Он любил незабудки, мрамор и актёра.

Он любил незабудки и мрамор. Его манил Петербуржский гранит. Его манили полевые цветы. Он мог часами ходить по кладбищу и высматривать надгробья, рассматривая отделку мрамора, гранита или простого камня. Он любим мрамор, и желал лишь его себе над гробом. Он представлял, как в старости он попросит внуков сделать гравированное ими самими надгробье и похоронить его там же, где и будет стоять память их дедушке. Он любил незабудки, потому что это были его "первые" цветы. Он купил их маме на первые заработанные деньги. Ему было семь, но он знал, что такое "Подарок на заработанные своим трудом деньги". Он видел горящие и искрящиеся неподдельными радостью и гордостью глаза матери и понимал, что он влюбился в эти глаза и в эти цветы. Антон любил мрамор и незабудки. Арсений любил Антона. Арсений поклялся, что присмотрит за Шастуном. И нарушил клятву. Он поклялся, что с Шастом всё будет в порядке, и нарушил клятву. Но он поклялся похоронить Антона под мраморным надгробьем. И он сдержал клятву. Стоя у изрезанной плиты, Попов сумасшедше улыбался. - А помнишь, как ты говорил про внуков, что они тебя будут хоронить? Помнишь? А зачем же ты наврал мне?.. Зачем ты поехал тогда на мигающий красный? Зачем ты тогда крутанул руль? Зачем ты тогда выбрал не ту полосу на дороге? - шептал Арс, переходя в крик с каждым словом всё быстрее и быстрее. Лоб ударился о холодную землю. Арсений пошёл к выходу с кладбища. За оградой могилы он оставил свежевысаженный кустик незабудок и сасостоятельно вырезанное надгробье из мрамора. Его жизнь закончилась незабудками и мрамором. Его жизнь закончилась его мечтой. Его жизнь закончилась так, как он хотел. Как он представлял. Как он мечтал... Он, незабудки и мрамор. Не хватало дишь одной позиции. Лишь одной желанной цели. Лишь того, что не дает счастью стать абсолютным. Не хватает лишь того, кто сделал когда-то Антошу счастливым. Не хватает лишь того, кого простым желанием превратили в цель.