Траектория успеха и пределы возможного

pov Ынби Серое пасмурное утро, очередной понедельник. Я с трудом разлепляю глаза, когда звонок будильника пронзает мое сознание, словно голос из преисподней. Болезненно сжимая виски, я пытаюсь собраться с мыслями. Последние ночи были наполнены слезами и бессонницей, явно оставив тяжелый след на мне. Привычным движением я пытаюсь выключить надоедливый будильник, но всё, в том числе и я, летит на пол, усугубляя и без того плохое настроение. Боль в ушибленном бедре будет напоминать о себе весь день, но сейчас это меньшая из моих проблем. Тяжело вздохнув, я поднимаюсь и направляюсь в ванную, понимая, что учебу никто не отменял. Несмотря на все тяготы, я должна держаться. Родители давно в разводе, и с тех пор я живу между двух миров. Отец, Мун Тхэджи, известный гонщик, начавший строить свою карьеру ещё с шестнадцати, он с самого детства брал меня с собой на соревнования. Мы часами обсуждали устройство машин, тактику прохождения трассы, и он даже сажал меня за руль, позволяя проехать пару кругов по городу. Эти выходные всегда дарили мне радость и ощущение свободы. Но две недели назад все изменилось. Отец попал в серьезную аварию и теперь находится в коме. Множественные переломы, в том числе и позвоночника, поставили его жизнь под угрозу. Каждую свободную минуту я провожу рыдая и надеясь на чудо. Мама, Ли Хёна, профессиональный психотерапевт, всегда была строгой и бескомпромиссной. После развода она полностью погрузилась в работу, открыв свою частную клинику. Теперь ее почти не бывает дома, и мне приходится справляться со всем самостоятельно. Глотнув воды, я смотрю на свое отражение в зеркале. Длинные вьющиеся волосы, худощавая, но спортивная фигура, глаза с гетерохромией, что всегда блестели, сколько я себя помню, вот только сейчас глаза усталые, а и без того бледное лицо, теперь ещё бледнее - это и выдает мое внутреннее состояние. Но сейчас не время раскисать. Проблемы проблемами, а учебу никто не отменял. Собрав остатки сил, я направляюсь обратно в комнату чтобы переодеться и мысленно готовлюсь к очередному тяжелому дню. Оказавшись за пределами квартиры я уверенной походкой приближаюсь к своему байку, кинув последний злой взгляд на толпу назойливых папарацци, жаждущих поживиться очередной сенсацией. Их вспышки и назойливые вопросы раздражали меня до предела, хотя я прекрасно понимала, что им просто нужны новые громкие заголовки. Они явно поджидали тут желая заснять дочь-певицу попавшего в аварию гонщика. Перекинув ногу через седло, я на мгновение замерла, наслаждаясь ощущением свободы, которое всегда дарил мне этот железный конь. Едва ощутив под ладонями родные очертания руля, я чувствовала, как адреналин стремительно наполняет мои вены, пробуждая жажду скорости и азарта. Сделав глубокий вдох, я резко ударила по газу, срываясь с места и оставляя позади толпу назойливых репортеров. Я знала, что мне нужно совсем не это - бесконечные погони и хронический страх за свою жизнь. Я хотела иного - стабильности, спокойствия и, возможно, даже семьи. Пусть это и звучало банально, но именно это и являлось моей истинной мечтой. Или нет? По мере того, как городские пейзажи стремительно сменяли друг друга, я чувствовала, как все мои тревоги и переживания отступают, уступая место ощущению свободы и умиротворения. Дорога манила меня, словно зовя навстречу новым возможностям. Я люблю скорость, но хочу что бы было иначе. Я дочь своего отца и быть может мне тоже хочется драйва и безумных гонок, но я знаю что это за жизнь и лишь потому давно принимаю решения не чувствами, а разумом. Несмотря на то что моя душа с детства принадлежит гонкам, а сердце скорости, я знаю что это не мой путь. Завяжу со всем этим через пару лет, когда закончу Академию. Продам байк и перестану каждые выходные смотреть нелегальные заезды. Конечно юристом я не стану. Родители дали мне хороший старт и сейчас я с головой в музыке. Начинающая артистка подающая надежды. Но обстоятельства такие что вдохновения писать нет, по понятным на то причинам. Добравшись до академии, я плетусь на первую пару, стараясь сосредоточиться на предстоящей лекции. Но мысли постоянно возвращаются к отцу и его состоянию. Я не могу перестать думать о том, что будет, если он не выйдет из комы. Сердце сжимается от страха потерять близкого мне человека. В коридоре меня окликает Юна, моя однорупница и подруга. Стоит мне запоздало среагировать на её голос и начать поворачиваться, как я уже оказываюсь в её объятьях. - Звёздочка, ты как? - её нежный голос и поглаживания по спине действительно немного успокаивают. - Стараюсь держаться, врачи говорят позитивный настрой важен. - мои руки наконец в ответ ложатся на её спину и мы прижимаемся к друг другу сильней. - Всё будет хорошо, я уверена - Юна вновь подаёт голос и я хочу ей верить. С момента аварии моя подруга не оставляла меня ни на час - она постоянно звонила и писала, приезжала ко мне на ночевку, вместе со мной навещала отца в больнице. Я была ей бесконечно благодарна за эту поддержку. Я поняла, как мне повезло с такой подругой, еще десять лет назад, когда она пригласила меня на свое десятое день рождения. Я медленно отстраняюсь от Юны и не потому что не хочу простоять так весь день, а лишь потому что пара скоро начнётся и нам стоит поторопиться, что бы успеть. Во время перерыва Юна, не принимая моих вялых возражений, тащит меня в столовую, чтобы перекусить. Из всего предложенного я хватаю коробочку с соком и взглядом полеруя пол под ногами, плетусь за свободный столик. Меня толкает какой-то парень и, не извинившись, проходит вперед. Я узнаю в нем Хёнджина, одного из самых популярных студентов с старших курсов в академии "Арибон". Он даже не удостаивает меня взглядом. Я стискиваю зубы от злости, но решаю не связываться - сил на конфликты просто нет. Высокомерных в Арибоне было предостаточно. Тут учатся дети богачей и знаменитостей, которые считают себя выше остальных, гордятся деньгами и успехами своих родителей. Встретить в этих стенах кого-то, кто не кичился своим статусом, было непросто. Были и другие, такие как Хёнджин, например, он был сыном актрисы и бизнесмена, но незамолкая говорил ни о родителях, а о себе. Крутой парень, гонщик ведь. А такие как я и Юна старались держаться подальше от этих "крытых тусовок". Нам хотелось быть самостоятельными, достигать целей своим трудом, а не за счет родителей. Сейчас Хёнджина окружала шумная компания, наполняя воздух громким отвратительным смехом и беззаботными глупыми разговорами. Я отвернулась, слегка прикусив язык от раздражения. Подобное всегда выводило меня из равновесия. Были случаи когда я не очень вежливым тоном, просила быть потише. Собственно по этому Хван мне и знаком. Мы постоянно перекидывали язвительными фразочками и делились взаимным желание закопать заживо друг друга. В академии не прошло и дня, без наших скандалов, стоит ли говорить что я однажды полезла с ним в драку, за его милое обещание трахнуть меня. Сейчас мне очень хотелось разбить ему нос, как я сделала это тогда, но сил действительно не было и я просто оставалась сидеть на месте поглядывая на Юну, которая с увлечением уплетала свой обед, не замечая моего дискомфорта. Остаток дня прошёл спокойно, если не учитывать постоянные перешёптывания за моей спиной. Большинство конечно же уже знали об аварии, а те кто не знали, провожали меня удивлённым взглядом. Да, сегодня я веду себя намного тише чем обычно. После занятий я быстро возвращаюсь в больницу, чтобы провести как можно больше времени с отцом. Медсестры за короткий срок запомнили меня в лицо и всегда радушно встречают. Они говорят, что моя поддержка очень важна для папиного выздоровления. Взяв отца за руку, я начинаю тихо рассказывать ему о событиях дня, как будто он может меня слышать. Порой мне кажется, что его пальцы чуть-чуть сжимают мои. Это вселяет надежду, что он борется и обязательно вернется ко мне. Поздно ночью, когда уставшая и морально опустошенная, я возвращаюсь домой, меня ждет пустая квартира. Мама, как обычно, задерживается на работе. Я падаю на кровать, позволяя слезам, которые я сдерживала весь день, наконец, прорваться наружу. Тишина давит на меня, и я чувствую себя такой одинокой. Забывшись тревожным сном, я просыпаюсь от звонка телефона. Неужели новости от врача? Сердце бешено колотится, когда я вижу высветившийся номер больницы. Сжав трубку, я произношу дрожащим голосом: - Алло?