strawberry

— черт, от тебя снова воняет этой сладкой хуйней. они сидят на деревянных дощечках их общего крыльца. отсюда открывается вид на сад. хо улыбается, вспоминая, как в начале их сожительства, ребята долго и упорно приводили в порядок зелёные кустики. соседи. именно так называет их отношения ли и всеми силами пытается закрывать глаза на изумительно красивого джисона, что сидит в десяти сантиметрах от него. безумие быть столь раздражающим и соблазнительным в одну секунду. в оболочке этого милого мальчика с клубничным привкусом храниться много красных капель вина в них мешается кислород и протекают они к сердцу. минхо больше любит саке. минхо не любит короткие шорты хана и уж тем более терпеть не может запах в их ванной после него. но не проветривает. упивается ароматом, чуть не падая в обморок. бьётся головой о зеркало, на котором любезно оставили пару сердечек, нежные пальцы сони. там всегда было жарко, даже если русый принимал холодный душ. по крайней мере чуть теплее, чем взгляд хо. но хан на все двести процентов уверен, что сердце хо греет так же, как палящее солнце летом. минхо до тошноты ненавидит клубнику и назойливого хана, что постоянно крутится где-то рядом, оставляя за собой шлейф ягодных духов. даже сейчас хо остро чувствует кислые ноты. особенно около шеи, любезно обмазанной фруктовым кремом. от джисона исходит лето и на зиму тот превращается в теплое воспоминание о жарких деньках в осаке. божья коровка ползет по медовой коже хана. минхо ей завидует, ведь на ее месте могилы быть его влажные поцелуи. — как же жарко сегодня, — откидывая голову назад, говорит хан, не обращая внимание на поедающий его взгляд карих глаз. джисон усаживает букашку на указательный палец, внимательно рассматривая ее. красное пятнышко медленно передвигая лапками, бегает по тонких пальцах, падает в ладошку, смешно барахтаясь на спине. в конечном итоге улетает на свет солнца, широко раскрыв свои крылья. джисон закидывает в себя уже третью по счету клубнику, вздрагивая от радости. ли отводит взгляд, кажется, он смотрел слишком долго, непозволительно внимательно всматривался в очертания крошечных ног хана. это все — чёртовы шорты, что не прикрывают и третьей части его загорелых бедер. отговариваясь на жару, он носит их только по дому, только в присутствии минхо и, по чистой случайности, именно в таких он сейчас сидит рядом. мило соприкоснувшись коленками друг с другом кушает свое ассорти из ягод. внимательно считает, чтобы на три кусочка арбуза осталось две клубники. минхо вылизывает вязкую жидкость со своих пальцев, вгоняя все сильнее в краску хана. — вкуснее, чем твоя гребанная клубника. русый облизывает сладкие губы, проталкивая клубнику к зубам. минхо убирает сигарету, его бледные руки кутает дым. не докуренная папироска летит в прозрачную пепельницу. в мгновение вкус ягод мешается на красных языках. кислинка, словно током, бьёт по острым скулам. горечь табака проникает в чужие рецепторы. минхо кладет хана на пол, его световые волосы распадаются по дереву в хаотичном порядке. мокрые губы блестят, словно от его любимого бальзама. хо улыбается, ведь наконец смог заменить эту липкую вещицу собой. целует пухлые щеки, немного щекочет губами шею. хан под ним — змей искуситель, ведь просит большего. кутает своими руками острые плечи минхо, забирая голову наверх. джисон ещё немного и утонет в этих ощущениях.