Вызов

Кай прекрасно знал, что Деймон невзлюбил его с первого взгляда. Конечно, Деймону вообще мало кто нравился, но вот к Монтеаго он, казалось, испытывал особое раздражение. Ничем не подкреплённое раздражение. И, к сожалению, это чувство не было похоже на горячую ненависть, которую он питал, например, к Вольфгангу, что выражалось в постоянных пререканиях этих двоих где угодно, когда угодно и по какой угодно причине. Кая же Деймон просто не замечал. И это бесило. Вымораживало. Блин, да просто ранило в самое сердце! Монтеаго привык быть в центре внимания. Он всегда был в центре внимания. Фанатов ли, хейтеров — без разницы. К первым он относился снисходительно-высокомерно, вторых же осмеивал, а затем спускал на них первых, как цепных собак. Но с Деймоном не прокатывало ни одно, ни другое, потому что ему было просто всё равно. Майцу просто изредка скользил по нему прохладным взглядом, морщился, как от зубной боли, и... всё. Это был самый отвратительный игнор, который Кай только получал в своей жизни. И он не собирался это просто так оставлять. О, нет.

***

— Де-е-еймо-о-он! — Твою мать... — прошипел дебатёр, дёргаясь от внезапного оклика. Искренняя надежда, что Кай оставил свои нелепые попытки с ним подружиться, растаяла, как дым. Рано радовался... — Что тебе от меня нужно? — Мм, да ничего особенного, — Монтеаго приблизился, невинно хлопая ресницами. Интересно, они у него на самом деле такие длинные? Или это из-за густого слоя туши так кажется? Деймон моргнул. Он, наверное, на солнце перегрелся, раз такие мысли лезут ему в голову. Хотя, какое там солнце под куполом с 3D-проекцией... — Тогда зачем ты ко мне лезешь? Займи себя чем-нибудь другим. Более полезным. Майцу надеялся, что вложил достаточно злобы в последние слова, чтобы Кай тут же стушевался и убежал. Но нет, не сработало. Раздражающий фактор не планировал покидать его поле зрения. — Тут скучно, чувак, и все полезные дела заключаются в поиске выхода, который, очевидно, перекрыт этим козлом, — Кай показательно зевнул. — Чем ещё мне заняться? — Я тебе в няньки не нанимался. Иди и доставай Диану... или любого другого, кто выдержит твоё присутствие дольше трёх секунд. Хотя я сомневаюсь, что таких среди нас много наберётся. Он с удовольствием отметил, как глаза Кая наполняются слезами. Вот сейчас он разревётся от обиды и точно убежит. Вот сейчас... Но вместо этого Монтеаго надул щёки, как ребёнок. — Спешу сообщить хреновые новости: тебе придётся выдерживать моё присутствие дольше трёх секунд. Есть предложение. Деймон, уже собирающийся развернуться и уйти, остановился на половине движения. Предложение? Это было что-то новое. Правда, зная Кая, оно вряд ли оказалось бы дельным. Но проверить стоило. — Да? И что это значит? — Мы — в смысле, мы все — проводим время, без толку шатаясь туда-сюда по этому месту. Если кто-то из нас и откинется, то только от скуки. И я предлагаю внести разнообразие в эти дерьмовые будни! — Кай хлопнул в ладоши, лучась самодовольством. — А поскольку ты Абсолютный Дебатор... — Дебатёр. — Пофиг. Так как насчёт дисса? — Что? — Ну, эта, как её, словесная дуэль! Ты понял. Брови Деймона приподнялись так высоко, что почти скрылись за чёлкой. Это что, шутка сейчас была? Или у него проблемы со слухом? — Ты... вызываешь меня на дебаты? — Да-да, именно на них. Они просто стояли в коридоре и молчали. Мысли Деймона неслись, как поезд на полном ходу. Будь на месте Кая Вольфганг, это был бы повод нервничать. Адвокат с его хорошо подвешенным языком и умением держать себя был серьёзным противником. Ещё на "тренировочном" суде Деймон со скрипом, но признал, что с Акире приходится считаться. Но Кай... Деймон окинул его скептическим взглядом. Кай был тупицей, хлюпиком, хвастуном и его словарный запас оставлял желать лучшего. Сама мысль о том, что он может что-то противопоставить Абсолютному Дебатёру, смешила донельзя. Что ж... Деймон согласится, но только, чтобы понасмехаться над ним как следует. Он позволил себе ухмылку. Очень маленькую и ядовитую, чтобы Монтеаго не принял это за поощрение или, того хуже, восхищение. — Кай Монтеаго, я принимаю твой вызов. Начнём прямо сейчас? — А? Да, конечно. — Инфлюенсер замялся. — Кстати, а как вообще работают эти твои дебаты? Деймон сдержал порыв хлопнуть себя по лицу. — А как такого кретина, как ты, земля носит? — Он вздохнул. — Ладно... если кратко, на предмет рассмотрения выносится тема, которая выбирается до начала дебатов. Оппоненты озвучивают свое мнение по вопросу, каждый приводит аргументы в пользу своей точки зрения. Собственно, с этого момента и начинаются сами дебаты, оппоненты пытаются опровергнуть высказывания друг друга, в то же время строя убедительный фундамент для своих собственных мнений, и тот, кто преуспеет в обеих задачах, будет считаться победителем... Ты вообще слушаешь? Правда, ещё одной неотъемлемой частью дебатов были попытки склонить аудиторию на свою сторону, но Деймон решил об этом умолчать. Проговорись он, и им придётся участвовать в дебатах публично — и вряд ли кто-то встанет на его сторону, кроме Евы. Конечно, Кай тоже мало кому нравился, но благодаря поддержке Дианы и некоторой харизме ему удалось избежать судьбы отщепенца. — Да-да, я всё понял, — Монтеаго закивал головой, как болванчик. По его лицу было ясно, что не понял он ровным счётом ничего. Дебаты ещё не начались, а Деймон уже чувствовал нарастающую головную боль.

***

— Слушай, если кто-то тупо выиграет или проиграет, это будет охренеть как скучно, — разглагольствовал Кай, пока они шли в другой конец Академии. — Давай добавим ещё одно условие. Он немного волновался. Да какое там "немного"... он уже сто раз пожалел, что согласился на то, на что согласился. Ему приходилось болтать без умолку, чтобы скрыть нервозность, и получал из рук вон плохо. О чём он, блин, вообще думал?! Деймон — Абсолютный в своём деле. И что это значит? Правильно, что он размажет Кая по стенке в два счёта. И всё, что Монтеаго получит в награду за свои старания — пару снисходительных насмешек и возвращение к тому, с чего всё начиналось: игнор. Нужно было что-то придумать. Срочно! — Условие? — Деймон даже не обернулся. Похоже, его сейчас больше интересовал поиск комнаты для проведения дебатов. Большую часть здания (не считая жилых помещений) занимали пыльные кладовки, однако в северном крыле Академии очень удачно располагались пустые кабинеты. Выглядели они неуютно и заброшенно, но на лучшее рассчитывать не приходилось. — Ну-у-у, наприме-е-ер... — Кай задумался. — Тот, кто проиграет, выполняет желание победителя. Идёт? Конечно, в случае выигрыша он не планировал просить чего-то жуткого или непристойного. Просто один небольшой поцелуйчик. Кай посчитал это вполне приличной наградой за весь стресс, который ему пришлось (и придётся) пережить. — Раз ты решил выкопать себе могилу, не буду останавливать, — голос Деймона так и сочился ядом. — Тебе, похоже, нравится страдать. "Ох, Деймон, ты не представляешь, насколько..." Когда они остановились перед одной из дверей, Кай ощутил легкую тошноту. На этот момент он уже не был уверен, что ему так уж нравится страдать. Скорее, наоборот, он был готов на всё, чтобы избежать любых страданий в любой форме. Деймон распахнул дверь и плавно махнул рукой. — После тебя. Посередине комнаты находился длинный стол. Кай встал рядом с противоположным его концом, бестолково топчась на месте. Он был бы не прочь присесть, чтобы его ноги не подкосились в самый неудобный момент, но в комнате не стояло ни единого стула. Деймон занял место напротив. Он специально встал поближе к двери? Чтобы отрезать своему сопернику путь к бегству? Что за чушь... Надо прекращать нервничать, иначе Кай хлопнется в обморок, не успев и слова произнести. — Эм-м. У меня последний вопрос. Какая тема у наших дебатов? "Боже, пожалуйста, умоляю, пусть это будет что-то, связанное с соцсетями..." — Думаю, для разминки подойдет что-то вроде... — Деймон посмотрел в сторону, раздумывая. — "Прирождённый талант против упорной работы". Кай посмотрел на него с удивлением. — И что это значит? В смысле, на какой стороне ты? — Да какая разница? — Майцу тяжело вздохнул, опираясь на стол обеими руками. — В этом и заключается основная сложность дебатов. Неважно, какое твое настоящее мнение по этому вопросу, если ты профессиональный дебатер, ты должен уметь одинаково хорошо подтверждать или опровергать все точки зрения. Но, допустим, что я буду выступать за превосходство упорной работы, а ты — за превосходство таланта... — Минутку, а почему это ты выбираешь, какую тему мне подтверждать? — возмутился Кай. — Пытаешься обратить все условия в свою пользу, да? Боишься, что я тебя вынесу на раз-два, да? У Деймона задергался глаз. — Ты ничего не сможешь мне противопоставить, — процедил он. — Мне плевать, выбирай, что хочешь. Правда, сомневаюсь, что свобода выбора тебе как-то поможет. — Вот, совсем другой разговор! — Монтеаго усмехнулся во все тридцать два блестящих зуба. Он всё ещё нервничал, но уже намного меньше, чем перед заходом в кабинет. — Получается, я должен доказать, что упорный труд круче таланта, а ты должен доказать, что всё наоборот, я правильно понял? — В общем и целом... да.

***

Сложностей не должно было возникнуть. В конце концов, это же просто Кай. Деймон вздохнул, коснулся воротника, поправил его. Не то, чтобы он прихорашивался перед своим оппонентом; простое желание выглядеть презентабельно, ничего лишнего. Когда он в последний раз участвовал в споре, не считая того дела об убийстве манекена? Казалось, это было лет сто или двести назад. Пожалуй, он обойдется без формальностей и ограничений по времени. Конечно, это нарушение всех возможных правил, но он и не в профессиональных дебатах участвует, верно? — Предлагаю начать. В качестве подкрепления моей точки зрения я хочу привести пару цитат, очень близких мне по духу, хорошо отражающих тему наших дебатов. Первая — "Талант попадает в цели, в которые обычные люди попасть не могут, а гений попадает в цели, которые обычные люди не видят". И вторая — "Посредственный человек подобен печи: он греет до тех пор, пока в него что-нибудь "подкладывают". Гений подобен Солнцу - согревает без дров". И, оформив таким образом моё вступление, я перехожу к... — Ты издеваешься?! — Кай смотрел на него так возмущённо, будто уличил Деймона в вопиющем преступлении. — Ты просто вкидываешь какие-то пафосные фразочки, и думаешь, что это охренеть как убедит... — Нет! Чёрт, нет же! — Деймон зашипел, сжав кулак так, что ногти вонзились в ладонь. — Ты серьёзно забыл всё, что я объяснял?! — Что? — Сначала каждый из нас представляет свою точку зрения. По очереди. — Он произнёс последние два слова с нажимом, сверля Кая стальным взглядом. — И только после этого идёт опровержение. Так что дай мне закончить моё выступление. Проще говоря: заткнись нахер, Монтеаго. Кай моргнул, и его глаза подозрительно заблестели. Ну вот, прекрасно — очередной Великий потоп. А, нет, инфлюенсеру всё-таки удалось сдержаться: он хмуро уставился в пыльную столешницу и, похоже, не планировал перечить своему оппоненту. Деймону вдруг стало... стыдно. Совсем немного. Исключительно как дебатёру. Он никогда не позволял себе опускаться до оскорблений во время дебатов, и эта ситуация его покоробила. Чёрт, дрянные декорации в виде убийственной игры никак не способствуют его выдержке... — Извини, — проговорил он, отводя взгляд. Кай тут же вскинулся, прищурившись и глядя на Деймона с подозрением и удивлением. Дебатёр стиснул предплечья пальцами, принимая защитную позу: он терял уверенность в себе и это бесило. — Я продолжу, ладно? Просто не перебивай меня больше. Монтеаго пожал плечами. — Ладно.

***

"Во имя всех святых и клубничного чизкейка, как, блять, у него ещё язык в трубочку не свернулся?!" Кай опёрся локтями на стол, спрятав лицо в окольцованных пальцах и борясь с желанием раздражённо застонать. Деймон говорил, и говорил, и говорил, и говорил. Он с гордым видом воспроизводил какие-то тупые цитаты каких-то тупых философов, приводил примеры из истории (в таких подробностях, что Улисс аплодировал бы стоя) и в промежутках между всем этим нёс чушь, в которой воды было больше, чем в школьных сочинениях Кая. И вот этому вот человеку Монтеаго собирался подарить свой первый поцелуй? Да он был готов заплатить сколько угодно, лишь бы свалить отсюда побыстрее. Но... он всё ещё был здесь. И Деймон всё ещё, мать его, говорил. А... стоп. Он замолчал. Кай только что заметил, что дебатёр стоял с закрытым ртом и неприязненно на него смотрел. — Ой, сейчас моя очередь? Я просто отвлёкся, — с нервным смешком выдавил Монтеаго. — Да, Кай, сейчас твоя очередь. — Пфф, начинаешь звучать прям как моя мать. — Кай выпрямился, потягиваясь, слегка виляя бёдрами, словно в такт мелодии, слышимой лишь ему. Деймон наблюдал за ним с каменным лицом. — Та-ак, что там у нас? Всё, вспомнил, упорный труд... Ну, так, значит... Я считаю, что упорный труд лучше таланта. Повисла тишина. — И почему ты так считаешь? — голос Деймона был обманчиво спокоен. — Ну-у, это, самое... Человеку всё равно трудиться надо, чтобы чего-то достичь, верно? — промямлил Кай. — Так что, эм-м... Прикинь, есть у тебя талант, но ты просто сидишь и ничего не делаешь. Поэтому, да, труд лучше таланта. Вот. Снова повисла тишина. — Это... всё? — ...Да? — "Да?" "Да?" Ты что, идиот? — Глаза Деймона загорелись ярко-зелёными огнями. — Я не прошу от тебя чего-то невозможного, Мон-те-а-го. Всё, чего я хочу — это адекватного пояснения твоей точки зрения. Неужели это так сложно?! Я понимаю, что бесконечное сидение в Интернете и клиповое мышление вытравили остатки твоего мозга, но... — Ты опять это делаешь! — Кай скрестил руки на груди, надувшись. — Оскорбляешь меня. — Потому что ты идиот! Я что, неправ, по-твоему? — Да, ты неправ! — неожиданно громко крикнул Кай. Деймон посмотрел на него, остолбенев, пока Монтеаго продолжал, чуть ли не захлёбываясь слюной: — Я — идиот? Да это ты, мистер Я-Самый-Умный, провёл грёбанные полчаса или даже больше, болтая о чепухе, которую я всё равно не слушал, потому что, блять, поверь мне, куча заумных слов не сделает тебя внезапно сраным гением! Ты говоришь мне что-то про клиповое мышление? По крайней мере, я могу донести до своих фанатов всё кратко и по сути, и мне требуется на это меньше сорока секунд, когда ты, дебатёр хренов, выражаешься так, будто в тебя вселился ёбаный Сократ, Платон или ещё какой-нибудь древнеримский мудак! Кай замолчал, пытаясь совладать со сбившимся дыханием. Стало абсолютно тихо уже в третий раз. — ...Древнегреческий, — вдруг произнёс Деймон с нечитаемым выражением лица. — А? — Не древнеримский, а древнегреческий, — Майцу резко выдохнул. — Сократ и Платон были древнегреческими философами. А затем он подошёл к двери, открыл её и вышел.

***

Придурок. Кретин. Абсолютно бестолковый идиот. Какого хрена Деймон вообще на это согласился?! Это сравнимо с тем, чтобы подписать самому себе смертный приговор. Хотя... это недалеко от правды. Он только сейчас понял, что... учитывая обстоятельства их заточения в Академии... Кай мог воспользоваться их уединением, чтобы совершить убийство. И всё потому, что Деймон слишком соскучился по дебатам. У него вырвался какой-то истерический смешок. Определённо, Кай ещё не самый бестолковый здесь. Хоть в чём-то Деймон мог дать ему поблажку. — Стой! Стой, да подожди ты! Разумеется, он побежал следом. "И если я не планирую сегодня умирать, мне стоит побыстрее добраться до общежития." По крайней мере, логичная и рациональная половина Деймона считала именно так. А вторая половина... "У него был миллион удобных моментов, чтобы убить меня ещё в кабинете. Если я остановлюсь... чёрт, я могу просто остановиться и выслушать." "Или остановиться и получить нож в спину." "Но Кай не попытался убить меня, верно?" "А может, эта мысль тоже пришла ему в голову только сейчас, как и тебе? Может, прямо сейчас он это и сделает..." "Серьёзно? Кай — трусишка. И тупица. И у него нет оружия." "Или он прячет оружие. Как и свою истинную натуру. Помнишь, как Вольфганг впал в ярость на суде, а потом облил тебя презрением, хотя притворялся вежливым и милым? Монтеаго, скорее всего, окажется точно таким же." "Или..." "Или что?" Его ноги словно примёрзли к полу. — Деймон! Чел, да что на тебя нашло? Чужая рука схватила его за плечо, заставляя развернуться.

***

Итак, есть неоспоримый факт. Точнее, два. Неоспоримый факт номер один: Деймон Майцу не может нравится адекватным людям. Неоспоримый факт номер два: Кай Монтеаго никогда себя к таковым не причислял. — Послушай... я погорячился. Мы оба погорячились, окей? — Его дыхание всё ещё было сбитым, лицо раскраснелось, а волосы наверняка смешно торчали, ничем не напоминая обычную аккуратную укладку. — Может, ты мне объяснишь ещё раз, и мы попробуем... — Нет. — Ну почему? — Кай издал сквозь зубы раздосадованный стон. — Хорошо-хорошо. Проехали. Раз тебе так хочется играть в недотрогу — будем считать, что ты победил. Теперь тебя всё устраивает? — ...Нет, — Деймон мотнул головой, и на его глаза словно набежала тень. — Что — "нет"? Монтеаго мимоходом подумал, что Деймон довольно странным образом перескочил от состояния "тысяча слов в секунду" к состоянию "два слога в час". — Если кто-то хочет бросить мне вызов, участвовать со мной в дебатах... — Деймон наклонил голову, сверля Кая взглядом, — ...я ожидаю от этого "кого-то" серьёзного подхода. Так что — нет, спасибо, я отказываюсь проводить эти дебаты снова и я отказываюсь считать эту жалкую трату времени за "победу". Кай озадаченно вскинул брови. — Ну и зачем ты тогда вообще ввязался со мной в эти дебаты? Ты же прекрасно знал, что я в них полный ноль. Деймон поджал губы, ничего не ответив. А у Кая вдруг что-то будто щёлкнуло в голове: — И... раз ты сказал, что не будешь считать эту "жалкую трату времени" за победу... это значит, что победил я, верно? Майцу махнул рукой с видом короля, снизошедшего до подданного. — Если тебе нравится так думать. — О-о, — многозначительно протянул инфлюенсер, задумавшись. Его едва проклюнувшаяся смелость тут же испарилась. Если он сейчас напомнит Деймону об их договорённости... он вступит на охеренно тонкий лёд. — Эм-м, Дейм, — Кай со всем старанием изобразил лёгкий и беззаботный тон. — А помнишь, мы с тобой перед началом дебатов говорили, что проигравший выполнит желание победителя? Ну-тебе-конечно-необязательно-его-исполнять-но-мне-просто-это-вдруг-пришло-на-ум. Деймон молча выслушал эту скороговорку, и его взгляд моментально похолодел. Кай поёжился. Это было зря. Это точно было очень-очень зря. — Загадывай, — коротко отозвался Майцу после нескольких секунд гробового молчания. — Н-ну... — Кай сложил руки перед собой, сцепив пальцы. — Я, опять же, не говорю, что это обязательно. Типа, мы же просто по приколу добавили это условие, верно? — Загадывай. Деймон смотрел на него так, словно хотел придушить. Монтеаго сглотнул и прислонился к стене, искренне надеясь, что ни ноги, ни язык не подведут его в ближайшее время. Особенно язык, да... — Я хотел... в смысле, хочу... "Так, Кай, соберись. На счёт три. Раз, два..." — ...Я хочу тебя поцеловать.

***

Это не было реальным. Это не могло быть реальным. Это не должно, ни при каких грёбанных обстоятельствах, быть реальным. Деймон смотрел на Кая, пытаясь осмыслить сказанное. Он ослышался. На этот раз он точно ослышался. Иного объяснения нет. Или Монтеаго опять шутит, потому что он придурок, и это один из его дурацких пранков. Да, так оно и есть. Точно. Но... — Повтори, пожалуйста, то, что ты сейчас сказал. Чётко, громко и раздельно. ...что бы это ни было, оно нуждалось в перепроверке. Кай нервно облизнул губы и набрал воздуха в грудь. За ту секунду, пока он это делал, Деймон уже почти стопроцентно уверился в том, что один из них спятил ко всем херам. — Ты... понравился мне ещё тогда, в поезде, — начал Монтеаго ломающимся тоном, словно не в симпатии признавался, а упрашивал Деймона не бить его по лицу. — Ну... не в прям том самом смысле, но что-то в тебе меня зацепило. Ты был таким хмурым, раздражённым и похожим на злую шиншиллу... — На кого, ещё раз? — ...э-э, неважно. Потом, когда мы все снова собрались, и случилась эта хрень с убийственной игрой — я решил, что ты полный придурок. Ты повёл себя как настоящий высокомерный мудак после суда. Я решил, что буду избегать тебя и на этом всё закончится. Но... всё стало только хуже. Кай замолчал, переводя дыхание, и Деймон скептически поднял бровь. — Продолжай. — Ты же не собираешься орать и лезть на меня с кулаками? — Я похож на истеричного школьника, по-твоему? — Ладно. Ты просто перестал обращать на меня внимание. А я ненавижу, когда на меня не обращают внимание. — В голосе Монтеаго послышались какие-то странные нотки, которых Деймон за ним никогда раньше не замечал. Как будто инфлюенсер наконец-то решил сбросить маску раздражающего клоуна. — Ты даже с Вольфгангом вечно спорил, пререкался с ним каждый раз, когда вы сталкивались, и... — Ты ревновал меня к Вольфгангу? — У Деймона чуть дёрнулся уголок губ, изображая слабую усмешку. — Если хочешь это так называть... — В контексте твоего рассказа — я даже не знаю, как назвать это иначе. Если я всё правильно понял, ты был обижен на то, что я не уделял тебе внимание и решил... добиться его, вызвав меня на дебаты? И получить поцелуй в качестве бонуса? — Я не виноват, что ты воспринимал меня, как пыль под ногами! — Кай развёл руками. — Игра стоила свеч. — Ух ты. Ты даже такие выражения знаешь? Монтеаго тяжело вздохнул. — Ты так и будешь упражняться в сарказме или дашь мне ответ? — Ответ на твоё желание поцеловаться? — Деймон прищурился. Ухмылка, уже совершенно открытая, искривила его губы. — Конечно. Я считаю его абсолютно идиотским. Глаза Кая блеснули — явно от накатившихся слёз. "Господи, этот парень как открытая книга." — О, ну. Я на что-то другое и не рассч... — Не перебивай. Деймон сделал шаг вперёд, отстранённо подумав, как удачно у Кая за спиной оказалась стена. Последний от неожиданности резко отступил, сразу наткнувшись на преграду сзади. — Твои формулировки, как всегда, оставляют желать лучшего. — Ещё шаг вперёд, и зелёные глаза оказались ровно в десяти сантиметрах от золотистых. — "Я хочу тебя поцеловать, Деймон". Ты загадываешь желание себе или мне? — ...Что? — Тупица. — Он прислонил руку к шершавым обоям. Ладонь оказалась в опасной близости от плеча Кая, и Деймон готов был поклясться: даже сквозь слои этой идиотской мешковатой одежды ощущался жар. — Ты мог поцеловать меня в любое время — без этой канители с желаниями. А вот если хочешь, чтобы я это сделал... — Его голос стал шипяще-тихим, как у атакующей змеи. — ...тебе придётся попросить.

***

Ничто в целом мире не могло подготовить Кая к тому, что его планы по привлечению внимания Деймона закончатся этим. Ведь сценарий в его голове намечался совершенно другой. Деймон, позлившись и поломавшись, соглашается-таки на поцелуй, терпит быстрый чмок в губы, сохраняя постное выражение лица, и краснеет, проклиная хитрого инфлюенсера всеми существующими ругательствами. Ну, или... Деймон бьёт его по лицу и уходит. Тоже вариант. Но случилось... это. Да, Каю явно стоило больше читать книжки. Может, тогда бы он подобрал подходящее название для всего, что сейчас творилось между ними. Сейчас, когда Деймон ждёт его ответа. Блять, точно, ответ. Чего он там хотел? Чтобы Кай его попросил. ...Ему сейчас точно станет дурно. — Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Он быстро произнёс эти слова и зажмурился, лишь бы не видеть эти пронзительно-насмешливые зелёные глаза напротив. Кажется, у Деймона даже зрачок сузился, как у настоящей змеи. Хотя, может, Кай просто начал галлюцинировать из-за подскочившего уровня стресса. Он ощущал себя так, будто переходил оживлённую трассу в час пик. Или пытался написать тест, не зная ни единого ответа. — Монтеаго, ты трясёшься. — Извини, — сипло отозвался Кай, и тут же распахнул глаза. Что он только что сказал?! — В смысле... Нет! Я не извиняюсь. Это ты должен извиниться. — Интересно, за что же? Кай собирался ответить, но ладонь Деймона, лежавшая на стене, сместилась сначала ему на плечо, а затем — на шею. И он подавился воздухом, забыв, что хотел сказать. Их разница в росте была — всего ничего, но Деймон всё равно приподнялся на носочки. Его лицо оказалось почти вровень с лицом Кая. Лукавые искры в его глазах стали ещё ярче. — Охренеть, — только и смог пробормотать Кай. Румянец прожёг его щёки так, что выступил даже сквозь слой тонального крема. — Мы и правда это делаем. И в следующую секунду Деймон поцеловал его.

***

...Ему как назло именно сейчас вспомнилась начальная школа. Тогда восьмилетний Деймон застенчиво клюнул в уголок губ понравившуюся ему девочку. На глазах у всего класса. После чего его подняли на смех, и Майцу торжественно поклялся, что впредь будет уделять внимание только саморазвитию, а не глупым сантиментам и обжиманиям по углам. И все эти пафосные обещания привели к тому, что теперь он "зажимает в углу" Кая Монтеаго. Их губы столкнулись, и Кай невнятно замычал — то ли от неожиданности, то ли от чего другого. Меньше всего сейчас Деймон хотел строить предположения о его душевном состоянии, поэтому он просто вцепился в его челюсть пальцами, заставив замереть на месте, и углубил поцелуй. И когда Кай, наконец, поддался моменту и ответил, Деймону захотелось рассмеяться в голос. Потому что Монтеаго, который столько хвастался количеством своих поклонниц и бесчисленными любовными похождениями, целовался отвратительно. По сравнению с почти нулевым опытом Деймона он ушёл в абсолютный минус. Он беспорядочно трепал его губы зубами, будто пытался их зажевать. Затем подключил язык, что только сделало всё хуже: теперь у Деймона весь подбородок был в слюне. Издавал какие-то... чмокающие звуки, которые в его голове наверняка звучали страстно и призывно, но по факту походили на чавканье голодного гиппопотама. И в итоге терпение Деймона лопнуло, как воздушный шарик. — Так, хватит! — Он резко отодвинулся от Кая, яростно вытирая подбородок. — Хорошо, я смирился с тем, что ты ни черта не смыслишь в дебатах. Но ты ещё и наш поцелуй решил запороть?! — В смысле "запороть"? — последовало немедленное возмущение. — Я кучу девчонок перецеловал, и ни одна не жаловалась! — Либо они симулировали, либо ты нагло врёшь, — Деймон смотрел на Кая тяжело, не моргая. — Серьёзно, Монтеаго, как ты умудряешься быть полнейшим разочарованием во всём, за что ни берёшься? — М-да, а вот теперь я точно слышу свою мать, — Кай стал мрачнее тучи. — Ну и что мы будем делать? — Практиковаться! — решительно заявил Майцу, схватив его за руку и потащив в сторону общежитий. Инфлюенсер был настолько ошарашен его напором, что даже не подумал сопротивляться. — Думаю, это будет в разы легче, чем научить тебя дебатам. Откровенно говоря, я и сам не профессионал, но явно не хуже тебя. — Эй, я просто растерялся! — не остался в долгу Кай. — Ты на меня так набросился, что у меня все мысли из головы вылетели. Сейчас я успокоюсь, скорректирую дыхание, приведу себя в порядок, успокоюсь... — Ты это уже говорил. — ...и уложу тебя на лопатки. Во всех смыслах, — он торжествующе блеснул зубами. Деймон усмехнулся, закрывая за ними обоими дверь. — Спорим, что не уложишь? — Это вызов?