунду, она попросила угощений, – Субин взял тарелку с маленькими ореховыми печеньками, которые она помогла ему испечь накануне вечером. Рот у Ёнджуна распахнулся. – Выглядит восхитительно. Ты сам их испек? Субин слегка покраснел. – Ага… у меня есть видео о том, как их приготовить. Или могу просто одолжить тебе свою карточку с рецептом, – он чувствовал себя немного глупо, советуя свое шоу своему… коллеге. Другу? Другу. Ёнджун пришел приглядеть за его ребенком – они были друзьями. С тарелкой с печеньем в руках Субин прошел мимо Ёнджуна прежде, чем тот успел ответить. Он был уверен, что все еще был заметно румяным. Ёнджун хихикнул, но ничего не сказал, следуя за Субином по лестнице. Они постучали в дверь Союн, и та тихо позвала: – Войдите! Субин толкнул дверь, открывая взору декорации, которые помогал устанавливать большую часть своего утра. На полу было расстелено запасное покрывало, желтое, с маленькими розовыми цветочками. Ее маленький столик с подходящими по цвету стульями был передвинут в центр, а на нем располагался ее маленький фарфоровый чайный сервиз. Но, безусловно, самым впечатляющим было то, как они подвесили тюлевые занавески, чтобы те нависали над столиком, словно мерцающий балдахин, придавая атмосферу неземной сказочной принцессы. И, конечно же, Союн принарядилась по этому случаю – в платье Белоснежки и маленькую пластиковую тиару. Ее взгляд пробежался по Ёнджуну, пока она его приветствовала, а затем направилась к своей коробке с костюмами, вытащила цветочную корону и пару волшебных крыльев и протянула ему. – В этом заведении строгий дресс-код, – Субин понятия не имел, где она услышала эту фразу. – Не обязательно, если тебе от этого некомфортно, – прошептал Субин Ёнджуну. А затем Ёнджун совершил самый сексуальный поступок с тех пор, как Субин его встретил. Даже сексуальнее, чем когда светил своими кубиками, пока они работали. Он улыбнулся и сказал: – Нет, я не против. Я обожаю наряжаться. Особенно, когда меня наряжает такой стильный человек, – последние слова он сказал непосредственно Союн, что одобрительно хихикнула, пока Ёнджун натягивал крылья, а затем тот присел на корточки, чтобы она могла надеть цветочную корону ему на голову. И, ох, Субину была крышка. Он передал им тарелку с печеньем и прежде, чем смог бы остаться и опозорить себя, выпалив что-нибудь глупое, вроде «Ёнджун, как ты смотришь на то, чтобы стать отцом», выпалил: – Повеселитесь, – и поспешно сбежал вниз. *~*~* Во время съемок Субину потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что у него появились зрители. Он как раз объяснял, что уже приготовил немного мороженого, отставляя аппарат в сторону, и собирается выложить его на печенье (которое уже достаточно остыло). Он направился к холодильнику и достал баночку с заранее приготовленным ванильным мороженым, когда поднял глаза и встретился взглядом с Ёнджуном, у которого на плечах сидела Союн. Они все еще были наряжены в свои костюмы для вечеринки. На шее Ёнджуна прибавились ожерелья из пластиковых бусин. Субину пришлось сдержать улыбку при виде их двоих. Вернее, он попытался сдержать улыбку. Не сработало. Он вернулся к островку и открыл крышку. – Итак, теперь берем печенье и выкладываем на тарелку, – он снял шоколадное печенье с противня, покрытого вощеной бумагой, и положил его на тарелку. – И просто добавляем сверху шарик мороженого, – он добавил приличную порцию мороженого. – И в завершение добавим еще одно печенье, – Субин поднял готовый сэндвич с мороженым. – По желанию можно добавить конфетки, хлопья или посыпку, чтобы придать колорита, но мне нравится именно так, – а затем Субин откусил большой кусок и слегка застонал от вкуса, даже не задумываясь. Быстрый взгляд в сторону дверного проема дал ему заметить, как у Ёнджуна загорелись уши. – Идеальное сочетание ванили и шоколада, – сказал он, проглотив. – Знаю, в самом начале я говорил, что они идеально подходят для вечеринки у бассейна или любого другого детского праздника, но они отлично подойдут и для вечеринки для взрослых, – он откусил еще кусочек и слегка хихикнул. – Я представляю, как попиваю персиковый Беллини в прикуску с этим сэндвичем, и это просто божественно. Он сделал вид, что не заметил, как Ёнджун высунул язык, облизнув губы. Субин положил сэндвич с мороженым на тарелку и хлопнул в ладоши. Основная камера стояла на другой стороне стойки, а еще одна совсем рядом, чтобы лучше передать, как именно двигались и работали его руки. Прощаясь, Субин внимательно следил за тем, чтобы смотреть лишь в основную камеру, а не на Ёнджуна. – Это был еженедельный выпуск «Вкусняшек Субина» – если вам понравилось, не забудьте поставить лайк, а если хотите увидеть больше, переходите в плейлист «Вкусняшек Субина» на канале Ням-ням. Если будете готовить эти сэндвичи с мороженым, дайте знать, можете отметить меня в Инстаграме или Твиттере. Увидимся на следующей неделе! – затем он помахал в камеру, улыбаясь достаточно широко, чтобы продемонстрировать ямочки на щеках, и двинулся выключить камеру. Ёнджун опустил Союн, и та помчалась на кухню за сэндвичем с мороженым. Субин с радостью сделал для нее еще один и глянул на Ёнджуна. Тот, очевидно, понял вопрос, что без слов задавал Субин, и охотно кивнул, подходя ближе, чтобы получить свое угощение. – Ты другой перед камерами… или, может, ты просто такой на кухне, – заметил Ёнджун. Субин задумался над этим. Тот не подразумевал ничего плохого, но ему все равно стало любопытно. – Что ты имеешь в виду? – Ты просто выглядишь счастливее. Ярче. Более… уверенным? Субин не мог не рассмеяться. – Спасибо. Вероятно, потому, что в отличие от зоопарка, тут я и правда знаю, что делать. Ёнджун понимающе кивнул. – И тут нет Джеральда, который кусает тебя за задницу. Субин поморщился, просто вспоминая этого гуся. Джеральд был, пожалуй, самым страшным аспектом работы на фермах Каролины. И это говорило о многом. Некоторые животные в зоопарке были опасны! А Джеральд был всего лишь египетским гусем, даже не канадским! Субин даже не боялся их американского бизона, хотя эти парни определенно способны были нанести приличный ущерб. Вероятно, потому, что они вели себя как домашние кошки, требующие внимания и ласки, а Джеральд же вел себя так, будто был одержим демоном. Союн, что кружилась, пока ела сэндвич с мороженым, внезапно перестала вращаться. – Папочка, а Ёнджун может пойти с нами на шопинг? Субин глянул на Ёнджуна. На их лицах было схожее шокированное выражение. – Эм, ну, думаю, это зависит от самого Ёнджуна. Может, у него есть и другие дела. Ёнджун глянул на Субина, а затем развернулся к Союн. И та казалась преисполнена надежды, ее большие глаза блестели, а нижняя губа – такая же пухлая, как и у Субина – вытянулась вперед, в бесспорной попытке надуть губы. У Ёнджуна и правда не было против нее и шанса. - Конечно, я пойду с вами. *~*~* Ёнджун, помогающий с шопингом, стал своего рода облегчением для Субина. Тот хорошо разбирался в моде, а вот Субин нет. Субин никогда бы и не подумал, судя по тому, как тот одевался на работу, но Ёнджун был полон фантазии, когда дело касалось одежды. И он хорошо ладил с Союн. Ему даже удалось убедить ее переодеть платье Белоснежки, прежде чем отправиться в местный торговый центр. Субин был от него в восторге – он никогда не был в этом особенно хорош. Союн не особо доверяла Субину, когда дело касалось одежды, возможно, потому, что его жена постоянно дразнила его отсутствие интереса к одежде (большую часть его одежды выбирала именно она). Раньше ее нарядами всегда занималась его жена, а после ее смерти Субин просто позволял Союн носить все, что ей хотелось – не то чтобы она его слушала, когда он выбирал ей наряды, настаивая, что наденет что-нибудь другое. Так что, по мнению Субина, Ёнджун был волшебником. Они прогуливались по торговому центру, держа Союн за ладошки. Через каждую пару шагов та подпрыгивала, а Ёнджун и Субин поднимали руки, помогая ей раскачиваться между ними, прежде чем приземлиться обратно. Она хихикала каждый раз. Они оказались в детском разделе в магазине GAP, потому что у них была распродажа и потому что Субин отказывался идти в гипермаркет (они всегда каким-то образом оказывались в разделе с игрушками…). Субин с несомненно глупой улыбкой на лице наблюдал, как Ёнджун помогал Союн прочесывать вешалки с платьями. Он передал платья Субину, и тот отвел ее в примерочную. С каждым примеренным платьем та настаивала выйти в коридор, чтобы показаться Ёнджуну. И Ёнджун не подводил. Он расхваливал ее, словно это был показ мод, помогал ей кружиться и осыпал комплиментами. В конце концов, Союн и Ёнджун выбрали платье, которое больше всего понравилось Субину. Маленькое платье в зеленый и фиолетовый цветочек вдобавок с очаровательным воротничком. Походило на то, что выбрала бы его жена. Они выходили из торгового центра: Субин держал пакет с покупками, а Ёнджун нес Союн на спине, когда Субин повернулся к Ёнджуну и сказал донельзя искренним голосом: – Спасибо. И Ёнджун улыбнулся ему, словно его совсем не волновало, что они теперь еще больше погрязнут в делах зоопарка. Словно помогать Субину и проводить время с ним и его дочерью было самым лучшим способом провести день. – Нет проблем, серьезно. *~*~* Субин решил пригласить всех на обед в Пасхальные выходные. Вдобавок к основному блюду он приготовил батончики из воздушного риса, украсив их зефирками пастельных тонов, для окрашивания которых использовал фруктовый сок, и очаровательные, маленькие черничные тарты. Он приготовил и нормальную еду, но всегда считал, что его десерты впечатляли больше его готовки. Союн сидела на стуле у стойки, и они вместе красили яйца, когда в дверь постучали. Она тут же оживилась. – Они пришли! – она все еще держала ложку с яйцом в миске с пищевым красителем, так что Субин снял перчатки и пошел открывать дверь. Только распахнув ее и встретившись лицом к лицу с Ёнджуном (который держал стеклянную бутылку игристого виноградного сока), он вспомнил, что все еще был в фартуке, который босс подарил ему в шутку. Абрикосового цвета, покрытый мультяшными персиками, с надписью фигурным курсивом на кармане: «Я персик». Он наблюдал, как глаза Ёнджуна скользнули по нему, и уголки его губ изогнулись, когда тот прочитал фразу на фартуке. Субин понял, что не может сказать и слова, поэтому отошел в сторону и жестом пригласил Ёнджуна войти. Ёнджун протянул ему бутылку, и Субин осторожно ее принял. – Спасибо, тебе не стоило. Ёнджун пожал плечами, его взгляд скользнул по кухне и остановился на Союн, и улыбнулся. – Мама учила меня никогда не приходить в гости с пустыми руками. Субин осторожно поставил бутылку на стойку и неловко застыл. Однако Ёнджун, казалось, чувствовал себя совершенно комфортно в доме Субина. Он подошел к Союн и начал расспрашивать, что она делает, а та радостно начала показывать ему уже покрашенные яйца и то, которое она только что закончила. – Можно мне попробовать? Союн взволнованно кивнула, вытащила еще одну пару перчаток из коробки, стоящей сбоку, и передала их Ёнджуну, чтобы тот мог покрасить яйца, не испачкав руки неприятно пахнущим уксусом. Субин чувствовал, как в глазах появляются сердечки, пока он наблюдал за ними двумя. Он чувствовал себя настолько счастливым, что не мог передать словами. Это было глупо. По большому счету, они едва знали Ёнджуна. Но тот всегда был к ним приветлив, несмотря на первоначальные сомнения по поводу того, почему они решили переехать. Но было бы ложью сказать, что ему не становилось от этого чуточку грустно. Прошлой весной на месте Субина была его жена – наблюдала, как Субин и Союн красят яйца, и смеялась, когда Субин случайно уронил яйцо в миску с краской, разбив скорлупу. Вскоре пришли Тэхён и Кай, и их появление вывело Субина из мыслей. Когда Бомгю ворвался в дверь, даже не удосужившись постучать, Союн взвизгнула: – Дядя Гю! – и бросилась в его объятья. На ней были пластиковые туфельки на каблуках, но они свалились с ее ног, когда она подпрыгнула в воздух, чтобы обнять Бомгю. Остальные еще не встречались с дядей Гю и смотрели на него с удивлением широко раскрытыми глазами. Они все о нем слышали от Союн. Она говорила о нем с тем благоговением, которое обычно проявляла к единорогам или зубной фее. Перед ужином им нужно было покормить животных, пока еще не стемнело. Ёнджун настоял, чтобы Союн захватила с собой пасхальную корзинку. – Так вот где вы живете? – глаза Бомгю скользнули по саду, полному птиц, внимательно наблюдая, как Тэхён сумел легко загнать нескольких упрямых цыплят в их клетки. Цыплят, которые ранее пытались напасть на Кая за то же самое. Субин не упустил из виду, как взгляд Бомгю задержался на бицепсах Тэхёна, когда тот начал закатывать рукава своего свитера. Жители зоопарка, как Бомгю принялся их называть, сегодня были одеты лучше, чем Субин когда-либо видел. Что для Кая подразумевало толстовку без дырок, а для Тэхёна – свитер пастельного оттенка. Ёнджун тоже отлично выглядел. Хоть Субин и морщился всякий раз, когда тот проходил мимо грязи или экскрементов в своей белой рубашке. Но, в отличие от Субина, Ёнджун был грациозен и умудрялся убираться и кормить животных, не запачкавшись. По мере того, как они двигались из одного уголка парка в другой, становилось ясно, зачем Союн нужно было захватить корзинку. Кое-кто (а именно трое кое-кого) пришли пораньше и разложили маленькие пластиковые яйца с конфетами по всему зоопарку. Союн визжала от восторга каждый раз, когда находила новое. Они были спрятаны вокруг пруда, в розовых кустах в саду, на столбиках забора в контактном зоопарке и на заднем сиденье гольф-кара, на котором они проезжали через сафари-зону. Это было очаровательно, и Субин был тронут. Иногда его поражало, насколько легко и быстро им с Союн удалось здесь обосноваться и как легко эти люди их приняли. Именно в разгар этих мыслей Бомгю наклонился и хлопнул его плечу, прижавшись губами к уху Субина в попытке утаить свои слова от Союн (та сидела у Субина на коленях), и зашептал: – Почему ты мне не сказал, что сотрудники зоопарка такие секси? Субин бросил на Бомгю возмущенный взгляд и осторожно приложил руки к ушкам Союн, а затем прошептал в ответ: – А можно не сейчас? Бомгю закатил глаза. – Ох, прошу, как будто ты не пялился на Ёнджуна. – Не пялился, – прошипел Субин. – И тебе ли говорить – я в курсе, что тебе нравятся руки Тэхёна. – Ну конечно, ты их видел? И затем, словно ожидая подходящего момента их опозорить, Союн спросила: – Что тебе нравится в руках Тэхёна, дядя Гю? – и в отличие от них, она не говорила шепотом. Все услышали. Ёнджун похихикал с водительского места. Тэхён был зажат между Ёнджуном и Каем на переднем сиденье гольф-кара и вытянул руки перед собой, словно осматривая их. Бомгю попытался отвертеться, но тут Кай повернулся и уставился на них. Покраснев с головы до ног, Бомгю сумел выдавить: – Союн, не дразни дядю Гю. Я не это сказал, – и издал самый сухой и фальшивый смешок, который Субин когда-либо слышал. – Нет, это, – Союн нахмурилась и настойчиво продолжила. – Тебе нравятся руки Тэхёна, а папа пялил Ёнджуна. – Пялил, – переспросил Ёнджун, а на лице Кая появилась дьявольская ухмылка. Гольф-кар замедлился и остановился возле вольера для жирафов, и когда все двинулись на выход, Субин отпустил Союн и приготовился к перепалке с Каем. И пяти минут не прошло, как младший прицепился к Субину, пока тот пытался оттащить корм к домику, в который Ёнджун и Тэхён сейчас загоняли животных. – Итак, что значит «пялил»? – вопрос был беззаботным и дразнящим, но Субин чувствовал потребность защититься, когда тот осторожно выхватил у него ведро с кормом. – Уверен, ты в курсе, – проворчал Субин. – Ты имеешь в виду гигантские сердечки в глазах, когда он лишь смотрит в твою сторону… или то, как ты пускаешь слюни при одной только мысли, как он работает во дворе? Субин не собирался этого признавать. – Все в порядке, все так себя чувствуют, когда дело касается Ёнджуна. От этого Субину не становилось лучше. Он не хотел, чтобы другие люди тоже смотрели на Ёнджуна с сердечками в глазах. И неважно, что Субин не посылал никаких глаз-сердечек. Ноль сердечек в глазах. За ужином Бомгю отказывался даже смотреть в сторону Тэхёна, а Субин активно искал способы не обращаться к Ёнджуну напрямую, но в остальном ужин прошел хорошо. Никто не упомянул рук Тэхёна или тот факт, что Субин «пялил» Ёнджуна, и Субин был за это благодарен. Тэхён и Кай ушли первыми, похвалив Субина за его стряпню, а особенно за вкусные десерты, а вскоре после этого уехал и Бомгю. Ёнджун начал мыть посуду, хоть Субин и велел ему этого не делать. Субин оставил Союн одну в гостиной – смотреть фильм и лопать пасхальные конфеты. Он присоединился к Ёнджуну у раковины и начал вытирать посуду, которую Ёнджун отставлял в сторону. – Спасибо, что пригласили нас, – пробормотал Ёнджун, застенчиво улыбнувшись Субину. – О, я был рад это сделать. Уверен, Союн тоже понравилось. Взгляд Ёнджуна снова упал на раковину. – Спасибо, что организовали для нее охоту за яйцами. Кончики ушей Ёнджуна окрасились красным. – О, это была идея Кая. – И все же, ты помогал. Ёнджун кивнул и выпрямился, положив руки на край раковины, словно о чем-то очень серьезно задумался. Это выглядело слегка глупо, учитывая, как ярко-розовые перчатки Субина для мытья посуды доходили ему до самых локтей, скрывая то, как тот – бесспорно сексуально – закатал рукава до локтей для этого дела. – Насчет «пялил». Субину внезапно захотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила его целиком. – Ох, эм, просто игнорируй… – Я вообще-то не встречаюсь, – выпалил Ёнджун. Субин нахмурился. – Эм, ну, я вообще-то тоже не встречаюсь? Затем Ёнджун закрыл лицо руками. – Я хочу сказать, что… я особо не выбираюсь в люди. Я вроде как всегда здесь. В зоопарке, в смысле. А когда прихожу домой, сил особо не остается. Субин кивнул. Он понимал, правда. – Я понимаю, – к кому-то настолько симпатичному, как Ёнджун, наверняка подкатывали, когда он куда-нибудь выбирался, так часто, что это становилось утомительно. – То есть, я такой же. Только, ну, вся эта история с вдовцом и ребенком тоже иногда усложняет жизнь. То была правда, большинство женщин его возраста были шокированы, узнав, что у него есть шестилетний ребенок. Они с женой завели Союн довольно рано. Ёнджун посмотрел на него сквозь пальцы. Субин улыбнулся. *~*~* Субин ехал встречать школьный автобус в назначенной зоне высадки и позвонил Бомгю. – Так что, ты наконец хочешь поговорить про свой краш? – голос Бомгю, льющийся из динамиков автомобиля, показался Субину чересчур громким. – Я никогда не говорил про краш… с чего ты взял, что у меня на него краш? – Субин, я хочу, чтобы ты был очень откровенен с самим собой. Ты мечтаешь поиметь его перед лицом господа и всех животных на его огромной, зеленой планете. И пытаешься сказать мне, что это ничего не значит? – Ну, – Субину было ненавистно, насколько капризно звучал его голос. – Просто, знаешь, он привлекательный, вот и все. Конечно, я обратил на это внимание. Но я не могу ничего с этим поделать. Я женат… – Субин захлопнул рот, осознав свой промах. С ним такого давно не случалось, и это слегка раздражало. С минуту было тихо, единственным звуком был хруст гравия под колесами его машины, пока он сворачивал на парковку у магазина. Он припарковал машину и просто сидел там, все еще сжимая руль, словно тот был единственным, что все еще привязывало его к земле. Динамика его мыслей была слегка коварна. Потому что юридически он больше не был женат. Его половинка была мертва. Их договор был недействителен. Но то был весьма ледяной образ мышления. Правда заключалась в том, что он все еще ее любил. И ему было трудно думать о том, чтобы влюбиться в кого-то другого. – Я знаю, – мягко выдохнул Бомгю. – Но нет ничего плохого в том, чтобы позволить себе быть счастливым с кем-то другим… если ты этого хочешь. Она бы хотела, чтобы ты был счастлив. И Бомгю был прав. Субин это знал. Но было трудно. – Я просто не знаю, смогу ли полюбить кого-нибудь так еще раз, – прошептал он. Последовала еще одна продолжительная пауза, и Субин гадал, услышал ли Бомгю его вообще. – Не думаю, что сможешь, – сказал Бомгю наконец. – Но это нормально. Все равно каждого нужно любить слегка по-разному. Только Бомгю мог дать ему такой совет, что заставит его разрыдаться в самый неподходящий момент. Субин закрыл лицо руками. Господи. – И это необязательно должен быть Ёнджун. Но, похоже, что он тебя по крайней мере привлекает. И… как бы мне ни хотелось этого признавать, я думаю, зоопарк пошел тебе на пользу. Ты меньше упоминаешь ее в последнее время. Думаю, за последние несколько недель я слышал про Джеральда больше, чем про кого-либо другого. Было приятно слышать, как Бомгю признает, что он двигается к тому, чтобы… меньше грустить. Но это также причиняло боль. Он не хотел отказываться от своей жены. И, ну, было еще кое-что, что его беспокоило. – Я просто… – Лишь потому, что ты перестанешь горевать, не значит, что ты не скучаешь по ней или перестал ее любить. – Черт, Бомгю. Ты не можешь просто так говорить мне такие вещи, – недоверчиво рассмеялся Субин. – Это жутко, потому что кажется, словно ты читаешь мои мысли. Но… – Но что? Я только что дал тебе лучшее напутствие века, а у тебя все равно остались «но»? Субин испустил еще один легкий смешок. – Ёнджун сказал, что не встречается. Для меня это то же самое, что и «нет». – Ты вообще его спрашивал? – Ну, нет. Но… – Это было «нет» или предостережение? Субин посидел, размышляя над этим какое-то время. Может, это и не было «нет». Ёнджун не выглядел так, словно ему было не по себе от мысли, что он нравится Субину. Но в то же время он и представить не мог, что он нравится Ёнджуну. Он был неуклюж и боялся Джеральда и был отцом-одиночкой и… двигался дальше, предавая свою жену? Складывалось такое ощущение. Но слова Бомгю были правдой. Она бы не хотела, чтобы Субин был несчастен и одинок. У Субина не было времени подумать об этом дольше. Школьный автобус подъезжал к стоянке. *~*~* Брэдли Джонс приехал. Субин и Ёнджун вместе пошли встречать его у ворот. Было и правда поразительно, что он выглядел один в один, как на картинке на доске для дартса. Рубашка пастельных тонов, заправленная в брюки с поясом, и жилет сверху, усыпанный карманами. Подойдя ближе, он вытащил ручку из одного кармана и крошечный блокнот из другого. – Ёнджун, – коротко сказал он, слегка кивнув главному смотрителю зоопарка. – Мистер Чхве, как идут дела? У Субина распахнулись глаза, когда Брэдли Джонс довольно неожиданно развернулся к нему. – Ох, что ж, знаете. Работы много, но пока что я ей наслаждаюсь. Брэдли прищурился и помычал, прежде чем решительной походкой направиться в парк, оставляя Ёнджуна и Субина, что пытались не отставать, позади. – Вижу, птицы все еще гуляют на свободе, – Брэдли Джонс провальсировал в сад, распахивая ворота с таким пылом, что привело птиц в ажиотаж. – Не могли бы вы слегка притормозить, наши птицы слегка на взводе, – голос у Ёнджуна был такой, словно тот отчитывал инспектора. Взгляд, которым Брэдли Джонс пронзил Ёнджуна, дал Субину понять, что тот тоже это почувствовал. Но тот все равно послушался и замедлил шаг, оглядываясь вокруг и делая небольшие заметки в своем блокноте, оглядывая домики, пруд и забор, окружающий сад. Птицы, казалось, поняли, что все серьезно, и расхаживали со сдержанной энергией, что казалось весьма сверхъестественно. Даже Джеральд, казалось, вел себя образцово, и даже не попытался ущипнуть Субина за задницу, пока они проходили мимо. – Хорошо, давайте поглядим на контактный зоопарк. Обход контактного зоопарка прошел в весьма похожей манере. Иногда Ёнджун рассказывал небольшие подробности о животных, но Брэдли Джонс сохранял молчание. Он даже не издавал ни звука, пока они двигались с места на место. Так продолжалось до тех пор, пока они не достигли зоны сафари, где Тэхён и Кай поили животных. – Ах, мистер Хюнин, мы снова встретились, – Брэдли Джонс улыбнулся, и Субин тут же пожелал, чтобы он никогда этого не делал. Его улыбка выглядела так, словно у него был запор. А, может, была виновата издевка, очевидная по тону его голоса и тому, как он приподнял брови. Вызывала беспокойство. Кай замер и повернулся к Брэдли со стоическим лицом. – Мистер Джонс, приятно видеть вас снова. Мистер Джонс прошел мимо них двоих, все еще стоящих над старой кадкой, которую они наполняли водой для животных, и при этом оттолкнул Кая плечом. Это не было похоже на однобокую вражду. Прежде чем Субин успел обдумать, как их инспектор в открытую конфликтовал с одним из сотрудников, Кай поднял вверх шланг, что держал в руках, и направил его в спину Брэдли Джонса, и как бы тот ни заслуживал (пожалуй), чтобы его окатили водой, это бы плохо сказалось на зоопарке. Все произошло словно в замедленной съемке. Кай выстрелил, Ёнджун выпрыгнул перед шлангом, беря струю на себя, Тэхён вырвал шланг из пальцев Кая – из-за резкого движения Субин получил струей в лицо. Он издал всхлипывающий звук от удивления. Несмотря на весь переполох, Брэдли Джонс не обернулся, просто достал небольшое полотенце из кармана и протянул его, продолжая шагать в сторону, где располагались жирафы. Ёнджун пронзил Кая острым взглядом и побежал за мистером Джонсом. Субин тоже бросился их догонять. Они по очереди вытерлись полотенцем. – У мистера Хюнина произошел очередной инцидент? Ёнджун нахмурился. – Нет, нет, ничего подобного. Брэдли Джонс выглядел так, словно не до конца им поверил. *~*~* Субин начинал подумывать, что жилет Брэдли Джонса походил на волшебную сумку Мэри Поппинс. Они стояли у стенда с детенышем жирафа, когда тот вытащил лупу, чтобы разглядеть его острые края, а затем убрал ее в карман и записал еще что-то в свой маленький блокнотик. Это было слегка пугающе, но они продолжили путь по направлению к настоящим жирафам. Он останавливался у каждого столбика и наваливался на него всем телом, чтобы проверить, выдержит ли он. Закончив, он повернулся поглядеть на них двоих – все еще слегка мокрых – и сказал: – Давайте пройдем в офис, чтобы пробежаться по моим заметкам. Они подъехали к хижине и вошли внутрь, и Субин тут же поморщился, заметив, как взгляд Брэдли Джонса упал на его же фотографию, приклеенную к доске для дартса. Он ничего не сказал и просто выгнул бровь. – Присядьте, давайте начнем. Им придется переделать полностью ограду в саду, потому что та не была достаточно прочной, чтобы выдержать летние шторма. Придется проследить, чтобы на территории контактного зоопарка были установлены более четкие знаки с указанием правил поведения. Придется починить замок в сарае, где хранился корм. Он также хотел, чтобы они перекрасили стенд с жирафом. Легко. Но дорого. После ухода Брэдли Джонса они сели все вместе и начали подсчитывать цифры, и простая истина заключалась в том, что у зоопарка не было денег, чтобы все это сделать. Субин оглядел комнату и удрученные лица своих сотрудников – своих новых друзей. Он глубоко вздохнул: – Давайте начнем с ограды, потому что это самая насущная проблема. С деньгами разберемся позже.  *~*~* Тем же вечером Субин лежал в кровати, пытаясь понять, где взять денег. Он уже вложил в зоопарк часть своих денег – тех, что выручил с продажи старого дома. У него было немного денег на сберегательном счете, но он планировал оставить их на оплату обучения Союн в колледже. Он не мог их потратить. Не станет. Он повернулся на бок. Он мог бы попытаться взять кредит, но в последний раз, когда они с женой пытались купить свой семейный дом, в банке были не так уж любезны. Именно она успешно взяла кредит, его работа создателем контента – несмотря на то, что он работал на онлайн-журнал – не считалась достаточно стабильной. Если бы только он не соглашался взять отпуск на месяц… Он застонал и прикрыл лицо руками. Он разберется. Он должен был. Хотел бы он, чтобы его жена была рядом – она всегда лучше разбиралась в денежных делах. *~*~* Как бы Субин ни наслаждался жизнью в зоопарке, было кое-что, что ему правда не нравилось. А именно – выпускать птиц по утрам с Союн. Он сам был виноват, что эта задача досталась именно ему. Он сам вызвался это делать, услышав, как ребята жалуются на то, как рано им приходилось вставать, чтобы приезжать для этого пораньше. И дело было даже не в том, что он не любил птиц. Дело было в Джеральде. Этот глупый гусь. Он был мил со всеми, кроме Субина. То утро не стало исключением. Союн открывала замки, чтобы выпустить птиц, а Субин рассыпал вдоль тропы птичий корм им на завтрак. Субин сразу же понял, когда Джеральд выбрался на свободу, потому что тот издал противный гогот. Что было нормально. Но затем Джеральд поковылял к Субину, схватил клювом нижнюю часть мешка с кормом и попытался вырвать его из его рук. Он потянул мешок назад, но Джеральд все никак не отпускал. И вскоре Союн нежно гладила лебедя по имени Свен, пока Субин играл в перетягивание каната с чертовым Джеральдом. Тюда-сюда-туда-сюда-туда. Снова и снова. Если бы не тот факт, что Субин отказывался проигрывать Джеральду, он бы просто бросил мешок и попытался поднять его, когда Джеральд будет слишком занят обжирательством, чтобы заметить. Но затем Субин дернул слишком сильно. И от тяжелых ботинок не было никакого толку, он споткнулся и упал спиной в пруд. И, что ж, возможно, Субин и так уже был на взводе из-за Брэдли Джонса, и проблем с деньгами, и того факта, что Ёнджун становился все сексуальнее, пока погода становилась все теплее (накануне, пока они работали над оградой, Ёнджун стащил с себя рубашку и полил голову водой). Но всего оказалось слишком много, и, не успев осознать, что делает, Субин закричал: – Тупой чертов гусь! Широко раскрытых глаз Союн было более чем достаточно, чтобы дать ему понять, что он облажался. Он поднялся и схватил мешок с кормом с земли. Джеральд выиграл, а Союн опаздывала в школу. Он позвонил Бомгю, чтобы тот отвез Союн в школу, и его брат подоспел точно вовремя, доставив Союн в школу незадолго до того, как прозвенел звонок. Он даже успел принять душ и переодеться, после чего вернулся в зоопарк, чтобы помочь с остальными утренними делами. Позже тем же днем Субин установил на кухне камеру, чтобы снять выпуск про хлеб с бананами и ананасами. Он разложил все ингредиенты на небольшой деревянной стойке и переоделся в мягкий, нежно-голубой свитер, который наверняка понравится его зрителям. Он в последний раз перепроверял карточку с рецептом, чтобы убедиться, что все подготовил, когда в дверь отчаянно постучали. С тяжелым вздохом он оставил свое маленькое рабочее место и открыл дверь. – Что такое? – Надвигается шторм, нам нужна твоя помощь, чтобы загнать всех животных, – Тэхён запыхался, стоя в дверном кухонном проеме и тяжело дыша. – Шторм? – прогноз на неделю не предсказывал ничего, кроме солнечного неба. Его голова метнулась в сторону, и, словно по волшебству, мягкий солнечный свет, струившийся через окна, исчез, а небо запестрело пурпурно-серым. Ветер быстро набирал обороты. В воздухе запахло надвигающимся дождем. Субин покинул кухню, выталкивая Тэхёна обратно на улицу, и попутно схватил ключи с крючка у двери. – Ты сюда прибежал? – в шоке спросил Субин, бросившись к машине, Тэхён последовал за ним и влетел на пассажирское сиденье. – Ага, – признался он. – Ёнджун не хотел, чтобы я за тобой ходил. Сказал, ты занят. Субину захотелось встряхнуть Ёнджуна, но вместе с тем он почувствовал, как в груди потеплело. Ему было приятно, что Ёнджун проявлял заботу. Но тот вел себя как идиот. Субин завел машину и тронулся с места. Конечно же, по приезде в зоопарк Субину поручили загнать птиц в саду. Он направился в сад и тут же начал собирать птиц, что еще не нашли укрытия в клетках. Что было не особо сложно, поскольку большинство из них чувствовали приближение грозы и инстинктивно направлялись в свои гнездышки. За исключением, конечно же, Джеральда. Субин нашел Джеральда в кустах, и когда он осторожно потянулся, чтобы попытаться схватить Джеральда, как Ёнджун его учил, произошло нечто ужасное. Джеральд загоготал и двинулся вглубь куста. Субин отодвинул в сторону ветки и цветы и столкнулся лицом к лицу, нет, не с Джеральдом, а с зияющей дырой в заборе. Субин тут же встал, развернулся на пятках и, дважды проверив, что все остальные птицы находятся в своих клетках, выбежал из сада и помчался в сторону леса. Ему нужно было найти этого проклятого гуся. Когда он бежал к лесу, то услышал, как Ёнджун зовет его с того места, где загонял животных в вольеры на ферме. – Субин, что ты делаешь? – Джеральд побежал в лес, в заборе была дыра! А затем Ёнджун перепрыгнул через забор (отвлекающе сексуально) и побежал вместе с ним в сторону леса. – Если не сможем быстро его найти, нам придется вернуться. Субин покачал головой и двинулся вперед, переступив через бревно на земле и поскользнувшись на кучке листьев. Раздался раскат грома, а затем небо разверзлось, и почти сразу же на них обрушился дождь. – Нет, мы должны его найти, – его жена всегда говорила, что он слишком упрям. Он был упрям и с ней, настаивая попробовать другие методы лечения, даже когда она говорила, что слишком устала. – Субин, он наверняка вернется после грозы. – А что, если нет? Что, если этот чертов, глупый гусь просто пропадет? – и, ох, Субин чувствовал, что приближается к тому, от чего пытался сбежать, переехав сюда. Его жены не стало. Ее просто не стало, и никакие поступки Субина не смогут полностью залечить эту рану. Он может стать счастливее, может завести новых друзей и новый краш, но эта боль никогда не уйдет, и его жена навсегда останется мертва. – Тебе даже не нравится Джеральд. – Я никогда этого не говорил, – Субин всхлипнул, словно готов был разрыдаться. Неужели их переезд просто был для него способом убежать от правды? Он провел так много времени, пытаясь помочь Союн понять, что ее мать ушла, но не покинула их, но так и не выделил времени, чтобы пройти через это и разобраться с собственным горем. С собственной виной. Если бы он и правда был упрям тогда, когда это было нужно, если бы он настоял на том, чтобы продолжать посещать врачей и оставаться в больнице – стало бы ей лучше со временем? Подарив ей то, чего она хотела – лето, свободное от всего этого, лето с ним и Союн в Корее – неужели он от нее отказывался? Ёнджун поспешил опередить Субина и преградил ему путь. – Он все равно не стоит того, чтобы мы вдвоем заблудились в лесу во время грозы. – Мы не можем его бросить, – и кусочки головоломки начали складываться у Субина в голове. Горе, стресс от зоопарка, мысль, что, возможно, Бомгю был прав, и он просто переживал какой-то безумный жизненный кризис. Возможно, ему просто следовало пройти терапию с лошадьми. Ёнджун, кажется, понял, что его срыв был вызван не только Джеральдом. Он уложил руки Субину на плечи и нежно сжал. – Мы не бросаем его, мы вернемся после грозы. Ёнджун не бросал Джеральда. Субин не бросал Джеральда. Они вернутся за ним. Раздался еще один раскат грома, на этот раз громче первого. Субин позволил Ёнджуну вывести себя из леса. Они вернулись домой, и Субина заставили принять душ, а затем уложили в постель. Было слегка неловко, но неплохо. Было приятно чувствовать, что о нем заботились. Отстранено он слышал голоса за дверью. Он то проваливался в сон, то просыпался. В какой-то момент он услышал смех Союн и улыбнулся от мысли, что кто-то забрал ее с автобусной остановки ради него. Когда он наконец проснулся окончательно, то выскользнул из кровати и пошлепал по лестнице. Ему стало лишь слегка неловко, что он все еще был в пижаме, пока Ёнджун стоял у плиты в нормальной одежде. Субину потребовалось немного времени, чтобы осознать, что кто-то даже убрал его ингредиенты для бананово-ананасового хлеба. – Спасибо, – пробормотал Субин, и Ёнджун повернулся, чтобы взглянуть на него. – Садись. Все равно почти готово. Субин подошел и скользнул за стол в кухонном уголке. Соён, Тэхён и Бомгю показались, когда Ёнджун крикнул, что еда готова. Все протиснулись в кабинку (Бомгю притащил стул и уселся с краю), потому что Субин решил сесть именно там, и Ёнджун раздал всем по тарелке с супом. Они все ели и болтали, и, казалось, никто не возражал, что Субин просто наблюдал. Даже особо не слушая и уж точно не участвуя в беседе. Когда все закончили, Ёнджун начал убирать тарелки. Тэхён собрался первым, поблагодарив Ёнджуна за еду и не забыв попрощаться с Субином и Союн, и кинул на Бомгю многозначительный взгляд. Субину придется спросить об этом позже. Бомгю подхватил Союн. – Пойдем готовиться ко сну. – Можно мне принять пенную ванну? – Конечно! – Бомгю никогда не умел отказывать Союн. Не то чтобы Субин мог его винить. У Субина была та же проблема. Он купил зоопарк, потому что она этого захотела. Когда они ушли, Ёнджун начал мыть посуду, и Субин тихо произнес: – Тебе не обязательно это делать. – Знаю, но мне хочется. – Но ты готовил. Ёнджун пожали плечами. – И что? – И перестань, я потом помою, – Субин не мог точно определить странное чувство в своей груди. Но оно было комфортным. Он не хотел, чтобы оно проходило. Ёнджун послушался. Отложил губку и стянул ярко-розовые перчатки для мытья посуды. Субин был слегка удивлен, что Ёнджун не стал спорить дальше. А затем тот скользнул на свое место рядом с Субином. – И что же это было сегодня в лесу? Субин откинул голову назад. Ему не очень хотелось раскрывать все подробности болезни жены. Но он решил, что должен как-то объясниться с Ёнджуном. – Стресс, горе, вина. Все это накапливается, понимаешь? Ёнджун кивнул так, словно понимал. – Я проходил через нечто подобное. Я вроде как ушел в разнос, когда фермы Каролины закрылись для публики. – В разнос? – ахнул Субин. Он не мог представить Ёнджуна, слетевшего с катушек. – Типа, наркотики? – Нет, – Ёнджун вздохнул, царапая ногтем диванную подушку, на которой они сидели, – я просто много пил, тусовался каждую ночь. Вроде как убегал от реальности. Из-за этого Тэхёну и Каю пришлось взять на себя кучу работы – особенно когда уволились остальные. Старый владелец… он больше не был в форме для подобной работы. Кай наорал на меня, когда я пришел с похмелья, по сути все еще пьяный. Сказал, что поранюсь сам или животных. Вроде как отрезвил, – он пожал плечами. – Сейчас я больше не пью. И не тусуюсь. Поэтому и не встречаюсь больше. Субин кивнул. – Мне знакомо это чувство. Желание сбежать от всего, – он выдохнул и двинул рукой так, что та почти накрыла ладонь Ёнджуна, что лежала между ними. – Я чувствовал себя виноватым, что горе мешает мне быть хорошим отцом. Думал, новое начало все исправит. Так и произошло в какой-то степени. Зоопарк не оставлял времени погрязнуть. Сейчас я и правда чувствую себя счастливее, но и виноватым поэтому же. Кажется неправильным позволять себе быть счастливым. Ёнджун перевернул ладонь, просунув свои пальцы между пальцами Субина, и сжал. По спине Субина побежала дрожь. – Ты поэтому до сих пор не позвал меня на свидание? – Что? – пробормотал Субин. – Ты сказал мне, что не хочешь встречаться. Уши у Ёнджуна снова покраснели. Мило. – Я никогда не говорил, что не стал бы с тобой встречаться. И еще кое-что, в чем Бомгю был прав. Похоже, тот был медиумом или экстрасенсом или еще кем, жуть. Субин сделал глубокий вдох. Его жена хотела бы, чтобы он был счастлив. Ей бы хотелось, чтобы он не был одинок. Все было нормально. – Хочешь как-нибудь зависнуть? Ёнджун рассмеялся и шлепнул Субина по плечу. – Звучит просто убого. Но да… с удовольствием. *~*~* Гроза нанесла серьезный ущерб. Утро было потрачено на уборку зоопарка. Ёнджун залез на крышу их маленькой бревенчатой хижины и сбрасывал ветки в кучу, чтобы потом оттащить в лес. Кай латал дырку в заборе, чтобы остальные птицы не разбежались. Бомгю напялил, как он считал, идеальный для смотрителя зоопарка наряд, и выхаживал позади Тэхёна, делая целое ничего, пока тот распиливал большую ветку, упавшую в зоне сафари. К обеду животных можно было безопасно выпустить на улицу, а после того, как они съели несколько сэндвичей, пришло время отправляться на охоту за Джеральдом. Они разделились на группы. Кай присоединился к Субину и Ёнджуну, а Тэхён и Бомгю ушли вдвоем. У них было всего несколько часов на поиски, прежде чем Субину нужно было забирать Союн, так что они горели желанием найти Джеральда поскорее. Но этот гусь всегда точил на Субина зуб. Даже птичий щебет Ёнджуна не заставил его объявиться. Субину казалось, словно он сходит с ума. Словно они гонялись за призраком. Кай вышел вперед и начал звать Джеральда, словно тот был щенком, что охотно прибежит, когда позовут, а не безумным гусем, что любил кусать Субина за задницу и окунул его в пруд уже дважды. Субин оглянулся на Ёнджуна. Волосы у того отрасли настолько, что он смог собрать их в маленький хвостик. Субин протянул руку, внезапно испытывая искушение потянуть за этот маленький хвостик, когда Кай вскрикнул. – Что, что такое? – Субин и Ёнджун бросились вперед. Кай стоял над Джеральдом. Тот не двигался, а его лапка была согнута под странным углом. – Он… – Субин не мог заставить себя выдавить это слово. – Нет, – сказал Кай. – Он просто ранен, – сказал Ёнджун спокойным и ровным тоном. Он стянул свою фланелевую рубашку и присел на корточки, чтобы запеленать в нее Джеральда, стараясь не задеть его лапки, а затем поднял его, прижав к себе, словно младенца – что было нелегко, учитывая немаленькие размеры Джеральда. Живот у Субина скрутило, но не в плохом смысле. – Позвони Тёну, надо дать им знать, что мы его нашли. Было то еще зрелище, когда примерно через полчаса, пока они ждали ветеринара, которого вызвал Кай, Тэхён выступил из леса, держа Бомгю на руках, словно принцессу. – Что случилось? – спросил Субин, нахмурившись. Лицо у Бомгю было залито краской. – Он споткнулся о собственные ботинки и подвернул лодыжку. Кажется, он еще хуже тебя умеет ходить в этих дурацких ботинках. *~*~* Джеральду наложили на ногу небольшую гипсовую повязку. На выздоровление ему понадобится три-четыре недели. И они задержались с ремонтом забора. Бомгю начал приходить во второй половине дня, чтобы помочь. Когда Субин спросил, как ему удается так часто отпрашиваться с работы, тот ответил, что ему всего-то потребовалось сказать боссу, что его брат, тот самый, что потерял жену, сорвался и нуждался в помощи. Субин за это отвесил ему подзатыльник. Из-за травмы лодыжки Бомгю поручили покраску стенда с детенышем жирафа, пока все остальные работали над забором. Забор был закончен примерно на середине пути к проверке. Примерно в то же время у Союн начались каникулы, и та тоже стала приходить в зоопарк каждый день. Она с радостью взялась помогать кормить и ухаживать за фермерскими животными вместе с Ёнджуном. Они получили приблизительную смету на изготовление новых вывесок, и у Субина произошел очередной маленький срыв по поводу денежных средств. Бомгю предложил внести часть своих сбережений, но Субин отказался. – Нет-нет, я просто схожу в банк. Посмотрим, смогу ли взять кредит. Субину казалось, словно он теряет рассудок. После того, как он вроде как позвал Ёнджуна на свидание, создавалось ощущение, словно тот с ним играет. Он стал больше его касаться. Из-за травмы Джеральд больше не мог кусать Субина за задницу, и Ёнджун, видимо, решил занять его место и постоянно шлепал Субина по заднице или засовывал руку в его задний карман. Остальные заметили. Ну конечно. Но, к счастью, помимо многозначительных взглядов, никто ничего не говорил. Иначе Субин бы умер от смущения. Не то чтобы он стеснялся Ёнджуна – совсем напротив. Его смущало то, что он понятия не имел, что с собой делать. Ёнджун, может, и перестал встречаться на несколько лет, но Субин не встречался ни с кем со времен колледжа. Он понятия не имел, что делать. И вот это уже было неловко. К счастью, эпизоды Субина про бананово-ананасовый хлеб и сэндвичи с мороженым на его канале получили хороший отклик. Ни в одном комментарии не говорилось, что он выглядит грустно. Он даже получил поздравительное сообщение от Роберта. Конец мая приближался стремительно, а они все еще понятия не имели, где взять денег на новые вывески и новые замки. Не говоря уже о дополнительных повреждениях, что пришлось устранять после грозы – будет ужасно, если шальная черепица соскользнет с крыши и ударит животных или гостей. Субин был в ужасе от мысли пойти в банк и просить кредита. У него было предчувствие, что ответом, как и раньше, станет решительное «нет». Особенно с учетом новой угрозы в виде зоопарка. – Мы могли бы использовать пиар-бюджет, – предложил Тэхён. Их бюджет на рекламные материалы был невелик. Еще в апреле они выделили деньги на рекламу в местной газете и на печать листовок, которые можно было бы развесить по городу. Но этих денег определенно было достаточно, чтобы завершить хоть один из проектов, которые им нужно было, ну, завершить. И им нужно было одобрение Брэдли Джонса и АЗА. – Мы могли бы продать одну из тележек, – высказал свою идею Кай, хотя все знали, что это не совсем осуществимо, поскольку главной достопримечательностью зоопарка и был тур на тележке по зоне сафари к жирафам. – Мы могли бы продать старый компьютер и один из диванов, – сказал Ёнджун, лежа на одном из диванов и свесив с него голову. Субин испустил тяжелый вздох. – Давайте разберемся с этим завтра. Этим же вечером Субин поспешил в банк, оставив Союн с остальными. Он сидел напротив служащего, рассказывая о своих доходах, и собирался с духом. Служащий банка просмотрел документы, а затем посмотрел на него и вздохнул. – Боюсь, мы не сможем одобрить вам кредит. Он это предчувствовал, но все равно почувствовал, как что-то внутри ломается. Ему хотелось их встряхнуть. У него была стабильная работа. Просто онлайн-работа в целом не считалась достаточно стабильной. *~*~* Следующие несколько дней Субин подумывал о том, чтобы влезть в сберегательный счет, который он создал для Союн. Он даже поговорил об этом с Ёнджуном и Бомгю. И каждый раз, едва он только задумывался об этом, они его отговаривали. Они разберутся. Но в банке ему отказали, их субсидии от государства были почти на исходе, и ни у кого из них не было больших личных сбережений, чтобы собрать необходимую сумму, так что все выглядело весьма мрачно. Субин был опасно близок к тому, что велеть Тэхёну использовать пиар-бюджет. Очевидно, он им все равно не понадобится, поскольку они не смогут пройти вторую проверку. Именно тогда, как и много раз прежде, жена Субина смогла все исправить – точно так же, как и много лет назад, когда они вместе покупали дом. Было уже поздно, но Субин и Союн прибирались в шкафу у нее в комнате. Его шестилетняя дочь решила, что хочет устроить генеральную уборку после просмотра целого сезона «Натурала глазами гея» с дядей Гю. Она перебрала всю свою одежду (оставив большую часть), обувь (и снова оставив большую часть) и мягкие игрушки (не избавившись ни от одной). Субин потянулся в дальнюю часть шкафа и вытащил коробку с надписью «Барби». Но это был не его почерк и не Союн. Это был почерк его жены. Он узнал эту коробку. Они с Союн решили ее отдать. Она лежала в кучке добрых дел. Субин просто решил, что та добралась до пункта пожертвований вместе со старым тренажером и модной кофемашиной. Но, видимо, Союн прихватила ее и запрятала среди своих вещей. Он посмотрел на свою дочь. – Союн, что это такое? Она выглядела слегка виноватой. – Я просто не хотела забывать, как выглядит мамин почерк. Субин взглянул на крученый, витиеватый почерк на коробке. У него в груди заболело от осознания, что ему потребовалось больше доли секунды, чтобы его узнать. – Все нормально. Ты можешь ее оставить. Он поставил коробку на кровать и открыл крышку. – Мама написала много писем, – объяснила Союн, когда Субин уставился на маленькие конверты внутри. Их не было в коробке, когда они решили ее отдать. – Я нашла их в ящике ее стола… Прости, что я их взяла. Субин присел рядом с ней и поцеловал ее в макушку. Он начал перебирать конверты и быстро понял, что письма адресованы ему. Он взял первый попавшийся, распечатал и открыл, и оттуда выпала… банковская выписка? Он открыл еще одно, и еще, и внутри каждого была банковская выписка. Почему его жена хранила банковские выписки и оставила их ему? Он дошел до шестой по счету выписки, когда понял, что то был не их общий счет. Это даже был не ее личный счет – тот счет был закрыт, а деньги переведены на сберегательный счет Союн. Субин никогда прежде не видел этого банковского счета. Он схватил еще один конверт, внутри которого оказалась очередная выписка и записка. Субин, На всякий случай. ♡ Субин вскочил с кровати. Он подхватил Союн и закружил ее, заставив захихикать. – Спасибо, – сказал он, крепко обняв ее. Она обняла его в ответ, уткнувшись своим маленьким личиком ему в плечо. – Пожалуйста, – ответила она, хотя он догадывался, что она не совсем понимает, за что он ее благодарит. *~*~* На следующий день Субин ворвался в офис зоопарка, держа высоко над головой последнюю выписку по счету своей жены. Он уронил ее Тэхёну на колени и взволнованно велел младшему открыть конверт. Тэхён послушался, и его и без того большие глаза выросли до комических размеров. Он взглянул вверх. – Это реально? Субин кивнул, он не мог сдержать улыбки, что расплывалась по лицу. Тэхён встал и заликовал, схватив Субина за руки, и они начали прыгать кругами, как дети. Кай и Ёнджун вошли, когда они просто держались за руки и безумно улыбались. Те нахмурились. – Что вызвало у вас такое счастье? – голос Ёнджуна звучал слегка ревниво, а и без того странные мозги Субина и вовсе вышли из строя. Однако он сможет подразнить его по этому поводу чуть позже, потому что им нужно было поделиться радостными новостями. – Смотрите! – Субин подхватил банковскую выписку с пола и подбежал к ним, вытянув ее перед их лицами. Он наблюдал, как их глаза пробежались по документу, как они спустились вниз, где была указана сумма, и как расширились до чудных мультяшных размеров. – Ты серьезно? – спросил Кай, в то время как Ёнджун воскликнул: – Черт возьми! Тэхён подошел ближе, и они вчетвером обнялись, прыгая по кругу и ликуя. У них были средства. Теперь им оставалось только закончить работу. *~*~* Вывески и детали замков были заказаны, и пока они ждали доставки, приступили к ремонту черепицы на крыше. Ближе к концу июня вывески прибыли и были установлены. «Вкусняшки Субина» снова имели ошеломительный успех. Его эпизод о том, как сделать съедобные пляжи из желе и крошек печенья, побил рекорды канала Ням-ням. Джеральд снова начал терроризировать Субина. Этим утром он преследовал Субина по саду, щипая за задницу, пока не укусил настолько сильно, что Субин пошатнулся от боли и споткнулся, упав в кусты. Так что дела шли в гору! Казалось, что все проблемы Субина были решены. Конечно же, это означало, что должно было произойти нечто ужасное. Субин и Ёнджун были в крохотной кладовке в зоне для жирафов, когда им позвонил Тэхён. – Он здесь, – сказал Тэхён, едва Ёнджун взял трубку. – Кто? – Брэдли Джонс. Он сказал, что это внеплановая проверка. Если мы не пройдем сегодня, то не сможем открыться. – Черт, – прошипел Ёнджун. Субин взял с полки свой телефон, чтобы позвонить Каю и сказать, что ему нужно немедленно сменить замки. Субин схватил свой телефон и набирал номер Кая, когда споткнулся и упал на Ёнджуна, затолкав их обоих в кладовку и снеся подпорку для двери. Дверь захлопнулась, оставляя их в темноте. С закрытой дверью им буквально не оставалось места пошевелиться. Ёнджун иногда немного распускал руки, но так близко они еще не находились. Когда Ёнджуну удалось медленно развернуться, чтобы на него взглянуть, они тут же оказались прижаты друг к другу с головы до ног. Субин почувствовал, как все тело горит огнем. Очень яркое напоминание о том, сколько времени прошло с тех пор, когда кто-то другой так его касался. Кай взял трубку после третьего гудка. – Тебе нужно сейчас же подойти к вольеру с жирафами. Брэдли Джонс здесь, нужно починить замок в кладовке. Детали прибыли вчера, и с тех пор Кай разбирался со всеми неисправными замками на территории – чинил или заменял один за другим. Но два сотрудника, запертые в чулане из-за неисправного замка, наверняка были большим правонарушением, чем слегка заедающая ручка в офисе. Пока Субин говорил по телефону, Ёнджун потянулся через него и подергал дверную ручку. Дверь не поддалась. Они и правда были заперты. Субин повесил трубку, даже не дождавшись ответа Кая, и глубоко вздохнул. – Как думаешь, Кай успеет вовремя? – Его подпитывает злоба, уверен, он справится. Но пока они стояли, прижавшись друг к другу, прошло пять минут. Потом десять. И по-прежнему ни следа Кая. Ёнджун начинал потихоньку ерзать. Он все продолжал попытки извернуться в более удобное положение, что вынуждало его все больше прижиматься к Субину, чтобы отодвинуться от пачек с кормом и полок, что врезались ему в спину. Что было ничего. Вот только, ну, Субин начинал слегка возбуждаться. За последнее время у него не было такого активного контакта с кем-то другим. – Так почему Кай так ненавидит этого парня, – выдохнул Субин, изо всех сил стараясь держать ширинку как можно дальше от Ёнджуна. – В последний раз, когда у нас была подобная проверка, Кай был совсем еще новичком. Ему задавали вопросы об объекте и что он чинит, и он упомянул, что в основном меняет лампочки, потому что тогда он еще учился у старого смотрителя, – Ёнджун вздохнул. – После осмотра мы возвращались в хижину, чтобы поговорить и обсудить заметки, а Кай стоял на лестнице и чинил светильник, так что свет был выключен. Но мистер Джонс подумал, что он просто меняет лампочку, и щелкнул выключателем, и Кая слегка ударило током. Мы бы и так не прошли, но когда Кай упал с лестницы, а из потолка начали торчать дымящиеся провода, мы буквально забили последний гвоздь в свой гроб. – Но разве это не его вина? Субин услышал яд в голосе Ёнджуна, когда тот ответил. – Казалось бы. Но он ответил, что мы должны были все починить перед инспекцией. Но, уверен, ты уже понял – трудно подготовиться к внеплановой проверке. Все стихло, и Ёнджун снова попытался сменить позу, но задел промежность Субина своей. К своему стыду, Субин выпустил стон. Ёнджун удивленно взглянул на него, а затем глянул вниз, где были прижаты друг к другу их тела. – Серьезно? – не грубо и даже не дразняще. Скорее, в полном неверии. У Субина серьезно сейчас стоял? Ответ был положительным. – Просто давно не было, – прошептал Субин. Лицо Ёнджуна смягчилось, прежде чем смениться решительностью. Кая по-прежнему не было видно, и, возможно, именно это придало Ёнджуну смелости, потому что он схватил Субина за бедра и передвинул их так, что его бедро оказалось у Субина между ног. Он призывал Субина потереться о него. Использовать его. Настала очередь Субина удивленно смотреть на Ёнджуна. – Ты уверен? Он был уверен, хотя и не мог толком разглядеть, как уши у Ёнджуна покраснели. Тот ничего не сказал, только кивнул. Они еще даже не целовались. Так что Субин начал покачивать бедрами. Ёнджун поднял колено, чтобы надавить сильнее, и вскоре Субин начал постанывать. Субин искренне надеялся, что Кай, Тэхён и Брэдли Джонс находились очень-очень далеко. Он не хотел, чтобы они его услышали. – Хороший мальчик, - проворковал Ёнджун, поглаживая Субина по бокам сквозь рубашку. И этого, к сожалению, было Субину достаточно, чтобы кончить. Он весь дрожал, а Ёнджун поглаживал его по волосам и ворковал Субину на ухо, пока его бедра дрожали, переживая оргазм. Когда все закончилось, Субин не двигался, все еще прижавшись спиной к двери и выгнув бедра вперед - все еще прижимаясь к ноге Ёнджуна, тяжело дыша. Ёнджун продолжал поглаживать его, пока Субин приходил в себя, а потом дверь исчезла, и Субин завалился назад. К счастью, Ёнджун поймал его прежде, чем он оказался на земле. Кай стоял позади них и странно на них поглядывал. – Что вы там делали? Даже не глядя на Кая, Ёнджун стащил куртку и обвязал ее вокруг талии Субина, скрывая мокрое пятно на его штанах, и ответил: – Мы случайно оказались заперты. Давай побыстрее поменяем замок. Они наверняка уже близко. Кай опустил свой ящик с инструментами и тут же приступил к работе, а Ёнджун выступил в роли его помощника. Субин не совсем понимал, что ему делать. Как себя вести после того, как ты кончил при помощи ноги своего коллеги и своего рода бойфренда в кладовке? Ёнджун поднял на него взгляд, и Субин покраснел. Он отчаянно пытался не представлять, как Ёнджун стоит на коленях… по другой причине. Меньше всего ему было нужно, чтобы маленький Субин восстал из мертвых. – Может, найдешь пока Тэхёна и Брэдли Джонса, можешь отвлечь их, чтобы дать Каю больше времени. Субин кивнул, довольный тем, что нашел себе работу, и бросился прочь. Искать их долго не пришлось, те оказались недалеко. Когда он подошел ближе, Тэхён нахмурился. – Почему на тебе куртка Ёнджуна? – Эм, видите ли, Джеральд… на меня помочился. Тэхён медленно кивнул, словно пытаясь решить, верит ли он лжи Субина. Затем он пожал плечами. – Похоже на него. Никогда еще Субин не был так благодарен, что Джеральд был чертовым паразитом. *~*~* Они все собрались в хижине. Брэдли Джонс глядел на доску для дартса, на которой больше не висела его фотография (предложение мира, которое, как они надеялись, увеличит их шансы на одобрение). Он глубоко вдохнул и тяжело выдохнул, будто уже ненавидел новости, что собирался преподнести. – Вы прошли. Поздравляю. Они умудрились сохранить спокойствие, пока за ним не захлопнулась дверь, а затем начали праздновать. Ёнджун бросился Субину в объятья и оставил поцелуй на его губах, застав Субина и всех остальных врасплох. К счастью, Тэхён и Кай предпочли об этом не упоминать. Особенно после того, как Ёнджун отстранился и спросил: – Порядок? И Субин глупо кивнул, прежде чем снова прижаться к нему губами. *~*~* Остаток недели пролетел как в тумане. Субин связался с некоторыми людьми, чтобы лично пригласить их на торжественное открытие зоопарка на ферме Каролины. Новость попала в газеты, а по всему городу были расклеены листовки. По словам Бомгю, люди были взволнованы этим событием. Что было хорошим знаком. Тем понедельником Ёнджун пришел на ужин, а Тэхён с Бомгю увезли Союн в город. Вместе. Субину и правда стоило спросить Бомгю, что между ними происходит. Они вдвоем покончили с ужином, а на десерт Субин испек настолько вкусные брауни, что Ёнджун постанывал, пока их ел, что творило странные вещи с сердцем Субина… и его штанами. Теперь они свернулись калачиком на диване. По телевизору шел фильм, но они его не смотрели. Были слишком заняты поцелуями. С того самого поцелуя в день внеплановой проверки они только этим и занимались. Поцелуями. Тэхён даже опрыскал их из маленькой бутылочки, которой обычно опрыскивая растения в офисе, когда застал их целующимися у рабочего стола. Так что было приятно целоваться не на работе. Но возникало ощущение, словно температура в комнате повышается. Субину не терпелось избавиться от одежды. Или оказаться на Ёнджуне сверху. Он попытался забраться Ёнджуну на колени, чтобы продолжить целоваться, но в процессе сбил книгу с журнального столика. Та упала на пол с громким стуком, и они в шоке отпрянули друг от друга. Субин медленно сполз с Ёнджуна и потянулся, чтобы поднять книгу с пола, но ахнул. То был фотоальбом, над которым корпела его жена. Он просто сидел и пялился на него какое-то мгновенье, пока Ёнджун не спросил: – Хочешь посмотреть? Ёнджун выглядел нелепо. С распухшими губами и растрепанными волосами. Субин был уверен, что и сам выглядит немногим лучше. Он выдавил улыбку. Это было так глупо. У него в гостях был симпатичный парень, и все шло так хорошо, а теперь они собираются вместе посмотреть его фотографии с его мертвой женой? – А ты хочешь? Ёнджун улыбнулся в ответ и кивнул. – Конечно, – его улыбка превратилась в озорную. – Бомгю обмолвился, что у тебя была завивка, и я должен это увидеть. Ну разумеется, Бомгю проболтался Ёнджуну о его неудачной прическе. – К твоему сожалению, здесь этих фотографий не будет. Я от всех них избавился, – он показал Ёнджуну язык, но тот лишь рассмеялся и слегка ущипнул Субина за язык. Субин раскрыл альбом и подвинулся ближе, свернувшись калачиком у Ёнджуна под боком, чтобы они могли полистать его вместе. Альбом начинался с их совместных фотографий в колледже. – Ты выглядишь здесь так молодо, – прошептал Ёнджун. – Так и есть, – ответил Субин. – Думаю, мне здесь где-то двадцать один. Мы тогда только узнали, что она беременна Союн, – Субин слегка рассмеялся. – Ее родители были возмущены. Настаивали, чтобы мы тут же поженились. Ёнджун ахнул. – Субин, ты хочешь сказать, что у тебя была свадьба по залету? Они перевернули страницу и в подтверждение увидели Субина и его жену в здании суда. На ней было красивое, белое летнее платье, а на нем – пиджак и рубашка на пуговицах. – Вроде того, но тогда мы и так уже знали, что хотим пожениться. Дело было в «когда», а не в «если». Ёнджун помычал, скользнув взглядом по странице к фотографии, где Субин кормил свою жену кусочком торта. – Ты сам испек торт? – Ага, – Субин покраснел, вспомнив, как усердно над ним корпел. Он тогда впервые использовал мастику. Была причина, по которой он нечасто готовил торты – он терпеть не мог над ними корпеть, но тогда ему удалось сделать прелестнейшие цветочки из мастики для украшения. На это потребовалось несколько дней. – Он прекрасен. Уверен, и на вкус был тоже. – Мммм, – промычал Субин и сильнее прижался к боку Ёнджуна. Тогда они услышали, как с грохотом распахнулась кухонная дверь, а затем Бомгю объявил: – Принцесса Союн вернулась! Субин и Ёнджун восприняли это как знак разомкнуть объятья и поднялись. Субин положил альбом обратно на стол и проводил Ёнджуна до двери. Тот ушел, Союн обогнула кухонный островок, а Субин и Бомгю просто уставились друг на друга. – Что происходит между тобой и Тэхёном? – Не твоего ума дело, – усмехнулся Бомгю. – Тогда я просто спрошу Союн, – улыбнулся Субин. Бомгю побледнел, но смог довольно быстро прийти в себя и выдавил: – Что ж, Тэхён уже поведал мне, как отвратительно вы с Ёнджуном ведете себя на работе. Сказал, ему пришлось облить вас из шланга, чтобы разнять. Это правда? Субин лишь пожал плечами. – Не твоего ума дело. В тот же вечер, укладывая Союн спать, он все-таки спросил: – Ты в курсе, что происходит между Тэхёном и дядей Гю? И его малышка, его гордость и отрада посмотрела на него самым невинным взглядом и широко ухмыльнулась, прежде чем сказать: – Дядя Гю говорит, это не твоего ума дело. *~*~* Субин и Кай были в супермаркете, чтобы пополнить запасы для стенда с закусками. Кай складывал в тележку самые большие пачки с булочками для хот-догов, которые Субин когда-либо видел. – Кто-нибудь уже подал заявку на подработку? Субин оторвался от небольшого списка с покупками, с которым их послали в магазин. – О да, много кто. Думаю, Ёнджун проведет последнее собеседование в пятницу, а на выходных начнем обучать ребят, которых нанимаем. Ребята на подработке нужны были, чтобы отвечать за билетную кассу и стенды с закусками – они не будут помогать с животными, поэтому им не требовалось серьезное обучение. Именно по этой причине они пустили рекламу, что это станет хорошей подработкой для старшеклассников и студентов. – Хорошо, – помычал Кай. Казалось, Кай хотел сказать что-то еще. Субин стоял, выжидающе глядя на него. Младший вздохнул и помялся. Он оглядел пустой проход. Немного кто, как оказалось, ходит за покупками в девять утра. – Я просто хотел сказать спасибо. Что спас зоопарк. У Субина отвисла челюсть. Такого он не ожидал. Он не считал, что так уж много сделал. Когда он только переехал в конце марта, ему едва хватало сил выгребать помет. Именно это он и собирался сказать, но Кай продолжил. – Если бы ты его не выкупил, он бы вероятно закрылся насовсем, – он покраснел. – Мы не особо хороши, когда дело доходит до писем на субсидии, так что было трудно найти средства даже на мелочи, чтобы позаботиться о животных. Но потом появился ты, и пусть ты и не преуспевал, ты хотя бы старался. И, ну, это подарило нам надежду, что мы снова сможем открыться. А потом, каким-то образом, у тебя и это получилось. Субин залился краской. Это правда была не его заслуга, что зоопарк снова открывался. Он только-только узнал, как все это работает. Это Тэхён помог ему заполнить форму для АЗА, это Ёнджун составил контрольный перечень того, что им понадобится, чтобы снова открыться, это Кай проделал большую часть тяжелой работы, когда дело дошло до составления бюджета, и придумал, как все это продвигать. Субин просто выжидал и поддерживал их. Да, в конце концов, именно он достал необходимые средства, но даже то была его жена – что планировала наперед, потому что знала, что Субин сделает что-нибудь глупое… например, купит зоопарк. – Я и правда мало что сделал. Вы почти со всем справились сами, – наконец сумел пробормотать Субин. Кай лишь покачал головой. – Нет, нет. Ты сделал гораздо больше. Без твоей поддержки мы бы не справились. Мы годами справлялись самостоятельно, но так и не смогли открыться снова. Пока не появился ты. И ох. Субин готов был расплакаться посреди супермаркета. Кай обогнул тележку, оказавшись рядом с Субином, и закинул руку ему на плечо, сжимая Субина в мягком полу-объятии. – Пойдем на кассу, не хочу, чтобы люди увидели, как ты тут плачешь. Это как-то неловко. Субин рассмеялся и оттолкнул Кая от себя. Они направились к кассе, когда Субин услышал, как кто-то окликнул его по имени. Он обернулся и увидел Джошуа Хона – своего риэлтора. – Субин, привет! – тот широко улыбался. – Я видел ваши листовки по городу, нам с друзьями не терпится посетить зоопарк. – Ох, – Субин не до конца понимал, как реагировать. Он слышал от Бомгю, что люди были в нетерпении, но сам сталкивался с этим впервые. – Весь город об этом говорит, очень здорово иметь возможность говорить людям, что это именно я продал зоопарк новому владельцу. Субин над этим слегка рассмеялся. Джошуа дружески похлопал Субина по плечу. – Увидимся в июле! – он наставил на Субина пальцы-пистолеты и ушел. *~*~* Субин подошел к Ёнджуну, когда тот вычесывал своего любимого жирафа, миссис Пятнышко. Он не хотел прерывать его уход за животными, поэтому прочистил горло, чтобы дать ему знать о своем присутствии. Ёнджун одарил его улыбкой через плечо и бросил короткое «Привет». Субин улыбнулся в ответ и наклонился вперед, чтобы прижаться губами к уху Ёнджуна: – Хочешь прийти в пятницу вечером? Ёнджун нахмурился. Он открыл было рот, несомненно, чтобы спросить, будет ли это уместно. Они несколько раз говорили о том, чтобы избегать всякие шуры-муры в присутствии Союн. И, что ж, тон Субина наводил на очевидные мысли. Словно девочка-подросток, что говорила «моих родителей не будет дома». – Союн собирается на пижамную вечеринку. И то, как брови Ёнджуна подпрыгнули на мгновенье, было весьма волнительно. И то, как уголки его губ приподнялись в легкой ухмылке. – Ладно… это свидание. В пятницу утром, когда Ёнджун появился на работе с дорожной сумкой, Тэхён и Кай наконец сломались. Они больше не могли сдерживаться. Они подкрались к Субину, когда тот кормил рыб у пруда, и Кай начал со слов: – Не так давно я застал весьма странное зрелище. Ёнджун Чхве заявился в офис со спортивной сумкой. И я знаю, что он тщательно за собой ухаживает, но ему никогда раньше не требовалась такая большая сумочка. Тэхён с умным видом кивнул. – Интересно, знаешь ли ты что-нибудь об этом? Поскольку, знаешь, твой язык постоянно у него во рту. Субин покраснел. Ему не следовало ничего говорить, это лишь даст им больше поводов для нападок. – Его молчание говорит о многом, – усмехнулся Тэхён. Кай хихикнул в ответ. – Как думаешь, имеет ли это какое-то отношение к той пижамной вечеринке, о которой ранее упоминала Союн? В гостях у ее подружки? Тэхён погладил подбородок и не смог сдержать улыбки. – Хммм, думаю, в этом что-то есть, Кай, – последовала короткая пауза, а затем с откровенной коварной ухмылкой он повернулся и посмотрел прямо на Субина. – Эврика! – фальшивое прозрение Тэхёна… что ж, все окажется еще куда более неловко. – Держу пари, Ёнджун и Субин решили устроить свою собственную пижамную вечеринку! Похоже, он будет его «пялить», и они наконец перестанут обжиматься в чулане. Субин резко покраснел, закрыл лицо руками и заскулил. Конечно же, Тэхён все понял и, конечно же, тот совсем не купился, что Джеральд на него помочился. Кай с Тэхёном рассмеялись и ушли, оставив Субина прикованным к месту своим явным стыдом. *~*~* Было едва восемь вечера. Солнце начало садиться всего пару минут назад. Было еще слишком рано, чтобы ложиться спать. Не то чтобы Субина и Ёнджуна это волновало. Едва Субин спросил, не хочет ли Ёнджун подняться в его спальню, тот с энтузиазмом покивал, и они, хихикая словно подростки, взбежали по лестнице в комнату Субина. Оказавшись в комнате, Ёнджун попятился назад, пока не сел на кровать, и похлопал себя по бедрам, приглашая Субина сесть. Так что Субин сел. Они начали тереться друг об друга, целуясь так, что Субин не назвал бы никак иначе, чем отчаянно. Ёнджун проглатывал каждое тихое хныканье Субина. Он подвинулся назад и лег, утягивая Субина за собой. Субин начал теребить одежду Ёнджуна, и тот был рад повиноваться, стягивая рубашку, а затем разом стаскивая штаны и белье, после чего помог раздеться и Субину, а затем все внезапно стало весьма реальным. Впервые за долгое время Субин собирался заняться сексом. И впервые с тех пор, как ему исполнилось девятнадцать, он собирался заняться сексом не со своей женой. Он замер. Ёнджун обхватил его лицо руками, чтобы привлечь его внимание. – Ты в порядке? Нам необязательно. Субин покачал головой. Он хотел. Это просто было странно. – Нет, нет, я хочу. Мы можем… мы можем не торопиться? Давненько не было, – Субин покраснел. Он чувствовал себя девственником. – Конечно, – Ёнджун улыбнулся и заправил прядь волос Субину за ухо. Волосы Субина были для этого недостаточно длинными, но он оценил попытку. Заботу и нежность в его движении. Субин ответил взаимностью. И у Ёнджуна были достаточно длинные волосы, чтобы заправить за ухо. Ёнджун приластился к прикосновению Субина, и грудь затопило приятным, согревающим жаром. Субина уложили на спину и положили на подушки, что лежали в изголовье. Ёнджун раздвинул его ноги и устроился между. – Готов? – Ёнджун растирал смазку между пальцев, разогревая ее. Субин кивнул. Ёнджун скользнул внутрь одним пальцем, опускаясь ртом на его член, и Субин издал стон. Удовольствие перебило любой дискомфорт, и он слегка поерзал – немного ошеломленный. Ёнджун отстранился и вытер испачканные в слюне губы тыльной стороной ладони. – Не двигайся, – сказал он, голосом намного ниже обычного. Субин кивнул, и Ёнджун вернулся к делу. Добавился второй палец, затем третий. И в душе Субина зародилось знакомое чувство. Конечно, прошло много времени, но он узнал бы это чувство где угодно. Он схватился за плечи Ёнджуна, с трудом пытаясь найти слова, чтобы объяснить, в чем нуждался, но пальцы Ёнджуна прошлись по правильному местечку, и Субин вскрикнул. Внезапно слова пришли на ум. – Стой, стой, я сейчас кончу, – Субин слегка его оттолкнул, и Ёнджун тут же отстранился. Субина слегка оглушило внезапной пустотой, что он почувствовал. Но вскоре Ёнджун натянул презерватив и пристроился членом. – Все еще порядок? – Да. Ёнджун начал медленно толкаться внутрь, и Субин издал легкий стон. – Я наверно долго не протяну, – признался Субин. Было слегка неловко, но он подумал, что следует предупредить Ёнджуна заранее. – Ничего. Я тоже, – прошептал Ёнджун, подарив Субину легкую улыбку, и тот улыбнулся в ответ. Ёнджун наклонился ниже и оставил легкие поцелуи на обеих ямочках Субина. – Я уже давно подумывал это сделать. Услышав это, Субин припомнил свои собственные фантазии. Стоит позже попробовать. Ему же хотелось облизать кубики Ёнджуна. Субин ахнул и выгнулся, когда Ёнджун наконец-то вошел полностью. Они замерзли на минуту, давая Субина приспособиться, Ёнджун тяжело дышал ему в губы, время от времени оставляя легкие поцелуи на кончике его носа. – Ладно, двигайся. Ёнджун начал медленно, но вскоре набрал темп, извлекая из горла Субина тихие звуки. Он никогда еще не был так благодарен, что Союн была на пижамной вечеринке. Из-за непрерывного стука изголовья кровати о стену и звуков, что срывались с его губ и становились все громче, им бы не удалось сохранить в секрете то, чем они занимались. Ёнджун уткнулся лицом Субину в шею и начал засасывать на ней кожу. В глубине души Субин смутно осознавал, что ему, возможно, следует это прекратить – будет неприлично забирать Союн со следами засовов на шее, но он не смог заставить себя что-либо сказать. И, ох, это было неловко. Он был близок. – Ёнджун, – прозвучало как стон. Что, казалось, лишь его подстегнуло. Ёнджун и сам издавал легкие стоны. Это было чертовски сексуально. – Ёнджун, ах, я сейчас кончу, – Субину хотелось плакать. Все было намного хуже, чем в его первый раз. Тогда он продержался хотя бы пятнадцать минут, сейчас они едва дотягивали до пятиминутной отметки. Но затем он почувствовал, как член Ёнджуна дернулся внутри. – Я тоже, – выдохнул Ёнджун. И это было весьма горячо. Субин обвил Ёнджуна ногами за талию и притянул его ближе. Смена позиции задела внутри то самое местечко, и со вскриком Субин кончил, сжимаясь вокруг члена Ёнджуна. Ёнджун вздохнул, испустив бездыханный стон точно Субину в ухо, и излился в презерватив. Они лежали в обнимку после (Субин умилялся, когда Ёнджун надел свои очки – Субин никогда раньше не видел его в очках), когда у Субина зазвонил телефон. Он потянулся и вытащил телефон из кармана джинсов, что валялись в кучке на полу. Звонила Рене Лонг. – Черт, – прошептал он и ответил на звонок. – Что такое? – спросил Ёнджун, пока Субин слушал, что говорила Рене. – Хорошо, спасибо, что сообщили. Я сейчас приеду, – сказал Субин и повесил трубку. – Союн напугана. Хочет поехать домой, – Субин грустно взглянул на Ёнджуна. – Извини, придется закончить вечер пораньше. Ёнджун глянул на одеяло, в которое они оба были укутаны. И начал нервно перебирать его пальцами. – Я мог бы… я мог бы поехать с тобой, если это ничего. – Ох, – Субин еще не успел рассказать Союн, что они с Ёнджуном встречаются. Но это было заманчивое предложение. И Союн нравился Ёнджун. – Конечно, ты можешь поехать со мной. Они вместе постучали в дверь квартиры Лонгов. Рене выглядела слегка удивленной, увидев Субина с кем-то еще. Не говоря уже, с другим мужчиной. Было не так уж и поздно, но судя по состоянию их волос, опухшим губам и следам на шее Субина, ей не составило труда сложить все воедино. Субин не сомневался, что станет предметом обсуждений на следующем собрании родительского комитета. – Папочка! – Союн бросилась в объятья Субина. Миссис Лонг передела ее сумку Ёнджуну. – Спасибо, что приехали за ней, – сказала она, не сводя глаз с Ёнджуна. – Нет проблем, спасибо, что позвонили, – Субин улыбнулся, и та улыбнулась в ответ, прежде чем мягко закрыть дверь. Пока они шли к машине, Союн повернулась взглянуть на Ёнджуна. – У вас тоже была пижамная вечеринка? – Ага, – Ёнджун улыбнулся ей. – Но не волнуйся, ты можешь к нам присоединиться. – А можно покрасить ногти? – Конечно. *~*~* Субин долгое время представлял, на что будет похож день открытия. Но и представить не мог, что его ногти будут накрашены ярко-розовым, блестящим лаком. Или что у Ёнджуна будут такие же. Он также не представлял дождя. Они все были в фирменных рубашках-поло, даже Союн в маленькой детской версии, и ютились под навесом билетной кассы. Складывалось такое ощущение, словно все было зря. Никто не пойдет в зоопарк в дождь. Бомгю, что согласился поработать в день открытия, сказал: – Подождем тридцать минут. Гарантирую, он закончится. Но небеса потемнели, шел сильный дождь, и они открылись уже тридцать минут назад, но парковка была пуста. Прошло целых двадцать минут, а дождь все не утихал. Они перебрались в хижину и кисли. Они столько всего спланировали. Субин вложил… тысячи долларов в это место. Он терпел Джеральда месяцами. И, казалось, словно все рухнет и потерпит крах. Что Бомгю был прав, и Субин был самым большим идиотом, которого тот когда-либо встречал. Вот тебе и жизненный кризис. И ему было жаль, что он втянул в это Тэхёна, Кая и Ёнджуна. И все это в попытке перестать грустить. Он чувствовал себя слегка жалко. Он преодолел все эти препятствия с АЗА и… потерпел неудачу. – После всего этого… – Субин замолчал и опустился на диван. Ёнджун опустился рядом с ним и взял его за руку. – Если сегодня не получится, есть еще завтра. Я не теряю надежды, что все получится. Ёнджун был прав. Субин знал, что он был прав. Но он все равно был расстроен. Он повернулся, чтобы взглянуть на него, и собирался поспорить, когда Тэхён внезапно воскликнул: – Вы это слышите? – Я ничего не слышу, – пробормотал Субин, нахмурившись. Потребовалась минута, чтобы до него дошло. – Боже мой. Я ничего не слышу! – он вскочил и распахнул дверь. Дождь прекратился. Он глянул на часы. Было ровно десять тридцать. Бомгю точно был ненормальным. И он был прав. Снова. Они бросились бежать, Кай подхватил Союн, чтобы та не отставала, и они добежали до самых ворот, где стояла длинная очередь людей, покупая билеты у старшеклассника, что сидел в будке. – Я же говорил, – поддразнил Бомгю этим своим раздражающим тоном. Субин не нашелся с ответом, он лишь недоверчиво рассмеялся. Очередь растянулась по всей дороге. Он оглянулся и заметил, как у Ёнджуна приоткрыт рот от удивления. Все это было безумием. Субин… открыл зоопарк. Люди заполняли парк, Субин увидел мистера Хона и еще около двенадцати парней в одинаковых розовых футболках, что все пытались уместиться на одном фото, Рене привела Клару, и, Субин мог поклясться, он даже заметил в толпе Брэдли Джонса. Роберт приехал со своей семьей, он подошел к Субину и похлопал его по спине. – Почему бы в следующем месяце не снять серию десертов на тему животных? Неплохое кросс-продвижение. Субин рассмеялся. – Конечно. После закрытия Субин прошелся по парку, помогая с уборкой. – Я закончу с птицами, – сказал он. – Уверен? – в голосе Тэхёна звучало удивление. – Ты ненавидишь заниматься птицами. – Ничего сегодня не испортит моего хорошего настроения. – Тогда удачи с Джеральдом, – рассмеялся Кай. – Я пойду с ним на всякий случай, – сказал Ёнджун. Они вдвоем направились в сад и умудрились загнать всех птиц, даже Джеральда (что после травмы вел себя гораздо лучше) в рекордно короткие сроки. В итоге Ёнджун прижал Субина к дереву и встал на носочки, чтобы его поцеловать. – Поздравляю ваш зоопарк с успехом, мистер Чхве. – Поздравляю и вас с успехом вашего зоопарка, главный смотритель Чхве. Ёнджун ухмыльнулся и снова поцеловал Субина. Именно тогда они услышали позади легкий вздох. Они отстранились и заметили Союн. Та хмурилась, слегка сбитая с толку. – Ты теперь влюблен в Ёнджуна? Субин стоял там, все еще прижавшись к дереву и разинув рот, словно рыба. Что он должен был на это ответить? – Думаю, он бы понравился мамочке. Ёнджун ощутимо выдохнул. – Ты не против этого? – мягко спросил Субин. Союн кивнула. На ее лице появилось серьезное выражение. – Это значит, мама Клары была права, вы и правда пялили друг друга на своей пижамной вечеринке? И, ох, Субину хотелось провалиться сквозь землю. *~*~* – Добро пожаловать на наш первый специальный выпуск «Вкусняшек Субина», Сафари-выпуск, – Субин хихикнул. – В этом месяце мы проводим коллаборацию с зоопарком на ферме Каролины. Каждую неделю мы будем готовить новый десерт с животными, а помогать нам будет особый помощник из зоопарка. На этой неделе мы будем готовить домашние тортики Зебра с моим особым помощником, – Субин сделал паузу и взволнованно побарабанил по стойке, – Ёнджуном Чхве, главным смотрителем зоопарка. Ёнджун выскочил из-за стойки. – Спасибо за приглашение, – его глаза сверкнули, когда он взглянул на Субина, и солнце за его спиной светило в окно под таким углом, что казалось, словно он светится. Словно знак со стороны его жены, что он поступает правильно. Словно она дарила свое одобрение, где бы ни была. От этого в груди Субина заныло приятной болью. Он все еще скучал по ней, но у него еще были Союн и Бомгю. А еще были Кай и Тэхён. И, возможно, лучше всего было то, что у него был Ёнджун. И Джеральд. Он не мог забыть про Джеральда.