***
В четверг вечером, выходя из лаборатории, доктор Ноа поздоровался с тем же охранником, собравшись уже уходить, когда заметил: в его кабинете всё ещё горел свет. Он вспомнил, что несколько дней назад дал Зейну ключи, чтобы тот мог в любое время просмотреть старые отчёты. Сквозь стекло доктор Ноа оглядел комнату и заметил Зейна, который устроился за моделью человеческого тела с распечатанной статьёй. Охранник не заметил студента и выключил свет, заодно заперев дверь. Зейн, сидевший в темноте, лишь на мгновение опешил, потом вздохнул и, всё ещё держа книгу, шагнул к выключателю, снова включив свет. В коридоре охранник, увидев сзади вспышку, содрогнулся, но, собравшись с духом, двинулся обратно к офису. Доктор Ноа тихо вздохнул и вернулся за Зейном, который всё ещё не мог оторваться от чтения. Они вместе вышли к входу в лабораторный корпус, и профессор на ходу вспоминал, как впервые увидел этого юношу на церемонии клятвы. Скольких студентов ему довелось вести… Многие были так же настойчивы в своей мечте учиться в медшколе. Глядя на Зейна, доктор Ноа припомнил один слух: — Слышал, у тебя и родители тоже врачи. Ты пошёл в медицину по их стопам? Зейн улыбнулся: — Верно. Они даже на ночь читали мне истории из жизни в больнице, а дома, чтобы занять время, у нас лежали в основном медицинские книги. Это на меня сильно повлияло. — И только ли в этом причина? — Да. — Ты ответил слишком быстро. И при твоём упрямстве сложно поверить, что речь идёт лишь об одном мотиве. Зейн долго молчал, и ветер уносил звук его шагов. Доктор Ноа думал, что ответа не будет, но внезапно юноша заговорил: — Есть ещё… один человек. Доктор Ноа как будто догадывался. Он остановился и внимательно посмотрел на своего студента, обычно не любящего рассказывать о личном. Увидел, как Зейн стоит один посреди первого зимнего снега. — Я не хочу снова оказаться в положении, где не смогу ничего сделать, — произнёс Зейн, тихо добавив: — Если когда-нибудь стану угрозой для неё.03 Heart
5 апреля 2025 г., 22:11
Вероятно, это происходило в 2040 году, когда главную столовую университета только что отреставрировали.
Доктор Ноа взял тарелку супа и выбрал, где сесть.
Телефон дважды завибрировал — сообщение от декана медфака:
«Прочёл отчёт, который подал Зейн. Теоретическая модель выглядит многообещающе. Многие студенты пытались изучать применение протоядер, но все упирались в ограничения методов. До конца они эту тему не постигали. Не могу дать стопроцентную гарантию, что у Зейна всё выйдет, однако его работа внушает мысль, что подход стоит попробовать».
Вслед пришло ещё одно сообщение: «Твой студент хорошо мыслит и, похоже, не боится рисковать».
Доктор Ноа не скрывал гордости:
«Разумеется, он хорош. Я же сам его выбрал».
Он отложил телефон на стол, собираясь дочитать вчерашнюю статью, но на соседнем столике вдруг поднялся шум.
Там сидел охранник вместе с тремя суровыми работницами столовой, все дружно стучали ложками. Охранник тоже выглядел весьма серьёзным, взмахнул рукой и заговорщицким тоном произнёс:
— Говорю вам, в научной лаборатории медфака что-то нечисто!
— Правда? Да они, кажется, в порядке, каждый день приходят к нам обедать.
— Да дело не в них, а именно в той лаборатории! — Охранник стукнул по столу и понизил голос. — В понедельник, когда я обход делал…
— И что же случилось?
— Народ там часто задерживается допоздна. Обычно всё нормально, я просто прошу их не забывать запирать двери. Но в понедельник все вышли, и когда я пошёл закрывать помещение…
— Ну?
— Слышу какой-то шорох… До смерти напугался! Не мог понять, откуда он берётся.
— Может, сам себя накрутил? Наверняка там кто-то остался.
— Я тоже так подумал, обошёл всё ещё раз, но никого не обнаружил!
— И правда?
— Ага. Я осмотрел каждый угол и никого не увидел! Уже хотел выключить свет и уйти, как вдруг мне показалось, будто кто-то говорит!
— Но ведь ты сказал, что в лаборатории не было людей…
— Вот именно! Оно ж ненормально! Вы не представляете, сколько там всяких скелетов хранится. Вдруг один встал и зашагал?
— Ох, не городи ерунды! — сурово отозвались женщины и встали, возвращаясь к своим рабочим местам. Оставшись без слушателей, охранник тоже собрался уходить, но, обернувшись, увидел, что доктор Ноа внимательно на него смотрит.
— Доктор Ноа, я… Я, конечно, такое наговорил, но сам не думаю, что с медфаком что-то не так, — ухмыльнулся он.
Доктор Ноа махнул рукой, давая понять, что повода для беспокойства нет.
У входа в столовую Зейн уже взял поднос с едой и искал, куда присесть. Завидев его, доктор Ноа сделал знак подойти и сесть рядом.
— Доктор Ноа, мы можем завтра переходить к следующему этапу эксперимента, — сказал Зейн, едва устроившись.
— Продолжай по своему плану, — отозвался доктор Ноа, не задавая подробных вопросов. Он и так внимательно следил за проектом, зная, что Зейн работает без передышки и пару раз перепроверил все данные. Ему было ясно, насколько важна эта тема для Зейна, и он полностью полагался на его усердие.
Пока они ели, доктор Ноа вдруг вспомнил кое-что:
— Ты во вторник утром экзамен пропустил?
Рука Зейна на мгновение застыла, в глазах промелькнуло смущение:
— Простите.
— Если не сдаёшь, не получаешь оценку. В медшколе не станут делать поблажек только из-за твоего имени.
— Понимаю. Сам виноват, что не пришёл, так что оценки я не заслуживаю.
— Зейн… — проговорил доктор Ноа, замечая тёмные круги под его глазами.
— Вижу, как ты выкладываешься ради этого проекта и стараешься в учёбе, но не загоняй себя.
— Я…
Зейн помолчал, аккуратно положил палочки и тихо произнёс:
— Доктор Ноа, я не устаю. Просто хочу побыстрее приступить к клинической практике.
Доктор Ноа кивнул с пониманием, хотя и не смог сдержать тяжёлого вздоха. Юноша был чересчур взрослым для своего возраста и нёс на себе слишком многое. Доктору Ноа хотелось его приободрить, но он не нашёл подходящих слов.