Улыбка короля

Потеряв глаз и заполучив Вхагар, Эймонд слегка охладел к тренировкам, предпочитая проводить время в небе или заседать в библиотеке. В самом дальнем и темном ее углу. Как его нашла там эта девчонка, он не знал. Но подкралась она неслышно, словно опытный охотник. — Ого! Что это у тебя, «Записки Геральда Тирольского»? Он инстинктивно прикрыл страницу рукой, стремительно оборачиваясь. Девчонка была незнакомая, но опознаваемая. Плотная фигура с уже наметившейся грудью, округлое лицо, большой рот и влажные карие глаза под высокими дугами бровей явно намекали на родство с Бронзовой Сукой. — Ты — Ройс, — уверенно констатировал Эймонд. — Ага, — согласилась она, тряхнув отливающими медью каштановыми кудряшками, собранными в небрежный узел. — Талиса Ройс. Мы гостим в Красном замке. И тут же перегнулась через его плечо, пытаясь рассмотреть иллюстрацию в неверном свете свечи. — Читаешь про поход в Дорн? Или про поиски драконов? Эймонд несколько смутился, но тут же перешел в атаку: — Удивлен, что ты знакома с его творчеством. Юные леди обычно предпочитают литературу другого содержания. Она звонко расхохоталась, полностью разрушая атмосферу строгой сдержанности, вечно царящую в этом пропыленном месте. — Во-первых, какая из меня леди? А во-вторых, можешь не смущаться. Пишет достопочтимый сэр так занудно и тоскливо, что я тоже в основном картинки разглядывала. Картинки знатные, скажи? На доспехах каждая деталь прорисована. А вот тут смотри какой роскошный полекс! — она ткнула в книгу не очень чистым пальцем с коротко остриженным ногтем. — Отлично сбалансированный, сразу видно. И какие острые лезвия, ммммм…. Эймонд невольно кивнул — двусторонний топор был изображен со знанием дела. Вот только откуда бы юной девице об этом знать? Сколько ей? Максимум двенадцать-тринадцать. Хотя девочки взрослеют быстрей, а эта была не такой уж и высокой — может совсем чуть-чуть повыше его самого. Может даже, они и ровесники. Но все равно — девочка и оружие?! Талисса тем временем пододвинула второй стул поближе и выжидательно уставилась на Эймонда: — Чего ждешь? Листай дальше. Вместе посмотрим. Я даже готова читать текст, если тебе не нравится. Я быстро читаю. Читать он и сам отлично умел, но она была права — иллюстрации в «Записках» были куда красочнее описаний. Поэтому следующие полчаса они провели, листая страницы и довольно живо обсуждая и рыцарское обмундирование, и оружие, и чешую драконов. — А вы давно в замке живете? — слегка расслабившись, спросил Эймонд. — Я раньше никогда тебя здесь не видел. — Ты раньше просто в библиотеку не часто заглядывал. Да и я, по правде, тоже. А так-то уже второй месяц тут, считай — загостились. Старший брат в городскую стражу служить пошел, еще одного отец в отряд «Младших сынов» пристроил. Теперь вот договорился со Стронгами, на той неделе выдвигаемся в Харренхолл. Мы им какая-то дальняя родня и папаня надеется мою сестрицу там замуж выдать, раз уж здесь женихов не нашлось. Рябая она у нас, так что ничего удивительного, — непосредственно поведала Талиса. Эймонду ее откровенная прямота понравилась. О том, что в Красном замке проживает и столовается целая куча нахлебников он, конечно же, знал. Двор королевы, двор короля, родственники, семьи и оруженосцы приглашенных лордов и рыцарей… Из казны на содержание гостей замка наверняка уходила прорва денег. Просто обсуждать такие вещи было не принято, да и он по малолетству не вникал. — Может, в Харренхолле и твою судьбу решат, — поддержал беседу он. Талисса фыркнула: — Это вряд ли. Я младшая дочь младшего сына, так что о приданном можно не мечтать. А без приданного — только по любви или за какого-нибудь купца. А то и вообще простолюдина. Но на такое отец не пойдет, у него амбиций как у твоего дядюшки, разве что на железный трон не претендует. И вообще, — она нахмурилась: — Давай еще книжек полистаем. Ты здорово во всем этом разбираешься. Жаль только, не получится с тобой поспарринговаться! Эймонд покивал, соглашаясь с тем, что принцу королевской крови, конечно же, невместно устраивать тренировочный бой с какой-то не особо знатной девчонкой, но тут она с сожалением добавила: — Я тебя за пять минут размажу! И Эймонд моментально вспыхнул, забывая о статусе: — Завтра. В пять утра на тренировочной площадке. Не придешь — решу, что струсила. — Кто? Я? Да никогда! Талиса опрокинула его наземь меньше чем за три минуты, бессовестно зайдя против солнца, и Эймонду осталось только радоваться, что из-за раннего часа его позора никто не увидел. Он даже не хотел принимать ее помощь, когда она, беззлобно улыбаясь, протянула ему руку, помогая подняться с земли. Потом воспитание пересилило. Впрочем, он тут же выдернул ладонь и принялся тщательно отряхивать бриджи, отводя взгляд. — У тебя хорошая хватка. И держишься ты отлично. Но тебе теперь в любом случае придется перестраиваться и постоянно иметь в виду, что с одной стороны у тебя — слепая зона, — серьезно, без грамма издевки констатировала она. — Еще раз? Обещаю замедляться, когда нападаю со стороны повязки. Но только если ты не станешь бить по лицу. Баш на баш. Я все же девочка, должна сохранять красоту. — Да какая там красота! — выпалил он, не думая, что говорит, и тут же густо покраснел: — В смысле… Прости. Я согласен. Она злопамятно прищурилась, кивая, и тут же налетела без предупреждения. Тренировка, в итоге, вышла весьма продуктивной. Он не только размялся, но и стал понимать, где и как надо корректировать движения и положение меча. Талиса же, раскрасневшись, стала почти хорошенькой, несмотря на простоватое лицо и мужской, явно одолженный у брата костюм. Закончили они до того, как на площадку высыпали стражники, и рука об руку поднялись в галерею. Эймонд поглядывал на девочку с интересом: — Давай потренируемся еще завтра? В то же время. — Давай, — она кивнула и оценивающе оглядела его с ног до головы: — Если будешь махать мечом каждый день, да еще под руководством хорошего наставника, из тебя выйдет отличный воин. Телосложение у тебя самое подходящее. Плечи широкие, ноги длинные, торс крепкий. Будешь красавчик хоть куда! — Издеваешься? Я — одноглазый урод со шрамом в пол лица, — буркнул отчасти польщенный Эймод. — Эй! Это тебе завистники и зануды нашептали, — доверительно поведала Талиса. — Шрамы, вообще-то украшают мужчину. Особенно если получены в бою. Один из моих братьев себе как-то рубец теплым углем на щеке намалевал. Хотел девок привлечь. Но нарисованный — это блажь. А твой самый что ни на есть боевой! Гордиться можно! Эймонд приосанился. Такого ему никто раньше не говорил. Они успели еще дважды по предварительному согласованию встретиться в библиотеке и трижды устроить тренировочные бои на рассвете, прежде чем Талиса с семьей уехала из Королевской гавани. Напоследок получив от девочки совершенно неожиданное, но весьма крепкое объятье, Эймонд даже загрустил, понимая, что потерял возможного друга, и думая, что никогда больше о Талисе Ройс не услышит. Но через полтора месяца мейстер передал ему сверток, который с оказией прислали из Харренхолла. В свертке было письмо, написанное на удивление изящным и разборчивым почерком, потрепанная книга о разновидностях клинков и красивый кожаный браслет-наруч. Талиса поздравляла его с днем рождения. Поздравление несколько запоздало, но ему все равно было очень лестно. В письме она писала, что в Харренхолле жутко неуютно и плохо кормят, что ей не хватает их общения, и пожелала Эймонду не забрасывать упражнения, потому что она только игрой с холодным оружием и развлекается. Так и написала «игрой», и Эймонд, подумав, что ни за что не даст девчонке себя превзойти, попросил Кристона Коля разработать для него плотную программу тренировок. На свадьбу Эйгона и Хелейны съехалось множество народа. Эймонд стоял у балюстрады, наблюдая за суетой во дворе, когда сзади его окликнули по имени. Без титула и какого-либо почтения в голосе. Догадаться, кто бы это мог быть, оказалось не сложно. Он быстро обернулся, чувствуя, как непроизвольно дернулись вверх уголки губ: — Талиса Ройс? — Она самая! А вот тебя я едва узнала. Шикарную шевелюру отпустил! — Ты тоже времени не теряла. Она оказалась ниже на полголовы — все же он сильно вырос. Ее каштановые волосы были заплетены в длинную затейливую косу. Высокую грудь подчеркивал корсет вышитого бархатного платья. Бедра у Талисы заметно округлились, а вишневые губы и широкие скулы делали лицо довольно женственным. Теперь она уже мало напоминала прежнюю неказистую девчонку, хотя до классической красоты Райниры и Хелейны или даже харизматичной привлекательности его матери ей было очень далеко. — Вижу, твоя семья решила свои финансовые проблемы, — оценивая явные признаки благополучия по ее внешности, насмешливо протянул Эймонд. — Или ты вышла замуж? Отчего-то очень хотелось услышать отрицательный ответ. И она не обманула ожиданий, звонко рассмеявшись. — Пока не вышла, но моя сестра стала женой наследника Бракенов, а я вроде как при ней. — Сестра, которая рябая? — Эймонд сам удивился тому, что помнит такие подробности. — Нет, другая. Та в септы подалась. Он потряс головой: — Сколько же вас всего? Талиса вздохнула: — Много! У меня семь братьев и четыре сестры. Это если считать сводных, от двух первых папиных жен. И если ты сейчас начнешь иронизировать про сексуальные аппетиты моего отца, я тебя укушу. Он снова почувствовал, как губы расползаются в улыбке и наклонился прямо к ее уху, ощущая аромат лавандовой воды, идущий от ее волос: — А если не буду, укусишь? — получилось тихо и очень интимно. Но Талиса ничуть не смутилась: — Предлагаю спарринг. Одолеешь меня в драке — могу и укусить. Или поцеловать, — она аппетитно облизнула полную нижнюю губу. — Но если я тебя завалю — покатаешь на Вхагар. Завтра на рассвете? Он с сожалением мотнул головой: — Завтра королевская охота. Талиса издевательски оскалилась: — В твоей жизни, спорим, она не первая и не последняя. Можешь разок пропустить. Или тебе нужно еще время для подготовки? Эймонд поиграл желваками на щеках: — Хорошо, будь по-твоему. Поставлю тебя на место и отправлюсь стрелять по кабанам. — Ха-ха, мечтатель! Ладно, посмотрю хоть, где, по-твоему, мое место. За ужином он был задумчив и молчалив. Ни едкие комментарии брата, ни пикировки бастардов Стронга не поколебали его невозмутимого вида. Разглядывая дражайших родственничков, которые напоминали запертых в банке скорпионов, он впервые задумался о том, что когда-то и ему придется жениться. Интересно, кого выберут для него матушка и дед? И дадут ли ему право голоса? Хелейне вот не дали. Спарринг он проиграл. Так вышло. Талиса, конечно, была хороша. Натренированный Кристоном Колем Эймонд, несмотря на юный возраст, считал себя одним из сильнейших молодых мечников при дворе, но какое-то время ей удавалось держаться с ним на равных за счет ловкости и изворотливости. Потом он несколько раз мог атаковать, но отчего-то всякий раз жалел — рука не поднималась. А вот она муками совести не страдала и, когда он опрометчиво открылся, воспользовалась первой же возможностью. Впрочем, Эймонд и сам был раз оказаться в сладостном плену, когда она придавила его к стене своими грудками, приставив лезвие к горлу. — Сдаешься? Он подался вперед, прямо на острие, не обращая внимания на порез, и нахально ее поцеловал. — Ого! — она опустила меч. — Да ты неплохо целуешься! В брюках у Эймонда стало тесно, а Талиса всегда была такой прямолинейной, что он решил не ходить вокруг да около: — Я уже ходил в бордель, и знаю, как доставить женщине удовольствие. Могу научить. — Ха! Будто бы я не знаю как! Он помрачнел: — Просвети, пожалуйста, откуда? Или нет… Это не мое дело. Она придержала его за запястье, когда он вознамерился уйти. — У Бракенов я по десять раз в день бегаю между конюшней, псарней и скотным двором. Не думаю, что люди сношаются сильно иначе, чем животные. А еще я видела, как конюх драл служанку. Я удовлетворила твое любопытство? Эймонду вдруг стало легко и весело: — Вообще-то я не любопытничал. — Только попытался оскорбиться. Так что насчет моего выигрыша? Я хочу полетать с тобой на Вхагар! — Ты же понимаешь, что, если нас увидят, это будет конец твоей репутации? — Значит, сделай так, чтобы не увидели. Завтра, на рассвете. — Завтра вообще-то королевская свадьба. — А мы полетаем — и назад. Ммм? — она состроила умилительное выражение лица, и его губы снова дрогнули. Талиса Ройс как-то странно на него влияла. Ему было сложно ей отказать. Особенно когда она пальцем стерла бегущую по его шее струйку крови, а потом с невинным видом засунула этот палец в рот. Летать Талисе понравилось. А пока она восторженно кричала, раскинув руки, Эймонд обнимал ее сзади, удерживая ладонями ее грудь. На бушующие в организме гормоны это действовало убийственно. Она была теплой, живой, гибкой под его руками. Молодое женское тело, лишенное корсета, возбуждало невероятно. Отведя Вхагар обратно в пещеры Драконьего Логова, принц придержал переполненную впечатлениями Талису за рукав, прижал к стене и завладел ее губами. На поцелуй девушка ответила охотно. И даже не возражала, когда он задрал ей юбку, оглаживая ладонью бедро. Но когда попытался развязать шнуровку своих бриджей, отрицательно мотнула головой: — Не надо, Эймонд. Ты только все испортишь. — Почему? — прерывисто дыша, обескураженно спросил он. — Обещаю, я сделаю тебе хорошо. Пальцами. А ты также поможешь мне. Я не покушаюсь на твою невинность, мы просто доставим друг другу немного удовольствия. Вместо ответа она подняла руку и сдвинула с глаза его повязку. Так быстро, что он не успел запротестовать. Зато потом задохнулся от ярости. — Поэтому? — Потому что ты слишком мне нравишься, — оглаживая пальцами шрам, призналась Талиса. — Я боюсь еще больше в тебя влюбиться. Ничем хорошим это не кончится. Он помог ей оправить одежду и привести в порядок прическу. Отчего-то отказ, сделанный в такой форме, ничуть его не задел. И ее короткий поцелуй перед тем, как свернуть на гостевую половину, показался Эймонду слаще самого жаркого секса в доме терпимости. Он отдрочил себе позже, закрывшись в покоях, стоя в проеме окна и глядя на небо, без труда воскрешая в памяти эмоции от полета и девушки в своих объятьях. Пожалуй, впервые он приблизился к пониманию пороков Эйгона. Вот только как брат мог довольствоваться грязными шлюхами, когда все могло быть совсем иначе? Выше, чище, ярче — вот так, как сейчас? На свадьбе, в толпе гостей, сколько ни искал ее взглядом, Эймонд Талису так и не обнаружил. Все объяснила записка, которую ему передали наутро. Она уехала к отцу, раненому в пьяной драке. Ее вообще не было на этой свадьбе! Эймонд скомкал клочок бумаги в кулаке и бессильно зарычал. Он надеялся, что у них будет хотя бы пара недель. Может, больше, если найти повод задержать Бракенов в столице. Но Талиса предпочла отправиться выполнять дочерний долг! Он выпил вина, поджал губы, поднял брошенный на пол листок и бережно расправил его на колене. Может, у нее не было выбора? Ее могли просто отослать. Эймонд потер длинный подбородок и подумал о небольшом доме на окраине города… А еще лучше — замке в отдалении от Королевской Гавани. Например, на острове. Месте, где можно будет устроить все по своему вкусу, поселить туда Талису и навещать ее там, прилетая на Вхагар. Немного эгоистично, конечно, но он мог бы окружить ее книгами, устроить хорошую оружейную, накупить ей платьев и приставить немую служанку, чтоб девушке было не так скучно, когда он будет улетать по делам. Конечно, вряд ли она так сразу согласится стать добровольной узницей, но он что-нибудь придумает. Это сейчас, пока они еще подростки, у него не так много власти, но вот позже… Может быть, у нее не будет выбора. Или он предложит такие условия, что ей будет приятно их принять. Так или иначе, но Эймонд собирался забрать Талису Ройс себе. Он — не король, ему позволено иметь секреты и сторонние увлечения. Впервые Эймонд поймал себя на мысли, что рад быть вторым сыном, а не наследником престола.