Время отдыха, графский ублюдок!

В рыжую макушку Кейла забрела мысль — редкий гость, которого он, признаться, и не ждал. Мысль о том, как бы так провести день с семьёй, чтобы даже отдых перестал казаться скучной обязанностью. День тянулся лениво, словно растекается по полу жидким золотом полуденного солнца. Кейл валялся на диване, обложенный подушками, с бокалом вина, и казалось бы, всё шло по плану — ничегонеделание достигло своего апогея. Но где-то глубоко внутри всё же шевельнулся червячок неудовлетворённости: одно и то же день за днём... Даже лень со временем приедается. — Пора бы что-то придумать, — пробормотал он себе под нос, и сам удивился собственной инициативе. Идея постепенно набирала вес, словно сладкий сон на границе между бодрствованием и дрёмой: устроить нечто необычное. Такой отдых, который запомнится — пусть и без особых усилий, ведь напрягаться он всё равно не собирался. Вертя в пальцах бокал с вином, красновласый юноша лениво прищурился, наблюдая, как густая рубиновая жидкость медленно скользит по стеклу. Где-то на границе между капризом и вдохновением в его голове родилась мысль — почему бы не изготовить собственное вино? Не просто напиток, а нечто особенное, пропитанное силой и духом их семьи. Он представил несколько бутылок, бережно запечатанных и хранящихся в подвале поместья. Такие бутылки открывают только по случаю чего-то важного — семейного праздника, победы, да даже просто тёплого вечера, когда все собираются. Это было бы не обычное вино, а своего рода символ, напоминание, что даже в мире интриг и сражений у них есть нечто, принадлежащее только им — их вкус, их история, их сила в каждом глотке. Кейл лениво вздохнул и провёл пальцем по ободку бокала. Идея показалась ему забавной, но в то же время уютной. Вино, созданное не просто руками винодела, а рождённое из их общего труда, смешанное с каплей силы каждого... Эта мысль приятно согревала изнутри, как хорошо выдержанный напиток. Слуги суетливо носились по особняку, собирая всё необходимое для изготовления вина. Пока семья не была посвящена в задумку Кейла, они работали тихо и быстро, стараясь подготовить всё втайне от остальных. Из подвалов и кладовых тащили большие деревянные кадки и бочки — в них предстояло раздавить виноград и собрать сок. Корзины наполняли свежим виноградом разных сортов, чтобы создать богатый и насыщенный вкус будущего напитка. Приносили мешки с сахаром — для тех, кто предпочитает более сладкое вино, и связки сушёных трав и специй: мята, лаванда, корица — всё это должно было добавить аромата и глубины. Не забывали и про фильтры для процеживания, чтобы напиток получился прозрачным и чистым. Даже старый пресс, который давно пылился на складе, достали и начали тщательно чистить и готовить к работе — он должен был помочь выжать сок из винограда, который не отопчут вручную. Постепенно задний двор превращался в небольшую винодельню, а слуги, хоть и устало вздыхали, всё равно старательно приводили всё в порядок, зная, что их господин тщательно относится к каждому делу, даже если это просто отдых. Кейл, лениво растянувшись на диване, махнул слуге: — Иди, зови всех. Хочу кое-что объявить. Всех, кого найдёшь: детей, Чхве Хана, Розалин, Эрухабена... и Альберу не забудь. Слуга кивнул и поспешил исполнять приказ. Прошло всего с десяток минут, как в зал один за другим стали входить знакомые лица. Раон буквально влетел первым, глаза горели: — Человеееек! Что такое? Мы идём сражаться? Или нашли новое сокровище? Чхве Хан вошёл следом, спокойно глядя, но с лёгким подозрением: — С чего вдруг такой сбор? За ними неспешно вошла Розалин, привычно прищурившись: — Хм. Кейл, ты редко устраиваешь собрания без повода. Последним, немного раздражённо, но с достоинством, появился Альберу: — Кейл, мне интересно, зачем ты прервал мой покой. Надеюсь, объяснишь толково. Кейл ухмыльнулся, оглядывая всех: — Спокойно. В этот раз без спасения мира. Я просто решил... что нам стоит сделать своё семейное вино. Раон моргнул: — А что это? Мы его будем... пить? Или топтать?! Я хочу топтать! Розалин удивлённо приподняла бровь: — Ты решил заняться виноделием? Не знала, что в тебе живёт сельский ремесленник. Эрухабен вскинул подбородок: — Если оно окажется кислым — я уйду. Альберу сцепил руки на груди: — Ты серьёзно? Вино? Семейное? Это не похоже на тебя... Хотя, с другой стороны, тебе ведь всегда скучно. Кейл фыркнул: — Именно. Вот пусть и не будет скучно. Хватит сидеть. Пойдёмте, всё уже готовят на заднем дворе. Раон аж подпрыгнул: — Я первый буду топтать! Это... это почти как побеждать врагов, только без крови! Все переглянулись, кто с усмешкой, кто с недоумением, но пошли следом за Кейлом — предвкушая, что даже из такой простой затеи в его исполнении получится нечто странное, но запоминающееся. Когда семья вышла во двор, Раон тут же бросился к ближайшей кадке, заглянул внутрь и радостно воскликнул: — Виноград! Мы будем топтать виноград! Человек, человек! Можно сразу туда прыгать? Кейл лениво махнул рукой: — Вперёд. Только аккуратно, не утопни. Раон моментально скинул обувь и прыгнул в кадку с радостным воплем, брызги виноградного сока разлетелись в стороны. Хон, наблюдавший за этим со скрещёнными руками, вдруг фыркнул: — Что за глупость... — но уже через секунду сорвал сандалии. — Хотя, стоп. Если я не залезу, Раон всё сделает криво. Он только вздохнула, провожая брата взглядом: — Точно дитя. Ещё минуту назад нос воротил, а теперь — в виноградную кашу. — Я не хочу, чтобы этот драконоподобный всё испортил! — огрызнулся Хон, уже стоя в кадке. — Если я сделаю — будет идеально. Раон с вызовом посмотрел на него: — Ты хочешь соревнование? Я готов! Я стану самым сильным топтателем винограда в мире! — Посмотрим, — ядовито усмехнулся Хон. Кейл фыркнул, наблюдая это соревнование: — Хоть чем-то заняты... Не мешайте им, пусть соревнуются. Больше сока — лучше. Он, оставшись на сухом, подошла к столу с травами: — Я займусь специями. Кто-то ведь должен сделать это вино не отвратительным. Чхве Хан, стоявший рядом, осторожно протянул руку к пучкам трав. Бикрос, наблюдавший за происходящим, скривился и громко заявил: — Чхве Хан, тебе можно доверить только травы. Всё остальное — слишком сложное дело для тебя. Чхве Хан лишь фыркнул, но не стал спорить: — Зато здесь я не испачкаю руки. — И это уже хорошо, — буркнул Бикрос. Он с безразличием начал перебирать пучки трав, а Розалин с лёгкой улыбкой наблюдала за этой мини-сценой. Раон и Хон, уже весь в виноградном соке, не ссорились, а скорее подбадривали друг друга, смеясь и подшучивая. — Ты только не отставай, — с улыбкой крикнул Раон. — Я же король топтания винограда! — Ха! — ответил Хон, подмигивая. — Тогда приготовься быть моим учеником. Они вместе хохотали, их шутки наполняли двор теплом и лёгкой радостью, а окружающие не могли не улыбаться от их искреннего задора. Он, стоявшая рядом, с лёгкой улыбкой наблюдала за ними и спокойно перебирала травы. Кейл, опираясь на стену, смотрел на детей и тихо пробормотал: — Не так уж и скучно, как я думал. Раон и Хон, запачканные виноградным соком, уже давно забыли о всяких соревновательных амбициях. Вместо этого они вместе смеялись, делились историями и подбадривали друг друга. — Ты сегодня был настоящим чемпионом, — улыбаясь, сказал Хон. — А ты — мой лучший напарник, — ответил Раон, хлопнув брата по плечу. Он, стоявшая рядом, тихо улыбалась, наблюдая за этой искренней детской дружбой, и наконец произнесла: — Вот что действительно важно — быть вместе и радоваться простым моментам. Розалин, глядя на всех, мягко добавила: — Иногда именно такие моменты делают семью настоящей. Кейл, оперевшись на перила и наблюдая за всей этой суетой, впервые за долгое время почувствовал настоящее спокойствие и тепло. — Может, в этом и есть настоящий отдых, — тихо проговорил он. Вокруг них плавно опускался вечер, наполняя воздух ароматом свежего винограда и мёда. А свет заката словно согревал сердца каждого, кто был здесь в этот момент.