Лиса-аферист поможет с проблемой уничтожения мира?!

Кейл, как бы не пытался следовать совету брата — сидеть тише воды, ниже травы, чтобы никто не мог его пристыдить и выгнать за малейшую оплошность, никак не мог скрыть своё недовольство. Из-за усталости он перестал полностью контролировать свои эмоции. Голоса слышались со всех сторон, сливаясь в единый шум, но всё же иногда удавалось разобрать то, что выкрикивали собравшиеся здесь лисы. Кейл сидел неподвижно, только его пальцы слегка постукивали по колену, отбивая незамысловатый ритм. — Глава, скажите, что происходит в отношениях с племенем чернобурых лис?! — Хранитель, мы возобновляем договор с племенем туманных кошек?! — Правда ли, что племя песцов предало нас?! Хенитьюз крепко зажмурился и нахмурился так сильно, что между тёмно-красными бровями залегла глубокая морщина. «Интересно, — подумал Кейл, — у них такая традиция начинать свои собрания с демонстрации вокальных данных, или сегодня особый случай?» — Да идите вы лесом со своими котами блохастыми! — Что происходит в отношениях с племенем чернобурых лис?!!! Кейл не шелохнулся. Его пальцы на колене замерли, будто выдерживая субито пиано. Напряжение перешло в другую, более глубокую форму. Он просто ждал. — Кто это сказал?!! — Иди сюда, я тебе шею намылю! — Оп-оп, а сегодня четверг — рыбный день! Пора раздать лещей)) «Кажется… у меня мигрень», — потирая висок, подумал Хенитьюз, чувствуя, как уголки губ сами собой дёргаются. «Всё. Это точно что-то связанное с нервами». — Замолчите! Нужно первым делом разобраться, кто станет преемником хранителя!! — Что с песцами?! — Да чтоб мара к вам пришла!! — Ой-ой-ой, да чтоб тебя черти драли! Кейл сдержал смех, улыбнулся, приподнял бровь. Через мгновение он повернулся к Апвуру. Лис находился в не лучшем состоянии. Он сидел, слегка ссутулившись, опираясь руками на колени, и наблюдал за происходящим; его лицо слегка подрагивало от нервного тика. Почувствовав на себе взгляд двоюродного брата, он слегка повернул голову. В прищуренных глазах отразился вопрос: «Чего тебе?» Чуть склонив голову в сторону самых громких бывших центуриатов: «И это ко мне должны прикапываться из-за «недостойного» поведения?» — губы исказились в насмешке: «Лучше другим замечания делай, а от меня отстань». «Да иди ты», — Темз закатил глаза. — «Я всего лишь предупредил тебя». Кейл, цокнув языком, отвернулся от лишнего родственника (по мнению самого красноволосого), разглядывая самых громких участников тинга. Место, в котором проводилось собрание, напоминало уменьшённую копию Колизея из родного мира Рок Су. Мысленно его можно было разделить на десять частей: первая и самая главная — «сцена», там где стоял хранитель с шаманами; остальные девять — трибуны, разделённые скорее всего для того, чтобы разные фракции не мешались друг с другом. Когда голоса стихали, можно было услышать, как эхо передразнивает старейшин, бегая вприпрыжку, отталкиваясь от каменных колонн, а после, присмирев, возвращалось уже другим, тихим и уставшим. Кейл прикрыл глаза и позволил себе на мгновение выдохнуть. Воздух был плотным, пропитанным запахом старого камня и сотен тел. Изредка можно было почувствовать запах дыма или хвои и каких-то трав. «Возможно, это шаманы окуривают территорию благовониями», — подумал аристократ, проведя языком по нёбу. Во рту было сухо, как после долгого разговора. До ужаса хотелось просто выпить воды. «Наконец это назойливое насекомое не достанет меня», — уголки губ Хенитьюза чуть дрогнули в полуулыбке. — Кстати, совсем забыл сказать, — раздалось прямо над ухом. Кейл вздохнул и открыл глаза. Апвур уже сидел рядом, практически соприкасаясь с ним плечами. — Да что у вас за мода такая сидеть так близко, чтобы твой сосед ничего сделать не мог? — тихо возмутился Кейл, шипя сквозь зубы. — Ты, что ли, тренируешься быть тенью? Темз чуть мотнул головой, не замечая колкости в речи. — Кстати, о тенях, — он задумчиво посмотрел вверх. — Ты знаешь, что у нас есть легенда о лисице, которая слишком много двигалась на собраниях? Её прозвали «Танцующей». Кейл, посмотрев на него с подозрением, замер, но Апвур выглядел абсолютно серьёзно. — И притом не в хорошем смысле, — рыжик невозмутимо похлопал ресницами. В зелёных глазах было ни капли лжи. — Ты сейчас это выдумал, — сказал Кейл. — Возможно, — Апвур пожал плечами. — Но ты перестал ёрзать, так что… метод рабочий. Красноволосый недовольно цокнул языком, запустив пальцы в волосы, сжал кулаки, оттягивая отросшие пряди. — Ладно, так что ты хотел сказать? — Чтобы ты не ё- — Стоп. Погоди… Кейл хотел спросить, существовала ли эта легенда на самом деле, но передумал. Апвур был из тех, кто умел превращать любую нелепицу в правду, если это как-то помогало делу. — Ты просто выдумал это, чтобы я замолчал? — спросил он. — Я бы сказал, что это творческая интерпретация. — Ладно… до «творческой интерпретации», — красноволосый в воздухе показал кавычки, — ты что до меня хотел донести? — Я забыл рассказать тебе пару основных негласных правил, соблюдая которые ты сойдёшь за своего. — Раз они негласные, то не стоит их рассказывать кому попало, — наглая улыбка появилась на лице аристократа. — Аа? С верхнего ряда послышался смешок. Двоюродные братья, состроив серьёзные и чуть устрашающие моськи, одновременно повернулись. «Тьфу-ты, вот ведь молодёжь, да приближенные к хранителю. Вот в моё время так свой род не позорили», — медленно пробормотала старуха, а после, опираясь на трость, пересела на другое место. — Кейл, — рыжеволосый устало потёр переносицу, — давай просто примем тот факт, что из нас непутёвые шуты и больше никогда, слышишь, никогда не будем шутить. — Согласен, — кивая, ответил Хенитьюз, разворачиваясь к арене, чтобы как следует порассматривать основных «героев». За молодых жрецов глаз вовсе не цеплялся. Обычные подростки в ритуальных одеяниях, которые только учатся и чувствуют себя не очень комфортно в таких ситуациях. Один из них, опустив голову, теребил стеклянные украшения на трутовом поясе. Другой — с огромным удовольствием рассматривал канус. А вот вельва чувствовала себя просто прекрасно. Она сидела по правую руку от главы племени, положив на колени обильно украшенный самоцветами и жёлтой медью посох. Рассматривая присутствующих, она то хитро улыбалась, то, вздёрнув нос, едва хмурилась. Фоэвель никак не прятала своих эмоций, а наоборот — выставляла их на показ. Но больше всего внимания Кейл уделил «главному герою», как по своему скромному мнению он обозвал дядю. Барон Темз стоял неподвижно. Чуть опустив голову, он прислушивался к голосам соплеменников. Пару минут он то морщился, то незаметно усмехался над очередным хитровыдуманным ругательством, но в конце концов решил закончить начавшийся цирк. Кейл провёл пальцами по краю каменной скамьи. Поверхность была прохладной, шершавой, покрытой кое-где тонким слоем мха. Вервуль вышел чуть вперёд с поднятой головой. На первых рядах лисы начали утихать. Медленно оглядев трибуны, он поднял правую руку, сжав кисть в кулак. Увидев этот жест, участники собрания окончательно присмирели, съёжившись под внимательным и как всегда цепким взглядом чёрных глаз. Убедившись, что внимание принадлежит ему, хранитель зычным голосом объявил о начале тинга. Тихий смешок сквозь зубы сорвался: «Да дядюшка здесь в авторитете», — с сарказмом подумал Кейл, рассматривая лица присутствующих. — Благодарю всех, кто пришёл сюда. Вервуль говорил ровным голосом, в котором слышалась власть, заставляющая повиноваться и прикусить язык. Он сделал короткую паузу, чтобы убедиться в том, что внимание всех обращено на него. «Интересно, он всегда старается держать подчинённых в ежовых рукавицах или просто привык, что его безоговорочно слушаются?» — Сегодня мы обсудим важные для племени вопросы. Предлагаю начать с обсуждения ежегодного фестиваля в честь годовщины нашего союза с тёмными эльфами, — хранитель выдержал небольшую паузу, — надеюсь, — он усмехнулся, разведя руками, — никто не против? По трибунам прошлась волна тихих смешков. Хенитьюз заметил, как Апвур едва заметно покачал головой, прикрыв глаза. — Старейшина Атер, — найдя глазами нужную личность, продолжил он, — вы приготовили до- — Конечно! Сухенький старичок весьма резко для своих лет встал. Он кивнул, извиняясь за то, что перебил главу, и с энтузиазмом начал доклад. — Пару дней назад приехал представитель города Жизни, мы вместе решили пару вопросов по организационным моментам. К примеру, с нашей стороны заготовлены традиционные подарки, уверяю вас… Старик растянул последний слог, чуть развернувшись к двум ещё молодым лисам, которые тихо переговаривались. Ощутив внимание к себе, они вмиг поникли под тяжёлым взглядом старейшины. — Уверяю вас, ярмарка в этом году будет ещё пышнее, чем в прошлом. Со стороны эльфов прибудут новые торговцы, а также некая труппа, которая будет развлекать народ всю неделю. Также мне стоит вас предупредить, что глава города Жизни в этот раз лично посетит праздник. Он хочет поучаствовать на закрытом совете, где будут присутствовать несколько человек, занимающие руководящие должности обоих городов, — старик, уже обращаясь напрямую к барону, чуть согнулся в полупоклоне, положив дрожащую руку на грудь. — А также просил передать, что хочет поговорить с вами с глазу на глаз перед началом фестиваля. А ещ- — Простите, я перебью, — с левой части трибун раздался чужой голос. Все присутствующие с интересом одновременно повернули головы в сторону. Вервуль неспешно приблизился к говорящему. — Старейшина Ауривилтус, — медленно, чуть ли не по слогам проговорил глава, — у вас что-то срочное, раз вы прерываете доклад соплеменика? — Думаю, это будет интересней, чем слушать, сколько племя потратило на праздник, — мужчина средних лет с редкими светло-рыжими волосами привстал. — У моих доверенных лиц не получилось выйти на связь с главой племени туманных кошек, с которым у нас был заключён двадцатилетний договор о сотрудничестве, если обобщить. Члены племени враждебно относятся к на- — Быстрее переходите к делу, — резко и безэмоционально отчеканил хранитель. — Эту информацию и так все знают и без вас. — Вы правы, — Ауривилтус откашлялся. — Прошу прощения. Буквально за пару часов до тинга ворон принёс мне письмо. Наши лисы нашли отдельное от основного поселение котов, глава которого хочет получить от вас покровительство. — Он выдержал небольшую паузу. — Не кажется ли вам это странным? — Учитывая нравы этих кошек? Безусловно. Я… — Вервуль ненадолго задумался. — Я попрошу вас зайти ко мне после тинга, прихватите с собой прошлые отчёты и письма, которые вы получали от своих людей. — Я понял вас, — лис сделал небольшой поклон и присел на своё место. — На этом у меня всё. — Хранитель, — встрепенулся старик, — мне продолжить доклад с- — Просто скажите, сколько потребуется средств и не превысим ли мы бюджет. — Большую часть в этом году решили устроить эльфы, поэтому мы, можно сказать, сэкономим около двух пятых, если брать за основание в расчёт средства, потраченные в прошлом году. Кейл присвистнул, из-за чего получил толчок в бок локтём от рыжика. «Две пятых бюджета — почти половина. Интересно, сколько из всей этой речи правда? Сколько из этих денег на самом деле пойдёт на праздник, а сколько на что-то другое?» — Благодарю вас за проделанную работу, старейшина Атер. Что ж, давайте теперь перейдём к обсуждению взаимоотношений между всеми племенами лис. — Хранитель! — молодой лис вскочил с места, подаваясь чуть вперёд. — Разрешите рассказать о наших сородичах? — Праеферокс? — глава, удивившись наглости мальца, нахмурился. — Похвально. Ты только недавно вошёл в состав тинга и уже подготовил доклад? Голос Вервуля вмиг стал более строгим, что очень контрастировало со смыслом слов, адресованных выскочке. — Естественно, Хранитель-ним, — подавшись вперёд, он облокотился руками о спинку нижнего ряда. — Мне начинать? — Да-да, — мужчина махнул рукой, — конечно. — Так вот. Лисы моего отца недавно обнаружили, что чернобурки странно себя ведут не только по отношению к нам. Недавно было замечено, что они готовятся к чему-то, — Праеферокс облизнул губы. — Возможно, они решили помочь песцам, с которыми мы потеряли связь, но также есть подозрение, что в этом замешана, — усмешка, — неизвестная сила. Кейл встрепенулся. «Возможно ли это…» — Вождь, позволь задать вопрос, — раздался хриплый голос над головой. — Так, — Вервуль прищурился, пытаясь разглядеть лицо говорящего. — Назови своё имя. — Люмен, вождь, — лис встал, расправив плечи. — Люмен, Люмен… — пробормотал красноволосый, вспоминая человека. — Ах да, конечно. — Вервуль чуть откашлялся. — Разрешаю. Кто-то с соседнего ряда тихо фыркнул: «Опять он со своим “вождём”. Будто мы и не знаем, кто стоит во главе. Что он собирается учудить на этот раз?» — Праеферокс, позвольте занять у вас немного времени? — неспешно проговорил старейшина с почти текучей интонацией, которая выделяла его среди остальных. Молодой лис лишь усмехнулся, плюхаясь обратно на своё место, даже не смотря в сторону собеседника. — Как ни посмотришь, молчание — знак согласия. Тогда я начну. — Он чуть наклонил голову. — Вы имеете в виду, что племя чернобурых лис нас предало? Кейл заинтересованно чуть приподнял голову, чтобы осмотреть смельчака, который решился вступить в спор с выскочкой. — А до тебя сразу не дошло? — постепенно красноволосый стал повышать голос. — Всем тут и так понятно, что чернобурки нас предали и надо побыстрее поймать их за хвост?! — Я посоветовал бы вам быть поосторожнее со словами, Праеферокс, — вмешался Атер. — Как ни погляди, но они наши союзники. Зал взорвался возгласами. — Да побыстрее разобраться с ними надо! — Малец дело говорит! — Тишина! — резко прикрикнула вельва. Фоэвель ударила посохом о землю. Цепи зазвенели, самоцветные камни начали мигать разными цветами, реагируя на колдовство. Холодные порывы ветра хлестнули по лицам, заставляя самых громких умолкнуть. — Благодарю вас, дорогая фисса, — Люмен, положив руку на грудь, поклонился. Увидев это, Фоэвель улыбнулась удовлетворённой улыбкой. А ветер, почувствовав смену эмоций хозяйки, мягко окутал старейшину, рассеиваясь в тёплом воздухе. — Я бы хотел спросить у всех присутствующих, на самом ли деле вы считаете, что наши собратья предали нас? Что, если они искали другой путь, который мы не увидели? — Но позвольте… — возмутился Атер. — Праеферокс говорит о неизвестной силе так, будто знает, что под собой она скрывает. Но почему мы не говорим о том, что она им предложила? — Люмен говорил ровно, почти мягко. — Ты защищаешь предателей! Шакал! — зашипел Праеферокс, выпуская звериную натуру. Клыки, как и когти, вмиг удлинились, а зрачки стали вертикальными. Непроизвольно Кейл сжал челюсть. «Это не моё дело, но…» — красноволосый перевёл взгляд на Люмена, выжидая, что же этот просвещённый может сказать. — Каждый имеет право выразить свою точку зрения! — прикрикнул глава на парнишку. — Праеферокс, я лишу тебя места старейшины, несмотря на старания твоего отца! Не позорь свой род, малец. — Вервуль сделал глубокий вдох. Выдохнув, он снова вошёл в спокойное расположение духа. — Люмен, продолжайте. — Праеферокс говорил о предательстве, а я — о выборе. Иногда выбор, который кажется предательством, оказывается единственным способом выжить. «Интересно, — подумал Кейл, рассматривая черты лица Люмена, — он просто мудрец или он знает что-то, чего не знают остальные?» — Старейшина Люмен, вы сейчас защищаете возможных предателей? — холодным голосом задал вопрос Вервуль, скрестив руки на груди. — Позвольте, я не говорю, что действия чернобурых лис правильные. Я лишь хочу, чтобы мы задумались: а что, если это их путь? У каждого пути есть своя цена. На мгновение в зале повисла тишина. Слышно было только то, как потрескивает огонь в факелах и завывает ветер под куполом подземелья. Где-то вдалеке раздалось карканье. Лисы то и дело переглядывались, а старейшины замерли, задумавшись над словами. Никто не решался нарушить молчание. Никто не стал перечить. — Ветер иногда приносит не только запахи, но и семена. Иногда они прорастают там, где их не ждут, — Фоэвель сделала паузу, смотря Люмену прямо в глаза. — Вопрос лишь в том, кто посадил это семя и зачем. Вы это имели в виду? — Конечно, дорогая фисса. Люмен не спешил ничего говорить. Он медленно достал из кармана длинную трубку из тёмного дерева — вещь, которой пользовались некоторые торговцы из королевства Каро. Старейшина не спешил её зажигать. Деревянная трубка плавно качалась на его пальцах. — Что ж, я вас услышал, а те- — Я всё понял! — Праеферокс вскочил как ужаленный о своего места. — Ты! Ты хитрый шакал на стороне предателей! Даа, — протянул парень, улыбаясь во все зубы, — печёшься о них так, будто они твои кровные братья, а как насчёт нас?! — Праеферокс, замолчи, — зашипел рядом один из спутников бунтаря. Вцепившись ему в одежду, он тянул его вниз. — А как насчёт тех, кто приютил тебя, когда твоё племя уничтожили?! А?! — Заткнись, щенок! — послышалось со стороны ярых консерваторов. — Уведите его, — пробормотал под нос Вервуль с опущенной головой. — И при этом ты, тыы, имеешь право присутствовать здесь и высказываться?! Да куда старейшины смотрят! Да куда вы, — поворачиваясь корпусом к главе, — куда вы смотрите, глава! Разве вас выбирали? Разве вы достойны этого места?! — Уведите его, живо. Вервуль не повысил голоса, но интонация его сменилась на более яростную. В этом шёпоте было больше силы, чем в крике. Глава поднял голову, посмотрев на молодого бунтовщика, возомнившего себя пупом земли, яростным взглядом. Праеферокс замер. Глава перевёл взгляд на двух стражников, стоявших у входа, и резко махнул кистью руки. Этого было достаточно. Праеферокс даже не заметил, как они приблизились, пока его не взяли под руки. — Отпустите меня! Вы не имеете права! — зарычал он, выпуская когти, пытаясь вырваться. — Ты забываешься. Ты позволил себе намного больше, чем я могу позволить тебе сегодня. Уведите его, — коротко повторил приказ хранитель, наблюдая, как верещащего лиса уносят под руки, как ребёнка. Стражники вели бунтаря мимо рядов. Все притихли, смотря соплеменнику в лицо. Кто-то с осуждением, кто-то с сочувствием. Уже у выхода Праеферокс обернулся. Он не кричал. Он просто смотрел в сторону Кейла и Апвура долгим, тяжёлым, с невыносимым презрением взглядом, в котором была холодная решимость. Со стороны Апвура послышался смешок. Кейл повернулся, не понимая, почему именно эта реакция возникла у его двоюродного брата. Тот даже не пытался скрыть восторг, игнорируя колкие взгляды старшего. И это было странно, ведь обычно рыжик был собраннее, но сейчас… Зеленоглазый улыбался, прикрыв губы рукой. После Темз неспешно наклонился к уху красноволосого. — Честно, он с детства добивается внимания только такими способами, — рыжик на выдохе тихо засмеялся. — А все думали, что он исправился. По залу пробежал тихий шёпот. Атер, цокая языком, покачал головой. Ауривилтус едва заметно улыбнулся, будто его предположение сбылось. Кейл повернулся к арене, рассматривая лицо дяди. Вервуль на мгновение прикрыл глаза, прежде чем поднять голову. Это было едва заметное движение, заметив которое, можно было сразу понять, что человек перед тобой вымотался. Барон Темз будто мысленно считал до десяти, прежде чем войти в роль. — Глава, — старик встал из-за своего места, чуть поклонившись. — Праеферокс, возможно, слишком горяч. Вспомните себя в этом возрасте. Прошу, не наказывайте его слишком строго. — Я… — Вервуль зажмурил глаза, потерев переносицу, и продолжил строгим голосом: — Это уже мне решать. — Хранитель, — начал задумчивым тоном говорить Атер, — но мальчишка всё-таки прав. — Что? — с едва заметной ноткой злобы спросил Вервуль. — Племя всегда выбирало лис на пост хранителей из тех, кто доказал свою преданность племени. Тот, кто пришёл извне, должен хотя бы доказать свою силу, — старейшина усмехнулся, — а не просто сидеть и слушать. «Вот же сволочь, — мысленно выругался Кейл. — Он намеренно ждал момента. У него точно есть козыри в рукаве, которые он не собирается сразу же использовать». Хенитьюз быстро переводил взгляд с одного старейшины на другого: Атер сжал губы, Ауривилтус приподнял брови, Люмен смотрел в пол. «Неужели это…» Кейл усмехнулся. Его осенило. «В этом зале нет единства». «У каждого свой интерес, значит, этим можно воспользоваться в будущем». — Глава, разрешите! — Апвур подался вперёд, как бы заслоняя Кейла собой от колкого взгляда Атера. — Да. — Старейшина, а почему вы сами не предложите ни одного имени? Может, вы боитесь, что ваш выбор будет не лучше того, кого вы критикуете? Атер на мгновение замер, услышав слова младшего Темза. Его губы сжались в тонкую линию, глаза метались в поисках ответа. «А братец молодец, попал прямо в цель». — Апвур! — грозно обратился Вервуль к сыну. — Прошу прощения за дерзость, глава. Я закончил. — Но всё-таки… — начал Ауривилтус. — Если говорить о преемнике хранителя, то стоит вспомнить, что наш нынешний глава, при всём уважении к вам, Вервуль, тоже не сразу был принят. Он доказывал своё право быть здесь. Но тогда важную роль сыграли и союзники. — Вождь, разрешите предложить! — Люмен, ты- — А почему бы нет? — воскликнула радостная Фоэвель. — Пусть старейшина выскажется. — Вождь, вспомните о старой доброй традиции, которую использовали ещё до раскола. — Ты говоришь о- — Я имею в виду турнир. Когда лисы из народа, доказавшие свою силу, или же приближенные к хранителю по крови сражаются друг с другом. А победитель становится преемником хранителя племени. — Что? — удивлённо прошипел Апвур. «Погодите, — Кейла словно окатили холодной водой. — Только не говорите, что-» — Хорошо. Так и поступим. Мы устроим турнир на фестивальной неделе! «Не может быть…» — Вы приняли верное решение, вождь, — еле слышно пробормотал Люмен, поджигая табак. В его глазах мелькнула тень радости. — Только не это, — прошептал Кейл. — Кажется, нас только что втянули в игру, — тихо ответил Апвур. В его голосе чувствовалась горькая усмешка, которую было сложно расшифровать. То ли он радовался, то ли сочувствовал.