Shattered Glass Prime

Повседневная жизнь на базе десептиконов была прервана, когда Старскрим позвал своего лидера. «Лорд Мегатрон, вы не поверите. Саундвейв только что определил местоположение военного корабля автоботов», объявил Старскрим. «Тебе удалось проникнуть сквозь их технологию маскировки?» спросил Мегатрон. «Отрицательно. Я экспериментировал с волнами переменной частоты, когда наткнулся на это. Тем не менее, их корабль мог испытывать какое-то электромагнитное нарушение», объяснил Саундвейв. «Учитывая смерть Оптимуса Прайма и элемент неожиданности...» начала Эйрахнида. «Мы можем нанести серьезный ущерб». Брейкдаун закончил. «А еще на той же частоте — аварийный маяк десептиконов», удивленно добавил Шоквейв. «Автоботы могут подождать; десептиконы могут оказаться в беде. Нокаут, принеси свою аптечку», приказал Мегатрон. Наземный мост перенес Мегатрона и Нокаут в центр пустыни, посреди ночи и песчаной бури. Они увидели корабль, погребенный в песке. «Аварийная посадка. Похоронен здесь века назад», заметил Мегатрон. Когда они добрались до корабля, Нокаут превратил свою руку в маленькую дрель и проделал отверстие в корабле. Мегатрон выбил отверстие, и они вошли внутрь. Затем Нокаут активировал фары. «Если они путешествовали в режиме стазиса, то, возможно, есть выжившие», сообщил Нокаут. Корабль внезапно пришел в движение, заставив двух десептиконов потерять равновесие, но затем восстановив его, продолжили идти по кораблю. Мегатрон использовал свою силу, чтобы открыть ржавую дверь, но то, что они увидели внутри, повергло их в шок: тела мертвых солдат лежали повсюду. Их тела были ржавыми, а вокруг были лужи обесцвеченного фиолетового энергона. «Мегатрон, эти десептиконы не погибли при крушении! Они погибли от вируса», сообщил Нокаут, сканируя одно из мертвых тел. «Это чумной корабль». сказал Мегатрон. Он собирался сделать шаг вперед, но Нокаут выставил перед собой руку. «Ничего не трогайте! Вирус может быть еще активен!» Корабль снова тряхнуло, и два десептикона отступили к стене. Мегатрон направил свой фонарик вверх, чтобы увидеть десептикона, свисающего с проводов. Тело слегка соскользнуло с проводов, и капли зараженного энергона упали с тела и приземлились на лицо Мегатрона. Он зарычал, пытаясь смахнуть их, но энергон был глубоко в его системах. «Нет! Саундвейв, нам нужен наземный мост немедленно, это чрезвычайная ситуация!» потребовал Нокаут. Через несколько минут на базе Мегатрон лежал на медицинской койке. Правая сторона его лица начала ржаветь, как у инфицированных десептиконов, а правая оптика моргала. «Кибоническая чума. Она заразна только при контакте с зараженным энергоном», понял Нокаут, осматривая зараженную область. «Что делала чума на космическом корабле десептиконов?» спросила Мико. «Его пассажиры были инфицированы. Вирус уничтожил миллионы людей на Кибертроне во время Великой войны», объяснила Эйрахнида. «Кибоническая чума была создана в рамках программы биологического оружия автоботов под руководством Оптимуса Прайма», рассказал Шоквейв. «У вас ведь есть лекарство, да?» спросил Раф. «Нет… лекарства», прохрипел Мегатрон. «Мой господин, пожалуйста. Берегите силы», мягко сказал ему Нокаут. «Стал бы Оптимус создавать болезнь, не имея лекарства? А что, если бы он подхватил ее случайно?» «Мы не можем спросить Прайма, Джек. Он толкает гайки вверх», ответил Брейкдаун. «Но мы, возможно, сможем получить доступ к базе данных автоботов», предположил Шоквейв. «Верно. На данный момент у нас все еще есть информация о местоположении их военного корабля», вспомнил Старскрим. «Стингер, пойдём со мной», приказал Эйрахнида. «Эйрахнида, скорее». Наземный мост открылся посреди коридора на борту Ковчега. Из портала появились Эйрахнида и Стингер с оружием наготове. «Давай начнем с лаборатории», предложила она. Добравшись до лаборатории, они спрятались за стеной на случай, если автоботы выйдут из лаборатории. И они поступили правильно, потому что Уилджек небрежно вышел из лаборатории. Он остановился на мгновение, почувствовав, что что-то не так, но просто пожал плечами и пошел по коридору. Они вошли в лабораторию, как только путь был свободен. Стингер следил за дверью, пока Эйрахнида шла к компьютеру. «Я в сети», объявила она по своему комлинку. В это же время на базе Нокаут наблюдал за Мегатроном, и это было нехорошо. «Нокаут, ты был…» Мегатрон заговорил слабее. «Заражен? Нет», ответил он. «Если он здесь, то я его не вижу», связалась Эйрахнида. «Ты уверена, Эйрахнида?» спросил Старскрим. «Я просмотрела все файлы. Ничего!» «Ну, поищи еще раз! Очевидно, ты что-то пропустила», парировал Старскрим по ком-линку. Стингер заглянул в окно двери с другой стороны и увидел нечто, привлекшее его внимание. "(Эйрахнида.)" «Я просканировала всю базу данных!» в гневе сказала она. «Ты использовала избыточный квантовый алгоритм?» предположил Шоквейв. «Не учи меня, как проводить исследования! Думаешь, вы единственные, кого волнует Мегатрон?!» «(Эйрахнида, тебе нужно это увидеть.)», сказал Стингер, указывая на дверь. «Что там?!» прорычала она, подходя. «Что такое? Что происходит?» нетерпеливо спросил Старскрим по комлинку. Когда Эйрахнида добралась до окна, дверь автоматически открылась, и она в ужасе расширила свою оптику. На койке лежало тело, подключенное к системе жизнеобеспечения: это был лидер автоботов. «Это Оптимус Прайм. Он жив», сказал Эйрахнида, не веря своей оптике, заставив всех замереть в шоке. «Что?» спросил Джек. «Это невозможно», Старскрим ахнул в недоумении. «Это нелогично», засомневался Шоквейв. «Ну, я смотрю прямо на него. Хорошая новость в том, что Оптимус не смотрит в ответ», объяснила она, пока они со Стингером активировали свое оружие и медленно подходили к его безжизненному телу. «Оптимус…» ахнул Мегатрон. «Он в критическом состоянии. Подключен к системе жизнеобеспечения. Пора покончить с этим раз и навсегда», сказала Эйрахнида, начиная заряжать свой бластер. «Подожди! Не надо!» закричал Шоквейв. «Одна веская причина, и быстро», потребовала она. «Оптимус может быть единственной надеждой Мегатрона на выживание». «О чем ты говоришь?» спросил Старскрим. «Проявляет ли он активность мозговых волн?» спросил Шоквейв по ком-линку. «Сильно колет. Его больной разум все еще работает», горько ответила Эйрахнида. «Идеально. Если лекарство существует, Оптимус может быть единственным, кто его знает. Ты должна войти в его мозг и найти его», предложил Шоквейв. «Что?» удивлённо спросил Нокаут, чуть не выронив один из своих инструментов. «Войди в мозг Оптимуса? Шоквейв, ты что, сошел с ума?» потребовала Эйрахнида. «Лаборатория автоботов должна содержать все необходимое оборудование для психо кортикального соединения», продолжил объяснять Шоквейв. «Ни за что.» «Ты когда-нибудь проводил эту процедуру?» спросил Старскрим. «Нет. Но я тщательно изучил теорию. Изобретено автоботами, объявлено вне закона десептиконами», вспомнил Шоквейв, заставив Старскрима понять его точку зрения. «Ого. Разве мы не можем просто протащить Оптимуса через наземный мост и выиграть время, чтобы разобраться?» предложил Нокаут. «Время — вот чего нет у Мегатрона!» крикнул Старскрим Нокауту, прежде чем снова повернуться к комлинку. «Один из вас должен попробовать это! Я не позволю Мегатрону уйти, зная, что Прайм переживет его!» поклялся он. «Старскрим, я бы отдала свою жизнь за Мегатрона. В любое время и в любом месте. Но разделение разума и тела…» Эйрахнида замолчала. «(Я сделаю это.)», вызвался Стингер. «Ты сделаешь это?» спросила она. «Ты уверен, Стингер?» обеспокоенно спросил Раф. «Стинг — лучший разведчик среди всех десептиконов», успокоил его Брейкдаун. Раф посмотрел вниз, когда Джек и Мико начали его утешать. Тем временем на мостике Ковчега несколько инженеров-автоботов (похожих на Вехиконов, которые превращаются в цементовозы в игре Transformers Prime ) доложили Гримлоку, и, судя по его лицу, это были плохие новости. «Почему электромагнитное экранирование не было восстановлено?» нетерпеливо спросил Гримлок. «Мы работаем так быстро, как только можем, король...» сказал инженер-автобот, и тут Гримлок ударил его по лицевой пластине. «Мы даем след! Все, что нужно сделать десептиконам, чтобы определить наше местоположение, — это получить доступ к правильной частотной длине волны! Ускорьте свои усилия!» приказал Гримлок. «Да, король Гримлок», сказал инженер, прежде чем он и его товарищи вернулись к своим обязанностям. «Как дела?» поприветствовал его Смоукскрин, когда он вошел. «А, Смоукскрин. Какие новости о пациенте?» спросил Гримлок. «По тому, что наблюдаю, все по-старому». «Ужасная участь, остаться в этом вегетативном состоянии», грустно сказал Гримлок. «Наоборот. Врачи сказали, что тело Оптимуса может быть металлоломом, но его разум все еще мечется», поправил Смоукскрин. «Оставь это при себе. Этот проклятый Бластер все видит и слышит», прошипел Гримлок. «Глаза и уши автоботов», сказал Смоукскрин тем же тоном. «Ну, пока их хозяин остается в подвешенном состоянии, так же остается и их дело. Автоботы заслуживают сильного, бдительного лидера». «Тот, кому понадобится верный заместитель», добавил Смоукскрин, отчего Гримлок усмехнулся. «Кандидат должен будет заслужить этот пост, представив веские доводы указанным глазам и ушам». «Случай проявления милосердия, король Гримлок?» «Ты почешешь мне спину, а я твою». Тем временем, Эйрахнида подошла к Оптимусу сзади и подключила первый конец кортикального психического патча. Затем она подошла к их укрытию и посмотрела на Стингера, который показал ей большой палец вверх. «Шоквейв, мы готовы», доложила она по ком-линку. «Инициировать кортикальную психическую заплатку», приказал Шоквейв. Эйрахнида подключила другой конец позади головы Стингера. Он расширил свою оптику, прежде чем мир позади исчез. Он посмотрел на свои руки, просто чтобы убедиться, что все идет правильно. Он огляделся вокруг и увидел большую комнату, похожую на библиотеку, поэтому он спустился по мосту, чтобы поискать информацию. «Активирована нисходящая линия связи», сообщил Саундвейв. «Это позволит нам видеть и слышать все, что делает Стингер, находясь в подсознании Оптимуса», объяснил Старскрим. «Ого. Где это?» спросил Джек. «(Очень похоже на Декагон. Центр столицы автоботов.)» ответил Стингер. «Стинг говорит, что это похоже на Декагон. Столица автоботов на Кибертроне», перевёл Раф. «Ребята, у Мегатрона проблемы с жизненными показателями», сообщил Нокаут. «Мы знаем». Старскрим кивнул. «Быстрее, Стингер, мы знаем, что ты на неизведанной территории, но ты должен выяснить, где в голове Оптимуса может храниться информация». Стингер продолжал подниматься по лестнице, пока не увидел стоящего перед ним Мегатрона. «(Мегатрон.)», с облегчением сказал Стингер, подбегая к нему. «Стингер, это не Мегатрон, а плод воображения Оптимуса. Он не может тебя видеть или слышать», поправил Шоквейв. Затем послышался мрачный смех, когда Стингер поднял глаза и увидел Оптимуса Прайма на возвышении. «Мегатрон, твои армии десептиконов побеждены. Склонись перед своим новым хозяином». «Никогда, Оптимус. Один выстоит, другой падет», сказал Мегатрон, вытаскивая свой клинок. «Да будет так», усмехнулся Оптимус, активируя собственные мечи и спрыгивая со скалы. Двое врагов бросились друг на друга на полной скорости, но когда Мегатрон собирался убить его, он промахнулся, и Оптимус пронзил его насквозь, заставив распасться. «Этого никогда не было», запротестовал Брейкдаун. «Потому что это не воспоминание. Мы видим Декагон таким, каким его воссоздал Оптимус. В своих самых темных снах», усмехнулся Старскрим. Стингер спрятался за скалой, когда Оптимус ушел. Внезапно скала начала меняться, формируя еще одного Мегатрона. «Оптимус, твое предательство заканчивается здесь», провозгласил Мегатрон, вытаскивая меч. Оптимус убрал свои мечи, переключился на бластеры и зарядил их. Стингер попытался встать на пути взрыва, но это было бесполезно, так как он попал в Мегатрона и он распался. «Разведчик десептиконов». Оптимус заметил, как Стингер со страхом посмотрел вверх в своей оптике. «Наказание за вторжение в мои владения — твое уничтожение!» Он поднял меч, когда Стингер приготовился к худшему, но вместо того, чтобы Оптимус убил его, меч прошёл сквозь него. Стингер замычал в замешательстве, когда Оптимус посмотрел на него с удивлением и шоком. «Как это возможно?» потребовал он, снова и снова пытаясь ударить Стингера. «Оптимус не может тронуть Стинга?» спросил Раф. «Поскольку он не является творением разума Оптимуса, Стингер невосприимчив к его физическим атакам», объяснил Шоквейв. Стингер теперь стоял неподвижно, а Оптимус ходил вокруг него. «На тебе нет фазово-смещенной брони. Твои глаза отслеживают мои движения, так что ты не голограмма, а в духов я не верю. Так скажи мне, разведчик, кто ты?» потребовал Оптимус. «Оптимус», раздался знакомый голос. Стингер и Оптимус обернулись и увидели перед собой Мегатрона, Старскрима, Брейкдауна и еще одного Стингера. «Ого. Специально приглашенные звезды», заметила Мико. «Это нехорошо», сказал Старскрим. Стингер недоверчиво посмотрел на Оптимуса. «(Эм, подожди секунду.)», сказал Стингер, прежде чем подойти к другому Стингу. «(Алло?)», сказал он, махнув рукой перед лицом. Оптимус закричал и выстрелил в десептиконов, которые распались. «Ты настоящий, а они — нет», сказал Оптимус, прежде чем усмехнуться. «Кортикальный психический участок, как неожиданно». «Мы вывели Оптимуса из забытья. Он начинает осознавать себя», предупредил Шоквейв. Оптимус огляделся вокруг. «Если это мое подсознание? Что ты делаешь в моей голове?!» крикнул Оптимус, поворачиваясь к Стингеру. В реальном мире Эйрахнида продолжала нести службу, пока Стингер был без сознания. «Ну же, Стинг. Что ты там делаешь?» сказала она. Внезапно двери открылись, и в медицинский отсек вошли Смоукскрин, Гримлок, Элита-Один, Бамблби и Бластер. «Смоукскрин, можешь ли ты рассказать нам, медицинское заключение для наших товарищей, для исторической справки?» попросил Гримлок. «Проще говоря. Они сказали, что без посторонней помощи Оптимус может оставаться в этом бессмертном сне вечно», сообщил Смоукскрин. «Наш хозяин не хотел бы, чтобы его видели таким образом. Стоять без дела, пока он остается пленником в своем собственном теле. Это несправедливо», вздохнул Гримлок. «Что?! Ты уже сдаешься?!» недоверчиво сказал Бамблби. «Это неправда! Оптимус все еще жив, посмотри на экран», сказала Элита Один, указывая на экран. «Мозговая активность. Не свидетельство сознания. А просто бесконечный сон, от которого Оптимус может никогда не проснуться», поправил Смоукскрин. «Что вы пытаетесь нам сказать?» «Автоботы, мы должны взглянуть правде в глаза: Оптимус Прайм для нас потерян», провозгласил Гримлок. «Единственным достойным вариантом было бы проявить к нему милосердие», грустно сказал Смоукскрин. «Простое нажатие переключателя». «Быстро, безболезненно, сострадательно». «Я не хочу верить, что мы потеряли Оптимуса. Я не могу», со слезами на глазах сказала Элита. «Я тоже», добавил Би. «Теперь все зависит только от тебя, Бластер», указал Смоукскрин. К счастью, Эйрахнида слышала весь разговор. «Ребята, вы это слышите?» прошептала она. «Если Оптимус Прайм погибнет, разум Стингера навсегда останется отделенным от его тела», сообщил Шоквейв. «Потерять Стингера и Мегатрона?» недоверчиво спросил Джек. Тем временем Оптимус мысленно продолжал кружить вокруг разведчика. «Единственный способ, которым ты мог проникнуть в мой разум, — это через кортикальный психический соединение. Но вопрос остается: что со мной случилось?» потребовал Оптимус. Стингер не ответил, потому что был в ужасе. Но у Оптимуса было воспоминание о событиях взрыва космодрома. «Взрыв космического моста. И все же, если ты в моей голове, я не един с Оллспарком». Оптимус понял. «Так скажи мне, разведчик, я еще функционирую?» «Стингер, у нас нет времени!» сказал Старскрим по ком-линку. «(Подожди, Оптимус. Я здесь, потому что кто-то очень важный был заражен Кибонической чумой.)» объяснил Стингер. «Кибоническая чума? Кто-то, кроме меня... нездоров?» обеспокоенно спросил Оптимус, заслужив кивок от Стингера. «Мегатрон!» понял он, прежде чем начал смеяться. «Какая ирония! После веков бесконечных битв могучий Мегатрон сражён простым вирусом из далёкого прошлого». сказал Оптимус, разозлив Стингера. «И что заставляет тебя думать, что я спасу жизнь своего старого врага?» «Оптимус! Твое предательство…» сказал другой Мегатрон, прежде чем получить выстрел от Оптимуса и тоже распасться. «(Я могу помочь тебе получить то, чего ты больше всего хочешь.)» ответил Стингер. «О, и чего же я хочу больше всего, разведчик?» «(Шанс уничтожить Мегатрона собственными руками.)» ответил Стингер, заставив Оптимуса рассмеяться. «Разве ты не видел? Я убью Мегатрона собственной рукой. По своему желанию! Когда захочу!» «(Если вы позволите вирусу убить настоящего Мегатрона, у вас никогда не будет возможности сделать это по-настоящему.)» «Стинг сказал Оптимусу, что если он позволит вирусу уничтожить настоящего Мегатрона, у Оптимуса никогда не будет возможности сделать это самому», перевел Раф. «Умно», сказал Джек. «Извращенно», ухмыльнулась Мико. В это же время автоботы все еще решали судьбу Оптимуса. «Бластер, я понимаю твоё молчание как согласие с вердиктом врачей?» спросил Гримлок, не получив ответа от Бластера, в то время как Би и Элита пытались убедить его сказать «нет». «Говори сейчас или молчи вечно», пригрозил Гримлок, потянувшись к кабелю. Эйрахнида готовилась атаковать, но тут Бластер указал на кабель, соединявший Стингера и Оптимуса. «Что здесь делает кортикальный психический кабель?» спросила Элита. «Лом», сказала Эйрахнида. Тем временем в голове Оптимуса… «После нашей долгой совместной истории не видеть, как искра в глазах Мегатрона гаснет в моих собственных глазах», признался Оптимус. «(Вы застрянете здесь с сожалениями на всю жизнь.)», добавил Стингер. «Хорошо сыграно, разведчик», сказал Оптимус, открывая сервопривод, чтобы показать куб с кибертронскими словами. «Химическая формула лекарства, которое ты ищешь… не то чтобы я ожидал, что ты сумеешь ее прочесть». Стингер собирался схватить его, но Оптимус закрыл руку, и он исчез. "(А?)" «Пока нет», возразил Оптимус. «(Серьёзно?)» спросил Стингер. «И как мне добиться уничтожения Мегатрона, как ты предлагаешь, пока я заперт в вечном сне? Как только ты освободишь меня из этой тюрьмы, у тебя будет лекарство», объяснил Оптимус. В этот момент Бамблби осматривал соединительный кабель. «Давай, давай», сказала Эйрахнида, начиная нервничать еще больше. Но в голове Оптимуса… «Ты должен гарантировать мое выздоровление. Или Мегатрон канет в могилу из оружейной стали. Настоящий Мегатрон», пригрозил Оптимус. У Стингера не было вариантов. Но к счастью… «Саундвейв, перемотай разговор!» приказал Шоквейв. Саундвейв перематывал запись, пока Шоквейв не получил изображение лекарства. «Эйрахнида, у нас есть формула!» сообщил Шоквейв. «Отсоедини Стингер немедленно!» закричал Старскрим. Эйрахнида тут же выдернула кабель из головы Стингера. Из-за этого сон Оптимуса начал рушиться и распадаться вокруг них. «За нами наблюдали. Ты обманул меня!» закричал Оптимус. «(Увидимся, Прайм.)», отдал честь Стингер, начав распадаться. «Нет! Возьми меня с собой! ВОЗЬМИ МЕНЯ!» взмолился Оптимус, тоже начав распадаться. Эйрахнида встряхнула его, чтобы разбудить. «Быстрее, Стинг!» сказала она. Эйрахнида приготовила свое оружие, когда Бамблби начал приближаться к ним, затем Стингер снова включился. «Что за…?!» воскликнул Би, когда позади них появился портал наземного моста, и Стингер прошёл через него. «Десептиконы!» «Позволь мне!» ухмыльнулась Эйрахнида, выстрелив в один из кабелей машины жизнеобеспечения, уничтожив его, прежде чем он направился к наземному мосту, который позже исчез. «Нет! Подключите его к системе жизнеобеспечения, скорее!» закричала Элита Один. Смоукскрин помог Бамблби подключить еще один кабель к отверстию в груди Оптимуса, в то время как Гримлок выглядел разочарованно и разгневанно. На это ушел целый день, но Нокаут сумел вылечить Мегатрона от вируса. «Вот и всё. Спокойно», сказал Нокаут, помогая Мегатрону слезть с койки, в то время как все продолжали хлопать и кричать от радости и облегчения. «Пожалуйста, оставьте приветствие героя для моего врача и моего разведчика», гордо сказал Мегатрон. Затем все начали хлопать Стингеру, который был удивлен и поклонился всем. Тем временем внутри Ковчега Элита Один и Гримлок отправились посетить медицинский отсек. «Рэтчет, как дела у Оптимуса сегодня?» спросила Элита. «Забавно, что вы спросили. Не уверен, что там сделали Коны, но Оптимус не регистрирует никакой мозговой активности», сообщил Рэтчет. «В смысле?» спросил Гримлок. «Физически он стабилен, но сейчас дома никого нет», пояснил Рэтчет. Никто не знал, что случилось с разумом Оптимуса, но после поздравлений оптика Стингера расширилась, что означало, что он увидел что-то внутри своего разума, что-то со светящимися красными глазами. «Я вышел, или мне следует сказать, я вошел?» сказал Оптимус, прежде чем безумно рассмеяться.