spring in september

Какова вероятность встретить бывшую на вечеринке, которую устроили незнакомые для обеих люди? Маленькая, верно? Черён тоже так думала, но заметив в пьяной толпе знакомую фигуру, которая поразительно близко оказывается рядом за считанные секунды, чувствует холодок, пробегающий по коже. Рюджин улыбается, растягивая губы в полупьяной ехидной ухмылке, давая себя узнать, а Черён оглядывает своих друзей, с которыми пришла, и смотрит через плечо бывшей девушки, замечая, что и та пришла не одна. Подруги шепчут на ухо, мол, знакомы ли они, а Черён робко отнекивается. Она уходит к барной стойке, чтобы заказать себе еще выпивку. Джин, текила. Крепкая выпивка заполняет глотку, стекая вниз, давая мозгу опьяняющий импульс. «Зачем же началась игра?» Все смешивается, голова совершенно не думает, но, кажется, оно и к лучшему. В какой-то момент, Черён чувствует холодок, обволакивающий её ноги, и замечает дым-машину, выпустившую очередной заряд белого дыма. Танцует в такт музыке, изредка цепляясь взглядом за Рюджин, что прижимает к стене какую-то девицу, которая пьяна точно так же, как и сама Черён, может даже сильнее. И Черён чувствует внутри желание разнять их, вынудить перестать лобызаться, но понимает, что прав на это у нее уже нет. Несколько месяцев, как они с Рюджин болезненно расстались. Тогда Рюджин повела себя как недостойный Черён человек. Не отвечала на сообщения, находясь в сети. Игнорировала по несколько суток. А потом спустя некоторое время просто прислала сообщения «Давай расстанемся» без объяснения причины. В общем, сыграла на её чувствах и желаниях словно на гитаре, как в старшей школе. Если её чувства тогда пропали, то какого черта прямо сейчас она косится на неё, целуясь с другой. Черён возвращается к барной стойке и снова заказывает текилу. Выпивает шот и понимает, что это её край, больше она выпить не сможет. Идёт на танцпол, пока ноги едва не подкашиваются. Как на зло проходит мимо Рюджин, поднимая взгляд, смотря манящими карамельными радужками, что в темноте зала кажутся безмерно тёмными. Причмокивает губами, облизнув их от горького вкуса алкоголя. А потом через секунду, полностью завладев вниманием Рюджин, растворяется в толпе. И чувствует на себе её томный и пьяный взгляд. «Зацени меня» Проносится в голове в Черён, когда она видит, что Рюджин наконец отлипает от той девчушки. Черён довольно частый гость в этом клубе, потому почти каждый, знает вкус её духов, что шлейфом тянуться за ней, куда бы она не пошла. Почти полностью слизанный блеск для губ, казалось, отражается в диско-шаре, висящем под потолком. Они словно два разных сезона года. От Рюджин всегда веяло сентябрем. Прохладным и дождливым. А Черён всегда пахла маем. Еще не лето, но уже жарко. Может потому они и разошлись. Не сошлись сезонами. Черён даже не замечает, как Рюджин оказывается в опасной близости. Прижимается сзади, обвивая талию прохладными руками. Но у Черён, кажется, на все это будет свое оправдание на утро. Она поддается, но лишь на эту ночь. Черён сама льнёт ближе, обвивая шею руками, прижимая её лоб к своему, и оставаясь на том расстоянии, чтобы томить в ожидании долгожданного поцелуя спустя столько времени. Но это не происходит, и кажется, даже Рюджин понимает почему. Она отходит к бару, заказывает себе какой-то коктейль и залпом выпивает его. Тошнота подступает к горлу, но Рюджин проглатывает этот ком, возвращаясь обратно к Черён на танцпол, что уже явно заскучала. — Черён. Не хочешь поехать ко мне? Она совершенно не ручается за свои слова, так что Черён решает воспользоваться этим. — Конечно. Лукаво улыбается, а Рюджин тут же берёт её за руку и уводит. Заказывает такси и спустя некоторое время они доезжают до её квартиры. «Я пришла к тебе снова» - проносится в голове Черен. Рюджин весь их путь была готова наброситься на Черён, потому что любимый ею запах цветущего мая на шее бывшей девушки соблазнял и опьянял сильнее всех выпитых шотов водки. Как только дверь квартиры закрывается, Рюджин больше не намерена сдерживаться. Прижимает Черён к стене, рвано целуя и едва ли не разрывая на ней вечернее платье, оттого, насколько сильно хочет её. Черен не отстаёт, впиваясь ногтями в затылок с темными волосами. Не важно сколько прошло времени, она помнит наизусть все эрогенные зоны Рюджин и не намерена упускать столь ценные знания в данный момент. Горячий язык Черен тянется к напряжённой шее, подливая масла в огонь, что бушует внутри девушки. Они проходят вглубь комнаты, не отрываясь друг от друга. Черен успевает кинуть беглый взгляд на квартиру, которая, по ощущениям, вовсе не изменилась. Засмотревшись на стены, она не замечает, как они добрались до кровати. Она смотрит на Рюджин, пока она укладывает Черен на кровать. Сейчас в карих глазах, с широкими и темными, как ночь, зрачками, не осталось ничего, кроме горящей похоти, что так и ждет момента вырваться наружу. А Черен и не против, лишь принимает удобное положение, пока Рюджин устраивается на ее бедрах. Вновь, опухшие от укусов губы встречаются друг с другом, а горячий язык Рюджин по-хозяйки проникает в рот Черен. Она исследует его, проводя кончиком языка по верхнему ряду зубов и небу, будто и так не знает все здесь наизусть. Ей хочется вкусить как можно больше Черен, растянуть этот момент и насладится его каждой секундой, чтобы эта ночь точно отпечаталась в ее памяти навечно. Ловкие тонкие пальцы скользят к молнии вечернего платья, пластиковая собачка летит вниз и вот одежда уже валяется на полу. Рядом с ней виднеется черная майка Рюджин и того же цвета бюстгальтер. Они липнут друг к другу сильнее, прикасаются оголенной кожей и рвано целуются, тяжело дыша. Они ведут себя так, словно ждали этого момента невероятно долго, будто они и не ругались, а те пару месяцев, что провели в разлуке, были лишь отъездом одной из них. Вроде и квартира та же и они те же, но что-то все же выделяется из этой картины - и это новая татуировка Рюджин. Голубые астры красуются на ее плече, в холодном свете фонарей с улицы, рисунок будто светится на ее коже. - Красивое тату, - шепчет Черен. Она обводит контур короткими ногтями, а далее оставляет теплый поцелуй на месте татуировки. Комплимент только сильнее раззадоривает Рюджин, теперь она начинает играть по-крупному. Девушка кладет Черен на спину и начинает свой путь вниз. Сначала медленно целует каждый сантиметр шеи и ключиц влажными губами, слегла причмокивая, а далее языком дорожкой спускается к торсу. Водит руками по напряженному прессу и слегка кусает кожу на этом месте, не забыв оставить хотя бы одно бордовое пятнышко. И вот наконец Рюджин доходит до лобка, перемещает свои губы на бедра, целуя и сжимая их руками. Подобравшись вблизь ко входу вставляет один палец и начинает играться внутри. Дает привыкнуть к ощущениям, по которым так сильно тосковала Черен, а далее набирает темп, двигаясь внутрь и обратно. Черен пронзает током, она сдержанно стонет и выгибается в спине, поддаваясь бедрами ближе. Мгновенье и внутри нее оказывается уже два пальца, а комната наполняется звуками трущейся друг об друга кожи и тяжёлыми вздохами Черен. Она натягивается как струна от приятных толчков снизу, а Рюджин ускоряет процесс, словно играет на музыкальном инструменте, стоит заметить получается у нее явно отлично. Далее она переносит пальцы на набухший комок нервов, казалось, он уже пульсировал от нетерпения. Рюджин начинает слегка массировать клитор, а далее меняет движение на круговые и вверх-вниз. Теперь стоны Черен стали громче и чётче. Она лишь успевает промямлить: - Поцелуй. И тянет руки к затылку Рюджин. И Рюджин поддается ей, наклоняется и увлекает Черен в столь нужный ей поцелуй. Он будто запустил новые процессы внутри девушки, возбуждая ее еще сильнее. Черен не отрывается, лишь начинает активно ерзать и двигать тазом, пока ее стоны растворяются в поцелуе с Рюджин, а ноги расходятся шире. Рюджин ускоряет темп, чувствуя, как напрягается Черен. Она жмется ближе, придвигая девушку левой рукой, прикусывает и оттягивает ее покусанные губы. Черен казалось, что она готова растворится прямо здесь и сейчас, растечься в лужу от переизбытка ощущений и эмоций. Все ее тело напряжено, оно, как и она сама, так и жаждет долгожданной разрядки, что становится все ближе и ближе. Ее дыхание учащается еще сильнее, а стоны становятся громче, ноги напряжены и почти сомкнуты. Рюджин ускоряется в последний раз и Черен получает долгожданный оргазм, содрогаясь во всем теле. Она тяжело дышит еще пару секунд, а потом вновь целует Рюджин, расходясь в улыбке. Но каким бы прекрасным не был секс с Черён, на утро её не оказывается в постели. Рюджин подскакивает на кровати, но тут же валится обратно от боли в голове. Раньше когда она напивалась и оставалась у Черён дома, на тумбочке всегда стояла бутылка воды и таблетка от головы. Она скучает по тем временам. Саму себя ненавидит за то, как поступила с ней раньше, но то, что было, уже не вернуть. Она пишет лишь одно сообщение, на которое ясное дело, ответа она не получит. рюджин: надеюсь ты безопасно добралась до дома. И Рюджин больно от того, что уже несколько месяцев они притворяются незнакомцами, знающими друг о друге абсолютно все. Она также понимает, что у Черён за это время наверняка появился кто-то другой, способный заменить то ужасное отношение, которое у неё было в отношениях с Рюджин. Но Черён не так проста. Черён не забыла ничего, что их связывало. Она знает, как сильно по ней будет скучать Рюджин, проснувшись на следующее утро. Потому она и решила поиграть на её нервах так же, как и Рюджин когда-то. Но почему, когда она возвращается домой, в её душе продолжает теплится огонек надежды, что они способны все вернуть. Внутри снова весна, хотя за окном холодный сентябрь, так хорошо подходящий Рюджин. Можно ли влюбится в одного и того же человека дважды? Этот вопрос беспокоил Черён на протяжении недели. Рюджин не может спать, а Черён не может перестать думать о ней. Обе прокручивают все воспоминания, связывающие их и разделенные на двоих. Но в один из сентябрьских дней, Черён все же решает написать. черён: приди в парк сегодня где было наше первое свидание в 5 часов И сообщение сразу прочитано. Без ответа, но Черён знает, что Рюджин сломя голову начала собираться. И вот, долгожданное время встречи. Черён кутается в воротник своего бежевого пальто, а Рюджин запыхавшись, останавливается рядом с лавочкой, в своей черной кожаной куртке нараспашку. Девушки сталкиваются взглядом и Черён открывает рот, чтобы сказать что-то, но Рюджин перебивает. — Я первая. Она дает себе пару секунду, чтобы отдышаться, а после начинает говорить, присев на лавочку рядом с Черён. — Прости меня за то, как я поступила с тобой в прошлом. Мне жаль, что тогда тебе пришлось все это пережить из-за меня. Я не знаю, чем тогда думала, но я не хотела насиловать твою душу еще больше. Но в тот вечер, в клубе, я осознала, что все ещё люблю тебя. Пожалуйста, давай начнём все сначала. Клянусь, я проработала все свои проблемы с психологом. Черён смеётся, заливисто, словно Рюджин рассказала ей какую-то глупую шутку, с которой не посмеялся бы никто, кроме Черён. — Ты шутишь что ли? Она продолжает смеятся, пока Рюджин тупит свой взгляд на её губах, растянутых в улыбке, на несколько секунд. — Я серьезна, как никогда, Черён. Я правда хочу вернуть наши отношения, но главный вопрос хочешь ли этого ты. Дай мне ответ. — Рюджин. Ты буквально решила бросить меня спустя год отношений и долгое время игнора, играла на моих чувствах, а сейчас хочешь, чтобы мы начали все сначала? Ты сентябрь, Рюджин. А я май. Мы не сходимся. Ты не стала той, кто убил мои загоны. Наоборот. Ты только добавила новые. Черён вдыхает прохладных запах сентября, с примесью опадающей, на влажную землю, листвы. А Рюджин чувствует запах того самого мая, про который говорит Черён, и не хочет с ним расставаться. — Тогда позволь мне просто доказать тебе, что я изменилась. Я обещаю, что не причиню тебе боль снова. Помогу тебе справится с загонами. Я стала лучшей версией себя, Черён. Черён переводит взгляд на пару кофейных радужек, смотрящих пристально, но в то же время потеряно, и кажется, только Черён может помочь найти выход из бесконечного лабиринта. — Что ж. Если ты говоришь, что стала лучше, то я дам тебе шанс. Не надейся на что-то больше, чем прогулки. До тех пор, пока я не пойму, что ты и правда изменилась. Черён встаёт с лавочки, притаптывая пожухлую листву под ногами. Снова одаривает светлой улыбкой, приятным шлейфом духов с запахом цветов и словно на невидимом поводке утягивает за собой на прогулку. А Рюджин подаётся вперёд, наступая дрожащими ногами на ту же листву, притоптанную ею недавно. И даже у дождливого и пасмурного сентября внутри наступает весна.