Льву можно

Понедельник — день тяжёлый, как известно, но Насте казалось, что в этот раз он тянется целую вечность. Предвкушение и другие эмоции едва удавалось держать в узде, работала почти на автомате. И всё равно улыбка то и дело наползала на лицо, когда она забывалась. Ещё утром, трясясь в стареньком автобусе, она представляла, что уже завтра будет ехать сама за рулём и это искупало всё. Вчера Матвей Скуратов её изрядно испугал, написав в ответ на присланные документы, что, если она не выспится, как следует, знакомство с машиной придётся отложить. Но, оказалось, она слишком вымоталась морально и физически, чтобы не спать. И утром ощутила себя замечательно отдохнувшей и бесконечно счастливой. От осознания того, что сегодня у неё будет почти своя машина, да ещё такая бесконечно классная — она кучу всего прочла про неё в интернете — у Насти слегка дрожали пальцы и перехватывало дыхание. Но позднее удалось взять себя в руки и почти успокоиться, решив, что узнает, сколько стоит аренда такой машины, и выплатит Матвею всё до копейки. Жуткий момент, когда она в машине предложила Скуратову стать её фиктивным женихом — затмение случилось на нервах — сейчас почти забылся и вспоминался почти без тоски. Сегодня она ему обязательно скажет, что передумала. Что это было глупо и наивно, что она раскаивается и вообще всё осознала. Что не надо ей ничего, и пусть Павел дальше её контролирует, пусть. И она будет ездить к брату, если надо, но теперь на почти собственном авто — маленьком, конечно, ну а зачем ей большой? Самое интересное, Настя совершенно не помнила такую машину у Скуратова. Матвей всегда приезжал к Паше на тёмных внедорожниках. Но, может быть, «Мини-Купер» ему нужен был для поездок по городу? С Ленкой они столкнулись в буфете, и подруга сразу напомнила ей о встрече во вторник с другом её нового друга. Насте очень хотелось ей выложить и про новый смартфон, и про машину, которую получит сегодня, и про идиотское предложение Скуратову стать его фиктивной подругой. Но почему-то промолчала, боясь сглазить или ещё что. Только согласилась без энтузиазма, что про встречу помнит и очень постарается составить Ленке компанию. Ей повезло, работы оказалось в этот день мало. И Настю отпустили уже в три часа дня. Обрадованная, она выскочила из больницы сразу, переодевшись в уличное со скоростью солдата срочной службы. Вдруг бы Матвей приехал пораньше. А даже, если придётся ждать, она подождёт его хоть вечность. Только ждать не пришлось — когда она вышла из главного входа, на стоянке перед оградой как раз парковался знакомый внедорожник. Не медля ни секунды, Настя поспешила к нему, не дожидаясь, пока перед ней распахнут дверцу. Залезла сама в салон, одарив Матвея Скуратова сияющей улыбкой — сдерживать её не хватало уже никаких сил. — Привет, — Матвей, ставший для неё вчера едва ли не божеством, вдруг наклонился и поцеловал её в щёку. — Голодная? Я, если честно, ещё не обедал. Составишь мне компанию? Настя, отрезвлённая поцелуем самого неоднозначного мужчины в её жизни, улыбаться перестала и просто кивнула, прислушиваясь к ощущениям. Есть не хотелось, но заставить голодать своего благодетеля она не имела права. Тем более, если он с кем-то договорился на точное время, будет лучше, если они не нагрянут раньше. Что она ела, Настя не помнила в упор. Но тарелка осталась чистой. Платил Матвей и всё время странно посматривал на неё с полуулыбкой. Настя страшно трусила, что он может сказать, будто с машиной что-то не так, и они никуда не поедут. Но когда выходили из маленького ресторана, Матвей принял звонок, послушал и ответил. — Понял, скоро будем. А убрав смартфон, небрежно ей сообщил: — Нас уже ждут. Машину проверили и заправили. Настя медленно выдохнула и полезла во внедорожник, с силой вцепившись в лямку своей сумки. — Права с собой? — осведомился Скуратов, отъезжая. — Да, конечно, — кивнула она. — И права, и паспорт, и водительская справка. Он только кивнул одобрительно. Вообще был как-то странно молчалив и задумчив. Настя невольно засмотрелась на его профиль, подмечая усталость на лице Скуратова. Подумала, что у него куча дел, а он возиться с ней, да ещё собирается проверять стиль вождения. В себе Настя была уверенна. Её и Паша учил водить ещё в пятнадцать, и на права она сдала без проблем. Но она помнила, как сказал ей инструктор по вождению: «Радость управления автомобилем вы ощутите только тогда, когда будете в своей машине одна». А такого у неё не было ни разу. И как себя в итоге покажет, она пока не могла представить. Потому согласилась временно стать авто владелицей Скуратовской машины. На такую ведь она точно не скоро накопит. Когда они выехали, наконец, на полигон — большое поле за чертой города, она издалека увидела красную машинку с белой крышей и двумя белыми полосами на капоте, отчего в груди гулко забилось сердце. Рядом с её будущей ласточкой, как мысленно уже называла её Настя, она увидела ещё две машины и каких-то людей. — Подожди немного! — сказал ей Матвей, глуша мотор. Он вышел, обошёл машину и распахнул её дверцу. Настя почти бездумно приняла его помощь — схватилась за его руку и растерянно взглянув в его глаза, осторожно выбралась из машины. С мужчинами возле тех машин Матвей поздоровался за руку. Явно всех знал. И даже представил их Насте, но имён она не запомнила, во все глаза рассматривая сияющий в весеннем солнце идеально чистый и блестящий Мини-Купер. Если бы она сама выбирала расцветку своей машины, она бы выбрала именно такую. И она не сразу поняла, что Матвей протягивает ей ключи с брелоком. Схватила поспешно, вызвав улыбки у мужчин. Скуратов достал сигареты и невозмутимо предложил. — Ну что стоишь? Садись, заводи и сделай пару кружков вокруг поля. А сам закурил, как и те двое, имён которых она не запомнила. Она-то думала, что ей что-то объяснят или, что Матвей сядет рядом на пассажирское сиденье. Но всё вышло куда прозаичней. Ей доверяли? Настя легко разобралась с брелоком. Машина пиликнула и приветливо мигнула фарами. Настя уже её любила. И старалась не думать, как будет грустить, возвращая автомобиль владельцу. Уже подсчитала, что пользоваться будет от силы две недели, на большее её заначка не рассчитана. Села за руль, подстроила под себя сиденье — оно было отодвинуто слишком далеко. Вставила ключ в зажигание и завела авто с пол-оборота. Решила, что потом внимательно рассмотрит приборы и всё внутри. Сейчас предстояло хотя бы тронуться с места и не опозориться перед мужиками. Но это всё показывал Пашка, она помнила, поставила ручку автомата в нужное положение и, ощутив вдруг титаническое спокойствие, плавно нажала на газ, трогаясь с места. Машина слушалась её идеально, повинуясь малейшему повороту руля. Душу переполнял восторг и незамутнённое счастье. Она ехала на своей машине! Почти своей! Две недели счастья. Поле она честно объехала дважды, ни разу не вильнув в сторону, несмотря на обледеневшую дорожку. Мини-Купер держался на дороге так хорошо, что ничего не стоило им управлять. В повороты входил плавно, набирал скорость за считаные секунды. Потом Настя пошла на третий круг, но её не остановили. В конце поля она видела площадку с расставленными конусами. Такие были на экзаменах в ГИБДД, где надо было проехать змейкой. Настя умудрилась не сбить ни одного конуса, потом изобразила дважды параллельную парковку, а потом задним ходом на приличной скорости снова объехала поле в обратную сторону. Затормозила возле мужчин, вышла на твёрдую землю, ощущая себя какой-то мелкой и чувствуя слабость в коленях. Незнакомые парни ей картинно поаплодировали. А Матвей Скуратов выглядел просто довольным. — Брат учил, — призналась она Матвею, подходя к нему ближе. И пожаловалась. — Пашка орал жутко, как ненормальный. Парни весело заржали. Матвей тоже криво улыбнулся. — Ну, теперь на тебя орать некому, сама себе хозяйка, — сказал он. — Документы в бардачке, если есть вопросы по машине, можешь сразу задать ребятам. На дороге держишься уверенно, так что думаю, можно ехать домой. Настя всё же попросила показать, как открывать капот, выслушала, что где находится, потом заглянула в совершенно прекрасный чистый хоть и маленький багажник. Полазила по салону, залезла в бардачок и посмотрела все документы. Машина была оформлена на Скуратова, но в страховку её вписали. А доверенность по новым правилам была не нужна. Она даже гос. номер подвела под себя: «Л122КА» — Ласточка Костровой Анастасии. Единичка, как первое марта — её недавний день рождения. Двадцать два ей как раз исполнилось. Ну просто как для неё подбирали. Безумие, конечно, так бездарно потратить заначку, но очень уж хотелось ощутить, как могло бы быть, и как когда-нибудь будет. Парни снова поржали, услышав её откровения про расшифровку номера, даже Матвей хохотнул. И позволил ей сделать ещё десять кругов по полю, очень уж Насте хотелось подольше поездить. Ведь доедут до дома и больше сегодня никуда не съездит. А у неё всего-то две недели счастья. Потом Матвей настроил ей в смартфоне навигатор, забив туда домашний адрес, адрес работы и даже Пашкиного дома. Для смартфона уже было приделано надёжное крепление на приборной панели. И всё равно ей в первый раз ехать по навигатору не понадобилось. Следовала за Матвеем, а по навигатору просто сверяла путь. Сначала было страшно перестраиваться на многополосных шоссе, но повторять за Скуратовым оказалось довольно легко. Матвей даже проследил, как она паркуется возле дома на свободное место. Подошёл к ней, когда Настя вылезла из машины, деловито достала сумку и щёлкнула брелоком, закрывая ласточку. И она не удержалась, бросилась ему на шею, прижимаясь крепко и шепча горячечно: «Спасибо, спасибо, спасибо!». Скуратов обнял её за талию так же крепко, а потом смешливо, ломая взметнувшееся в ней волнение, осведомился: — Могу я потребовать поцелуй? Настя, не ожидавшая такого, весело рассмеялась и коснулась смеющимися губами его губ. И тут же постаралась выскользнуть из непривычных и ставших смущающими объятий. Матвей отпустил сразу и спокойно кивнул: — Поздравляю с обновкой, Настя. Катайся на здоровье. А в среду жду звонка. До встречи. И пока она хлопала глазами, он развернулся и пошёл к своей машине. А она забыла сказать, что всё отменяется. И сейчас не отважилась бежать и объяснять. И малодушно решила позвонить в среду и тогда уже всё сказать. От Мини-Купера отходилось не хотелось. Но она достала телефон, сделала селфи на фоне машины и всё же потопала в квартиру. Родители возвращались только в четверг, и она могла заняться чем угодно, даже прыгнуть снова в машину и поехать, куда захочет. Но Матвей рекомендовал отдохнуть на сегодня, чтобы машина не надоела в первый же день. Насте это было смешно, она знала, что Мини-Купер просто не успеет ей надоесть за две недели, которые оплатить ей по силам. Утром она встала в несусветную рань, чтобы прокатиться по городу без пробок. Ехать на Мини-Купере оказалось безумно приятно, ощущать себя полноправным участником движения, почти уверенным водителем на почти собственной машине. Многовато было этих «почти». Ленка ахнула, когда Настя показала ей из окна припаркованную возле ограды красную с белым красавицу. — Твоя? — спросила ошарашенно. — Откуда? Брат подарил? Или поклонника завела, тёмная ты личность? Ленка всегда её считала несколько инфантильной подругой, для которой парня надо искать, сама, мол, не справится. И тут что-то подтолкнуло шокировать её ещё больше. И Настя выдала бездумно: — Любовник дал покататься. Ленка прищурилась, явно не поверила. — Да ладно! — хмыкнула она недоверчиво. — Уверена, Павел для тебя расстарался. Где бы ты за выходные успела с кем-то трахнуться? На глазах брата? И что вот так, за пару раз тебе сразу и машину? Кончай придумывать, Кострова! — Не придумываю, — Насте стало обидно, но вида не показала. — Паша пока даже не знает про машину. А любовника зовут Матвей Скуратов. Можешь погуглить, у него фирма своя. Настя так спокойно это говорила, что сама почти поверила, что так и есть. Ленка прищурилась высокомерно, достала смартфон и ввела имя, полистала странички и сунула ей под нос фото. — Хочешь сказать, вот этот мужик с тобой спит? — возопила она, так что Насте пришлось зашикать. В коридоре больницы, к счастью, никого не было. Настя заглянула в Ленкин смартфон, увидела Матвея, не похожего на себя. В деловом костюме при галстуке и в белой рубашке. И поразилась вдруг, какой же он красивый. А потом открыла контакты и показала ей фото Матвея с контактами: — Вот, он сам мне этот контакт добавил, когда смартфон подарил. Ленка ахнула и отобрала смартфон. Запищала, что это круто-круто-круто. И с завистью и неверием поглядела на Настю. — Везёт же людям! Значит, не врёшь? Где вы познакомились? Расскажи, расскажи! — Это друг моего брата, — Настя уже не была слишком рада, что сболтнула лишнее. — Ему тридцать семь лет. Мы уже давно знакомы. Нам в доме выделили соседние спальни… — Ну-ну, дальше, — подначивала Ленка. — Что было? Ты сопротивлялась? — Ну, — Настя покраснела, что приходится так нагло врать. Но теперь признаваться, что они не любовники с Матвеем, было в сто раз хуже. — Он зашёл поработать на моём ноуте, а потом… — И? — нетерпеливо спросила Ленка. — Он закрыл дверь на щеколду, — Настя замолчала и закрыла лицо руками. Она абсолютно не представляла, как поступил бы Матвей, будь это всё правдой. — Не могу рассказывать. Всё было добровольно! — Расслабься, — фыркнула Ленка, теряя интерес. — Потом привыкнешь. Больно было в первый раз? Настя закивала, вздохнула и сообщила: — Побегу анализы относить. — Подожди, — Ленка быстро пошла рядом. — А что же мальчики? Зачем ты им голову морочила? Не пойдёшь на встречу? — Поеду! — уверенно ответила Настя, почти придя в себя. Стыдно было перед Ленкой. То в клуб не пошла, теперь вот ещё, про любовника наплела. — И тебя прокачу. Она вспомнила просьбу Скуратова не катать пассажиров первый месяц, но отмахнулась. Он просто не знал, что она уже хороший водитель. — А твой не приревнует? — опасливо спросила Ленка, более опытная в амурных делах. — Но это классно, что поедем. Да и то, ты просто познакомишься, поболтаем с ними и расстанемся. День пролетел незаметно. Закончив работу в три дня, на полчаса раньше, Настя забежала на отделение Ленки, чтобы узнать, отпустили ли её пораньше. Подходя к сестринской с приоткрытой дверью, услышала чьи-то голоса. Хотела постучать и зайти, но услышала своё имя и застыла невольно. —… так эта Кострова, — вещала весело Ленка. — Говорит, что папика себе завела. Он типа её пару раз трахнул, а потом подарками засыпал — и смартфон крутой, и фитнес-браслет, и машину, девки, прикиньте? Наверняка придумала от отчаяния. Брат у неё тоже богатый, мог подарить всё это, а она себе романтическую историю выдумала, дурочка. Треплет, что этот Матвей Скуратов — друг её брата. — А может, не придумывала, — возразил ей кто-то. — Трахнули девицу и откупились, чтобы брату не болтала. Ты же говорила, что она девственница. Ну, была. Девчонки дружно заржали, а Настя ощущала, как ей трудно дышать и бешено колотится в груди сердце. — Ой, не знаю, девки! — хохотнула Ленка. — Будь у неё такой крутой папик, разве она поехала бы со мной с байкерами знакомиться? — А что за байкеры? — заинтересовалась та, вторая. — Нормальные хоть? Не боитесь, вообще? Они же толпой любят ездить. Сцапают и машину отберут. Пойди, найди их. — Да Настя упрямится, — вздохнула Ленка. — Хочу, говорит, на машине поехать и всё тут. А я что, предупредила, что опасно, но толку. Так что скоро поедем веселиться, спасибо, что подменишь! — Да дело молодое, — ответила её собеседница. — Езжайте, проветритесь. Настя поняла, что сейчас кто-то выйдет из сестринской, метнулась прочь с отделения, добежала, не помня себя до своей терапии. Там сразу схватила сумку и побежала в раздевалку. Переоделась быстро, как умела. И только уже сидя в машине, перевела дух. Слёз не было, обиды особой тоже. А вот злость была. Весёлая такая злость, яростная даже. Папиком Матвея обозвали, сволочи. А Ленка-то, такая вся сочувствующая… Придумала Настя, значит? А сама-то советовала Насте мужа найти срочно! Настя завела машину, погрела несколько минут, пока крепила к панели смартфон и настраивала навигатор, и поехала в сторону дома. Внутри продолжало всё кипеть и не находило выхода. Испугавшись, что в таком состоянии она за рулём, Настя припарковалась возле обочины, где было разрешено. Взяла смартфон и решительно набрала номер Матвея. Ответил Скуратов почти сразу. — Да, Настя? — голос у него по телефону был такой мужской, такой бархатный, что мурашки по коже побежали. — Я согласна, Матвей! — выпалила Настя, чтобы не передумать. — И на условия и на всё такое. Будешь моим любовником, ладно? — Эм, — Скуратов хмыкнул непонятно, но согласился. — Буду! — Судя по шуму, он вышел из зала, где было много людей, в другое помещение. — Хотя помнится, речь шла о том, что ты станешь моей невестой. Настя ахнула, сообразив, что только что ляпнула на эмоциях. Захотела побиться головой — да хоть о руль. Но машину свою пожалела. — Я и говорю, — выдавила она. — Женихом. Я всё обдумала. — С тобой всё в порядке? — вдруг сурово вопросил Скуратов. — Ты где сейчас? Что с машиной? — Припарковалась у обочины, — призналась Настя, шмыгнув носом. — Я Ленке по секрету рассказала, что ты мой любовник, и подарил машину. Ну так вышло, не знаю. Дура, потому что. А потом услышала, как она меня с другой девкой обсуждает. Мол, выдумала я всё. И всё переврала ещё. Мне сейчас очень противно, Матвей. Но я понимаю, что сама виновата. И ни к каким байкерам я с ней не поехала. Убежала и уехала. И вот…тебе позвонила. Скуратов молчал какое-то время, и у Насти слёзы закапали с носа. Обидно стало только сейчас, а ещё жалко себя, у которой всё не как у людей. И Матвей молчит. — Настя! — вдруг вкрадчиво спросил он. Она услышала щелчок зажигалки. Курит на лестнице? — У тебя уже были мужчины? У неё даже слёзы высохли от неожиданности. Замотала головой и буркнула сердито: — Нет, конечно! И что за вопросы такие? Матвей мягко рассмеялся, а у неё опять мурашки по коже от его смеха. — Не нужен тебе байкер, Настя! — с насмешливой интонацией сказал Матвей. — Так что правильно уехала. Доехать домой сможешь сама? — Смогу, — уверенно ответила Настя. Поняла, что на душе стало легче, что всё рассказала Матвею. — Вот и езжай, — велел он. — Приготовь что-нибудь вкусное. Я голодный и напрашиваюсь к тебе в гости. Приеду, как только смогу, часа через два. — Ладно, — удивилась Настя. — Только родителей нет дома. В четверг вернутся. — Успеешь ещё родителям представить, — легко отозвался Матвей. — Я мясо люблю, если что, но вообще неприхотлив. В магазин заехать сможешь? — Заеду, — согласилась Настя. Она примерно представляла себе парковку у магазина, где продавалось хорошее мясо. — Карта твоя к телефону привязана? — спросил озабоченно Матвей. — А вижу, сбербанк. Сейчас переведу деньги. Купи ещё себе что-нибудь вкусное. Отпразднуем наше соглашение. Ну давай, воронёнок, выше нос! Настя недоумённо поглядела на смолкший смартфон. Пиликнуло сообщение. «Вам на счёт зачислено тридцать тысяч». Моргнула глазами, сообщение не исчезло. Она фыркнула, вырулила на проезжую часть, поблагодарив пропустивший её джип включением аварийки. До магазина доехала успешно. Долго раздумывала, что приготовить Матвею. Решила сделать мясо по-французски. Как раз успеет, а свиную шею можно и не мариновать долго. Взяла ещё тортик с безе, сливочным кремом и орехами. Обычно на него никогда не хватало денег. Пока мясо томилось в духовке, она наспех помыла полы, убралась в спальне, проветрила и прибрала кухню. Матвей не обманул, приехал как раз вовремя, она только успела достать противень из духовки. Войдя в квартиру родителей, Скуратов словно заполнил её всю собой. Шумно поздоровался, похвалил вкусный аромат мяса. Деловито снял куртку, надел отцовские тапки и пошёл в ванную мыть руки, чмокнув её в щёку на ходу. Настя бросилась накрывать на стол, потом они с удовольствием ели, уничтожив половину всего приготовленного. И только за чаем, Матвей, всё время следивший за ней непонятным, но добрым взглядом, заговорил. — Итак, Настя, — сказал он, накладывая себе кусок торта. Тогда как она чувствовала, что больше не сможет съесть ни кусочка. — Что тебя больше расстроило в этой истории? Что ты соврала подруге? Что подруга не очень-то подруга? Что тебя обсуждали? Что ты на самом деле со мной не спала? Что так и не познакомилась с байкерами? Или что-то ещё? — Наверное, всё вместе, — тоскливо отозвалась Настя. В его интерпретации всё это звучало как-то совсем глупо. — Но не из-за байкеров точно. — Собственно, мы можем и сейчас переспать, — деловито сказал Матвей. — Станем настоящими любовниками, если от этого тебе станет легче. И твоя ложь перестанет быть ложью. И притворяться нам не придётся. Всё честно. Настя подавилась чаем, закашлялась и сквозь выступившие слёзы изумлённо уставилась на Скуратова. — Либо ты наплюёшь на всю эту хрень, — невозмутимо продолжил Матвей. — Простишь подругу. Перестанешь страдать, что ещё девственница. И мы вернёмся к нашему соглашению, как там, ну да, к фиктивной связи. И будем на людях притворяться, что мы любовники и продолжим жить во лжи. — Ты бы так смог? — наконец смогла выговорить Настя. — Вот так просто взять и со мной переспать? — А что тут сложного? — удивился Матвей. — Дело нехитрое. Главное — готова ты к этому или нет? Ну ещё, желательно, чтобы я тебе нравился. Привлекал, как мужчина. Настя прижала ледяные ладони к пылающим щекам. Жить во лжи ей ужасно не хотелось. Но она в ужас приходила от мысли, что придётся полностью раздеться перед Матвеем. — А чтобы я тебе нравилась, нужно? — ужасно смущаясь спросила почти шёпотом. — И ещё, обязательно полностью раздеваться? Матвей смотрел пристально, без улыбки. — Когда это произойдёт, — ответил он с волнующей хрипотцой. — Тебе будет всё равно, раздета ты или нет. Значит, пойдём по честному пути? У Насти в голове не укладывалось, что это всё происходит на самом деле. Что они спокойно обсуждают, как переспать! Внутри всё уже наполнилось непонятными всполохами, даже в голове. И хотелось узнать, каково это — быть с мужчиной. И было откровенно страшно и стыдно. — Если хочешь, я разденусь первым, — предложил Матвей вкрадчиво, следя за ней неотрывным взглядом. — Передумаешь — плакать не стану. Или будем по очереди снимать по одной вещи. Только это сработает, если снимать будем по одной вещи с друг друга. И ещё, ты, наверное, в курсе, что в первый раз тебе будет больно, и не совсем приятно? — Я медик, — слабо улыбнулась Настя, чувствуя охватившую её нервную дрожь. — И в теории всё знаю. — Пойдём-ка в спальню, — решил за них обоих Матвей, поднимаясь. За руку вытянул её из кресла и повёл за собой, удивительно хорошо ориентируясь в квартире. Настя даже ощутила облегчение, принять самой решение не получалось. А вот так, когда он знает, что делать, даже не так страшно. Матвей хмыкнул при виде её полуторной кровати, но останавливаться, похоже, не собирался. Сдёрнул одеяло на пол, заявив, что оно здесь лишнее. Настя порадовалась, что простынь у неё чистая и тёмно-зелёная. Только вчера перестилала. А Матвей уже повернулся к ней и встал очень близко. — Кто начнёт? — прошептал на ухо, от чего она сразу покрылась мурашками. — Ты! — поспешила с ответом. Скуратов кивнул и ловким движением стянул с неё футболку. Настя сжалась, но потом вспомнила, что её очередь, и принялась неуверенно расстёгивать его рубашку. Справилась на троечку, слишком волновалась. Сбросил её Матвей сам. А потом опустился на колени и поцеловал её в голый живот, заставив её охнуть от прошившей внутренности молнии. Даже не заметила, как лишилась штанов. На ней остались только трусики и лифчик. А на нём майка, брюки, трусы и носки. Только Матвей сам нарушил очерёдность, стянув с неё трусики и целуя сразу там, внизу. Протест замер на её губах, когда Настя поняла, что ей нравится то, что он делает. Зажмурилась просто, решив довериться более опытному партнёру. В какой-то момент она поняла, что уже лежит на кровати без единой тряпочки на теле. И ноги расставлены широко и бесстыдно. А Матвей, тоже успевший раздеться, нависает над ней, удерживая себя на вытянутых руках. И пристально смотрит в глаза. — Ты очень красивая, — прошептал он и погладил её грудь, задевая большим пальцем сосок. Настя выгнулась от очередной молнии, пронзившей тело. — Готова? Потому что я уже давно готов, и долго не выдержу. Она слабо закивала, не слишком его понимая. А потом он двинулся всем телом, и внутренности её скрутило от боли, прошившей низ живота. — Ай! — пискнула негромко. Матвей тут же остановился, смотрел на неё потемневшими глазами и тяжело дышал. На виске его напряглась жилка, да он был весь напряжён. И Настя велела, как только боль стала терпимой: — Нормально уже. Давай! Матвей смачно поцеловал её в губы и снова начал двигаться, продолжая держать её в плену своего взгляда. И руки его успели побывать везде, рождая маленькие и большие молнии удовольствия. Всё закончилось быстро, но совсем неприятно ей не было. Даже боль притупилась. Содрогнувшись всем телом, Матвей соскользнул с неё, ложась на бок, и притянул к себе, прижимая спиной к своей груди. — Поздравляю, — проговорил расслабленно и немного сипло, убирая волосы с её уха. — Мы теперь официально любовники. И ты больше не девственница, а моя женщина. — Одного раза достаточно? — вздыхая, спросила Настя. Не ощутила ничего особо прекрасного в этом действе, хотя молнии ей понравились. Но и не ждала ведь ничего. — Нет уж, — возмутился Матвей. — Спать теперь будем вместе, иначе толку не будет. Но на сегодня да, тебе хватит. Немного полежим, помоемся — и спать. Со вторым разом подождём до субботы, когда у тебя всё заживёт. — Мама с папой будут уже дома, — задохнувшись на миг, пробормотала Настя, чувствуя, как его пальцы по-хозяйски мнут её грудь. — Я приглашу тебя к себе в гости, — хрипло хохотнул Матвей. — У меня и кровать шире. А сейчас пойдём в ванную, а то я снова тебя хочу, а ничего нельзя. — Совсем ничего? — лукаво усомнилась Настя. — Только пока у меня вообще нет сил. — К некоторым вещам ты точно ещё не готова, — проворчал Матвей, покидая кровать, после чего подхватил её на руки. — Я сам тебя вымою, заодно хорошенько рассмотрю и пощупаю, пока ты снова не начала меня стесняться. Настя рассмеялась, никакого стыда она действительно больше не чувствовала. А то, что он снова её хочет, рождало в душе удивительное умиротворение.