Где тайна, там надежда.

— Слушай, а у тебя парень есть?       Я стояла в ступоре не зная как реагировать. Мои глаза округлились, мысли спутались, особенно когда этот засранец приблизился ко мне, я думала что сейчас меня явно поцелуют или еще чего похлеще.  Не сказать, что у меня играл пубертат, однако ожидала я явно другого. Юноша нагнулся к моему уху и сказал: — Я пошутил, может отойдешь от двери, я хочу посмотреть.       Все это явно приносило моему попутчику дикое удовольствие. Заметив мое негодование он словно цветы по весне, расцвел всеми цветами радуги. Единственное, что пришло мне в голову – это послать его на все четыре буквы. Я совсем забыла об скрытности, и, ломая ручку своей нечеловеческой силой, проложила путь к свободе. Выскочив из этого злосчастного места мне ничего не оставалось кроме того, как донести джем до стола и скрыться с глаз долой. Притворится, что у меня болит голова и я очень хочу отдохнуть, да и вообще я устала после проделанной нами работы.       Наши гости просидели еще около часа и скрылись за дверью своего богатенького домишки, на который как раз выходило мое окно. Спускаться вниз у меня не было никакого желания, да и брат решил «если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе». Так что эта угрюмая нянька уже стояла на пороге моей комнаты. — Дамочка, потрудись объяснить. Вы выскочили из мрака с красным, как помидор лицом и растерянностью в глазах, а ваш попутчик улыбался на протяжении всего вечера. Однако иногда было ощущение, что его мысли где-то не здесь. И что это за отговорка с головой и усталостью? Для них может и сработало, но я то знаю...       На этом моменте в него прилетела подушка, попав ему прямо по лицу. Я недовольно скривилась, желая избавить себя от очередных нотаций своего Мина. Буркнув что-то по типу «да я и без тебя знаю» — Хорошо, оставлю тебя в покое, уставшая ты наша. Но надеюсь нам не придется вновь менять город из-за твоих желаний все же найти общий язык с людьми. Ты и сама прекрасно понимаешь, они никогда не примут нас с распростертыми объятьями. Вспомни этого предателя Джина.       Кинув мне подушку обратно, брат с очередной недовольной гримасой ушёл по своим делам, оставив меня наедине со своими мыслями. — Я покраснела? Да быть не может такого!! Этот мелкий засранец!! Черт его побрал!       В первые за долгое время меня смогли вывести из себя, хотя в нашем понятии пара десятков не такой и большой период. Так как времени до утра у меня было предостаточно я потратила его на то, чтоб обдумать свои дальнейшие действия. Он явно видел то, что я сделала с ручкой. Либо он будет молчать, либо мне придется лично от него избавиться. Как по мне, второй вариант мне нравился намного больше.       Утро выдалось довольно странным, Мин, на лице которого трудно было увидеть тревожность, был уж слишком нервным. Да и до универа мы пошли раздельно, он ушел наверное часа за два до нужного для выхода времени. Хоть поведение у него было и странным, тот факт, что я наконец в гордом одиночестве меня радовал. Вот только одна наглая морда решила испортить мою идиллию своим присутствием. — Хей, мисс силачка, доброе утро!       Я услышала этот бесящий голос у меня за спиной. Как мне хотелось, чтоб это был просто страшный кошмар, но увы. Я решила просто промолчать надеясь н то, что этот Чон свалит в туман. Сколько же в нем энтузиазма, он докапывался ко мне без остановки. — Ну мисс силачка, обрати на меня внимание. Я просто хочу понять, как в таком хрупком теле может быть столько силенок? Ты вообще человек?       Он словно специально капал мне на нервы, ну или возможно пытался прощупать почву. Оба этих варианта не особо меня устраивали . Этот человечишка испортил мне настроение на весь оставшийся день уже с самого утра. На этот допрос я довольно ловко выкрутилась и отмазалась старым домом, на который достаточно дунуть, чтоб тот разлетелся, как карточный домик. Пока наши дискуссии наконец закончились, мы уже дошли до нужной нам аудитории.  «Философия, так еще и первой парой, мне хватило ее вчера вечером, я наслаждалась ей почти до самого утра. В раздумьях: быть или не быть крови этого парня на моих руках.» — Юнджи! Привет!       Подбежал ко мне Ким Тэхен, гордо заявляя, что он староста нашей группы и его задача помочь новым студентам, однако к Юнги подходить был не намерен, он спокойно сидел за своей партой, где-то далеко в своих раздумьях, в которые меня так и не посвятили. Либо попытка все же была, но Тэхена  уже грубо послали куда подальше и его внимание переключилось на меня. — Да, к-конечно. Спасибо за заботу.       Натянула я улыбку, чтобы хоть как-то казаться вежливой к нему. Вот только поговорить нам нормально так и не было суждено. Чон , что стоял за моей спиной обхватил шею друга рукой и увел в неизвестном направлении, словно специально не давая нам завести диалог.       Дальнейшая половина дня прошла спокойно и без происшествий, что показалось мне уж слишком подозрительным, беря в оборот вчерашние события. Мне даже стало как-то обидно. Слишком уж он быстро потерял интерес к моей персоне.       Я сидела в библиотеке, вновь выводя аккуратным почерком буквы в моем личном дневнике, рассказывая ему события этих двух дней. Торопиться мне было некуда, мой братец исчез почти сразу как закончились пары, а это значит, что гнать меня домой никто не будет. У него и без меня много дел, да и зачем меня защищать, я не такая слабая, как кажусь на первый взгляд. Меня оторвали от этих рассуждений своим присутствием, а вместе с ним и ярким запахом крови. — Ну, привет, моя силачка.       Запах крови был настолько сильным, что мое сердцебиение ускорилось и я уже не обращала внимания на его фамильярность. Меня страшило лишь то, что он может увидеть. Он дрогнул, заметив, как резко поменялся цвет моих глаз. Сейчас не только во мне читался страх, но и в глазах напротив. — Да кто ты такая, черт возьми? Что ты такое? — Я - твоя смерть.       Библиотека сейчас была полностью пуста, и, о, какая досада, несчастный случай со студентом. Мне нельзя было медлить. 1349 год.       Мир охватила страшная эпидемия и имя ей дали – чума. Жертвами болезни стали десятки миллионов людей и мы с братом не исключение. Из какого бы сословия ты ни был, от нее было не убежать. Мы ходили по краю, не в силах ничем себе помочь. Тратили бешеные ресурсы, чтоб просто прожить хотя бы еще один день. — Я не хочу... Брат, я не хочу умирать.  Мы должны  держаться...       Лепетала я из последних сил лежа в лазарете, что станет последним, что я увижу и сотни таких же, как я. Все мы мучились от бессилия и страха смерти. — Я могу дать вам жизнь, вечную жизнь. Я наделю вас силой, о которой вы и не мечтали....однако, ваши вечные жизни будут в моих руках.       В тот раковой вечер мы не раздумывая согласились, однако это была не вечная жизнь, а вечные мучения. Мы полностью исцелились, однако потеряли возможность чувствовать вкус любимой еды, видеть этот мир как раньше. Мы были живы, но кровь наша была холодна, кожа бледна, как у трупа. Но самое страшное – это жажда, жажда крови, что течет по чужим венам. Единственная еда, вкус которой мы ощущали. Стоило ее учуять и глаза заливалась красным оттенком, внутри все начинало кипеть, а вскоре мы теряли рассудок. Контролировать себя мы научились не сразу, на это ушло пара десятков лет и больше сотни чужих жизней. Самое трудное - это было оставлять все и жить новой жизнью. Наши  ровесники росли, заводили свои семьи и умирали. А наше время застыло. Мы каждый раз наблюдали издалека, как наши близкие отправлялись в последний путь, оставив после себя свое продолжение, а затем их дети, внуки и так до бесконечности.